Les trois mousquetaires

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
« Один за всех и все за одного! »
— Внезапно цитата-бастард
Наши герои

«Три мушкетёра» (фр. Les trois mousquetaires) — историко-приключенческий роман Александра Дюма-отца, написанный в 1844 году в соавторстве с Огюстом Маке. Один из кодификаторов «романов плаща и шпаги» в истории, имеющий десятки экранизаций и театральных адаптаций, благодаря чему его смело можно назвать самым популярным творением Дюма.

Является частью «мушкетёрской трилогии» вместе с продолжениями «Двадцать лет спустя» и «Виконт де Бражелон, или десять лет спустя» (последнее произведение в свою очередь тоже разбивают иногда на трилогию — собственно «Виконт де Бражелон» (первый том), «Луиза де Лавальер» (второй том) и «Человек в железной маске» (третий том)). Существует также авторский театральный приквел — пьеса «Юность мушкетёров» — и авторский вбоквел (сказка «Пьеро» позиционируется как шоу внутри шоу, рассказываемое Арамисом своему сыну от герцогини де Лонгвиль).

Сюжет[править]

На дворе 1625 год. Молодой дворянин из Гаскони, д’Артаньян, отправляется в Париж за своей мечтой — стать мушкетёром короля. По дороге он наживает себе врагов в лице агентов могущественного кардинала Ришельё — Рошфора и роковой красавицы миледи Винтер. А в самом Париже он встречает троих мушкетёров — Атоса, Портоса и Арамиса — которые станут его друзьями на всю жизнь.

Основная статья: Les trois mousquetaires/Сюжет

Персонажи[править]

Персонажей в романе великое множество. Это приводит к тому, что в его экранизациях царит троп «Два в одном и три в одном» (что зачастую аукается, если экранизируют всю трилогию — например, лорд Винтер, выкинутый из «Трёх мушкетёров» в советской экранизации, оказался сюжетообразующим в «Двадцать лет спустя», пришлось извращаться; о слугах вовсе молчу, про них забывают зачастую не только у нас, хотя опять же, в «Двадцать лет спустя» некоторые из них значительно поднимают уровень крутизны)

Основная статья: Les trois mousquetaires/Персонажи

Что здесь есть[править]

  • А 220 не хочешь? — бедные, бедные наёмные убийцы в «Двадцать лет спустя», которых послали прикончить «аббатика», слишком уже нахально положившего глаз на любовницу принца де Марсильяка. Мало того, что жертва — Арамис, так к нему ещё и друг из Парижа в гости приехал.
    • Он отличался этим с юных лет — его противник на первой в жизни дуэли не ожидал, что мальчишка-семинарист за год поднимет уровень крутизны до выписывания 220 профессиональному военному.
    • Когда д’Артаньян признался Миледи, что он ее обманул, он явно не ожидал незамедлительной попытки его убить и спасся лишь чудом.
  • Ай, молодца! — Анна, зачем ты дарила герцогу подвески? Неужели не понимала, что муж в любой момент может потребовать предъявить свой подарок?
    • А главное, герцог у нее просил какое-нибудь из ее украшений на память, «перстень, цепочку…» Анне зачем-то понадобилось выбрать самую дорогую и заметную вещь, да еще подарок мужа (не было, видимо, у них приметы, что дарёные вещи передаривать нельзя). Нет чтобы отдать что-то такое, чего не хватились бы… Впрочем, тогда и «кина бы не было».
  • Ай, молодца, злодей! — одним из проколов плана Арамиса с Железной Маской стало то, что он растрепал подробности Фуке (в интересах которого всё мероприятие вроде как и затевалось). Тот пришёл в ужас по поводу того, что под его кровом проделали с его гостем, и немедленно помчался в Бастилию вызволять Людовика.
  • Близнецы меняются местами — суть плана с Железной Маской — заменить Людовика XIV на его брата-близнеца Филиппа, который прожил до этого свою жизнь в изоляции и, как ожидает Арамис, будет его послушной марионеткой.
  • Боже, что я наделал! — глава «Эпитафия Портосу» в «Виконте де Бражелоне» концентрат этого тропа.
  • Бонус для гениев — при всём вольном обращении Дюма с историей (на грани тропа Всё так и было) у него натыкано довольно много пасхальных яиц для знающих французскую историю:
    • Вражда между Арамисом и принцем де Марсильяком (впоследствии герцогом Ларошфуко, известным писателем) в «Двадцать лет спустя». Прикол в том, что Арамис в этой книге процентов на 40 списан именно с Ларошфуко.
    • Атос упоминает, что родовым в его семье являлось имя Ангерран, которое носили многие его славные предки. Имя Ангерран (а также имя Рауль) было родовым в вымершей в реальности в XV веке семье Куси, прославившейся девизом «Не граф, не герцог, Боже упаси! Зовусь я господином де Куси», а также имевшей графство Ла Фер в качестве одного из побочных владений.
    • Титул миледи в английском браке — баронесса Шеффилд. Реальная баронесса Шеффилд влипла в скандал с двоемужеством, точнее с сомнительным первым браком, а потом признанный бастардом сын от этого брака требовал права на наследство отца. Ничего не напоминает?
  • Братья по оружию — почти что кодификатор. В смысле пар троп играется во второй части трилогии, где так действуют соответственно д’Артаньян и Портос и Арамис и Атос.
    • Арамис в «Виконте де Бражелоне» выдаёт антизлодейскую версию тропа.
  • Всё пошло слишком так — Портос, не желая иметь дел с портными, решил раскормить своего слугу Мушкетона до своей комплекции, чтобы мерки снимали с него. В результате слуга стал ещё толще господина, и все модные костюмы оказались Портосу велики.
  • Дворянин — трое из четырёх главных героев. Атос всё же из высшей аристократии, хотя по фанону изначально и второй сын.
  • Драгоценные камни:
    • Королева в награду за возвращение подвесок подарила д’Артаньяну перстень с алмазом, протянув через драпировку руку в комнату, где находился гасконец. «Мне подарил его мой брат, испанский король. Он принадлежит лично мне, и я могу располагать им». Де Тревиль посоветовал продать этот перстень или хотя бы повернуть его камнем внутрь, «потому что все знают, что бедный гасконский дворянин не находит подобных драгоценностей в шкатулке своей матери!» Поначалу д’Артаньян категорически отказывался расстаться с даром королевы, но потом всё же продал его через Дезэссара за 7000 ливров, чтобы отправить гонца в Лондон к Бекингему с сообщением о недобрых намерениях Миледи.
    • Переспав с выдававшим себя за де Варда д’Артаньяном, Миледи подарила ему сапфир в оправе из алмазов с особой приметой — царапиной. Увидев кольцо на руке друга, Атос сразу узнал его: «Этот сапфир достался мне от моей матери, которая, в свою очередь, получила его от мужа. Как я уже сказал вам, это была старинная фамильная драгоценность… и она никогда не должна была уходить из нашей семьи. Я подарил ее в ночь любви, так же как сегодня ее подарили вам».
  • Драка в общепите — засада на Атоса и Д`Артаньяна в трактире. Портос тоже в кабаке на дуэль нарвался, но дрался всё-таки снаружи.
  • Дракон (персонаж) — в первой книге Рошфор для Ришельё; в «Двадцать лет спустя» — д’Артаньян становится таковым для Мазарини.
  • Думать о красе ногтей — упоминается, что Арамис тщательно ухаживает за своей внешностью с помощью огромного количества косметических средств, а Портос уделяет невероятное внимание своему гардеробу. При этом рядом с Атосом, который ничем таким не заморачивается, они всё равно смотрятся бледновато, что приводит обоих в изрядное раздражение.
    • В «Виконте де Бражелоне» граф де Гиш. Не-метросексуалу в миньонах герцога Орлеанского делать нечего.
  • Дуэли — присутствуют во всех романах. В «Виконте де Бражелоне» главные герои на дуэлях уже не дерутся, возраст не тот, а вот молодое поколение — запросто. Д’Артаньяну по долгу службы приходится расследовать обстоятельства одной из этих дуэлей, реконструируя ее картину по следам.
  • Закадычные враги — сколько бы палок ни ставили мушкетёры в колёса Ришелье, после его смерти в «Двадцать лет спустя» они вспоминают его с уважением, особенно сравнивая сурового, бескорыстного кардинала с его сицилийским преемником, льстивым мздоимцем Мазарини.
    • На личном, а не концептуальном уровне, в такое эволюционируют отношения между Рошфором и д’Артаньяном, так что последний искренне жалеет, что в последней схватке первой Фронды пришлось заколоть графа Рошфора.
  • Злой канцлер — Ришельё в первой книге. Троп вдавливают в пол в экранизациях. В сиквелах эстафету перехватывают Мазарини (у которого д’Артаньян успевает побыть Драконом) и Кольбер (последний — субверсия).
  • Знают именно за это — из трех частей «Виконта де Бражелона» экранизируют обычно только третью — «Человек в железной маске», и сюжетные линии первых двух частей романа малоизвестны.
  • Золотая молодёжь — двор короля и герцога Орлеанского в «Виконте де Бражелоне» зачастую на грани смертоносного распущенного двора.
  • Изменившаяся мораль пополам с сословной моралью — по современным меркам персонажи понимают под «честью» очень странные вещи, от неуважения к чужой собственности и до государственной измены. Многие попытки деконструкции доводят до тропа Получился мерзавец.
    • Не говоря уже об Атосе — ну оказалась жена беглой каторжанкой, эка невидаль! Зачем сразу вешать-то? Разборы образа персонажа доходят до уровня буревестника фанатского сообщества.
    • Главные герои — бретёры и альфонсы, не видящие в этом ничего зазорного. Книга, на которой выросли миллионы, дамы и господа!
    • Двойная мораль — если Гримо поймают за организацией побега Бофора, его повесят, а самого Бофора лишь снова посадят.
  • Инцест — с фитильком, но явно: Генриетта Стюарт — двоюродная сестра по матери Людовика XIV и Филиппа Орлеанского, при этом замужем за вторым и имеет романтические отношения с первым.
    • Без фитилька, но на уровне слухов — Анну-Женевьеву де Лонгвиль обвиняют в не совсем сестринских чувствах к своему брату, принцу Конде.
  • Каждое утро делает зарядку — Портос убивает быка ударом кулака и однажды умудрился развалить крестьянский дом; при этом принял на голову крышу и вылез из-под неё слегка поцарапанным.
  • Каков родитель, таково и дитя — троп очень сильно обыгрывается в третьей части трилогии, благо детям находится место в кадре. Если с Раулем де Бражелоном и вторым герцогом Бекингемом троп играется прямо, то с отцом и сыном де Вардами — субверсия. Отец — злодей по должности, которому не повезло (и которого в экранизациях смешивают то с Рошфором, то с Жюссаком), а вот сын — куда более гнусный тип (впрочем, его хватает только на Мордаунта-лайт, версия придворная).
    • Ну и достойный сын своей матери Мордаунт. Подсвечено, что на мать похож даже внешне, хотя в мужском варианте этот конкретный тип внешности далеко не привлекателен.
  • Кающийся грешник — во второй части Майяр, податель святой воды на паперти церкви Святого Евстафия, каждый месяц заказывает мессу за упокой особы, умершей насильственной смертью. Это Бонасье.
  • Князь Церкви — Ришельё в первой части трилогии, Мазарини во второй. В третьей таковым становится Арамис, как епископ Ваннский и генерал ордена иезуитов.
  • Кому сохранить верность — сюжетообразующий конфликт второй и третьей частей трилогии. в «Двадцать лет спустя» д’Артаньян и Портос оказались на стороне кардинала и двора, а Арамис и Атос — на противостоящей стороне Фронды. Всех их весьма расстроил этот факт. В итоге верность друзьям победила-таки, а в английской гражданской войне они вчетвером пытались спасти короля Карла I, несмотря на то, что оказались в Англии на разных сторонах (Атос и Арамис волонтёрами в лагере роялистов, д’Артаньян и Портос — военными советниками при Кромвеле).
    • А вот в «Виконте де Бражелоне» конфликт был пожёстче — д’Артаньян принёс личную клятву в верности королю Людовику XIV (к таким вещам он относится очень серьёзно), а король позже приказал ему арестовать Атоса по несправедливому обвинению. Конфликт лояльностей был так силён, что циник д’Артаньян попытался заколоться — но король остановил его и понял, что был неправ насчёт ареста.
  • Крутой в отставке — Атос и Портос на начало «Двадцать лет спустя» ведут патриархальную жизнь в своих поместьях.
  • Крутой мимо проходил — именно в этой ситуации д’Артаньян срывает освобождение двух друзей канцлера Фуке в «Виконте де Бражелоне», поверив, что их и впрямь собираются линчевать на месте. В результате вмешательства бравого гасконца, который всего лишь шел посмотреть свежекупленную недвижимость, бедняг повесили.
    • В «Двадцать лет спустя» в этот троп попадает Рауль, деятельно поучаствовавший в аресте советника Парижского парламента Бруселя. Д’Артаньян потом подсвечивает, что уехавший на тот момент в Англию папа Рауля (который симпатизирует Фронде) был бы не в восторге от подобной выходки сына, так как Брусель — известный фрондер.
  • Крутой фехтовальщик — и среди героев, и среди плохишей таких хватает.
  • Микротрещины в канве — в ответ на предложение своей любовницы Мадлен узаконить отношения д’Артаньян ответил, что её сбежавший муж «вернется, чтобы отправить нас на виселицу». А если мушкетёр его убьёт? «Это просто другой способ попасть на виселицу!» Но ведь дворян не вешают, а рубят головы!
  • Мортидо — герцог Бекингем. Очень похоже, что он, сознавая безнадежность своей любви к Анне Австрийской (ну никак им не бывать вместе, да и она ничем не показывала своих чувств), мало дорожил жизнью. О своей возможной скорой насильственной смерти, которую видел во сне, говорит без страха, и не принимает никаких мер, чтобы этого избежать. Наоборот — приехал в Париж без всякой охраны, переодетым бродил по улицам, полагаясь только на свою шпагу, как простой военный. И не специально ли позднее подставился под кинжал Фельтона? Иначе как он мог отвлечься на письмо Анны, забыв о враге, от которого только что собирался защищаться?
    • В «Виконте де Бражелоне» — собственно Рауль в третьей книге без всяких альтернативных интерпретаций, по факту доведенный до самоубийства — но не наложивший на себя руки сам, а бросившийся под вражеские пули.
      • Хотя де-факто получилось всё-таки обычное самоубийство — с поля боя его вынесли и он скончался в госпитале, скорее всего намеренно упав с койки.
  • Мушкетёр — Nuff said.
  • Налево кругом — Арамис в «Десять лет спустя», хотя и оправдывает авантюру с Железной маской с точки зрения благонамеренного экстремизма. Но в итоге — Портос в каменной могиле, а Арамис — испанский гранд.
  • Не в ладах с арифметикой — в сеттинге Арамис, который на момент «Двадцать лет спустя» заявляет, что ему 37. Д’Артаньян, которому недавно исполнилось сорок, исправляет друга, так как помнит, что тот его на пару лет старше. Обоснуй — Арамис привык врать о своём возрасте любовницам.
    • Вне сеттинга — автор. Смотрите существующую страницу тропа для того, почему чёткий таймлайн романа выстраиванию не поддается.
  • Не в ладах с историей — багофича сеттинга для обеспечения более яркой атмосферы приключений.
  • Обознатушки — д’Артаньян принял его за Рошфора. Это, хоть и не прямым образом, послужило причиной для дуэли.
    • А после принял Бекингема сначала за Арамиса, а потом за любовника Констанции. И схватился за шпагу.
  • Отвергнутый мужчина — это страшно — кардинал Ришельё мстил королеве Анне и Бекингему.
    • В книге, впрочем, у него цели прежде всего политические. О том, что «Ришелье, как известно, был влюблён в королеву», упоминается вскользь, как о старой сплетне. А вот в некоторых экранизациях любят об этом говорить слишком много. Так что скорее это «троп, характерный для адаптаций».
  • Парвеню — в «Виконте де Бражелоне» Маликорн, сын юриста, умудряющийся стать незаменимым для короля человеком в придворных интригах, и получить и аристократическую приставку «де», и вознаграждение скорее всего не на словах.
    • Таковым участники Фронды принцев считают кардинала Мазарини.
    • Портос в «Двадцать лет спустя» мечтает о баронском титуле, ибо в глазах более бедных, но знатных соседей он именно этот троп.
  • Похожие семейные имена — обоих братьев Людовика XIV, и герцога Орлеанского, и несчастного близнеца-Железную Маску, зовут одинаково — Филипп.
  • Получается смешно — Д’Артаньян получает вызов на дуэль разом от трёх мушкетёров. Дуэль с каждым может со значительной вероятностью закончиться смертью… поэтому вежливый гасконец начинает заранее извиняться перед участниками: дескать, есть вероятность, что кто-то из мушкетёров не сможет получить сатисфакцию по причине смерти самого д’Артаньяна.
  • Прекрасная принцесса — герцогиня де Лонгвиль, урождённая принцесса как дочь принца Конде, в глазах Арамиса (и не только) в «Двадцать лет спустя».
    • Там же юные прекрасные принцессы — Генриетта Стюарт (которую в «Двадцать лет спустя» Дюма ничтоже сумняшеся превратил из четырехлетней в как минимум тринадцатилетнюю, при том что в «Виконте де Бражелоне» ей вроде бы столько лет, сколько должно быть по истории) и Елизавета Стюарт, присутствующая на казни своего отца Карла I.
      • С дочерьми Карла I вообще беда в «Двадцать лет спустя» — мало того, что Генриетту сделали 13-летней и перенесли увлечение де Гиша ей на 1649 год, так ещё и Елизавету именуют Шарлоттой (дочери с таким именем у Карла I в реальной истории не было).
    • Уже взрослая Генриетта Стюарт в «Виконте де Бражелоне» как герцогиня Орлеанская.
  • Преторианцы — мушкетёры короля. И гвардейцы кардинала тоже (в «Двадцать лет спустя» они уже официально вторая («серая» по масти коней) рота мушкетёров.
  • Пустоголовый франт — Маникан в «Виконте де Бражелоне», особенно на фоне своего предприимчивого друга Маликорна. «Вместо того чтобы одеваться скромно, сообразно средствам отца, он всегда блистал роскошными костюмами, точно молодой вельможа, имеющий пятьдесят тысяч ливров дохода в год». Деньги на костюмы дает либо де Гиш, чьим компаньоном с детства Маникан является, либо Маликорн, который подсадил Маникана на финансовый крючок и беспощадно эксплуатирует его связи.
  • Ревность — это смешно — два гомерически смешных ревнивца, король и галантерейщик.
  • Реткон — довольно много, как внутри трилогии, так и между трилогией и приквелом (который Дюма написал уже в 1849 году). Один из самых ярких — имя миледи. В «Трёх мушкетёрах» говорится, что её настоящее имя Анна де Бейль, Шарлотта Баксон — псевдоним, а в приквеле «Юность мушкетёров» она становится Шарлоттой, дочерью Вильяма Баксона, дворянина из Уэльса, а Анна де Бейль — имя её матери-француженки.
  • Роковая женщина — миледи Винтер. Герцогиня де Шеврез — «труба пониже, дым пожиже», но зато появляется во всей трилогии.
  • Рокош — Фронда принцев в «Двадцать лет спустя». Сместить, правда, хотят не короля, а регента.
  • Рок силача — обстоятельства гибели Портоса в «Десять лет спустя».
  • Рыцарь в ржавых доспехах — Атос пример из палаты мер и весов. Пополам с Мрачный добряк.
    • С другой стороны, всем знакомым Атос известен как едва ли не эталон благородного дворянина, а сам он явно считает рыцарскую мораль образцом для подражания; цинизм же Атоса относится скорее к сфере личных отношений.
    • В продолжениях рыцарем в ржавых доспехах во многом становится и сам д’Артаньян.
  • Тридцатилетняя война — одно из сражений поздней фазы (битва при Лансе) показано во второй части трилогии. Первая часть совпадает по времени с первой фазой войны.
    • Сражения средней фазы, когда Франция вступила в войну, описаны флэшбэком в «Двадцать лет спустя». В одном из них д’Артаньян был признан пропавшим без вести. К счастью, обошлось, добрался до Парижа и восстановился в полку.
  • Ты убил моего отца — Мордаунт как злодейская версия тропа в «Двадцать лет спустя».
    • В «Виконте де Бражелоне» де Вард-младший как пример с фитильком — «Твой отец испортил жизнь моему отцу».
      • А на самом-то деле, вполне вероятно, спас ему жизнь, не позволив развивать отношения с миледи. Иначе бы старшего де Варда вполне могла ждать участь брата лорда Винтера. А уж младшему вовсе бы помолчать: он бы тогда при любом раскладе не родился.
  • Умный плюс сильный — в «Двадцать лет спустя» в таком амплуа выступают д’Артаньян и Портос, когда работают в паре; в «Десять лет спустя» уже Арамис и Портос (экранизация Хилькевича сделала выход парочки д’Артаньян+Портос на бис, так как из-за выкинутой сюжетной линии с укреплениями Бель-Иля Портос оказался сюжетно совершенно свободен для участия в английской авантюре мсье д’Артаньяна, а из-за отсутствия в экранизации Планше кому-то надо было дать на всё это счастье деньги).
  • Фаворитка — из троих подруг-фрейлин в «Виконте де Бражелоне» Луиза де Лавальер и Атенаис де Тонне-Шарант (затем де Монтеспан) по очереди были таковыми для Людовика XIV. Ора де Монтале — субверсия/аверсия. Фавориткой короля не стала ни в книге, ни в реале, но в реальной истории уже пожилой Людовик увлекся её дочерью — мадемуазель де Шатобриан (её отцом был принц Конде, чьей любовницей недолгое время была Ора).
    • В эпилоге «Виконта» мадемуазель де Керуаль подсовывают Карлу II Стюарту в качестве «троянской фаворитки», чтобы направлять политику Англии в профранцузское русло. За свои заслуги на поприще согревания постели короля мадемуазель становится герцогиней Портсмутской.
  • Фанон — имя д’Артаньяна Шарль. По прототипу. В книге не упомянуто ни разу. По имени из всех мушкетеров в каноне называют только Арамиса (Рене). В пьесе-приквеле «Юность мушкетёров» мы также узнаем имя Атоса — Оливье.
    • Каноничный Оливье показался атосоманкам слишком простолюдинским (другие носители вариаций того же имени в сеттинге — джентри Оливер Кромвель и слуга Оливен), и потому родился вариант Арман (по прототипу Куртиля) Оливье Ангерран (упомянутое в сеттинге имя нескольких предков Атоса, намек от автора на его родство со знаменитым семейством Куси, где имена Ангерран и Рауль — родовые) де Ла Фер.
      • У автора правки в послесловии к "Трем мушкетерам" (Лениздат, 1992 по изданию 1990 года) были упомянуты "Арман де Силлег д'Атос, Исаак де Порто и Анри д'Арамиц", как реально существовавшие личности. Возможно, Арман взялся именно оттуда.
    • Туда же — статус его как второго сына, чтобы объяснить некоторые странности с его юностью вроде обучения морскому делу в Англии.
  • Формальное наказание — король лично вызывает устроивших за пару дней две дуэли и чуть ли не целое восстание мушкетёров вместе с де Тревилем на ковёр — чтобы по просьбе обиженного кардинала как следует отругать. Получить втык от самого короля было бы, конечно, неприятно… если бы выговор не сопровождался приличной суммой денег и самыми искренними поздравлениями.
  • Цитата-бастард — с фитильком. Крутое кредо «Один за всех и все за одного» таки появляется в книге, но… ровно один раз и в проходной сцене — когда д’Артаньян объясняет друзьям, почему он позволил людям кардинала арестовать г-на Бонасье.
  • Человек эпохи Возрождения — Атос. Офицер и джентльмен, при этом получивший отличное для своей эпохи образование, и не только в типично дворянских областях — когда требуется по сюжету, он даже в навигации разобрался. При этом «борясь с Портосом, не раз побеждал этого гиганта»(!!!).
    • Портос в «Десять лет спустя» пародирует троп, так как, если не брать альтернативные интерпретации персонажа, его хватает только на дилетанта широкого профиля.
    • Из Рауля де Бражелона Атос выращивал этот троп сознательно. Правда (как и у ряда примеров из реала) навык «Манипулирование и придворные интриги» оказался дамп-статом.
  • Шахматы — Ришельё часто играет в шахматы с королём.
  • Шибболет — в истории с Железной Маской таким оказывается испанский язык, которым Людовик владеет свободно, а Филипп не знает совсем. Не то чтобы это привело к мгновенному разоблачению всей интриги, но сразу стало понятно, что что-то тут не так.

Адаптации[править]

Тропы, характерные для адаптаций[править]

  • Глупый король — Людовик XIII из экранизации Юнгвальд-Хилькевича. В прочих экранизациях короля делают то глупее, то умнее.
  • Два в одном и три в одном — экранизаций много, иной раз бывает и вариант «четыре в одном»: Рошфор может управиться и за Жюссака, и за Бернажу, и за графа де Варда. Правда, Жюссака чаще всего в экранизации всё же оставляют. Де Варда — уже куда реже (к примеру, в советской экранизации за него работает как раз Жюссак). А вот Бернажу вообще практически никогда не появляется.
    • Кроме того, режиссёры не заморачиваются показывать слуг всех героев, потому Планше, слуга д’Артаньяна, может и вино верёвкой воровать (как Мушкетон), и по поводу карьеры господина сокрушаться (как Базен). Только за Гримо не отрабатывает, уж больно тот специфичен.
    • В русской экранизации «Двадцать лет спустя» смешали в одну даму герцогинь де Лонгвиль и де Шеврез, а то что получилось, сделали сестрой герцога Бофора [1]. (Шеврез не имела к Бурбонам и к Бурбон-Вандомам в частности вообще никакого отношения, а братом мадам де Лонгвиль был Великий Конде).
  • Жизнь пишет сюжет — так как де Жюссака в советской экранизации играл постановщик трюков, Владимир Балон, он стал незаменимым специалистом и в последующих частях, «пятым мушкетёром» — ему отдали функцию Рошфора в «Двадцать лет спустя», а потом ещё и пощадили в адаптации вопреки результату этой функции.
  • Злодейство в адаптации — в «Мушкетёрах» 2011 г. Бекингем из милого романтика стал харизматичным злодеем и одним из врагов центрального квинтета героев. В королеву Анну он почему-то не влюблён.[2].
    • Кольбер в «Возвращении мушкетёров», где из него лепят типичного злого канцлера — в оригинале был субверсией тропа.
    • Людовик XIV в «Человеке в железной маске» в исполнении ди Каприо конкретно так очерняется в адаптации, чтобы интрига Арамиса выглядела однозначно положительной для страны, а не только для интересов отдельно взятого епископа.
  • Изменить возраст в адаптации:
    • «Три мушкетёра» с Боярским — и д’Артаньян и король с королевой намного старше чем должны были бы быть.
      • Вообще по пальцам можно сосчитать экранизации, где д’Артаньян выглядит на 18-20. Экранизаций же, где он при этом смуглый брюнет, вообще нет — если не считать экранизацией «Мушкетеров» от ВВС.
    • Другие наши «Три мушкетёра», сериал 2013 г. от Сергея Жигунова — Ришельё сыгран не сорокалетним, как было в оригинальном романе (там он «выглядит не старше тридцати семи») и в реальной жизни, а гораздо старше, что даже не пытаются скрыть. Впрочем, актёр хоть и крепок, но настолько стар, что скрыть невозможно. По словам создателей, это сделано специально — дабы не усложнять сюжет возможными личными, а не политическими причинами противостояния кардинала и королевы. Благо этого добра там и без того…
    • Внезапно в обратную сторону в стимпанк-экранизации 2011 года, где Людовика XIII и Анну Австрийскую сделали… на несколько лет младше, чем они должны были быть, чтобы король оказался ровесником д’Артаньяна, которого там играет соответствующий по возрасту актер.
      • Но там же прямо в случае с Арамисом, который в экранизации ближе по возрасту к Атосу, в то время как в книжном каноне он всего на 2-3 года старше д’Артаньяна.
    • Ещё один пример изменения возраста в обратную сторону (сильное омоложение относительно истории/канона) — Карл II (на тот момент принц Уэльский) в «Двадцать лет спустя» Юнгвальд-Хилькевича. С одной стороны, его наличие в сюжете как сопровождающего мать вместо его сестры Генриетты (состаренной с лёгкой руки Дюма на 10 лет) исторично, с другой — это был 18-летний юноша 180 см ростом, а не восьмилетний мальчик (хотя Серёжа Боярский и милый).
  • И часовню тоже он! — В экранизациях — милое дело, чтобы хоть кто-нибудь из врагов повынимал шпагу хоть чуть больше раз и/или в более эпических моментах, чем в оригинале, может, заменяя при этом другого шпаговынимателя. Граф Рошфор, де Жюссак, а то и сама Миледи.
  • Кастинг-агентство «WTF?»
    • Д’Артаньян в советских «Мушкетёрах». Михаил Сергеевич Боярский внешне почти идеально соответствует книжному описанию (перечитайте и убедитесь!), и безбашенного, увлекающегося юнца играет мастерски, но… взрословат. В начале сюжета этому персонажу (как нам предлагается верить) восемнадцать, в конце первого фильма («Когда твой друг в крови…») — двадцать. Но чисто визуально — в одних кадрах этому Шарлю де Батцу д’Артаньяну ну очень «акселератские» восемнадцать со следами бурного жития и неумеренного пития; а в других кадрах (и их большинство) — ему можно дать все тридцать. Актёру, когда завершали фильм, как раз тридцать и было.
      • В английской экранизации Лестера д’Артаньяна играет белобрысый Майкл Йорк.
    • Портос в оригинале, как не раз подчёркнуто, гигант, а в фильме он одного роста с товарищами[3].
      • В принципе, какую экранизацию ни возьми, всюду Портоса делают не гигантом, а толстяком. Так сказать, вертикаль с горизонталью меняют. Это уже многими считается каноном.
        • Обоснуй — попробуйте найти актёра ростом 198 см, как каноничный Портос, не впадая в расовый лифт (о котором ниже).
      • А вот Портос с явными африканскими корнями в сериале ВВС (назвать его экранизацией язык не поворачивается, ибо всякое подобие с Дюма утрачено полностью) — вполне правдоподобен, потому что Дюма, описывая прототип Портоса, писал его со своего отца — наполеоновского генерала Тома-Александра Дави де ля Пайетри, сына французского аристократа и чернокожей гаитянки. Создатели сериала сказали, что это осознанный оммаж Дюма.
    • Арамис по книге был черноволос и черноглаз. Миледи выглядела лет на 25-27. И король с королевой тоже должны бы быть моложе. Де Тревиль — аналогично. И так далее, и тому подобное.
    • Миледи практически никогда не везёт в экранизациях. Что Фэй Данауэй, что Маргарита Терехова, что все остальные (ну, кроме Милен Демонжо), отыгрывают взрослых женщин-вамп, про которых сразу всё понятно. Книжной Миледи ещё далеко до тридцати, и она похожа на ангела, лишь в редких случаях демонстрируя свою истинную сущность (тем и разительнее контраст, что сам Дюма и подсвечивал).
      • Субверсия в сериале Жигунова. Приглашённая на роль миледи Екатерина Вилкова выглядела моложе своих лет, плюс белоснежные кудряшки и огромные глаза. Но, увы, режиссёр решил изменить образ в пользу прямолинейного зла. Волосы героини потемнели, грим сделал лицо вытянутым, а глаза маленькими. Господи, да она же выглядит старше Атоса! Сергей Викторович, зачем???
  • Если бы я хотел, ты уже был бы мёртв — «Если бы я… стреляла в вас… мы бы сейчас с вами не разговаривали! Я стреляла в лошадь».
  • Не в ладах с историей — опять Жигунов. Починку подвесок Бекингем поручает целой улице (!) евреев-ювелиров во главе с В. Этушем. Но проблема в том, что в первой половине XVII века в Англии и одного еврея сыскать было сложно — все они были изгнаны в 1290 г. Возвращаться они начали только при Кромвеле, в 1650-е.
  • Окрутеть в адаптации — Миледи в некоторых экранизациях «Трех мушкетеров»: магичка, на метле не летает лишь потому, что прекрасно летает и без нее. Плюс практически ниндзя по умениям.
    • Портос во время дела с подвесками в одиночку встаёт против многих противников. В оригинале он оказался втянут в дуэль с одним человеком, который его ранил (не убил, очевидно, потому, что не собирался).
  • Опосредованная передача ругательств — новогодний кинокапустник в постановке Т. Баркалая. Д’Артаньян (В. Зеленский) пишет домой отцу (В. Этуш), описывая битву у монастыря Дешо: «Один из гвардейцев кардинала высоко оценил мои способности. Он сказал, что я далеко пойду». Одновременно зрителю показывают, что же происходило на самом деле. Оказывается, д’Артаньян в бою сделал этому гвардейцу больно, и кардиналист — крупным планом, беззвучно — выкрикнул фразу, из которой, если читать по губам, отчётливо ясно, КУДА он на самом деле «предлагал пойти» д’Артаньяну.
  • Отупеть в адаптации — Вопиющий неканон с Рошфором в французско-итальянской экранизации 1961 года с Жераром Баррэ в роли д’Артаньяна. Рошфор при первой же встрече без лишних раздумий лезет в драку с д’Артаньяном, а оставшись без шпаги, безвольно тупит. Спасла его Миледи, за какие-то секунды успевшая подкупить местное быдло. А потом Рошфор ещё требует от вырубившегося д’Артаньяна, чтобы тот продолжал бой, но верит на слово Планше, что его господин умер. И это — лучший агент кардинала?!
    • Дальше будет только хуже: Рошфор, завидев д’Артаньяна в Париже, прячется за задницей стоящей рядом лошади. В дальнейшем они встречаются ещё несколько раз, при этом Рошфор имеет преимущество из разряда двадцать на одного. Но, единожды потеряв шпагу, Рошфор опасается сунуться к д’Артаньяну даже в такой ситуации. Только в конце фильма сам нарвался на бой — не иначе крыша от постоянного страха поехала.
    • Миледи троллит Рошфора, подбрасывая ему оскорбительно малый процент с денег, переданных ей кардиналом (типа плата за то, что помог получить заказ). Тот в ответ угрожает ей местью. Нет, Миледи в этой сцене — однозначно противоположный троп, а вот по поводу Рошфора есть только один вопрос: стоило ли приглашать харизматичнейшего Ги Делорма для того, чтобы он играл эдакого лузера?
  • Светлее и мягче — многие адаптации поневоле делают такими относительно оригинала, чтобы уйти от проблемы изменившейся морали, в свете которой наши герои уже совсем не хороший пример для подражания молодёжи.
  • Сменить пол в адаптации — английская экранизация «Двадцать лет спустя» «Возвращение мушкетёров» (The Return of the Musketeers, 1989): вместо Мордаунта здесь фигурирует дочка миледи, Жюстина де Винтер. Папа, кстати, Рошфор.
    • Туда же — новогодний капустник «Три мушкетера» в постановке Тинатин Баркалая. Тысяча чертей! Атос, Портос, Арамис, Ришелье… Хорошо хоть д’Артаньян парень.
  • Распутинская живучесть — у Юнгвальд-Хилькевича Мордаунта сумел угомонить только Де Жюссак, пробив шпагой насквозь.
  • Упитанный силач — Портос
  • Фехтуя, запрыгнуть на стол — не знаю насколько подробно описаны поединки в книгах, но в фильмах повсеместно
  • Характерный тик: в экранизации Юнгвальда-Хилькевича королева Анна Австрийская имеет привычку прищёлкивать пальцами (это намёк на её испанское происхождение).

Наиболее значимые экранизации[править]

Тысячи их, но автору статьи лень заниматься копипастой

  • Режиссёр — Юнгвальд-Хилькевич, д’Артаньян — Боярский. Единственная полная экранизация всей трилогии с мушкетёрами. Наиболее известна экранизация первой книги — музыкальный фильм «Д’Артаньян и три мушкетёра», но в начале 1990-х экранизировали две оставшиеся книги. В 2010-х сняли отсебятину в качестве продолжения книг.
    • Полнота немного с фитильком — «Десять лет спустя» хотели экранизировать полностью, все три части романа, но из-за того, что бюджет пишет сюжет, «Луизу де Лавальер» выкинули, всё остальное скомкали, и из запланированного сериала вышли только две серии. Часть линий потом добавили в «Извращение», эээ… то есть «Возвращение мушкетёров».
    • Пощадить в адаптации — лютая аверсия. Казалось бы, снимаешь ты, режиссёр, не прямую экранизацию, а музыкальную комедию по мотивам — кто тебе не давал в этом жанре пощадить Констанцию?! А вот поди ж ты… Ещё хуже то, что в третьей серии д’Артаньян не очень-то по ней и тоскует. А что, Миледи тоже симпатичная…
      • Если бы пощадили Констанцию, народ бы не понял казни Миледи. А пощадить Миледи — и как прикажите разрешать её конфликт с бравой четвёркой? Так что режиссёр пошёл по пути наименьшего сопротивления.
    • Корнет Шурочка — в фильме «Возвращение мушкетеров» (четвёртый и последний фильм из «мушкетёрского цикла»). Жаклин де Бац — дочь д’Артаньяна — надевает мужскую одежду, прячет свою блондинистую кудрявую гриву под чёрный паричок и притворяется юношей по имени Жак. Притворяется не очень убедительно, хотя за женоподобного грубого пацана её всё-таки принять можно, если прищуриться. Анри де Лонгвиль — бастард Арамиса — раскалывает её практически мгновенно, и многие другие тоже полны подозрений, или даже уверены: перед ними женщина. А вот матёрый волк тайной войны, придурковатый и садистичный иезуит д’Олива ВНЕЗАПНО повёлся на обман («Молоденький совсем! Усиков ещё нет…»)
    • Музыкальный символ — «Пора-пора-порадуемся на своём веку». Породил троп Красавица Икуку и анекдот про то, что д’Артаньян был армянин, но плохой, потому что хороший не станет говорить «Мерси, Баку!».
    • Упростили и опошлили — см. основную статью.
    • Интересно, что мстителя Мордаунта играл тот же самый Виктор Авилов, который играл мстителя Эдмона Дантеса в советской экранизации другого романа Дюма.
    • Шахматы — играют Ришельё и д’Артаньян, причём первый проводит аллегорические сравнения правил игры с реальной жизнью (д’Артаньян: Партию я еще не закончил, но вот жизнь, похоже, уже проиграл).
  • Франко-итальянская экранизация 1961 года с Жераром Баррэ. Долгое время считалась эталонной и скорее всего, до сих пор держит пальму первенства по красоте костюмов. Ряд моментов оттуда даже кочевали в последующие экранизации, хотя в первоисточнике они отсутствовали. При этом не все сюжетные изменения пошли на пользу (смотрите «Отупеть в адаптации» выше).
  • Режиссёр Ричард Лестер — разбил первую книгу на два фильма, а через пятнадцать лет экранизировал вторую книгу с теми же самыми актёрами. Вот уже почти тридцать лет ждём что он экранизирует и третью книгу с теми же актёрами.
  • Озвереть в адаптации — очень много случаев:
    • Советский мультфильм «Пёс в сапогах» с псами-мушкетёрами и кардинальскими котами;
    • Испанско-японский мультсериал «Д’Артаньгав и три пса-мушкетёра»;
    • Диснеевский мультфильм про Дональда Дака — внезапно с фитильком, герои книги Дюма в этом сеттинге существуют, появляясь в самом начале как камео, а Дональд, Микки и Гуффи — по факту косплеят кумиров.
  • Теперь БАНАНОВЫЙ!:
    • Мушкетёры с Милой Йовович в роли Миледи. Перенос сюжета в ветропанк-сеттинг. По ряду мнений — блестящий неканон (и единственное из западной продукции в XXI веке заслуживает такой эпитет).
      • Злодей-прагматик — Рошфор предпочитает, вместо схватки на шпагах, стрелять в своих противников.
    • Samchongsa — корейская дорама, которая переносит практически все (!!!) основные коллизии сюжета на другой конец Евразии географически… и всего на 15 лет вперёд хронологически.
  • Четыре мушкетёра Шарло — экранизация, в которой история показывается с точки зрения четырёх слуг.
  • «Человек в железной маске» с Леонардо ди Каприо в роли Людовика XIV и его брата-близнеца — экранизация третьей части третьей книги. Весьма вольная (близнецы успешно поменялись местами и вышла нехилая такая альтернативная история второй половины XVII века — учитывая, что Филипп, по словам авторов нетленки, правил «мирно и без войн»).
    • А еще там практически прямым текстом сказано, что Людовик и Филипп бастарды, и их настоящий отец не король, а д’Артаньян.

«Три мушкетёра» в чужом творчестве[править]

Наиболее известные опубликованные фанфики/фан-сиквелы[править]

  • Мелькор был хороший — наиболее распространено в варианте «мушкетёры подонки, алкоголики и предатели родины, Миледи — агент спецслужб и настоящая патриотка»:
    • Александр Бушков, «Д’Артаньян — гвардеец кардинала» — фактически «замена знаков» в произведении при выборе д’Артаньяном не той стороны. В частности, Рошфор с Атосом мутируют друг в друга.
      • Игра в ядик — у Констанции даже не хватило ума настоять, чтобы Рошфор выпил содержимое второго стакана.
      • Игры азартные и не очень — именно страсть к азартным играм (а также вызванная молодостью неразборчивость в друзьях и девицах легкого поведения) чуть не привела гасконца к изгнанию из Парижа или королевскому гневу и привела к переезду в дом галантерейщика Бонасье, где все и заверте…
    • Юлия Галанина, «Да, та самая миледи» — апологетика леди Винтер.
  • Альтернативная интерпретация персонажа:
  • Антисказка:
    • «О чём молчал Атос» — Константин Костин исследует образ Атоса, а затем и все «Три мушкетёра».
  • Сиквелы/вбоквелы-бастарды:
    • Поль Махален (псевдоним Эмиля Блонде). «Сын Портоса» (1883, под именем А. Дюма).
    • Поль Махален. «Дочь Арамиса» (1890, под именем А. Дюма).
    • Поль Махален. «Д’Артаньян» (1896).
    • Роже Нимье. «Влюбленный д’Артаньян, или Пятнадцать лет спустя» (русский перевод 1993).
      • Примечателен тем, что в отличии от других бастард-сиквелов был экранизирован в сериальном формате во Франции.
    • Николай Харин. «Снова три мушкетёра» (1993).
    • Эдуард Глиссан. «Мемуары мессира д’Артаньяна» (русский перевод 1995).
  • Леонид Филатов и С. Бульба, пьеса «Три мушкетёра» — сильно сокращённый пересказ.
  • Артуро Перес-Реверте, роман «Клуб Дюма, или Тень Ришельё» (исп. El club Dumas o la sombra de Richelieu). Сюжет крутится вокруг автографа Дюма и Маке (глава «Анжуйское вино» из «Трёх мушкетёров») в мире библиофилов, причём особенно выделены именно поклонники романа плаща и шпаги. Среди героев — инкарнации Рошфора (подсвечено, что образ «человека со шрамом» — кинематографический, хотя герои вроде бы книжные), Миледи (лилия с плеча переместилась на бедро), Ришельё, а главному герою невольно приходится стать д’Артаньяном. На грани с антифанфиком и Мелькор был хороший — Лиана Тайллефер подробно объясняет, почему она играет за врагов мушкетёров.

Отсылки[править]

«

Жил когда-то во Франции Шевалье д’Артаньян. Алые губы Констанции Нежно он целовал и напевал…

»
— Шпагу и сердце, мадам
  • Кота в сапогах практически во всех экранизациях наряжают именно мушкетёром.
    • В экранизации от Мидзаки за ним ещё и гоняются коты со шпагами одетые под гвардейцев кардинала.
  • Михаил Светлов, пьеса «Двадцать лет спустя». Действие происходит в Гражданскую войну. Один из комсомольцев, Сашка, обожает одноимённую книгу и хочет поставить по ней спектакль.
    • Там есть:
«

Трусов плодила Наша планета, Все же ей выпала честь, — Есть мушкетеры, Есть мушкетеры, Есть мушкетеры, Есть!

»
— «Песня мушкетеров»
  • Братья Стругацкие:
    • «Трудно быть богом» — Пампа явно срисован с Портоса. Да и записках об истории написания повести сказано: «…Написать весело и интересно, как „Три мушкетера“, …создать повесть об абстрактном благородстве, чести и радости, как у Дюма».
    • «Полдень, XXII век» — один из героев, Михаил Сидоров, получил кличку «Атос».
  • Владислав Крапивин, повесть «Вечерние игры» чуть менее чем полностью посвящена играм мальчишек (и некоторых девчонок) в мушкетёров.
    • У него же в повести «Оранжевый портрет с крапинками» Юля и Юрка начали своё роман походом в кино на «Мушкетёров» с Клаудией Кардинале.[4]
    • А ещё у него же в книге «Острова и капитаны. Наследники» встречается другая неточность: «Найдёт д’Артаньян королевские подвески или они останутся у миледи…» А ведь в книге их забирали совсем не у миледи. Бекингэм? Какой Бекингэм?
    • Говоря об играх в мушкетёров, вспомним книжку «Мушкетёр и фея».
    • Да и «Мальчик со шпагой» сюда же.
  • «Миллионер из трущоб» — главный героя называл себя с братом и подругой «три мушкетёра» (не помню, читали они эту книгу или нет).
«

Летят мгновенья на часах. Я — Д’Артаньян, и на весах Любовь и долг, борьба, где шпаги довод весок. Один за всех — к чему ж тянуть? Нас не согнуть, так — в добрый путь, Иначе как же королева без подвесок!?

»
— «Баллада о книгах» в исполнении того самого Боярского
  • Ну и нельзя не вспомнить, как поручик Ржевский опошлил двустишие своего денщика «Ты гондон и ты гондон, а я — виконт де Бражелон»…
  • Zero no Tsukaima: дофига и ещё немножко отсылок, начиная с имени главной героини, Луизы де Лавальер.
  • Стивен Браст, цикл «Гвардия Феникса» («Гвардия Феникса», «Пятьсот лет спустя», «Приключения Виконта Адриланки») — «мушкетёрский цикл» с эльфами и магией.
    • Педаль в пол — мало того, что слог пародирует Дюма, а каст персонажей — одни сплошные копиркины, так «Виконт Адриланки» тоже делится на три тома («Дороги Мёртвых», «Властелин Чёрного Замка», «Се́тра Лавоуд»)
      • А копиркин Портоса там — женщина! Суровая эльфийская магичка с суровым двуручником.
  • Георг Борн. «Анна Австрийская, или Три мушкётера королевы» — парад копиркиных со спиленными серийными номерами. Давит педаль в пол в плане тропа «Не в ладах с арифметикой» — на момент конца романа главным героям вроде как должно быть хорошо за семьдесят, учитывая, что стартует повествование на пятнадцать лет раньше, чем у Дюма (с убийства Генриха IV), а заканчивается в начале 1660-х. Но при этом они тянут максимум на пятьдесят.
  • Институт Экспериментальной Истории — персонаж второго плана в книгах «Чего стоит Париж?» и «Воронья стража» — шевалье дю Бац, отец того самого д’Артаньяна. Сей факт неоднократно подсвечивается Лисом.
  • А ВПС написала про мушкетёров филк по «Белль» из мюзикла «Собор Парижской Богоматери».
  • Лев Гумилёв, «Никакой мистики» («Юность», 1990, № 2, с. 2-6). «… „Три мушкетера“ Дюма. Там показаны три типа французов. Причем именно французов — не бретонцев, не эльзасских немцев. Атос — это потомок тех франков, которые живут около Парижа. Портос — нормандец: здоровый, крепкий, очень смелый, доверчивый, нервный. Арамис — южанин: стройный, маленький, хрупкий. Очень быстрая реакция, очень активный. Совершенно разные типы. Ну, а Д’Артаньян — гасконец, то есть вообще не француз. И вряд ли он знал французский язык. Наверное, выучил, когда поехал и Париж».
  • Мультфильм «Как казаки мушкетёрам помогали» — все они оказались проглочены со своей чайкой китом (кашалотом?)
  • Сергей Михалков, «Сомбреро» (комедия в трех действиях). Большая часть сюжета крутится вокруг постановки «Трех мушкетеров» подростками 12-14 лет.

Примечания[править]

  1. У Бофора была сестра и в реальной истории, Елизавета Вандом, герцогиня Немурская, так что тут получилось три в одном.
  2. Учитывая, что Анне там не 26 лет, а где-то 17, вряд ли она его привлекает как женщина — хотя некоторые его фразы намекают, что сей «международный авантюрист» был бы и не против, но королева этого «не против» откровенно побаивается.
  3. Надо признать, что все три его товарища, как на подбор, довольно долговязы. Но разницы в росте, так или иначе, нет.
  4. Автору правки не удалось найти никаких «mousquetaires» в фильмографии КК во французской Вики). Возможно, или сам Крапивин, или его персонажи допустили ошибку, и речь идёт о культовой экранизации от Бернара Бордери, в которой КК не снималась.