Vampire: The Masquerade

Материал из Posmotre.li
(перенаправлено с «Vampire: the Masquerade»)
Перейти к: навигация, поиск

Vampire: The Masquerade — это настольная ролевая игра, (анти-)героями которой являются обычные кровососущие монстры — вампиры. Ну, не совсем обычные. В сеттинге довольно ловко соблюдается баланс между образом «стандартного голливудского вампира» и своими собственными придумками. Некоторые штампы о вампирах реконструируются, некоторые — деконструируются, некоторые являются простым суеверием.

Действие происходит в Старом Мире Тьмы, параллельной Земле, которая очень похожа на настоящую, но радости от неё никакой более мрачна, готична и панкова. В этом мире существуют вампиры — могущественная раса нежити, ведущая происхождение от самого библейского Каина. От потомства Каина происходят кланы — подвиды и разновидности вампиров, каждый со своей собственной культурой, способностями и особенностями. У каждого клана есть основатель — Допотопный или Патриарх, очень древний и сильный вампир, спящий где-то в отдалённом уголке Земли, и его ближайшее потомство (люди, обращённые им в вампиров) — Мафусаилы, которых опасаются даже другие вампиры, потому что питаются они исключительно вампирской кровью. Чуть ниже по вампирской лестнице лежат старшие — руководство кланов, возрастом где-то от 1000 до 500 лет, они являются вампирскими политиками и интриганами. Ну и самая мелочь — анциллы (служители) и новообращённые (неонаты) — самые обычные вампиры, которые в большинстве случаев и являются игровыми персонажами.

В каждом городе есть сообщество вампиров, управляемое Князем — самым авторитетным вампиром города. Все Князья являются членами вампирского сообщества, известного, как Камарилья. Цели Камарильи — охранять существование вампиров в тайне и следить за тем, чтобы никто не бузил и не привлекал внимание смертных к существованию нежити (это-то и называется маскарадом). У Камарильи есть и враги, среди которых наиболее опасен Шабаш — агрессивные вампиры-культисты и террористы, в открытую проповедующие теорию превосходства нежити над жалкими смертными. Если члены Камарильи похожи на персонажей Энн Райс, то шабашиты — на вампиров из фильмов «Пропащие ребята», «Почти полная тьма» или «30 дней ночи».

Вампиры Камарильи называют себя Сородичами (Kindred, в надмозговом переводе — Красным Родом). Шабашиты предпочитают именоваться «Каинитами» (Cainites). Оба самоназвания могут употребляться и в более широком смысле, как политкорректный синоним слова «вампир».

Система поколений[править]

Вампирская генеалогия — кто кого обратил в вампира — очень важна, так как именно от неё зависят доступные вампиру силы. Первое поколение — это сам Каин, на которого Господь Бог наложил и проклятие вампиризма, и совершенно божественного уровня бафф, который позволил Каину изучить у Лилит истинную магию (ни один другой вампир на это не способен) и изобрести на её основе вампирские Дисциплины. Второе поколение, ныне полностью вымершее — это трое, обращённых Каином, и схожих с ним по уровню силы. Третье поколение — это Патриархи-Допотопные. Они — последние вампиры с силой божественного уровня, однако у них уже появляется специализация и особые уникальные проклятия, ограничивающие их возможности. Четвёртое-пятое поколения — Мафусаилы, «среднее звено» между Допотопными и рядовыми вампирами. Поколения с шестого по тринадцатое — рядовые вампиры с убывающим уровнем силы. Наконец, четырнадцатое и пятнадцатое поколения — слабокровные, недовампиры, и дальше процесс распространения вампиризма не идёт.

Изменить своё поколение можно только одним способом: совершить преступление, известное как Диаблери. Говоря по-простому, высосать насухо, вплоть до души, другого вампира более сильного поколения. А потом несколько лет прятаться, пока с ауры не сойдут следы содеянного, и всю последующую нежизнь бояться тех, кто запалит тебя каким-то другим способом. Ну, или вступить в Шабаш, там на это смотрят более позитивно и инициативно… правда, слишком часто подобным увлекаться не стоит: Диаблери — одно из величайших удовольствий, что может испытать вампир, и подсесть на него крайне просто, а каннибал-наркоман никому не нужен.

Секты[править]

Каинитов, в целом, можно поделить на пять больших над-клановых группировок, у каждой из которых свои цели и своя идеология.

Камарилья[править]

Наиболее многочисленная вампирская организация, ставящая целью выживание вампирского сообщества в условиях расплодившегося и буйного человечества. Именно они придумали Маскарад как-таковой и первыми предложили идею союза между кланами. Основана кланами Вентру, Тореадор и Тремер в эпоху Инквизиции. В те мрачные времена Инквизиция, случайно взращённая магами Небесного Хора, угодила под контроль недавно основанного Ордена Разума, предшественника нынешнего Союза Технократии. Инквизиторы, изначально преследовавшие еретиков и магов, по наводке Истинной Чёрной Руки обратили внимание и на каинитов. Вампиры тех времён были неосторожны и зачастую открыто правили целыми регионами, словно феодалы (а некоторые феодалами и были). Охотники, вооружённые Истинной Верой и магией, открыли сезон охоты на Сородичей и вампирское сообщество оказалось на грани полного вымирания.

Наибольший ущёрб понесли кланы, традиционно тесно связанные с людьми: Вентру и Тореадор, а также недавно основанный клан Тремер, на которых охотились и как на вампиров, и как на чародеев. Такие кланы, как Носферату, Малкавиане и Гангрел, сильно выделявшиеся в любом обществе, также попали под удар, а вампиры Бруха, по натуре склонные к революционной деятельности, оказывались разом в положении и еретиков, и нечисти. По предложению Тремеров, была основана первая в истории вампирская организация, которая бы соединила воедино множество кланов. Вентру обеспечили организации ресурсы, Тореадор выступили идеологами движения, Носферату и Малкавиане обеспечивали Сородичей информацией о вражеских действиях, а Бруха и Гангрел стали воинами и защитниками. Тремер, которым прежде отказывали даже в звании вампиров, заняли место советников и тайных кукловодов.

Маскарад и принятие Шести Традиций обеспечили Камарилье процветание, позволили адаптироваться к Научно-Технической Революции, пережить две Мировые Войны и встретить конец XX века пускай и загнивающей, но всё же всемирной тайной империей. В целом, правила Камарильи просты: (не)живи сам и дай жить людишкам, не трогай других Сородичей и ни в коем случае не нарушай Маскарад.

Во главе Камарильи стоит так называемый Внутренний Круг, состоящий из самых древних Старейшин, но точного состава никто не знает. Внутренний Круг назначает пятерых Юстицариев (семерых до выхода Гангрел и Бруха из Камарильи) — по одному от каждого клана секты. Юстицарии отвечают за соблюдение законов ночного сообщества и имеют право карать любого вампира ниже их по рангу, в чём им помогают Архонты — своего рода заместители. Каждым отдельным городом управляет Князь, который может быть как сугубо номинальной фигурой, так и жестоким деспотом. Князья, в целом, свободны в управлении своими городами, пока не нарушают законов Камарильи и не привлекают к себе внимание Юстицариев и Архонтов. Наравне с Князем действует Совет Примогенов — главы городских отделений кланов. В некоторых городах Совет давно подмял под себя Князя, а в других Князь собирает Совет лишь когда ему того хочется. У большинства Примогенов есть Секретари, выполняющие за них все рутинные дела.

Ниже уровнем стоят Сенешали, Шерифы и Хранители Элизиума. Сенешаль — формально помощник Князя, но на деле власть Сенешаля может даже превосходить влияние его Князя. В большинстве городов Князья и Примогены яростно сражаются за право назначить угодного им Сенешаля. Шериф, в свою очередь, отвечает за безопасность и отправляет правосудие. Фактически, это местечковый Юстицарий. Подчиняется Шериф Князю, но бывали случаи, когда неподчинившийся Князю Шериф, заручившись поддержкой Совета и Сенешаля, смещал своего босса. Хранитель Элизиума — должность малозаметная, но очень важная. Хранитель обеспечивает безопасность всех собраний городской Камарильи, а заодно имеет эксклюзивный доступ к самой актуальной и даже секретной информации. Шерифы и Хранители, как правило, не ладят.

В пятой редакции секта переживает не лучшие времена из-за появления Новой Инквизиции, ушли в еще в большую конспирацию и вернулись к методам связи Тёмных Веков.

Шабаш[править]

Вторая по численности организация вампиров, также известная под названием «Меч Каина». В отличие от Камарильи, верят в Патриархов и Геенну, считая себя армией, с помощью которой Каин уничтожит мерзких Допотопных, когда наступит Геенна.

Во времена инквиции, когда вампиров начали активно истреблять, многие старейшины бросили своих потомков на произвол судьбы. Естественно, такое отношение не обрадовало молодых вампиров, и те постепенно начали массово восставать против власти старых кровососов, таким образом начав Первое восстание Анархов. Возможно, восстание бы на этом и закончилось, если бы не клан Ласомбра, члены которого под шумок смогли уничтожить своего Патриарха. Немного позднее Цимисхи повторили успех Ласомбра, заодно создав ритуал Братания, позволявший разрушать узы крови, и тогда простое восстание против старейшин превратилось в священную войну против Патриархов, но старейшин Анархи резать, естественно, не перестали. Тогда у старейшин, оказавшихся между инквизицией и Анархами, не осталось другого выбора, кроме как объединиться в единую организацию, сейчас известную как Камарилья. Анархам было предложено сложить оружие и влиться в новую организацию, взамен им прощались прошлые прегрешения и предлагались относительно равные права. Многие Анархи согласились, но далеко не все. Цимисхи и Ласобра жаждали продолжения священной войны, в которой добились исключительных успехов (по крайне мере, они так думали), да и среди других кланов недовольных хватало. По итогу недовольные образовали собственную секту, сейчас известную как Шабаш.

Придерживаясь жёстких принципов социального дарвинизма, члены Шабаша отстаивают догмат превосходства вампиров — учение о том, что вампиры, являясь вершиной пищевой пирамиды, должны не скрываться от смертных, а наоборот, открыто доминировать над ними. Вампиры Шабаша не хотят иметь дела с людьми или с теми, кто себя за них выдаёт. Вампир, не прошедший ритуал Становления, по сути, Каинитом не является, и отношение к таким персонам в Шабаше соответствующее. Людей они рассматривают только в качестве пищи, что-то вроде домашних животных. Но пусть формально Маскарад они презирают, фактически же у них есть своя версия (жить-то хочется), обычно они банально уничтожают свидетелей, но если столь грубые методы не подходят, то лидерам секты через третьих лиц приходится урегулировать подобные проблемы более тонкими методами.

Несмотря на свою звериную природу и формальное равенство всех членов (то есть, в Шабаше никто не имеет права приказывать, даже самые крупные лидеры обязаны «вежливо попросить», и от умения убеждать братьев в правильности своего решения и зависит политическая сила) у Шабаша имеется чёткая иерархия — они же всё-таки армия, и по сути главную политическую силу в Шабаше представляет духовенство. Основной единицей Шабаша является Стая — это группа Сородичей, объединённых ритуалом Братания и имеющих общую цель. У Стаи имеются два лидера: дуктус, лидер военный, и священник, лидер духовный, что отвечает за духовное просвещение членов стаи, соблюдение ритуалов, а также является заместителем дуктуса. Выше находится Епископ, лидер очень крутой Стаи, либо признанный лидером нескольких стай, и, как правило, управляющий определённым районом в шабашитском городе. Как правило, ими становятся священники (Ибо лидер он прежде всего духовный), но иногда особо крутым дуктусам тоже удаётся заполучить этот титул. Далее в иерархии идёт Архиепископ, лидер целого города, отвечающий за духовное просвещение шабашитов всего города, совмещая это с административным управлением, помимо личной харизмы и могущества, этот титул требует и знания особых ритуалов, поэтому получить этот титул кому-то не из духовенства практически нереально. Выше идёт титул Кардинала, что отвечает за целый регион, организовывает крестовые походы против врагов Меча Каина и увеличивает влияние Шабаша. Лидером Шабаша признаётся Регент, так сказать, и.о. Каина, что обязуется поддерживать освобождение от тирании Старейшин и Патриархов, предоставляя свободу всему Шабашу. По факту же власть Регента сильно ограничена как высшими эшелонами духовенства, у которых реальная власть, так и молодыми шабашитами, которые не хотят признавать фигуру власти в секте, что борется за свободу каждого. Также имеются титулы вне духовенства, что являются почётными, но реальной политической власти не приносят: Храмовник — Каинит, добровольно пошедший на службу кому-то из лидеров Шабаша(От Епископа до Регента), формально является телохранителем, по факту выполняет самые разные задания по приказу своего господина, и в теории может как войти в духовенство (к примеру, заняв освободившийся пост своего господина), так и получить другую почётную должность. Паладин — военный советник самого Кардинала, обязан быть хорошим воином, а также обладать другими полезными навыками. Прискус — могущественный Каинит, который не занимает должность в духовенстве, а вместо этого является советником для лидеров секты, порой титул даруется тем Каинитам, которых и поощрить необходимо, а давать реальную политическую власть не хочется.

Также внутри Шабаша находится множество самых разных организаций и объединений, из которых особенно стоит выделить две. Чёрная Рука — это элитная военная сила, находящаяся в распоряжении лидеров Шабаша, можно сказать, армия внутри армии. Чёрная Рука произошла от ещё более древней, чем Шабаш, организации вампиров под названием Потерянное племя, которое поклялось отомстить Патриархам за второе поколение. Именно они помогли Ласомбра уничтожить своего Патриарха, а потом влились в ряды свежеобразованного Шабаша, не давая ему развалиться из-за внутренних конфликтов. Инквизиция — организация, созданная для борьбы с различной ересью и инфернализмом в частности, были созданы в начале девятнадцатого века, когда в рядах Шабаша развелось уж больно много всякой инфернальной нечисти. В своё время пытались стать ещё более крупной политической силой, но Чёрная Рука им не позволила, и с тех пор они друг друга недолюбливают.

Анархи[править]

По большей части это вампиры недовольные устройством как Камарильи так Шабаша и не желающие подчинятся их диктату(как и любому другому диктату). Как говорилось выше, первые анархи появились ещё во времена инквизиции и именно их активная и продуктивная деятельность стала одной из причин формирования Камарильи. Многие из первых анархов согласились присоединится к Камарилье, но не все из них были этим до конца довольны. Так же среди вампиров Камарильи всегда хватало молодёжи, что была не довольна диктатом своих старейшин и законами секты, что этот диктат поддерживали. За столетия подобных недовольных становилось всё больше, пока их критическое количество не обосновалось в Лос Анджелесе. В итоге местные Анархи в 1944 свергли власть Камарильи в Лос Анджелесе, повторили свой успех в Сан Диего, и объявили территорию от Мексиканской границы, до Сан Хосе "Свободным Государством Анархов". На этом их успехи и кончились, так как вскоре банды молодых анархов принялись делить сферы влияния, а лидерам движения с огромным трудом удавалось сохранить подобие единства. В итоге Свободное Государство, выдержав нападения и Шабаша и Камарильи, в конце девяностых рухнуло из за вторжения Катаянов на Западнное побережье США и Анархам пришлось срочно звать Камарилью на помощь. В итоге, пусть Свободного государства больше, во многих городах Камарильи обитает достаточно значительное количество вампиров, что признаёт себя участниками движения.

В общем Движение Анархов представляет из себя подсекту в рядах Камарильи, что борется за изменения в самой секте. Так же анархи куда более организованы, чем принято считать.

Кланы Камарильи[править]

  • Бруджа (Бруха). Кроме мордобития — никаких чудес. Клан воинственных философов-анархистов во всех их проявлениях: от прекраснодушных интеллигентов-воителей в духе Габриэле д’Аннунцио до брутальных панков-головорезов, которые за кровушку пасть порвут. А ещё они основали СССР. Или, по крайней мере, помогли его основать.
    • Патриарх — Илиес (еще в древние времена был выпит досуха вампиршей-бунтаркой); ИО Патриарха — та самая бунтарка Троиль (покоится в торпоре под развалинами Карфагена).
  • Гангрел (-ь). Странные типы, даже среди вампиров — они предпочитают жить не в городах, где общество и питание, а среди дикой природы, где враждебные оборотни и сложно укрыться от солнца. От такого образа жизни они дичают и становятся более звероподобны. В 1998-ом покинули Камарилью, с тех пор сами по себе.
    • Патриарх — Эннойя (по слухам, до сих пор активна).
  • Носферату. Самые страшные и уродливые среди вампиров (не считая как минимум трёх линий крови, см. ниже), они вместе с тем считаются самыми интеллектуальными и мудрыми. Носферату живут в затворничестве в подземельях больших городов, питаются кровью крыс и бомжей, и собирают знания — обо всём и обо всех. Близко дружат с оборотнями из племени Костегрызов.
    • Патриарх — Абсимиллиард (покоится в торпоре где-то под Антарктидой). Поначалу был самым красивым из третьего поколения, но за вызывающее поведение и грубость Каину был жесточайшим образом изуродован. Самый злобный из Допотопных, ненавидит свой собственный клан и считает, что принеся в жертву своих потомков, вымолит прощение Каина и тот вернёт ему изначальный вид.
  • Малкавиан. Они известны как клан безумцев — и эта репутация вполне заслужена. У всех без исключения Малкавианов что-то не в порядке с головой. Вместе с тем это безумие даёт им и особые способности: различные индивиды в разных пропорциях сочетают в себе синдром Болванщика, буйное помешательство и навыки дурачка-провидца. А ещё они всегда видят истинный облик фей и прочих воображаемых друзей.
    • Патриарх — Малкав (активен ментально в виде коллективного безумия Малкавианов, где находится физически — неизвестно, по одной из версий тела у него больше нет). По слухам был братом Саулота (о котором ниже) а безумие получил за то, что слишком активно троллил Каина.
  • Тореадор. Самые эстетствующие среди всех вампиров, они помешаны на красоте и чувственности. Многие из них при жизни были поэтами, художниками или музыкантами, но нежить не может творить так, как живые люди, поэтому Тореадоры по-своему несчастны.
    • Патриарх — Арикель, она же Иштар (предположительно активна).
  • Вентру. Самый пафосный и элитный клан, их специализация — игры в престолы. Они мастера манипуляции и заговоров, и с успехом влияют даже на человеческое общество, хотя оно об этом и не догадывается (пшш, только технократам об этом не говорите — обсмеют и будут правы).
    • Патриарх — Вентру, его так и зовут (уничтожен в древние времена). ИО Патриарха — Веддартха (активен).
  • Тремер. Вообще-то они не вполне настоящие вампиры: когда-то давно они были магами, которые возжелали бессмертия и получили его вот таким стрёмным образом. Тремере всё ещё владеют колдовством, которое, однако, не идёт ни в какое сравнение с тем, что творят истинные маги; впрочем, среди способностей вампиров их силы необычны.
    • «Патриарх» — Тремер, в честь него они и названы. Доигрался с диаблери, в него вселился пожранный им патриарх Саулот, и с тех пор он лежал пластом, пытаясь не дать Саулоту вселиться в него полностью. В 1999 году Саулот полностью захватил его тело, а сам он перескочил в тело своего ученика Горатрикса и с тех пор активен.
  • Отступники. Изредка известны случаи, когда находятся Тсимици и Ласомбра которые не разделяют убеждения Шабаша и присоединяются к Камарилье. Их, как и отступников, перебежавших от Камарильи к Шабашу, иногда называют «антитрибу». Только в этом случае антитрибу светлее и мягче основного клана.

Кланы Шабаша[править]

  • Ласомбра. Сила этого клана — во тьме: они обладают способностью манипулировать тенями. По повадкам они схожи с Вентру, но злее: если у тех девиз — «мирное паразитическое сосуществование», то у Ласомбра — «угнести жалких смертных!». Их родовые земли — в Италии и Испании, и они тесно связаны с Католической церковью. Нет, не в том смысле связаны, что дружат (Церковь и Инквизиция ненавидят всех вампиров), а в том смысле, что любят подражать церковникам и пытаться поставить их под свой контроль. Хотя есть действительно фанатично верующие Ласомбра-католики, считающие себя Бичом Господнем.
    • Патриарх — Лаза-Омри-Барас, он же Лас-Ом-Бхае, он же Люсьен, он же Мекхет уничтожен в эпоху Ренессанса. Пытались диаблеризировать — не вышло, с тех пор душа его прячется во Тьме Внешней на дне мира и что-то там замышляет.
  • Цимисхи (Тзимисце, Зимищи, Тзимицу, Цимици, Чумишки, боже мой, как только их не переводили… Правильно, тем не менее, всё-таки Цимисхи). Самые жуткие и чуждые из всех вампиров, они обладают способностью изменять облик тела — как свой собственный, так и других существ. Себе они придают внешний облик прекрасный и устрашающий (в понимании самих Цимисхов, разумеется.), своим слугам — жалкий и уродливый (а то и вовсе облик и функционал мебели, если особенно накосячат). К идее абсолютного превосходства вампиров над людьми относятся как к само собой разумеющейся — но, в целом, не придают особого значения ни Шабашу, ни людям, ни другим существам, ни даже друг другу, так как больше интересуются совершенствованием, познанием тайн мира и смысла вампирской не-жизни всеми возможными способами.
    • Патриарх — имени не имеет, слишком он Изменчив, но обычно называют «Тзимисце» или «Собор из плоти», а сами Тзимисце называют его «Старейшим». Активен, но прячется, что неудивительно: в нём не осталось совсем ничего человеческого, он стал больше похож на Чужеродное чудовище. Что любопытно, единственный Патриарх, после Становления способный заниматься Истинной Магией, то есть сохранивший свой Аватар. Иными словами, теоретически, он до сих пор жив в полном смысле этого слова. Согласно наиболее популярной теории, Тзимисце на данный момент существует в каждом вампире клана, обращённом после Восстания Анархов, в виде вируса Изменчивости. Да-да, Изменчивость — не совсем Дисциплина, а заболевание.
  • Антитрибу. Это не клан, это отщепенцы из разных кланов Камарильи, примкнувшие к Шабашу. Во всём подобны соответствующим кланам Камарильи, но бесчеловечнее и отвратительнее. В особенности — Громилы (бывшие Бруха — нынче стали кровожадными уродами-психопатами, живущими ради драки и убийств) и Извращенцы (бывшие Тореадоры — им кажутся прекрасными только страдания и смерть других существ). А Малкавианы-антитрибу обладают способностью психической атаки, которой сводят с ума своих врагов!
  • Пандеры. Изначально бесклановые вампиры-изгои, которым шабашиты пообещали нормальное отношение и статус самостоятельного клана. Они на эту удочку клюнули и превратились в источник дешевой пехоты для Шабаша.
    • «Патриарх» (ха-ха-ха!) — Джозеф Пандер, молодой, слабый и вполне активный шабашитский подлиза. Серьёзно, его фамилия как раз и переводится как «подлиза».

Независимые кланы[править]

  • Джованни, ранее Каппадокийцы. Вампирская мафия некромантов, сочетают в себе стереотипы о некромантах, итальянских мафиози, загнивающей аристократии, банкирах и биржевых спекулянтах (верхушка клана предпочитает делать деньги именно двумя последними способами, криминал — только для мелочи пузатой). Они являются кланом не только в вампирском, но и в человеческом смысле: все они при жизни были друг другу родственниками, принадлежа к семье Джованни или их многочисленным свойственникам (Дансирнам, Миллинерам и другим).
    • «Патриарх» — Аугустус Джованни. Распространено мнение, что никакой он не Патриарх, диаблери своего сира Каппадокия зафейлил и с тех пор только щёки надувает. Что интересно, во всех возможных сценариях Геенны гибнет первым из Допотопных.
  • Ассамиты. Клан родом с Ближнего Востока, вампиры-убийцы, ассассины. Фактически, вампиры-охотники на вампиров. Их кожа с годами не выцветает, как у других вампиров, а чернеет. В своё время порядком достали Камарилью и едва не были уничтожены, но в итоге согласились на унизительные условия мирного договора и приняли проклятие Тремер, от которого избавились лишь недавно.
    • На самом деле их Патриарх произвёл аж три линии крови («касты») — ассасинов, визирей (судей и мудрецов) и чародеев, но европейцы на своей шкуре познакомились только с первой из них, а потому считают всех ассамитов кровожадными отморозками, помешанными на диаблери.
    • После пробуждения одного из древних Ассамитов, который им объяснил, что они неправильно живут и не так понимают заветы уважаемого Патриарха Хакима, клан распался на три части: одна повиновалась Мафусаилу, другая — ушла в Камарилью, третья — примкнула к Шабашу (все три касты представлены во всех трёх частях).
    • Патриарх — Хаким, весьма таинственный тип, о котором утверждают, что он вообще не третьего, а второго поколения. Был, наверное, самым адекватным из Патриархов и единственным, не пытавшимся играть в престолы. Изо всех сил пытался удержать Второй Город от распада, ввёл законы, запрещавшие каинитам убивать смертных, воевал с Баали, но в конце концов откочевал вместе с остатками своего клана (из-за того, что именно ассамиты приняли на себя основной удар баалитов, их численность сократилась до нескольких десятков) в Турцию, а потом покинул своих потомков, поскольку окончательно устал от политики. Где пребывает сейчас — неизвестно.
  • Равносы. Клан цыганского происхождения, бродячие вампиры-воры. Почти вымерли в 1999 году, когда их Патриарх Равана пробудился, устроил жуткий погром в Индии и был убит Технократией с применением тактического ядерно-духовного оружия: после его смерти равносы обезумели и начали убивать друг-друга, когда эффект пропал — выжили немногие.
    • Патриарх — Запатасура, он же Равана, он же — не смейтесь! — Чурка (уничтожен Технократией в 1999 году). Был то ли братом, то ли любовником, то ли близким другом Эннойи, по потом они что-то не поделили, разругались и с тех пор кланы Равнос и Гангрел испытывают друг к другу острую взаимную неприязнь
  • Сетиты. Клан египетского происхождения, карикатурно-мерзкий даже на фоне Шабаша. Имеют интересную философию с центральной идеей вреда стагнации и пользы освобождения от моральных устоев (вследствие чего развращают всех и вся, от чего и считаются мерзкими) и странную мифологию, противоречащую мифу о Каине.
    • Патриарх — Сет, ещё более таинственный тип, чем Хаким. Утверждал, что не имеет отношения ко всей этой каше с Каином. Сетиты считают его настоящим древнеегипетским богом. На самом деле, упоминался в рукописях Ассамитов как один из Патриархов, живших во Втором Городе, так что сетиты, скорее всего, просто наводят тень на плетень.
  • Старые Цимисхи. Своеобразные антитрибу Цимисхов, которые фактически являются независимым кланом[1]. Изменчивостью не владеют и боятся её, считая чужеродной болезнью. Вообще, Старые Тзимисце — это самые стереотипные деревенские дедушки-вампиры типа «Дракула» Брэма Стокера Это потому что тот самый Дракула действительно существует и именно в этом клане и состоит.: живут в богом забытых старых поместьях, окруженные цыганами и Ренфилдами, разговаривают с восточноевропейскими акцентами и шарахаются от электричества. Они поддерживают загадочную секту Тал’Махе’Ра, или Истинную Черную Руку, одна из целей которой — бороться с основным кланом Цимисхи.
  • Каитиффы. Бесклановые вампиры-изгои. Дело в том, что князья Камарильи жестко контролируют размножение подданных, дабы во-первых избежать перенаселения, а во-вторых — усиления своих политических противников. Но иногда случается так, что сир либо внезапно умер, либо обратил шутки ради и исчез в неизвестном направлении, а мир Тьмы пополняется еще одним сиротой-каитиффом, вынужденным осваиваться в новом мире. И ему очень повезет, если освоение произойдет быстро: в Камарилье каитиффов не любят, так как подобный неприкаянный, который не знает ни себя, ни мироустройства является прямой угрозой Маскараду и может наломать дров, а то и привлечь внимание охотников на вампиров. Впрочем, иногда каитиффу везет, и он находит убежище среди Анархов, под крылом скучающего вампира, а то и в качестве единственного Сородича в маленьком городке — что позволяет ему невозбранно именовать себя Князем и даже создать себе единственное Дитя. Камарилья признаёт таких «князей» при условии, что они подчиняются настоящим Князьям ближайших крупных городов; каитиффские «княжества» служат ей в качестве наблюдательных пунктов, следящих за передвижением бродячих шабашитов, оборотней и других противников. Примкнувшие к Шабашу Каитиффы — см. Пандеры.
    • Последнее время большинство каитиффов стали слабокровными и у них появились собственные организации, оспаривающие правила как Камарильи, так и Шабаша. Большинство из них вообще не согласны с тем, что они больше не люди и стараются вести прежний образ жизни.
    • Строго говоря, главный герой компьютерной игры по вселенной Vampire: The Masquerade – Bloodlines по логике сеттинга должен был стать именно каитиффом, так как своего Сира он потерял сразу же после Обращения (более того, его «рождение» было несанкционированно, что тоже не добавляет ему престижа). Однако, игра забивает на логику болт, наделяя героя клановыми слабостями и дисциплинами.
      • Почему собственно и нет? Клан обращенного слабо зависит от признания или не признания других вампиров. Де-юре все каитиффы действительно бесклановые, но де-факто большая часть наследует уникальные клановые способности от обратившего их и лишь некоторые являются «истинными» каитиффами. Другой дело что развивать дисциплины без направляющей руки и поддержки куда сложнее. Да и к протагонисту отношение почти весь сюжет как к дешевому пушечному мясу, которое выжило только благодаря протесту Анархов и которое к тому же «дорогое» начальство вовсю пытается слить в опасных миссиях.

Вымершие кланы[править]

  • Салюбри. Клан философов, размышлявших о сохранении человечности и о Голконде — таком желаемом состоянии, при котором вампир перестаёт быть кровососущим паразитом на теле человечества. Этих-то добрячков и съели новообращенные Тремеры, желая обрести высокую силу крови (точнее, был диаблеризирован Тремером их Патриарх Саулот, а большинство оставшихся сложили головы в ходе священной мести Тремерам). Те, кто выжил, работают головорезами на Шабаш и порядком озлобились. А тех, кто не озлобились осталось не более семи и они изгои среди собратьев с репутацией диаблеристов и демонопоклонников (последствия пропаганды Тремеров).
    • Патриарх — Саулот (диаблеризирован Тремером в Средние Века, но продолжил существовать в его теле и имеет планы на будущее).
  • Каппадокианы. Клан некромантов. Аугустус Джованни диаблеризировал Каппадокия, своего Сира и учителя, и сам стал Патриархом (на деле — попытался не просто диаблеризировать Каппадоция, а провёл для этого специальный пафосный ритуал, который прошёл с ошибкой: душа Каппадоция не была поглощена, а поколение Джовани под сомнением, возможно, что он и получил заветное третье). Каппадокиане в большинстве своём были убиты Джовани.
    • Патриарх — Каппадокий, он же Ашур (стал призраком и плетёт интриги в Землях Мёртвых — плане призраков).

Линии крови[править]

Малочисленные ветви вампиров, происходящие от других кланов либо созданные искусственно. Линии крови по определению не имеют Патриархов, их основатели — более слабые вампиры. Если вдруг кто-то из них насосёт себе высокое звание Патриарха, линия крови становится полноценным кланом (так произошло с Тремерами и Джованни). Большинство из них независимы, но, например, Горгульи состоят в Камарилье, а Каэсиды (вампиры, обращенные не из людей, а из фэйри) — в Шабаше.

  • Самеди. Клан гаитянского происхождения, тесно связанный с магией вуду. Все как один выглядят как разлагающиеся трупы. Из-за этого злые языки утверждают, что Самеди состоят в родстве с Носферату. Сами Носферату эту теорию с негодованием отвергают. По другой теории, этот клан появился в результате экспериментов Джованни. На самом деле это последние Каппадокианы.
  • Нагараджа. Клан индийского происхождения. Помимо крови, вынуждены регулярно употреблять в пищу сырую плоть. Как и Тремер, произошли от магов, возжелавших бессмертия, но не от европейских герметистов, а от индийских Чакраварти, магов смерти.
  • Баали. Вампиры, которые снюхались с демонами, очень опасны. Нет не так, ОЧЕНЬ ОПАСНЫ. Высшая точка их фирменной дисциплины — это призыв в мир некой аццкой сотоны, которая немедленно начнёт апокалипсис. Что самое смешное — эти сотонизды являются линией крови, братской няшкам Салюбри (и именно благодаря им у потомства Саулота немало не только мирных целителей, но и паладинистых воинов: в древности Саулот вынудил свой клан идти в бой с другими кланами, чтобы помочь разобраться с «братьями»-демонопоклонниками).
  • Горгульи. В средние века, когда Цимисхи (до Тремеров державшие пальму первенства Европы по вампирскому колдовству) и некоторые другие кланы, да ещё и маги Ордена Гермеса (независимо от вампиров) фактически вели против Тремеров войну на уничтожение, бывшие волшебники поставили на конвеер использование пленных врагов в экспериментах по созданию вот таких вот каменных чудовищ. Для их создания использовалась не кровь одного вампира, а смесь крови Цимисхов, Гангрелов и некоторых иных кланов. После целого ряда восстаний рабов-горгулий от этой практики было решено отказаться, и горгульи были практически полностью истреблены, но отдельные одиночки порой встречаются и поныне.
  • Провозвестники Черепов. Каппадокианы, которых ад не удержал, они выбрались с того света и стали мстить. Поголовно шабашиты.
  • Каэсиды. Фейри, обращённые в вампиров, или потомство таковых. Интеллектуальны, очень странны и обладают необычными способностями. Не в ладах со временем — могут зайти в библиотеку почитать, а опомниться лет через двести. Шабашиты, так как первые Каэсиды были обращены Ласомбрами.
  • Лайбон. Африканские линии крови. Во множественном числе, так как их много: у каждого второго клана есть особая африканская разновидность. Наиболее известны среди них Наглоперы, африканские Тзимисце (благодаря Шерифу, персонажу видеоигры Bloodlines).
  • Истинные Бруджа. Утверждают, что происходят от настоящего Патриарха Бруджа — Илиеса, а не от ИО Патриарха — Троиль, как остальные. Полные противоположности обычным Бруджа — холодные безэмоциональные мистеры Споки. Владеют уникальной дисциплиной Темпорис, воздействующей на время.
  • Дочери Какофонии. Судя по всему — произошли от Тореадоров (хотя некоторые считают, что в них есть что то от Малкавианов). Обладают чудесными (или наоборот просто ужасными) голосами, с помощью которых они могут воздействовать на разумы окружающих. Вопреки названию клана, мужчины в нём тоже есть. Их иногда называют Сыновьями Раздора.
  • Никтуку. Линия крови Носферату, первые дети самого Абсимиллиарда, связанные с ним узами крови, и по сей причине охотящиеся на прочих представителей этого клана. Являются абсолютными чудовищами во всех смыслах этого слова, имена некоторых из них вошли в легенды смертных и каинитов. В отличие от всех вышеперечисленных, они не могут быть игровыми персонажами, сам факт существования Никтуку находится под вопросом, некоторые считают их не более чем страшной сказочкой для новичков.
  • Слабокровные. Нельзя назвать их полноценным кланом, но упоминания явно стоят. Известно, что чем больше посредников между самым первым вампиром планеты — Каином — и новообращенным птенцом, тем слабее становится последний. В итоге хватило всего 13-14 поколений, после чего начали появляться этакие недо-вампиры. У некоторых из них сила крови настолько слаба, что они полуживые и у них действуют некоторые функции тела. Например, слабокровный может съесть гамбургер, и его не стошнит. Или заделать кому-нибудь ребеночка-полувампира. Кроме того, слабокровные не сгорают на солцне, хоть и испытывают от него нехилый дискомфорт. О способностях говорить и не приходится — хотя, некоторые отпечатки, все же, проявляются (например, слабокровный ласомбра пусть и не умеет повелевать тенями, но спрятаться в них сможет гораздо эффективнее человека). Но и клановые проклятия тоже проявятся не в полную силу (так, слабокровный носферату может обладать отталкивающей внешностью, но не будет настолько же уродлив, как чистые представители). Участь этих несчастных незавидна: в Камарилье их презирают и гонят с глаз долой, а Шабашиты же боятся до одури, так как считают, что слабокровные — предвестники Геены, посему убивают их на месте. И даже Анархи, которые, по идее, должны были бы стать основным прибежищем для слабокровных, не очень-то их жалуют. Впрочем, диаблери для них никто не отменял: можно перестать быть слабокровным и «насосать» себе нормальное поколение, хотя каитиффом пациент при этом останется.
В отличие от других вампиров, слабокровные теоретически смертны и даже стареют, но очень медленно. За двадцать лет их тела стареют на год. Некоторые каиниты-учёные считают, что такими темпами слабокровные рано или поздно станут ходячими разлагающимися трупами (казалось бы, причём тут Самеди?), но по сути, когда обращённому в возрасте двадцати лет слабокровному стукнет 80 лет, на деле он проживёт все 1200, а в таком возрасте и тру-вампиры обычно впадают в торпор.
Большинство слабокровных вообще не принимают того факта, что они стали вампирами. Некоторые, так называемые «семьянины» продолжают вести свою привычную жизнь до Становления. Другие, более-менее посвящённые в вампирскую тусовку, считают себя новым витком вампирской эволюции, а старых каинитов Камарильи и Шабаща — ходячими ископаемыми, которым давно пора на свалку истории. Кое-кто из слабокровных подрабатывает бродячими пророками и экстрасенсами, а есть и настоящие учёные, разрабатывающие новые Дисцилины. К таким другие вампиры предпочитают не лезть. И действительно, кто знает — что там этот недо-Тремер наколдует при помощи капли Витэ и волшебного фокуса?
    • Что характерно, в Тёмные Века слабокровными считали 13 поколение, и тогда это поколение действительно не могло размножаться (вампиров 14 поколения можно было по пальцам перечесть). Сейчас 13 поколение может давать потомство (14 поколение), и считается нормой, а вот 14 и 15 поколения считаются слабокровными и не могут размножаться (14 — с большим скрипом, 15 — вообще никогда). Зато 15 поколение может изредка зачинать и рожать детей — дампиров (полувампиров), по сути представляющих собой гулей, которым не требуется пить кровь мастера.
    • Слабокровный и каитифф — близкие по смыслу понятия. Большинство слабокровных — каитиффы, и многие каитиффы — слабокровные.

Человечность[править]

Вампиры — отнюдь не безмозглые паразиты и не полные чудовища. Точнее, большинство вампиров не такие. В каждом Сородиче спит Зверь — та самая сущность, что заставляет его питаться кровью и потихоньку толкает к моральному горизонту. Когда Зверь берёт верх, вампир полностью теряет себя и становится обычным животным, диким зверем, не умеющим уже даже разговаривать. Поэтому все вампиры волей-неволей должны хранить в себе хотя бы крупицу добра, иначе сама их личность будет разрушена.

Некоторые вампиры могут быть даже человечнее простых людей, поскольку накладывают на себя строжайшие моральные ограничения, например, обет ненасилия. Самые святые даже питаются кровью животных, а если и отопьют немного от человека, то оставят ему все свои деньги в знак раскаяния. Такой вампир даже может пытаться достигнуть легендарной Голконды — неведомого гребаного состояния, при котором он или перестанет быть гемоглобинозависимым, или освободится от Зверя, или вообще станет снова человеком (источники разнятся). Другие полагают, что не-смерть вовсе и не меняет их, и продолжают мыслить как обычные люди, то есть способны как на благодеяния, так и на нехорошие поступки. В целом, они в плане морали ничем не отличаются от нормального человека Мира Тьмы. Эти две категории являются хорошими парнями вампирского сообщества и не дают ему окончательно скатиться в кромешный ад. Такие человечные вампиры обладают свойственной только им способностью «изображать жизнь»: усилием воли разгонять кровообращение, становиться тёплыми, моргать и дышать постоянно, а не только когда говорят. В общем, выглядеть совсем как люди.

Но чем дольше живёт вампир, тем мимолётнее кажутся ему жизни простых людей. Они ведь всё равно умрут, верно? Именно с этого начинается падение неосторожных Сородичей. И с этого же момента к вампиру цепляется аура Змея, что вполне могут почувствовать оборотни. Такие вампиры не будут специально убивать своих жертв, но если жертва случайно умрёт, то это не будет особой трагедией. В конце концов, такой каинит превращается в законченного эгоиста, для которого чужие жизни (как людей, так и вампиров) не значат ничего. К сожалению, многие Старейшины находятся именно на этой грани. Короче, таких вампиров можно сравнить с циничными и жестокими людьми, вроде коррумпированных политиков или глав преступных синдикатов. Но они пока ещё не пересекли черту. На этой отметке Сородич заметно внешне не меняется, но почти утрачивает способность «изображать жизнь»: он замирает в своей дефолтной форме «бледного, неуловимо неправильного человека».

На самом краю, Сородича не интересует уже ничего, кроме садизма и насилия. Камарилья очень не любит подобных долбанашек и оперативно вычищает их из своих рядов, Шабаш считает их просто убогими (но при этом с удовольствием использует в качестве пушечного мяса, Пути — это для офицерского состава). А ещё именно благодаря таким кадрам охотники и даже другие супернатуралы считают вообще всех каинитов поголовно полными отморозками. Где-то на этой отметке каинит начинает заметно меняться внешне: если в предыдущей стадии он был чуть-чуть, неуловимо неправильным с точки зрения смертных, то теперь он выглядит как весомо-грубо-зримый персонаж фильма типа «30 дней ночи».

И вот, последняя черта пересечена. Вампир теряет всякую связь с другими людьми и вампирами, становясь настоящим безумцем. Не безобидным дурачком, вроде Малкавиан, а подлинным маньяком. Вместе с душой искажается и тело. Такие Сородичи Каиниты вурдалаки красногубые внешне уже никак не могут быть приняты за Homo Sapiens. На финальном этапе деградации от вампира как личности не остаётся ничего. Вообще ничего. Это просто животное, пьющее кровь. Камарилья таких отстреливает, как бешеных собак: вампир с мозгами обычного зомби неспособен соблюдать Маскарад и может выдать всех.

Шабашу тоже совсем не нужны озверевшие неуправляемые вурдалаки, которые не слушают командиров. Ну, выпустить кучку таких на дискотеке, наблюдая с безопасного расстояния, бывает порой весело (и то, наиболее идейные шабашиты считают себя сектой благородных воителей и охотников, а не психов-маньяков-извращенцев). Но всё равно это не кадры, даже не боевые звери. Поэтому специально для тонущих в пучине Зверя неофитов были созданы альтернативные системы морали, которые и бросают, как спасательный круг, юным шабашитам. Альтернативная философия шабашитов может быть… какая угодно, выбор велик. Но она уже имеет мало общего с человеческой. Факт тот, что индоктринация в это дикое сектантство — действенное средство против Зверя.

Так что с точки зрения морали у вампиров можно обнаружить все цвета спектра. От почти святого, спасающего котят и выхаживающего тяжело больных бомжей, до полоумного маньяка, пьющего кровь младенцев. И самое печальное, что вторых замечают куда чаще, чем первых. Посередине находится вампирское большинство, разнящееся от мирных обывателей до циничных политиканов. Короче, всё как у людей.

Personal Horror[править]

Вместе с тем правильный способ играть в «Вампиров» — это стиль, который авторы называют personal horror — личный ужас. Хотя существует тенденция интерпретировать антигероев игры как «супергероев с клыками» — это неправильно, скажем «нет» таким безобразиям. Правильно отыгрывать вампира — значит, ужасаться тому, как он постепенно сползает вниз от человека к чудовищу. Когда точки Человечности теряются одна за другой, когда Зверь оживает и подталкивает персонажа к тому, чтобы кого-нибудь сожрать, когда Князь за старый долг требует убить невинного свидетеля, а возникающие внезапно охотники на вампиров не хотят и слышать аргументов «ну я же тоже человек», и тогда — или ты, или они… Тогда ужас того, что ты вампир, ничем не уступает ужасу человека, внезапно повстречавшего вампира в тёмном переулке. И это мы ещё говорим про Камарилью. Играть за Шабаш и отыгрывать их серобуромалиновую мораль, их весёленькие обряды, да хотя бы их практику инициации с закапыванием новообращённых в могилы — вот чего бойся-то. Впрочем, и это меркнет перед перспективой угодить к каким-нибудь баалитам. Уж там тебе по полной объяснят, почему у тебе именно не-жизнь.

Впрочем, ещё интереснее может быть отыгрывать борьбу со Зверем. Когда и окружение, и сама жизнь подталкивают к краю, но вампир из последних сил держится и не позволяет Зверю взять верх. В конце концов, помимо пути в Геену есть и путь к Голконде, о которой так или иначе мечтают все каиниты, у кого не окончательно отшибло мозги. Есть и третий путь, к которому стремятся Ганрелы и некоторые другие вампиры — сосуществование со Зверем, баланс и равновесие. Хочешь поесть — иди охотиться, но не более, чем это необходимо. Надо убить врага — убивай, но не получай от этого наслаждения.

В целом, популярная поговорка среди вампиров — «Зверь я есмь, дабы зверем не стать». Интерпретируй как хочешь.

Пути[править]

Большинство вампиров (включая самых злобных из них) руководствуются понятиями Человечности, то есть всем нам привычными представлениями о добре и зле (см. выше). Но, как это бывает и у людей, отдельные личности крепко задумываются о том, кто они на самом деле, и зачем пришли в этот мир, и в итоге рождают свои собственные философские концепции. Их называют Путями Просветления и предлагают как альтернативу привычной морали, со своими понятиями о смысле не-жизни, благих поступках и грехах — если уж и говорить о всех цветах спектра, то именно Пути воплощают собой это понятие: разнясь от вполне мирных, хоть и чуждых обычному потребителю, философий, и заканчивая совершенно чудовищными деструктивными сектами. Последние, как обычно, преобладают (требование к изучению любого Пути — человечность не выше 3, что намекает на типичного представителя). В основном, распространено у Шабашитов, но и среди них избирающих подобную дорогу достаточно мало: ведь сперва нужно найти того, кто посвятит (некоторые из них — тайна за семью печатями, а вы как думали?), да еще понять и принять абсолютно иную концепцию, ритуалы и, как правило, жесточайшую дисциплину, что может отнюдь не каждый — продолжать катиться вниз ко Зверю гораздо проще, в том числе и в плане отыгрыша. Проще и опаснее: быть злобным и не быть на Пути — значит, сильно рисковать раствориться в Звере и кончиться как личность.

За все время существования вампиров, от Темных времен и до XXI века было сформировано великое множество Путей Просветления, как на западе, так и на востоке. Подробнее о них в — подстатье.

Взаимоотношения с другими[править]

Охотники на вампиров[править]

Несмотря на все старания Камарильи поддерживать Маскарад, всё равно находятся люди, разными способами узнающие о существовании Сородичей. И, как правило, люди эти от данного знания не в восторге. Хотя подавляющее большинство современных каинитов предпочитают не убивать тех, от кого кормятся, дабы не будить лишний раз Зверя, время от времени находятся тупые, безумные или просто злобные вампиры, устраивающие кровавую резню. Да и про Шабаш забывать не стоит. При нормальном Князе с годным Шерифом, с такими личностями каиниты разбираются сами, но частенько ситуация выходит из-под контроля. Да и, в конце концов, само по себе убийство человека Старейшинами преступлением не считается — главное, чтобы Маскарад не нарушался открыто.

Вот так и появляются охотники, люди, которые борются с вампирской угрозой. И о том, что большая часть Сородичей угрозы не представляют, им сказать никто не потрудился. В результате, получается забавная картина: охотники убивают всяких каитиффов и слабокровных, зачастую не причастных к убийствам (за что Князья им, кстати, очень благодарны), но встреча с настоящим монстром с прокачанными Дисциплинами заканчивается для охотников крайне печально. Везучие охотники, протянувшие хотя бы год, имеют два варианта дальнейших действий. Или они начинают думать головой и постепенно втягиваются в основную вампирскую тусовку на правах неофициального помощника Шерифа (на данном этапе может случиться не совсем добровольная гулефикация), работать с Камарильей, а то и на неё, и вообще отказываются от чёрно-белого восприятия мира. В общем, сперва ты, насмотревшись фильмов, идёшь мочить кровососов осиновым колом, потом сталкиваешься с каким-нибудь весёлым цимисхом, удираешь от него со всех ног (если они у тебя остались, конечно же), сталкиваешься с Камарильей, понимаешь, что тебе теперь или в гроб, или на добровольно-принудительную работу чистильщика на полставки, и вот ты уже послушно ждёшь звонка вампирского Князя. Ах нет, теперь уже твоего Князя, от которого зависит, сколько ещё ты протянешь на этом свете. Но есть, конечно, и другой путь…

Общество Святого Леопольда ака Инквизиция ака заноза в заднице всего вампирского сообщества. Наследники той самой Инквизиции Тёмных Веков, из-за которой в своё время пришлось ввести Маскарад. Очень, нет, очень опасные фанатики, причём не только для вампиров, вооружённые Истинной Верой — неведомой силой, способной защищать владельца от любой сверхъестественной опасности, пока её носитель во что-то очень сильно верит. Причём неважно во что. В шутке про изгнание вампира партбилетом лишь доля шутки. Вступить в Общество — значит вступить в организацию совершенно отмороженных фанатиков, до сих практикующих целибат и флагелляцию. Твоё начальство с радостью пустит тебя в расход, ибо нет радости выше, нежели отдать жизнь во имя Господа. Вампиры с радостью поступят также, поскольку от пуль Истинная Вера всё-таки не защищает. А вокруг пытки, в том числе гулей и людей, самоубийственные миссии, бичующие себя флагелланты — это, кстати, твои коллеги. И когда какой-нибудь слабокровный, который ничего не сделал, будет умолять тебя о пощаде, ты или прикончишь его, или последуешь вслед за ним, ибо слабые Обществу не нужны.

В общем, неудивительно, что половина инквизиторов сошла с ума на почве религии, а другая половина окунулась в пучину наркомании, порнографии и алкоголизма, стремясь отгородиться от реальности. Последней категорией Сородичи активно пользуются, подкупая их и таким образом приобретая двойных агентов. Впрочем, на доброту каинитов полагаться тоже не следует, падший леопольдовец для них не более чем ресурс и они могут легко от него избавиться. И да, в Обществе есть приличные люди, но их очень мало и после недавних перестановок в начальстве, им пришлось уйти в глубокое подполье. Многие инквизиторы начали терять свою Истинную Веру, поскольку она плохо сочетается с постоянными убийствами разумных существ, пусть даже и кровососущих, и пытками. А те, которые сохранили… Ну, лучше с ними не встречаться, ведь их Истинная Вера теперь питается пытками и насилием.

Иначе дело обстоит с другой разновидностью охотников — Наделенными (из линейки Hunter: the Reckoning). Поскольку появляться они начали совсем недавно, вампиры, со свойственной им неторопливостью в делах, по большей части о них не знают, а те кто знают — изрядно побаиваются. В отличие от Общества Леопольда, Наделенные очень слабо организованы, что не позволяет эффективно отслеживать их перемещения и действия. Хотя физически это обычные люди, их способности практически не изучены и, в отличие от Истинной Веры, не отображаются в ауре человека, тогда как сами Наделенные супернатуралов распознают с первого взгляда. Следовательно, вампир, подстерегший в переулке усталого работягу, внезапно может обнаружить в руках у добычи извлеченный откуда-то из воздуха светящийся меч, прикосновение которого жжет, как огонь. Но наибольшую угрозу для Каинитов представляют Наделенные, следующие Кредо Милосердия — по иронии судьбы, добрейшие люди, желающие лишь защитить других людей, а нечисть старающиеся не убить, а перевоспитать. Охотник, выбравший путь Невинности, способен своей силой пробудить в Сородиче такую мощную волну раскаяния за его грехи, что тот, в самом лучшем случае, навсегда утратит способность пить кровь без согласия донора, а в худшем мгновенно утратит всю Человечность и тут же упадет в торпор без возможности подняться в ближайшее тысячелетие. Наделенный же, следующий пути Мученика, на пике своей формы может навсегда превратить даже Патриарха в то, чем он по сути является — бездушный и неподвижный труп.

Оборотни[править]

С оборотнями у вампиров отношения плохие. Нет, не так — очень, очень плохие. Гару называют Каинитов Пиявками, и для подавляющего большинства их хорошая Пиявка — окончательно мертвая Пиявка. Причина проста: все вампиры — живые мертвецы и самим своим существованием оскорбляют Гайю и естественный порядок вещей, который клыкастые экотеррористы ставят во главу угла. Кроме того, вампиры — обитатели городов, в сельской местности им жить трудно, а города для оборотней (не считая племени Стеклоходов) суть порождения силы Ткачихи и оскорбления для Вильда, в котором обитают Гару. Соответственно, повстречавший оборотня вампир должен иметь хотя бы пару точек в Стремительности, если не хочет стремительно же стать горсткой праха: среднестатистический вампир рядом с оборотнем подобен таксе рядом с кавказской овчаркой и шансы в драке имеет соответствующие (если, конечно, он не древний старейшина, в драке способный без усилий завязать мохнатого узлом). Отягощается ситуация тем, что оборотню, если того поймают и попытаются превратить в Сородича, очень повезет, если он просто умрет (как, скорее всего и будет, поскольку Гайя при создании вшила в них устойчивость к вампиризму). В случае же прямо-таки фатальной неудачи такой Гару превращается в отрезанное от Вильда, глубоко несчастное и безумное существо, которое сами оборотни называют не иначе как Мерзость. Такому, если его не ухлопают раньше (а поди ухлопай-ка) дорога одна — в Танцоры Черной Спирали, потому что для прежней родни он становится Пиявкой, а жить в одиночестве вервольфы почти не способны. Так у Вирма становится на одного слугу больше, а у оборотней прирастает еще одним пунктом счет к кровососам.

Что самое обидное, при всем при том у Сородичей и Гару много общего, начиная с клановой структуры их обществ и заканчивая серьезным полярным лисом, а вернее, целыми двумя лисами, которые давно подползли вплотную с двух сторон и уже норовят тяпнуть за ногу. Сумей вампиры и оборотни однажды хотя бы кое-как договориться, от пресловутого Пентекса давно бы полетели пух и перья: большинство неудач Гару в борьбе со Змеем и Ткачихой происходят как раз из-за непонимания ими, существами дикой природы, своего противника — огромной транснациональной корпорации, работающей по принципам и законам, диктуемым цивилизацией. Вампиры же, чувствующие себя в современном мире как рыбы в воде, просто не знают о Змее и его тлетворном влиянии, угрожающем не только непаханной целине, но и вообще всему сущему, включая их самих. Объединив усилия с вампирами, Гару могли бы наконец управиться со своим заклятым врагом, а Каиниты — с кошмарными Допотопными, уже догрызающими крышки своих древних гробов. Однако противоречия между этими двумя видами супернатуралов слишком серьезны, чтобы достигнуть консенсуса.

Впрочем, есть и исключения — Носферату, к примеру, прекрасно уживаются с Костегрызами, поскольку и те, и другие в своих сообществах изгои и на многие моральные устои этих сообществ кашлять хотели, а взаимовыгодное сотрудничество никому не повредит. Самые дикие из Гангрелов, покинув города, вполне способны найти общий язык с отдельными представителями Детей Гайи, а наиболее (или наименее, с какой стороны посмотреть) отмороженным Танцорам Черной Спирали всегда рады на сборищах Шабаша. В целом, как и везде, решающим является умение идти на принцип «поступай с другими так же, как хочешь, чтобы поступали с тобой», но у нас тут все-таки Мир Тьмы, а потому см. конец предыдущего абзаца.

Маги[править]

Большую часть времени маги с вампирами гуляют по разным тропинкам: Сородичи — создания ночи, а маги, при всем своем могуществе, все же люди и действовать предпочитают днем. Когда все-таки пересекаются между собой, выходит по-разному, в зависимости от ситуации и участников. К примеру, Орден Гермеса давно на ножах с отколовшимся от него в старину Домом Тремер; маги-техноманты, с другой стороны, обычно рады подмоге хакеров Носферату (или бесятся, когда те резвятся у них на серверах), а интересы Вентру и Технократии регулярно пересекаются в бизнес-сфере. В целом, для магов вампиры — просто еще одна разновидность нечисти в огромном Мире Тьмы, где и без них есть чем заняться. Каиниты же магов обычно стараются не задевать, поскольку рассерженный попыткой попить из него кровушки чародей вполне способен превратить незадачливого охотника в половую тряпку.

И все бы ничего, но есть, как водится, главное яблоко раздора — как и в случае с оборотнями, метафизическое и, увы, непреодолимое. Во-первых, кровь магов для вампиров гораздо слаще и питательней простой человеческой, и может вызвать привыкание всего от одной кормёжки. Во-вторых, маги черпают свои силы от находящегося в Умбре Аватара, которым может обладать только живое существо. Обращение в вампира то ли разрывает связь неоната с его Аватаром, то ли уничтожает сам Аватар, но невозможность для Обращенного заниматься высшей магией — непреложный факт (Тремеру и его последователям из-за этого пришлось после своих опытов экстренно выдумывать совершенно новую магию крови). Сородичи не способны ни к Прозрению, ни к Восхождению, являющемуся главной целью и Традиций, и Технократии, а значит, со временем неизбежно финальное столкновение лбами и спор о том, кто будет доминировать в мире, а кто исчезнет. Впрочем, пока что этого удается избегать. Но надолго ли?

Подменыши[править]

С детьми Грезы у вампиров отношения, по большей части, никакие. Большинство современных Сородичей, особенно старых, неимоверно Банальны и циничны (попробуй-ка остаться радужным идеалистом, каждую ночь питаясь кровью ближнего своего!) и верят не в фей и единорогов, а в простую, материальную хищную нежить вроде них самих — вернее, даже не верят, а просто знают о ее существовании, как мы знаем о табуретках. Из-за этого для многих китейнов мучительно даже находиться рядом с вампирами, а Каиниты не отличают подменышей от обычных людей. Исключение составляют лишь наиболее человечные и романтичные Тореадоры, Малкалвиане да уже упоминавшиеся выше Каэсиды, ведущие свой род от Обращенных фей. Последним делать в сухой и пропитанной Банальностью Камарилье было откровенно нечего, поэтому они вслед за Обратившими их Ласомбра примкнули к Шабашу, где даже по его меркам (!) завоевали себе репутацию сущих дивнюков. Наибольшую же опасность представляет для Фей клан Равнос, так как иллюзии, создаваемые при помощи их клановой дисциплины Химерия, для них абсолютно реальны. Интересно, что выпитая кровь подменыша дает вампиру возможность некоторое время видеть Грезу. Впрочем, этот эффект обычно считается галюциногенным и не то чтобы сильно приветствуется, а знание о его истинной природе достоянием вампирских масс так и не стало: мало ли чем тот чудик мог перед этим наширяться?

Демоны[править]

Отношения с Элохим у Каинитов сильно разнятся в зависимости от секты и клана. Большая часть атеистичной Камарильи относится к демонам примерно как к Патриархам — дескать, бабкины сказки, а если и было когда-то, то давно и неправда. Клан Тремер, с другой стороны, о существовании демонов прекрасно осведомлен, но считает, что с ними лучше не связываться (в ранних редакциях Тремеры могли призывать и заклинать демонов, но позже это умение включили в отдельную Дисциплину — Темную Тауматургию, которую основная ветвь клана давно решила забыть от греха подальше). Если же интересы демонов и вампиров каким-то образом пересекаются, может получиться все, что угодно — от взаимовыгодного симбиоза до кровавой мясорубки — но чаще всего выходит плохо, поскольку оба вида супернатуралов жестко конкурируют за контроль над миром смертных.

В Шабаше дела обстоят несколько интереснее. Рядовые члены секты обычно не интересуются ничем, кроме того, что они теперь большие и страшные вампиры, поэтому до знакомства с другими обитателями Мира Тьмы доживают нечасто. Знание начинается где-то с середины иерархической лестницы, и там же начинает ветвиться подход. К примеру, древние Цимисхи когда-то получили свое знание Колдовства от древнего Привязанного из Карпатских гор и время от времени пользуются им, чтобы создавать новых Привязанных (!) как помощников и советников. Практика эта справедливо считается опасной, но и бонусов может принести немало. С другой стороны, влившиеся в Шабаш антитрибу Салюбри согласны с основной ветвью клана лишь в одном — демонов и демонопоклонников надо карать[2], поскольку их линия крови начала приходить в упадок именно из-за давней войны с Баали, о которых ниже.

И есть, наконец, инферналисты — Каиниты, считающие, что демоны даже лучше, чем диаблери Каина. Это сатанисты в самом худшем смысле слова, поэтому вменяемые Элохим от них шарахаются, а на их призывы откликаются только демоны с высочайшей Мукой, которые и секреты им передают соответствующие — в обмен, конечно, на Веру и вечное рабство. Среди этих Сородичей выделяется микроскопический, давно захиревший клан Баали, целиком посвятивший себя служению демонам и развращению человеческих душ. К открытым и явным инферналистам даже в Шабаше относятся как к опасным отморозкам и при выявлении без разговоров бьют по башке, из-за чего им приходится тщательно скрывать свою деятельность и маскироваться. А еще инферналисты гарантированно не переживают ни один из сценариев Геенны — даже тот, который устраиивают сами.

Призраки[править]

Вампиры к призракам, как и призраки к вампирам, относятся с изрядной опаской. С одной стороны, сердить призрака кровососу себе дороже — жизнь испортить они умеют как никто другой, а избавиться потом от бесплотного скандалиста, неуязвимого для кулаков, клыков и пуль, может оказаться очень трудно (стоит добавить, что люди, случайно или намеренно убитые вампирами на охоте, привидениями становятся очень часто). С другой — если Каинита вконец допечь, он вполне может разыскать и уничтожить Оковы призрака, после чего духу всю оставшуюся вечность придется сидеть где-нибудь в Стигии: ни в Земли Плоти, ни в Земли Теней ему уже никогда не попасть. Впрочем, такая ситуация наблюдается скорее в низах обоих сообществ: старые духи вовсю заняты укреплением своей власти в Умбре, а древние вампиры на своем веку повидали вещи и почище привидений, поэтому и тем, и другим друг на друга, по большому счету, плевать.

А вот вампиры, владеющие Некромантией (например, Джованни, Провозвестники Черепов или Нагараджа), могут извлечь из общения с духами как проблемы, так и немалую пользу: дело в том, что у призрака столько же причин откликнуться на призыв, сколько и противиться ему. С одной стороны, быть рабом связавшего тебя колдуна никому особо не нравится. С другой, это предоставляет духу возможность в обход Dictum Mortum (свода законов, воспрещающего призракам воздействовать на мир живых) попасть в Земли Плоти и, урвав момент между выполнением приказов некроманта, как-то позаботиться о своих Оковах. Да и хранителям закона, которые будут ждать по ту сторону Савана, можно будет сказать: «А это не я, это он меня силой вызвал и заставил!» — не железное, но все-таки алиби. Так что призраки некромантам отзываются с изрядной охотой, но бесить их самодурскими приказами все-таки не стоит, особенно если колдун хочет вызвать Спектра — пожранного своей Тенью духа, зловредного, коварного и очень опасного. К слову, Спектры время от времени самовольно откликаются на чужие призывы, чтобы вволю покуролесить в доме горе-некроманта и всласть помучить его самого — порой со смертельным исходом.

Примечания[править]

  1. На деле большинство номинально состоит в Шабаше на правах свадебных генералов и почётных членов, но в политике участия не принимает. Немало шабашитских Цимисхов, устав от Джихада, переезжают к своей сельской родне.
  2. Правда, там, где Салюбри-отступник с ходу начнет именно что карать, Салюбри из основного клана сперва вусмерть замучает рогатого проповедями о том, как плохо то, что он делает.