Сага о ведьмаке

Материал из Posmotre.li
(перенаправлено с «Wiedźmin»)
Перейти к: навигация, поиск
Balalaika-videoinspector.jpegБалалайка докладывает:
Posmotre.li вынуждена минимально (предельно кратко, без подробностей) затрагивать острые, неприятные исторические факты, если без их упоминания не будет понятен культурный и исторический контекст рассматриваемого произведения. Но не надо превращать статью в трибуну для речей в защиту той или иной группы — как и в рупор нападок на ту или иную группу.
Saga o wiedźminie
Обложка русского издания первой книги
Общая информация
НазваниеСага о Ведьмаке
Оригинальное названиеSaga o wiedźminie
АвторАнджей Сапковский
Иллюстратор
ИздательствоNiezależna Oficyna Wydawnicza
Подразделение издательстваsuperNOWA
Языкпольский
Первая публикация1992-2013 годы
Типсерия романов
ЖанрТёмное фэнтези, эпическое фэнтези
Томов8
Возрастное ограничение18+
Автор сего труда

«Сага о ведьмаке» (официальный русский перевод оригинального названия Saga o wiedźminie) — цикл романов в жанре фэнтези за авторством польского писателя Анджея Сапковского. Помимо самой книжной серии, по данной вселенной существует множество разного контента, из которого самым известным является трилогия компьютерных игр в жанре CRPG и телесериал от Netflix.

История создания[править]

  • Первый рассказ, «Ведьмак» — о том, как Геральт победил и расколдовал Адду-упырицу, проклятую 14-летнюю королевскую дочь — появился ещё в 1986 году, когда всё-ещё-начинающий писатель и работник торговли Анджей Сапковский узнал от сына о конкурсе коротких рассказов в журнале «Fantastyka». В конкурсе рассказ занял третье место, но читателям запомнился, и они завалили Сапковского письмами, умоляя больше рассказов о приключениях Геральта из Ривии.
  • Затем, в 1988 году появился рассказ «Дорога без возврата» (о встрече бывалого наёмника и могущественной чародейки) был написан в 1988 году. Первоначально Сапковский не планировал, что он будет относиться к саге о Геральте, но после изменил свое решение. Главные герои «Дороги без возврата» были утверждены в каноне, как родители ведьмака (охотника на чудовищ) Геральта.
  • А затем стали рождаться идеи сиквелов, приквелов… и постепенно была написана целая фэнтезийная сага, состоящая из семи книг и завершённая в 1998 году. Первые две книги («Последнее желание» и «Меч Предназначения») были сборниками рассказов, сюжетно связанных между собой, и первый из двух сборников, строго говоря, начинался с рассказа Ведьмак. Обе первых книги даже иногда издавались под одной обложкой и под общим названием «Ведьмак». Последующие книги (начиная с сиквела «Меча Предназначения» — «Кровь эльфов») были толстыми романами, делящимися на главы.
  • Помимо этого был написан рассказ «Что-то кончается, что-то начинается» — в нём как бы ставилась окончательная точка (события всех книг, вроде как, уже позади, Геральт и Йеннифер играют свадьбу), но сам автор позднее объявил, что рассказ не более чем шутка и никакого отношения к саге не имеет.
  • В 2013 году дополнительно вышла книга-интерквел «Сезон гроз».
    • Тут надо учесть, что в сборнике «Последнее желание» рассказы расположены не по хронологии описываемых событий, а в том порядке, в каком Геральт вспоминает свои былые приключения. По хронологии событий первым должен идти рассказ «Крупица истины», рассказывающий об одном из первых квестов совсем ещё молодого Геральта.
    • События романа «Сезон гроз» происходят значительно позже «Крупицы истины» и непосредственно перед событиями рассказа «Ведьмак». Роман заканчивается на том, как Геральт выезжает ко двору Фольтеста на борьбу с упырицей.

Сеттинг[править]

Первые две книги («Последнее желание» и «Меч Предназначени») представляют из себя сборники небольших рассказов, часть из которых является своеобразными интерпретациями известных народных сказок — «Белоснежка и семь гномов», «Красавица и чудовище», помимо этих, упоминаются и многие другие (тут надо заметить, что в 1990-е перекладывание сказочных сюжетов в фэнтези было еще не избито и смотрелось довольно оригинально). Примерно с третьей книги повествование становится цельным.

Мир, в котором происходит действие, напоминает средневековую Европу, между многими королевствами можно провести вполне прямые аналогии, у некоторых даже гербы совпадают. Например, Темерия отождествляется с Францией, Редания с Англией, Нильфгаардская империя — смесь Римской Империи, Голландии и, внезапно, Ирландии, острова Скеллиге — смесь Шотландии и Скандинавии, Зеррикания — Африка, Офир — восточные страны. Впрочем, большинство реалий взяты из средневековой Польши и Речи Посполитой: войты и старосты, управляющие деревнями, отношения вассалов и сюзеренов, дворянская вольница и прочее.

Но, несмотря на общий средневековый антураж, многие другие элементы, костюмы, балы, технический прогресс, познания в науках скорее относятся к эпохе позднего Возрождения, познания в медицине и анатомии доходят чуть ли не до уровня XIX века, а порой ведут себя и разговаривают персонажи практически как современные люди.

Большинство существ, обычаев и поверий, описанных в саге, почти целиком и полностью относятся к европейскому фольклору. Автор любит брать монстров из мифологии разных стран, от западнославянских до западноевропейских, от лешего до мантикоры.

Магия в мире Ведьмака имеет непосредственное значение. Теоретически ей может выучиться любой, но реально ей хорошо владеют только чародеи, друиды, священники и ведуны. Ведьмаки тоже используют в своей практике простейшие заклинания, но не делают на волшебстве особого акцента. Люди появились в мире Ведьмака в результате события, известного как «Сопряжение сфер», вместе с ними в мир Ведьмака проникли и чудовища. До этого в мире жили эльфы[1] (которые, впрочем, тоже не коренные обитатели этого мира, а прибыли сюда где-то на тысячу лет раньше людей, но в результате всё того же Сопряжения сфер оказались в нём заперты), краснолюды, гномы, низушки и другие нечеловеческие расы. Люди в войне быстро вытеснили эльфов с их мест обитания, именно по этой причине напряженность между расами никогда не ослабевает, а угнетаемые нелюди ведут партизанскую войну на территории королевств Севера.

Кроме того, из-за появления в мире различных чудовищ, многие из которых крайне опасны, был создан особый вид бойцов — ведьмаков, мутантов, чьи тела изменены с помощью особых трав и эликсиров. Благодаря этому ведьмаки обладают улучшенными рефлексами, повышенной физической силой, способностью видеть в темноте, и благодаря этому способны весьма эффективно бороться с чудовищами. Кроме того, направленные мутации даруют всем ведьмакам «незаболеваемость», особый обмен веществ (в частности, ведьмак не набирает жир), продлённый срок жизни и замедленно-ослабленные процессы старения, а также, возможно, некоторую регенерацию.

Обучение, превращающее человека в ведьмака, крайне жёсткое. Мальчиков для этого отбирают с детства, в течение долгих лет подвергают их усиленным тренировкам, а после подвергают их испытанию Травами, в результате которого выживает один из четырёх, проходящих данный ритуал. Побочными эффектами являются отсутствие (скорее всё-таки сглаживание[2]) эмоций и бесплодие (а также, возможно, увеличенное либидо, по крайней мере конкретно у Геральта, который проходил через дополнительные мутации, «какие не для всех»). Именно поэтому в мире, где процветают предрассудки и расизм, к ведьмакам относятся чуть ли не хуже, чем к нелюдям.

Список книг серии[править]

Персонажи[править]

Вынесены в отдельную статью

Художественные элементы, явления и тропы[править]

  • Ай, молодца! — Тиссая де Врие. Она сорвала операцию реданской разведки по аресту чародеев-предателей, продавшихся Нильфгаарду. Итог — Танеддская резня и распад Капитула; в глазах северян чародеи выставили себя предателями. Пострадали многие даже лояльные северянам чародеи, и впоследствии были репрессированы даже ученицы Аретузы. Тиссая же, когда поняла, насколько на самом деле протупила — порезала вены.
    • Цири, увы и она «отличилась» — в ходе своих прыжков во времени она попала в вымирающий от эпидемии город и занесла оттуда смертельно опасную болезнь в свой мир. Ненамеренно, разумеется, но всё же.
    • История Лары Доренн — подробности её гибели неизвестны и неизвестно кто и как довёл её до гибели — эльфы или люди. Но она была носителем гена дающего доступ к пространственно-временной магии, категорически необходимой для того чтобы свалить из мира перед предстоящим Апокалипсисом. Не потеряли ген только чудом.
      • Ну как, «чудом»… можно ли считать чудом целенаправленную селекционную работу Капитула на протяжении нескольких веков? В которой принимала участие и сама Йеннифер, отчего у нее отчётливый комплекс вины перед Цири. Всё это в книгах написано прямым текстом, но разбросано отрывками, потому многие читатели не обращают внимания.
        • Вы каким местом читали книги ??? Сначала чуть-чуть не уморили Рианнон при рождении, потом злоключения её и детей(Фалька могла ведь и порезать её вместе с детьми), а история Цири — та вообще только чудом дожила до совершенолетия
  • Ай, молодца, злодей! — Вильгефорц доигрался в престолы до того, что предал абсолютно все стороны, ничего за это не получив, и стал самым разыскиваемым и ненавистным человеком в Мире, за его скальпом стали бегать — как минимум нильфгаардская и реданская разведки, Ложа чародеек и один Ведьмак. Далеко идущие планы закончились на мече в пузе от этого ведьмака.
  • Анахронизм — cплошь и рядом. Например, Нильфгаард ведёт войны с королевствами нордлингов отнюдь не по-средневековому, а в стиле Второй Мировой.
  • Бой-баба:
    • Лучница Мильва. Она же ещё и предательница собственной расы — помогает «белкам», которые воюют с мирным населением так же часто, как и с нордлингскими солдатами. Хотя для тех, кто «белкам» симпатизирует(в конце концов, у них есть причины), здесь имеет место троп Вам — предатели, нам — перебежчики. К тому же, если «белки» не во всём неправы (хоть и не во всём правы), а Мильва — постоянная нарушительница закона (браконьерша), которой все равно не поладить с нордлингскими властями, то отчего бы и не подружиться с белками, по крайней мере, с наиболее адекватными из них? Хотя сотрудничать с ними она начала всё же не по собственной воле — дриады поймали за браконьерство и поставили перед выбором: смерть или работаешь на нас.
    • Эльфийка Торувьель, появляющаяся в нескольких эпизодах.
    • Чёрная (позднее — Белая, см. ниже) Райла, еще одна эпизодическая воительница.
    • Джулия Абатемарко, кондотьерка по прозвищу «Сладкая Ветреница».
    • Зерриканские воительницы, которых с детства натаскивают на драку.
  • Благонамеренный экстремист — едва ли не все злодеи, если таковыми и не являются, то усиленно за них себя стараются выдать:
    • Эмгыр — в первых книгах представал полным чудовищем на троне, но во «Владычице Озера» выяснилось, что у него были вполне определенные и неэгоистичные мотивы поступать именно так. Многие читатели, однако, заявят, что это его всё равно не оправдывает. Но нам хотя бы показали не примитивную «осатанелую бестию», а трагическую историю человека, который сам-то себя ощущал «правым и достойным»… но сам же в этом обоснованно сомневался, что и привело его в конце концов к, в определённом смысле, раскаянию.
    • Вильгефорц притворялся таким, чтобы манипулировать Эмгыром. Но он — полное чудовище без скидок.
    • Филиппа Эйльхарт часто говорит, что её интриги и заговоры направлены на благо магии и магического сообщества. Как обстоят дела на самом деле, трудно сказать. С одной стороны, — она властолюбивая стерва, с другой же — искренне верит в процветание мира под тайным диктатом Ложи чародеек. Но вреда от её деятельности, несомненно, больше.
    • Сигизмунд Дийкстра — таким тоже выглядит, но нередко потом выясняется, что большинство его хоть сколько радикальных действий скорее являются попыткой предотвратить ещё большую катастрофу.
  • Бой-девка — Ангулема. И Цири, конечно (в последних книгах вырастает в бой-бабу, в этом же качестве далее подвизается и в видеоиграх-сиквелах)!
  • Вам террористы, нам партизаны — у разных рас и отдельных их представителей разные точки зрения на деятельность скоя’таэлей.
  • Вам хорошо осуждать — аллюзия на пакт Молотова-Риббентропа в лице нильфгаардско-каэдвенского сговора (см.выше). Как и в реальности, а что Каэдвену оставалось — бодаться в одиночку с перспективой, что все потом в лучшем случае остальные ласково похлопают по плечу и вежливо отодвинут от любой возможности воспользоваться победой?
    • И желание прирасти «Нижней Мархией» (= Маркой, т. е. спорной территорией) тут, конечно же, совершенно ни при чём…
      • Опять же, тогда ее заняли бы нильфгаардцы. И кому от этого было бы легче? И давайте, раз уж мы тут острополитические намеки разводим, расскажем для полноты образа, как Аэдирн своей неконструктивной позицией был больше всех против предложений Каэдвена объединиться и навешать нильфам, как Редания с Темерией слили Нильфгаарду Махакам, а Аэдирн заявил, что не пропустит Каэдвенские войска на подмогу, да еще и отжал маленький кусочек… с 40 % краснолюдских кузниц и мастерских[3].
  • Вас здесь не стояло! — люди по мнению эльфов. В действительности сами эльфы — такие же понаехашие и до прихода в этот мир людей вели себя по отношению в краснолюдам и низушкам ничуть не лучше.
  • Вместе мы сможем править Галактикой — Вильгефорц сделал такое предложение Геральту два раза на Танедде. Геральт его два послал к лешему, после второго раза Вильгефорц не стерпел и унизил Геральта, избив его до полусмерти обыкновенной палкой.
  • Все женщины — распутницы — многие волшебницы могут попасть под троп, однако с фитильком: в данном случае роль играет изменение их тел. Впрочем, и самому Геральту не составляет никакого труда соблазнять окружающих его девушек и женщин. Сложно сказать, какой посыл Сапковский закладывает в такое их поведение. Геральт при всех своих достоинствах — бесплодный мутант, устойчивый к ЗППП. И то ли девушки падают под него просто по авторской воле, то ли… То ли из-за того, что сами не сдерживают похоть — можно с кем-то переспать, не опасаясь залёта и болезней! Где кроется правда — вопрос открытый.
  • Вся слава досталась не тому — Сигизмунд Дийкстра. Фактически главный творец «Чуда при Бренне» и спаситель северных королевств, его роль в этом не только была скрыта и замолчена, но и после победы его просто-напросто попытались по-тихому убить.
  • Выкинули на мороз — этим заканчивают все спутники Геральта при приближении к развязке. Не тянет даже на слезогонку: погибают они реалистично и (каждый в контексте своей ситуации) обоснованно, но так быстро и невнятно, как будто автор просто решил быстро избавиться от лишних персон, с которыми непонятно, что дальше делать.
  • Забыл про сверхспособности — Один из самых сильнейших чародеев Вильгефорц, вместо того, чтобы покончить с Геральтом быстро одним заклинанием, решает сразиться с ним в дуэли без магии. Впрочем Вильгефорц оказался не слабаком и смог раскатать Геральта без особых усилий.
  • Заменил родителей — Геральт и Йеннифэр для Цириллы.
  • Зло в промышленных масштабах — Сапковский подчёркивает бесчеловечную сущность Нильфгаардской империи, описывая войну глазами Петера Эвертсена, главного завхоза имперских армий, для которого разорённые города, трупы и захваченные рабы — это прежде всего логистика.
    • Сюда же идёт и совещание королей в Хагго, где Фольтест, Визимир, Демавенд, Хенсельт и Мэва спокойно принимают решение о геноциде всех нелюдей, особенно эльфов, а чудом уцелевших предлагают загнать в концлагеря.
  • Злодей с хорошей репутацией — Вильгефорц из Роггевеена.
  • Избранный — ведьмаки ищут дитя, которому не понадобятся Испытания.
  • Инцест — проклятая дочь короля Темерии Фольтеста Адда является плодом именно такой связи.
    • Именно это задумал император Эмгыр, который хочет жениться на Цири, собственной дочери. Правда, в конце концов совесть возобладала.
  • Искусный государь — император Нильфгаарда Эмгыр вар Эмрейс.
    • Король Ковира и Повисса Эстерад Тиссен: снарядить отряды кондотьеров, воюющих против Нильфгаарда на нильфгаардские же деньги — это достойно внимания.
      • Ну, все же не напрямую на нильфгаардские, а на новиградские, которые формировались из платежей и капиталов купцов всего мира, в том числе нильфгаардских.
  • Казался злодеем, оказался героем — Кагыр, Дийкстра.
  • Кельты в килтах — внезапно Нильфгаард, а также отчасти дриады. Все нильфгаардские имена и названия — это вполне обычные ирландские и валлийские имена и названия. К сожалению, в русском переводе колорит полностью убит неграмотной транскрипцией (Кагыр вместо Кэр, Эитнэ вместо Энья, и т. п.).
    • Современные кельтские языки — опошленная версия высокоразвитых литературных языков средних веков с крайне упрощённым произношением, примерно 400 лет бывших де-факто бесписьменными, так как сасаннахи истребили и изгнали все местное дворянство и рубили головы за хранение дома рукописей и обучение языку. А потом просто тупо вернули язык со старой орфографией, которая уже никак не билась с произношением. Вставлять Эний и Кэров в средневековый эпос столь же тупо, как германца темных веков обзывать Дидье и Луи вместо Теодорих или Хлодвиг.
      • Кроме того, гугль утверждает, что на валлийском Kahyr и Emhyr — это Кахыр и Эмхыр (ы между И и Ы, но все-таки больше Ы, Х нечто более напоминающее украинско-белорусское Г). Тоже кельтский, если что. Да, и кстати: Эмгыра превратили в Йожа потому, что на нильфгаардском языке его имя буквально означает «Ёж». Вроде бы, ни по-ирландски, не по-валлийски это не так.
    • С другой стороны, в Нильфгаарде самом по себе ничего кельтского нет, фэнтезийный дритте райх пополам с СССР (имперский мультикультурализм вместо расизма, да и эльфы не чистые кельты, а с примесью и индейцев и даже украинцев). Насколько правильно при переводе с польского пользоваться ирландской транскрипцией имен, даже если они похожи на ирландские — вопрос интересный и спорный. Аллюзии на Турцию тоже добавляют атмосферы и довершают собирательный образ злой империи, точащей зуб на свободолюбивую Польшу.
  • Козёл — таковых тут много, но в начале цикла выпукло выделяются маги и магички. Гадить по-мелкому, гадить по-крупному, гадить своему ближнему и не ближнему — таково их кредо. Жестокое курощение в Нильфгаарде и резню на Севере они заслужили долгим и упорным трудом. Вот к чему приводит властолюбие и высокомерие!
  • Колдун и воин — Вильгефорц не только весьма сильный маг, но и способен на равных противостоять ведьмаку в бою, отбиваясь от того тяжелым посохом. Видимо сказывается прошлый опыт: до того как обучиться колдовству, сей товарищ зарабатывал на хлеб в качестве наёмника.
  • Крутой — тысячи их. Начиная с Геральта.
  • Крутая королева — Калантэ. Не воительница — но ужас как властна, и более или менее мудра, и самостоятельна, и себе на уме. «Не дала себя укротить и отправить в „бабий притвор“ [т. е. на женскую половину жилища, изолированную от мужской]» (c)
  • Крутая принцесса — Цири.
  • Скорее всего, также и Фалька. Эта напополам со со злой принцессой.
  • Крутой король — Эйст Турсеах, когда женился на Калантэ и стал королём Цинтры. Крутым воином он был и раньше, пока был скеллигским хускарлом.
    • Крах ан Крайт (правда, титул его не «король», а всего лишь «ярл»), правитель Скеллиге и ученик Эйста.
  • Крутой фехтовальщик — их тут очень много. Ведьмаки, особенно Геральт, зерриканские воительницы, Дикая Охота, особенно их предводитель Эредин. Среди отдельных личностей выделяются Лео Бонарт, убивший трёх ведьмаков (одного честно, двух обманом), Исенгрим Фаоильтиарна, Кагыр, Золтан, Белая Райла, Ренфри и Цири.
  • К этому привыкаешь. Геральт: «Путешествуя, видишь многое. Двое бьются из-за межи посреди поля, которое завтра истопчут кони дружин двух здешних графов, жаждущих уничтожить друг друга. Вдоль дорог на деревьях болтаются висельники, в лесах разбойники перерезают глотки купцам. В городах то и дело натыкаешься на трупы в сточных канавах. В дворцах тычут друг друга стилетами, а на пиршествах то и дело кто-нибудь валится под стол, синий от отравы. Я привык. Так чего же ради меня должна волновать грозящая кому-то смерть, к тому же грозящая не мне, а тебе?»
    • Но тут важно, что Геральт не является таким-то уж «козлом по жизни», как из этой цитаты можно подумать. Это он просто троллит зачётного козла — чародея Стрегобора, с которым знаком по каким-то прошлым делам (и явно видел от Стрегобора и хорошее, и плохое).
      • Верно ли, что Стрегобор «всего лишь козёл и не более того» — это ещё вопрос. Есть большое подозрение, что он лично принимал участие в вивисекции девушки, в которой подозревали жертву проклятия Черного солнца. Уж неэтичный учёный — как минимум (стоило бы хорошенько проанализировать его поведение в конце рассказа и причину острой реакции Геральта…).
  • Магия — это плохо — у Сапковского маги в массе прописаны очень нелестно: зазнавшиеся и охамевшие, нагло лезущие в политику во имя очень туманных целей и идеалов, стремящиеся очень сильно дозировать доступность достижений магии для людей и как можно сильнее монетизировать свои умения. Таковы не все, но верхушка именно такая.
    • То как бабы из Ложи Чародеек хотели обойтись с Цириллой из Цинтры после спасения из рук Вильгефорца… Автор правки не одобрил бы, если в серии игр Цириллу сделали бы Леди-Инквизитором или Охотницей на магов, но согласился бы что у неё было бы моральное право отправить на костёр всю Ложу.
  • Маньяк поневоле — Йеннифэр и Маргарита Ло-Антиль попытались поставить в такое положение офицера охраны, решив принять его в бане: «А ну-ка разденемся полностью… А теперь зовите офицера!». Шутка не удалась: офицер оказался женщиной.
    • Кагыр хотел перепачканную Цири просто вымыть, а вовсе не изнасиловать. И раздел, и вымыл. Но маленькая Цири чуть не «испугалась навсегда», и с тех пор «страшный чёрный рыцарь» являлся ей в кошмарных снах, и она мечтала однажды его убить (особенно если он «придёт за ней опять»)… Девочка-то выросла в королевском дворце, а потому с малых лет знала, «зачем обычно мужчины раздевают и трогают девушек»…
  • Меркантильный герой — ведьмаки убивают чудовищ. За деньги. Есть риск получить вилами вместо платы.
    • И не только ведьмаки: есть, например, драконоборцы, работающие отнюдь не бесплатно. Исключение — ощутивший себя паладином рыцарь Эйк из Денесле (которого «коллеги» именно за это ненавидят: лишает нас прибыли, гад!).
  • Навозные века: зигзагом. Сапковский то подсвечивает «навозность» фантазийного средневековья, то придаёт ему черты Нового времени со свойственным ему мышлением и подходом (особенно там, где речь идет о политиках и волшебниках).
  • На вкус как дружба — становление команды Геральта произошло после совместного приготовления и съедания ухи.
  • Надмозги — перевод саги на русский от издательства АСТ. Увы, увы…
    • Справедливости ради, нельзя не упомянуть об особой душевности перевода Е. Вайсброта. Сам пан Анджей, признавая недостатки перевода, очень высоко его оценивал:
« Памяти Евгения Вайсброта, прекрасного человека и выдающегося переводчика, который более полувека приближал нашим друзьям москалям польскую литературу, посвящаю эту повесть. »
— посвящение из «Света Вечного», финального романа Саги о Рейневане
  • Налить воды — Вся сага целиком: сюжетно — пять книг, хоть и исполнены на высоком художественном уровне, всёж-таки затянуты, по поводу чего стебался и сам автор.
  • На тебе! — В «Часе презрения» Сапковский активно использует аллюзии на начальный период Второй мировой, в частности, на пакт Молотова-Риббентропа[4]. Впрочем, немцев, англичан и французов он тоже продёрнул изрядно. Затем, впрочем, от намёков на Вторую мировую автор отошел, ибо закончилось все совершенно не так.
    • Фраза «Я привёз вам мир» — явная отсылка к Мюнхенского сговору, по которому кусок Чехословакии заняла как раз Польша.
    • Бригада «Врихедд» — «На тебе!» в адрес национальных дивизий, созданных нацистами из добровольцев из других стран и оккупированных территорий.
    • Инициированный нордлингами геноцид нелюдей — явная отсылка к Пацификациям во Всходних Кресах (что это такое, можно прочитать в статье про Польшу — ничего хорошего), а Дракеборг — на польский концлагерь Берёза-Картузская.
    • Нильфгаардское вторжение отсылает уже к советско-польской войне 1919-21 годов: сокрушительное наступление империи зла, заканчивающееся «чудесным» разгромом, после которого она, однако, сохраняет часть завоеванных территорий. Чего стоит только то, что разгромленная под Бренной группа армий «Центр» Нильфгаарда состояла из 3-й пехотной и 4-й конной армий.
  • На хрена родня такая, лучше буду сиротой — таковы взаимоотношения между королём Керака Белогуном и его сыновьями в «Сезоне Гроз». А потом в королевство возвращается самый старший сын и за счёт хитрого плана захватывает трон сам.
  • Не команда (а также Банда маргиналов) — Геральт, Мильва, Лютик, Кагыр и Регис, собравшиеся в «Крещении огнём» ради спасения Цири. Подсвечено Мильвой — лучше им путешествовать втайне, а то встречные, узнав о совместной экспедиции ведьмака, охотницы, барда, нильфгаардца и вампира, помрут со смеху.
    • Впоследствии к группе присоединяется малолетняя бандитка Ангулема. Решающий штрих.
  • Нелицо — никто уже толком не помнит про самого старшего сына короля Белогуна, а его имя и вовсе под запретом. Как оказалось, зря.
  • Несовместимое с жизнью хамство — трое пьяных задир в вызимском трактире «У Лиса» попытались наехать на ведьмака. RIP.
  • Неблагодарное быдло — большая часть клиентов Геральта.
    • А обычные крестьяне у пана Сапковского являются быдлом по одному факту своего существования.
  • Одинокий волк — сам Геральт
  • Оздоровительная порка — в рассказе «Край света» эльфийка Торувьель ничего не имеет против убийства гражданских. После того как Геральт (связанный по рукам и ногам!) разбил ей лицо, Торувьель пересмотрела свои взгляды: в романе «Час презрения» она уже выступает против бессмысленного кровопролития, в романе «Владычица озера» останавливает резню в госпитале.
    • За резню в госпитале, где лечили и раненых пленных нильфгардцев, их бы просто повесили потом собственные хозяева. Пересмотрела свои взгляды на жизнь она пожалуй только во время встречи на дороге, когда люди из обоза, везущего покалеченных солдат, дали бегущим голодным «белкам» хлеба.
    • В сцене, когда Геральт и Кагыр пытаются разрешить свои разногласия путём старого доброго мордобоя, Мильва воплощает троп буквально. Достаётся не только обоим спорщикам, но и (за компанию) Ангулеме — а нефиг называть Мильву, которая немногим старше тебя, «тётечкой»!
  • Опосредованная передача ругательств — Когда три дня спустя Аплегатт добрался до ворот Третогора, было уже далеко за полночь. Он обозлился, потому что проторчал перед рвом и надорвал себе горло — стражники спали мертвецким сном и долго не открывали ворот. Чтобы полегчало, он принялся проклинать их аж до третьего колена. Потом с удовольствием слушал, как разбуженный начальник вахты пополняет его упрёки новыми красочными деталями и пожеланиями в адрес кнехтовых матерей, бабок и прабабок.
    • «Крещение огнём»: Геральт толковал, что всему виной политическая география. Западный конец Старой Дороги лежит в Бругге, восточный — в Темерии, а середина — в Соддене, так что каждое королевство разрушает свой участок по собственному разумению. В ответ Золтан красочно и смачно охарактеризовал то место, в котором ему видятся короли, и привёл перечень изысканных непристойностей, обрисовывающих их политику. Фельдмаршал Дуб добавил от себя еще кое-что относительно королевских матерей.
    • «Владычица озера»: Мельфи монотонно повторял по кругу разные слова, в основном касающиеся подробностей интимной жизни нильфгаардцев, псов, сук, королей, коннетаблей, воевод и матерей их всех.
  • Печальная борода — Геральт, оправляясь от ран в Брокилоне, обрастает бородой. Причина вроде бы чисто техническая: все дриады женщины, а значит, бритвы им ни к чему. Но если подумать — Геральт мог одолжить нож у любой из них и наточить его до нужной остроты… Нет, его борода явно печального свойства: он переживает, что не смог защитить Цири и что Йеннифэр его предала (на самом деле нет, но он-то не знает), и что в мире опять началась кровавая война. И перед тем, как покинуть Брокилон и идти надирать задницы, он решительно бороду сбривает. (Пару раз упоминалось, что он не любит ходить с бородой — во всяком случае, не любил во времена, показанные в книгах. В играх он уже крутой бородач, даже если с прикрученным фитильком.)
  • Полное чудовище — так как одна из тем саги заключается в морали о том, что разумные существа, такие как люди, эльфы, краснолюды и низушки могут быть гораздо страшнее любого из чудовищ, на которых охотятся ведьмаки, ну и из-за чёрно-серого сеттинга, их тут хватает с лихвой. Особенно выделились следующие:
    • Вильгефорц из Роггевеена — главгад книжной серии. Честолюбивый женоненавистник, желавший заполучить безграничную власть любой ценой. Предал своих коллег-колдунов из Северных королевств, проводил не только бесчеловечные и в крайней степени садистские, но также и сомнительные с научной точки зрения эксперименты на женщинах и хотел подвергнуть им Цириллу, чтобы заполучить её силу.
    • Лео Бонарт — охотник за головами и крутой фехтовальщик. Из-за своего превосходства, любил измываться над своими жертвами перед их смертью. Убил на глазах Цири её возлюбленную, регулярно избивал саму Цири, чтобы сломать её волю, заставлял прилюдно раздеваться в трактире, отправил её сражаться на арену на потеху публике, после планировал изнасиловать её и Йеннифер.
    • Эредин Бреакк Глас — предводитель Дикой Охоты, главгад всей саги, включая компьютерные игры и враг Геральта номер один. Благодаря способности путешествовать в другие миры, вместе со своими воинами занимался беспощадным геноцидом невинных людей и других рас, убил своего короля. Конечно, он всеми силами пытался предотвратить гибель своего мира от Белого Хлада, но меньшим чудовищем его это не делает.
    • Старичок-боровичок — эпизодический персонаж, детоубийца, каннибал и насильник, от которого чудом смогла отбиться Цири.
    • Радовид Свирепый — любитель зажигательных представлений, движимый детскими обидами. В самих книгах о его «великом будущем» только намекается, зато в игровой трилогии он раскрывается на все сто.
    • Король Эрдилл Вердэнский — педофил, насильник и убийца. Также подстроил убийство человеческих купцов, чтобы обвинить в этом дриад и аннексировать Брокилон. Лично ни разу не появляется, мелькая за кадром в «Мече Предназначения».
    • Новиградский инквизитор Ляшарель — держал в страхе весь город системой доносительства, пытками, заказными убийствами и шантажом.
    • Многим казалось, что именно это вырастет из князя Недамира Каигорнского. А вот и нет, по упоминаниям в дальнейших томах Саги Недамир — предводитель Хенгфорской лиги, объединения карликовых королевств, которое обрело немалый вес на Севере. Вряд ли у Недамира это получилось бы, будь он полным чудовищем, его бы укоротили гораздо раньше. Так что, по итогу, вырос он не более чем злодеем-прагматиком.
  • Пытки портят характер — вышеупомянутая Чёрная Райла командовала в бою арьергардом, прикрывавшем отступление войсковой колонны нордлингов и беженцев, попала живой в руки «белок». Что конкретно с ней сделали — можно только догадываться, но в последнем томе мы видим её покрытой шрамами, без одной руки и совершенно седой. Неудивительно, что теперь уже Белая Райла превратилась в безжалостного карателя.
  • Рыцарь в ржавых доспехах — Геральт, практически эталон.
  • Ряженые под Рейх — Нильфгаардская империя. Точнее, несёт в себе явные его элементы[5]: истинные нильфгаардцы — светловолосые и голубоглазые, армия одета в чёрные цвета, символика бригад откровенно напоминает фэнтезийные СС, госбезопасность активно действует в пределах империи, методы войны тоже характерны для времён Второй мировой, а не феодальных.
    • Во второй игре «Убийцы королей» нильфгаардские солдаты еще и говорят с карикатурным немецким акцентом — «Та сдгавстфует импегатог!» (в «Дикой охоте» таки получают собственный язык на основе эльфского по канону вселенной)
    • Правда, немаловажной чертой сего «нацистского рейха» является то, что там, в отличие от «свободного мира», нет расизма, отчего представители нечеловеческих рас зачастую относятся к ним как к освободителям. Намёк на советско-российский мультикультурализм в рамках единой империи?
    • Столица Нильфгаарда именуется Город Золотых Башен — намёк на «Москву Златоглавую»?
    • Еще больше в пользу этого свидетельствует личность правителя Нильфгаардской империи Эмгыра вар Эмрейса. На истеричного «бесноватого фюрера» он не похож от слова «совсем». Зато сколько сходства с биографией одного малоизвестного усатого «эффективного менеджера»! Оба в молодости оказались в ссылке, из которой поднялись к самым вершинам власти, и оба более известны не по именам, а по своим псевдонимам, подчеркивающим их прагматизм (Сталин — «Стальной»/Деитвен Аддан ын Карн аэп Морвудд — «Белое [Холодное] пламя, пляшущее на курганах врагов»).
    • Стереотип «Они там все рабски преданы императору, пока он нагебает, но стоит ему проиграть сражение или, не дай бог, войну, сами тут же сожрут (продолжение: поэтому давайте один раз соберемся и их разгромим, тут их Императора они сами ногами вперед и вынесут)» тоже чисто польский о России.
    • Кроме нильфгаардцев, там есть ещё и маг Вильгефорц, которого, по мнению некоторых, Сапковский срисовал с Йозефа Менгеле. А ещё более вероятно — с Вольфрама Зиверса, одного из ведущих нацистских оккультистов, знатока рунной магии и стопроцентного герра доктора). Представьте себе герра доктора со сверхспособностями — вот вам и Вильгефорц (да и имя вполне псевдогерманское).
  • Ряженые под Рим — опять-таки нильфы, когда речь идет о внутренней, а не о внешней политике. Здесь же и инверсия, поскольку из всех человеческих государств лишь в Нильфгаарде нет расизма и преследований на расовой почве.
  • Скурвился — если считать Корина из «Дороги без возврата» и Вильгефорца одним и тем же персонажем, то масштабы скурвливания впечатляющи.
  • Суперсолдат — ведьмаки. Их специально создавали для борьбы с чудовищами путём изнурительных тренировок и генной модификации путём Испытания Травами (которое переживали 3 из 10). Геральт вдавливает педаль в пол, поскольку из-за особой процедурки он стал суперсолдатом даже по меркам других ведьмаков.
  • Убить дракона: деконструкция по мотивам польской народной сказки. Но в сказке «хитроумный сапожник» подсовывает отраву злому, плохому (похоже, даже дьявольскому) дракону, терроризирующему округу. А в книге Сапковского тупой, гнусный представитель деревенского быдла сапожник Козоед — ни в чем особенном не повинной (подумаешь, украла пару овец, с голодухи да с токсикоза!), доброй беременной драконице Миргтабракке. С чудесным золотым драконом Виллентретенмертом Козоед предлагает поступить точно так же — но на это не соглашаются даже циничный король Недамир и его помощники-драконоборцы, на которых пробы ставить негде. Впрочем, напрашивается насквозь приземлённое толкование их мотивов: похоже, король просто не верил в практический успех этой затеи (ага, так и станет сытый, не-беременный и мудрый дракон жрать явно подозрительную и «подсадную» овцу!), а драконоборцы не хотели, чтобы практика подсовывания яда драконам распространилась и прижилась (это поставило бы крест на их заработках, что подсвечено в тексте).
  • Умереть может каждый — особенно автора понесло в последних книгах.
  • Умер с позором — Риенс и Ширру. Первого Цири утопила в проруби путем отрезания пальцев, которыми тот держался за лед, второго друиды сожгли в Ивовой Бабе, и в обоих случаях персонажи, садисты и убийцы, перед смертью вели себя позорно.
    • Мэнно Коегоорн, нильфгаардский фельдмаршал, решил сбежать с поля боя, поменявшись конем и плащом с младшим офицером. Далеко не убежал, увяз в болоте и был застрелен подоспевшими краснолюдами.
    • Банда юных мародеров, которая попыталась пограбить и понасильничать в Хирунде, поселении полуросликов. Увы и ах мародёрам: низушки виртуозно владели орудиями сельскохозяйственного труда.
      • Впрочем, мародёры тоже не унижались перед низушками, о пощаде не просили и бежать не пытались. Просто не успели
    • Лео Бонарт, знаменитый убийца ведьмаков, в итоге был побеждён… обвалившимся полом и зарезан девочкой-подростком. Конечно, он перед смертью не скулил и не молил о пощаде, однако для профессионала такого уровня подобная кончина — позор.
  • Устоявшийся неточный перевод — Вайсброт, к сожалению, не умел в кельтские языки от слова совсем. А потому имена с ирландскими и валлийскими корнями (у эльфов и Нильфгаарда) в его исполненении превратились в жуткую транслитерацию вроде Эитне (на самом деле Энья — да, как та самая), Груффыд (Гриффид), Кагыр (Кэр) и так далее. Из-за этого нильфы, которым достались многочисленные «ы» и «аллахи», из типичных ирландцев в русском переводе превратились чуть ли не в турков! Но поскольку большая часть аудитории смыслит в этих языках и того хуже, никто не возмущался.
    • Включите гимн Ирландии на ирландском языке и наслаждайтесь — он и правда похож немало по фонетике скорее даже на татарский. А требования транслитировать раннесредневековые кельтские имена согласно нынешнему произношению — это примерно как требовать Юлия Цезаря везде писать, как Джулио Чезаре, а Карла Великого — Шарлемань. Звук «ы» есть даже в современном ирландском.
    • Tissaia de Vries и Menno Koehoorn. Обе фамилии голландского происхождения и звучат как де Фриз(в честь народности фризов, очень распространена) и Кухоорн (значит «коровий рог»).
  • Фантастический расизм — во все поля: люди северных королевств не любят нелюдей — эльфов, краснолюдов, гномов и низушков. Погромы нелюдей — регулярное явление. Стоит ли удивляться, что на почве этого выросло движение скоя’таэлей?
    • Вместе с тем не стоит забывать, что эльфы — точно такие же, если не хуже, зацикленные на собственной исключительности расисты. Пока они оставались господствующей расой, гномам и краснолюдам приходилось от эльфов очень несладко, а в параллельном мире, куда попадает Цири, эльфы попросту вырезали (неважно, своими или чужими руками) часть людей, прочих же поработили, промыв мозги.
      • Ну уж краснолюды-то и низушки ничем таким против людей не провинились (если не считать совместного с эльфами участия в терроре «белок»), а полк краснолюдских добровольцев храбро сражался в битве под Бренной. Тем не менее, в финале саги люди устраивают безобразный кровавый погром в краснолюдском квартале Ривии. А разгадка проста (если не считать банальной ксенофобии): зависть и конкуренция. Людские ремесленники люто завидуют мастерству краснолюдских искусников. Развивать собственные навыки? Нет, не слышали. Проще пытаться уничтожить того, чья искусность превосходит твою.
  • Фэнтезийный феминизм — среди волшебников представительниц прекрасного пола едва ли не больше, чем мужчин. А объединившись после роспуска Капитула в Ложу Чародеек, женщины-магички вообще установили в мире свой теневой диктат.
    • И женщин-солдат в мире Сапковского намного больше, чем было в историческом Средневековье. Особенно выделяется героическая кондотьерка и крутая женщина-полковник Джулия Абатемарко.
    • Нильфгаард пошёл ещё дальше — установленно безраздельное и полное равноправие мужчин и женщин в его армии, вплоть до общих гаупвахт, казарм и палаток.
      • Однако обыкновенные женщины, не волшебницы, не королевы и не бой-бабы, живут по обычным законам традиционного общества.
  • Ходячий макгаффин — Цирилла из Цинтры, носительница т. н. гена «Старшей крови» дающего доступ к пространственно-временной магии.
  • Хроническое спиннокинжальное расстройство — Белогун и его сыновья из «Сезона Гроз». А также Вильгефорц, предавший как Север, так и Эмгыра в своём стремлении заполучить Цириллу.
  • Чёрно-серая мораль — причём поначалу кажется серо-серой, вплоть до появления таких замечательных личностей, как Риенс и Вильгефорц. Да, Нильфгаард напал на Север и, в принципе, агрессор, а его армия ведёт себя на оккупированных территориях далеко не лучшим образом. Однако в Империи не преследуют нелюдей, а Вторую Северную Войну фактически спровоцировали Темерия и Аэдирн. Да, скоя’таэли нападают на людские селения и частенько убивают всех без разбора, но незадолго до этого (а по эльфийским меркам вообще почти вчера), люди отняли у эльфов земли, вырезали тех, кого застигли врасплох, почти поголовно, превратив оставшихся в бесправных унтерменшей, а большинство людей исповедуют принцип «хороший эльф — мёртвый эльф». С другой стороны, легко понять можно и людей, которые не несут ответственности за дела своих отморозков-собратьев и ненавидят «белок» за налёты.
    • За дела давно минувших лет они ответственности не несут, а вот за регулярные погромы нелюдских кварталов вполне несут.
  • Чудовище Чехова — жагница, для убийства которой Геральта наняла судоходная компания «Малациус и Грок», появляется как раз когда темерские контрразведчики, переодетые в таможенников, попытались схватить Геральта и взяли в заложники ребенка. Контрразведчики удачно вписались в пищевую цепочку жагницы.
  • Чудо одной сцены — наёмный убийца по прозвищу Профессор. Казалось бы, одноразовый злодей, введенный, чтобы тут же пасть от меча Геральта — но столь обширную аудиторию фраппировал он своей экстраординарной элоквенцией, что удостоился даже помещения в игру (сиквел книжной серии).
    • Там же: низушек-хирург Русти Вандербек. Видимо, до полевой практики преподавал, поскольку привычка читать лекции по ходу операций у него неистребима.
  • Эскадроны смерти — печально известная эльфийская бригада «Врихедд», чья символика является прямой отсылкой к СС. Специальные Войска нордлингов сюда же.
    • Нильфгаардская армия представляет собой один огромный эскадрон смерти с соответствующей униформой и образом действий.
  • Я твой отец — кесарь Нильфгаарда Эмгыр вар Эмрейс — отец Цири. В конечном счете он так и не решается сказать ей это. Точнее, почти говорит. Точнее, говорит, но Цири думает, что обращение «дочурка» — просто ласковое обращение старшего мужчины к младшей девушке, потому что отец говорил по-эльфийски. С прикрученным фитильком: то же говорит король эльфов ольх Ауберон Муиркетах, в предсмертном бреду путая Цири с Ларой Доррен. Была ли Лара его дочерью — нигде не уточнено. Если предположить, что всё-таки была, то Ауберон — прямой предок Цири.
    • Также есть намеки, что биологический отец Геральта — Вильгефорц. И намёки на то, что Корин из рассказа «Дорога без возврата» и Вильгефорц — одно и то же лицо. «Корин и Висенна — родители Геральта» — это как раз не «намёки» никакие, а попросту слово Божие..

Адаптации[править]

Видеоигры[править]

Игры, разработанные польской студией CD Projekt RED, как ни странно, не являются игровыми адаптациями книг, а продолжают книжный цикл, несмотря на то, что сам Анджей Сапковский открещивался от игр.

Сюда же примыкают «Гвинт», бывший вначале одним из способов развлечься в третьем «Ведьмаке» и выросшая уже из «Гвинта» «Кровная вражда».

Рок-опера[править]

(link)

Часть первая. Кстати, с восьмой частью поосторожнее - там реальные военные кадры использованы

Телесериалы[править]

  • Польский 2001 года. Мягко говоря, так себе, но сам Геральт в исполнении Михала Жебровского был хорош. Внезапно картонность декораций и съемки на реальных остатках средневековья добавили реализма. Но зачем-то напихали неуместной японщины и травли Геральта цветущим цехом ведьмаков, в том числе за интерес к женскому полу![6]
    • Панове, вы случаем ведьмаков с джедаями али ещё какими-нито монахами не перепутали, курва мать?..
    • И зачем превращать айкидо (этим словом не названное, но фактическое) из «всего лишь одной из боевых техник, которыми владеет Геральт» (см. книгу «Час презрения», где ведьмак дерётся против Дийкстры и его стражников) — прямо в какую-то «всю суть всей жизни ведьмака», как будто он не Геральт, а Волкодав?.. Ах, в съёмках сериала принимал активное участие какой-то польский айкидошный «клуб»… а мы, зрители, должны из-за этого страдать, ага?..
  • Американский от Netflix. Стартовал 20 декабря 2019 года. В роли Геральта — Генри Кэвилл, Супермен из киновселенной DC и большой поклонник книжного цикла и игр. А ещё там негры-дриады, негры-эльфы, слишком взрослая Цири и, внезапно, фантастически прилипчивая песня Лютика про чеканную монету. Всяческое бодалово просьба учинять в тематической статье (если админы позволят) и в её обсуждении, а не здесь.

Культурное влияние[править]

В каких ещё произведениях появлялись «ведьмаки» не в смысле «ведуны» (мужчины-колдуны с «традиционно женской» магией, как, скажем, у Лукьяненко, или в американской кинодилогии «Чернокнижник», или мимоходом у Высоцкого в песне про Канатчикову Дачу), а именно те самые wiedźminy aka the witchers (мутанты, истребители чудовищ), что и у Сапковского? Но только не в сеттинге конкретного Мира Сопряжённых Сфер, так что это не фанфики, а заимствования-оммажи.

  • ККИ «Берсерк: вселенная магических битв».
  • Фильм С. Бодрова-старшего «Седьмой сын».
  • Очень достойная книга-игра Романа Островерхова «Наставники всегда правы». Здешние ведьмаки — ещё и анимаги. А челлендж в битвах заметно выше, чем, скажем, в книгах-играх Д. Браславского. Да и в целом изображаемый мир не очень-то дружелюбен к молодому ведьмаку, для которого это — первое самостоятельное задание…
  • И трилогия Владимира «Вохи» Васильева, пародирующая Сапковского: «Охота на дикие грузовики», «Ведьмак из Большого Киева» (сборник рассказов), «Ведьмак из Большой Москвы». Вместо клинков — огнестрел, вместо магии — техника, вместо традиционных фэнтезийных монстров — «техночудовища».

Примечания[править]

  1. Эльфы в «Саге о ведьмаке» выглядят так, будто у них поначалу долго (веками) была массовая, привычная и мощная магия, и они горюшка не знали — а потом она куда-то делась, и… опа, без этой магии эльфы автоматически проигрывают людям в естественном отборе: нет у эльфов немагического иммунитета от болезней, нет привычки заниматься сельским хозяйством, нет хорошей плодовитости… Сапковский тут деконструирует традиционные черты эльфов, каковы они во многих фэнтези.
  2. На протяжении многих книг — а потом игр — Геральту случалось и гневаться, и раздражаться, и радоваться, и тосковать, и грустить, и депрессовать, и отчаиваться… и пр. и пр. У него всего лишь всё это протекает «без внешних эксцессов». Так что «отсутствие» эмоций — это скорее миф о ведьмаках (в том числе внутримировой), чем действительно «канонический факт». Но вместе с тем очевидно: проявления сглажены, и у Геральта, во-первых, есть какой-то особый биохимический фон, который ПОМОГАЕТ ему владеть собой (так, чтобы переживания были, но ничуть не мешали успешным боям и вообще деятельности), а во-вторых, у Геральта подавлены/«преобразованы» естественные реакции брезгливости, так что он может без проблем сидеть в засаде буквально «в дерьме», или «в дерьме по пояс драться с риггером», и у Геральта от этого никакого психологического шока (хотя и радости ему от этого никакой, и ему не то чтобы «совсем наплевать»). В бесчувственного монстра ведьмачьи мутации уж точно никого не превращают.
  3. У Сапковского такого, разумеется, не было, но должно было быть, раз он такие аналогии проводит
  4. Правда, потом он с удивлением обнаружил (см. его интервью С. Бересю), что чешские читатели его поняли не совсем так, и аллюзии восприняли как намёк на участие Польши совместно с Германией в захвате Чехословакии. (Или они как раз всё поняли правильно и тонко потроллили автора с его патриотизмом?)
  5. Вообще Нильфгаард — скорее собирательный образ злой империи, точащей зуб на Польшу и, таким образом, сочетающей в себе черты Германии, Турции и России
  6. А между тем из книг (хоть это там прямо и не сказано) в общем-то очевидно, что повышенное либидо (наряду с трагическим, неизбежным бесплодием, про которое как раз упомянуто отчётливо) — это, чего доброго, стандартная побочка ведьмачьих мутаций! Как вариант — личный физиологический казус Геральта (сексуальные похождения других ведьмаков не описаны нигде, кроме комиксов, а их каноничность под вопросом). Во всяком случае, в каноне-то ни одного ведьмака за интерес к женскому полу никто (в том числе никто из ведьмаков же) не шпынял, и Геральта в том числе.