В финале Джон умрёт

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
« Кстати, меня зовут Дэвид. Привет. Однажды я видел, как почка одного парня отрастила щупальца, прорвала у него дыру в спине, выползла наружу и зашлёпала по полу у меня на кухне. »
— Типичная цитата из первого тома
Автор прозревает ужасы вселенной. Ну или вспомнил про подгоревшие печеньки в духовке.

Ох, не следовало тебе открывать эту статью. Нет, не прекращай читать! Теперь уже слишком поздно. Они тебя заметили. Синий глаз уже следит за тобой из тьмы. Теперь знание — твоя единственная защита. Тебе придётся прочитать эту статью. Да, весь этот бред про «соевый соус», людей-теней и теории заговора. А потом найти и прочесть эти книги. Не важно, на каком языке. Твой мир уже не будет прежним. Прихвати дробовик и святую воду. Поставь на прослушивание «Whitesnake», перестраховка лишней не будет. А, и конечно — следи за тенями.

John Dies at the End (В финале Джон умрёт) — трилогия (пока что) за авторством американского писателя/сумрачного гения от литературы Джейсона Парджина, более известного под псевдонимом Дэвид Вонг. Представляет собой зверя весьма редкой породы — юмористический хоррор, где комическое со страшным не гасят, а дополняют и усиливают друг друга. Отличается высоким градусом абсурда, безумия и чёрного юмора, за которыми скрывается вполне толковая философская проблематика, а также некоторое количество социальной сатиры.

Первая книга была переведена на русский ещё в 2012 году, и переведена очень достойно. Русское издание второго тома, вместе с переизданием первого, подоспело через семь лет — увы, менее удачное, ибо переводчик явно не читал первого тома ни в оригинале, ни в переводе. Кроме того, пару любительских переводов как второй, так и третьей книги можно отыскать в Сети. Также стоит заметить, что первый том был экранизирован. Итог вышел спорным: хотя фильм по-своему хорош и обладает своей фанбазой (включая самого Парджина), нельзя не отметить дешёвые спецэффекты и жестоко ампутированную половину сюжета, включая наиболее доставляющие моменты.

Одна из коронных фишек книги — действительно непредсказуемые повороты сюжета. Так что если нам удалось вас заинтересовать — лучше не суйтесь под плашки спойлеров, а идите читать первоисточник. Это того стоит, уж поверьте.

В чём суть[править]

Где-то на Среднем Западе США (судя по всему, в Мичигане) есть место, давно пользующееся дурной славой. Там стоит маленький паршивый городишко, в книгах обозначенный как «Неназванный», где вечно творятся абсурдные и жуткие события. Однажды на школьной вечеринке странный тип, косящий под ямайца, предлагает старшеклассникам некий наркотик под названием «соевый соус»…

Дальше градус безумия в жизни тех, кто пережил эту вечеринку, и их близких начинает стремительно возрастать. Потому что «соус» открывает прорехи в ткани бытия и позволяет увидеть мир, каким он является на самом деле. К тому же, в полном соответствии с афоризмом старика Ницше, нельзя просто так взять и заглянуть в бездну, думая, что тебя пронесёт. Незадачливых психонавтов заметили, и теперь у потусторонних сил на них большие планы…

Список книг[править]

Пока что их три, и в 2019 году автор заявил, что принялся за четвёртую.

  1. «В финале Джон умрёт» (John Dies at the End, 2007). На самом деле — название-розыгрыш. Авторский дебют, макабрический и ни на что не похожий. Завязка изложена выше, но это ещё даже не цветочки, а так, почки весенние. События книги охватывают несколько лет — или один день, поскольку всю эту историю автор рассказывает журналисту. Роман вырос из отдельных рассказов, которые автор публиковал в Интернете — это придаёт тексту некоторую хаотичную раздробленность, но и странный аромат документальности: в жизни всё примерно так и происходит.
  2. «В этой книге полно пауков: серьёзно, чувак, не трогай её» (This Book Is Full of Spiders: Seriously, Dude, Don’t Touch It, 2012 [1][2]). История о том, как в Неназванном вспыхнула эпидемия зомби. Правда, повинен в этом не какой-то вирус, а невидимые монстры-пауки, которые забираются в рот и захватывают разум — но это уже детали. Наименее удачная из трёх, с затянутой серединой и довольно-таки депрессивно-гримдарковая, но зато может похвастаться цельным сюжетом. Автор тщательно деконструирует зомби-апокалипсис, попутно исследуя массовую истерию, ксенофобию и некоторые другие аспекты человеческой когнитивки.
  3. «What The Hell Did I Just Read? A Novel of Cosmic Horror» (2017; варианты сетевого перевода: «Что я, чёрт возьми, прочёл?», «Что за чертовщину я только что прочёл?»). Официально на русском ещё не вышла. К третьему тому цикла[3] автор раскачался и породил нечто, объединяющее достоинства первых двух книг и наделённое лишь одним недостатком: его преступно мало. Безумная история, в которой всё не то, чем кажется, и доверять нельзя вообще ничему.

Основные персонажи[править]

Убедительная просьба: не добавлять в этот раздел спойлеры. Заранее спасибо.

Поскольку персонажей в трилогии довольно немало (и смертность у них высокая), ограничимся лишь самыми основными фигурами.

Дэвид Вонг (или просто Дейв) — рассказчик, протагонист. Подробно нигде не описан; известно, однако, что он склонен к полноте, а на щеке у него шрам, заработанный в ходе событий первой книги (не спрашивайте, как — это не объяснить в паре слов). В злополучной вечеринке не участвовал, дозу «соуса» получил случайно, когда разбирался с пребывавшем в глубоком неадеквате Джоном. Циник, грустный клоун, козёл с золотым сердцем, прошёл через тяжёлое детство с деревянными игрушками и буллинг. С радостью предпочёл бы не иметь ничего общего со всем этим сверхъестественным дерьмом, но особого выбора у него нет.

Джон — фамилия ни разу не названа. Придуман корешем автора, который пишет под псевдонимом «John Cheese», поэтому некоторые в фандоме считают, что персонажа зовут так же. Высокий длинноволосый парень, лучший друг Дэвида, очень… своеобразная личность. Титул жителя Страны Эльфов не передаёт всего величия этой беспокойной натуры. Джон — мастер воплощать в жизнь идеи, которые приходят в пьяную голову в три часа ночи: большинство людей к утру успевает протрезветь, но, по мнению Дейва, у Джона всегда три часа ночи. Лидер музыкальной группы «Трёхрукая Салли». Обожает рассуждать о собственном члене. В отличие от своего друга, Джон живо интересуется сверхъестественными событиями в Неназванном и вообще всегда старается сунуть нос в какое-нибудь приключение.

С этих двух персонажей, собственно, всё и началось — они, согласно меткому сравнению, как-то виденному автором статьи, своего рода братья Винчестеры, вышедшие из-под пера Чака Паланика. Кстати, имена у обоих вымышленные, прямо внутри вселенной — чтобы их было труднее отыскать. Помимо них, также следует упомянуть:

Эми Салливан — рыжая девушка-нёрд, сестра одной из жертв пресловутой «соевой» вечеринки. Сирота, потерявшая родителей в автокатастрофе; из-за неё же перенесла ампутацию кисти левой руки и страдает из-за проблем со спиной, потому вынуждена принимать обезболивающее. История их знакомства с Дэвидом, мягко говоря, сложная и запутанная; в конце первой книги заключили помолвку, однако со свадьбой решили повременить, пока Эми не закончит учёбу. По состоянию на третью книгу, лет семь спустя, по-прежнему не женаты, хотя живут вместе.

Молли — собака Эми, впоследствии Дэвида, золотистый ретривер. Впрочем, сама она считает, что это они — её питомцы. Себе на уме, обладает подозрительным свойством возникать в нужное время в нужном месте. И кучей других не менее подозрительных особенностей, положа руку на сердце.

Доктор Альберт Маркони — бывший священник, телепроповедник, искатель приключений, специалист широкого профиля, автор научно-популярных книг «Наука и потустороннее», «Порог Вавилона», «Страх: паразит из Ада» и, очевидно, кучи других. Представительный мужчина за пятьдесят, с короткой бородкой. Богат, широко известен, многие считают его шарлатаном, однако на деле Маркони весьма хорошо осведомлён о том, что делается за кулисами бытия, и сам обладает кое-какими особыми способностями. Познакомился с героями в ходе весьма неприятных событий в Лас-Вегасе, позднее пару раз консультировал их в не менее паршивых обстоятельствах.

Коррок — с ударением на второй слог. А вообще, у него много разных имён. Стоны семи миллиардов душ вырываются наружу всякий раз, когда Коррок пердит. А он пердит.

С чем они сталкиваются[править]

Ха, проще перечислить, с чем нет! Сеттинг совершенно отвязен и преимущественно основан на творческом переосмыслении городских легенд, сдобренных кошмарами космического размаха и эстетикой кислотного трипа. Загадочные спецслужбы, призраки, иномирные боги, криптиды и бес знает что ещё — всё это с радостью поприветствует вас со страниц книг, ну или мелькнёт на периферийном зрении, когда вы посреди ночи отправитесь в туалет. Охватить всё это богатство в рамках одной статьи практически невозможно, поэтому остаётся дать лишь сверхкраткую сводку. В Неназванном полным-полно порталов, из которых может появиться как монстр из плоти и крови, так и нечто бесплотное и незримое, а также множество промежуточных вариантов. Не стоит забывать и о таинственных ребятах, которые используют всяческий шизотех и пытаются навариться на происходящем угаре. Особо следует упомянуть людей-теней — призрачные красноглазые силуэты, стоящие за кулисами многих событий. Они свободно перемещаются в пространстве-времени, могут контролировать людей и менять реальность. И самое паскудное — что в прошлом они её тоже могут менять, направляя ход истории. Думали, эффект Манделы — это просто когнитивное искажение? И не стоит забывать, что всегда найдётся рыба покрупнее…

«Соевый соус»[править]

Альфа и омега всей серии, загадочная густая чёрная жижа, которая ведёт себя как живое, а то и разумное существо, может манипулировать вероятностями и давать употребившим самые разные мэдскиллы. Впрочем, кратковременные эффекты приёма «соуса» отличаются от случая к случаю, почти неповторимы и определяются не то (не)святым рандомом, не то насущной необходимостью момента, не то их комбинацией. Неполный список включает в себя сверхчувствительные чувства, остановку времени, превращение в крутого вычислителя вплоть до тактического ясновидения, возможность странствовать в пространстве и времени, разгадывать тайны вселенной, создавать на коленке нечеловечески прекрасные произведения искусства… Заманчиво, говорите? Ну, оно да… Только всегда остаётся риск, что ваше тело захватит страшный человек-тень, или оно превратится в живой портал и разлетится в клочья под натиском лезущей из иного мира твари, или произойдёт ещё что-то столь же весёлое. В ранних сетевых набросках первой книги есть хорошая фраза, не вошедшая в итоговый текст, но попавшая в фильм: «Не ты выбираешь „соевый соус“ — это он выбирает тебя. Но сперва он играет с тобой», и помоги вам Бог (тьфу-тьфу-тьфу) пережить эти игры. Впрочем, даже когда кураж первых часов/дней пройдёт, возможность видеть, что творится вокруг, останется с вами до конца жизни. А ничего приятного вокруг не творится, уж поверьте.

Природа и происхождение «соуса» — тайна великая, и на этот счёт есть Необузданные догадки.

Что ещё тут есть[править]

  • А это уже другая история — Дейв постоянно так делает.
  • Абсурдный хоррор vs Абсурдный юмор — на диалектике этих тропов держится добрая половина эстетики произведения. Вывих мозга обеспечен как закономерное следствие.
  • Авторский набор штампов — увы, довольно обширен. Вот основные.
  • Агентство паранормальных исследований и Люди в чёрном — периодически набигают в Неназванный и занимаются там своими мутными делами, но, как предполагает Дейв, неизменно лажают и мрут в полном составе. А новые приезжают, потому что думают, будто у них-то всё выйдет лучше.
  • Ай, молодца! — неоднократно, особенно во второй книге. А в третьей из-за этого несколько раз всё едва не накрылось.
  • Аллюзия и оммаж — во множестве, как неприкрытые параллели с массовой культурой в речах и делах героев, так и припрятанные отсылки на Библию или, к примеру, енохианскую магию.
  • Аномалия — всех сортов и расцветок.
  • Антилопа-гну — старый «Форд-бронко» Дэвида, а вообще в сабж по ходу сюжета периодически превращается любой транспорт.
  • Антимист-фильтр — ущербное человеческое восприятие просто не фиксирует львиную долю потусторонних существ, даже когда те вгрызаются в живое тело. А некоторые умеют намеренно маскироваться под всякое.
  • Аркхэм — Неназванный, сферический троп в вакууме.
  • Ассимилятор — чуть ли не все Чу-Чу, вокруг которых разворачивается основной сюжет.
  • Бафос — главные герои без него никуда. Некоторые силы зла, внезапно, тоже, но менее пугающими они от этого не становятся.
  • Безумная тролльская логика — к ней порой прибегает Джон.
    • Молли, судя по немногочисленным свидетельствам, с нашей точки зрения думает именно так. Чего стоит её желание быть побритой с одной стороны, чтобы быть похожей на двух собак сразу! Так, мол, легче воровать еду.
  • Белое отребье — главные герои вечно балансируют на грани тропа, особенно Дейв. Впрочем, это если судить по перечисленным в статье критериям; сам-то Дейв явно считает себя образцом тропа из палаты мер и весов.
  • Биопанк — царит в одном из параллельных миров, том, который Джон нарёк «Говно-Нарнией».
  • Бог из машины — буквально в конце второй книги.
  • Боги — сволочи — есть пара невнятных намёков, будто имеются исключения, но вообще в глазах героев весь мир описывается этой формулой.
« Вы ведь знаете, что нашей планетой преимущественно правят засранцы, которые заняли свои посты или по чистой случайности, или из-за того, что они дети других засранцев, или в результате какого-нибудь ещё закулисного засранства? Так вот, судя по всему, если вы продолжите взбираться по лестнице, мимо людей ко всяким духам, полубогам и тому подобным, то ближайшие несколько пролётов там продолжаются засранцы. »
— Что я, чёрт возьми, прочёл?
  • Боди-хоррор и Кошмарные медицинские состояния — особенно во второй книге.
  • Вопиющий неканон — часть фанатов именно такого мнения об экранизации. Другая часть признаёт её неканоном блестящим, так что не всё однозначно.
  • Великолепная пошлость — творчество «Трёхрукой Салли». Нет, серьёзно, «Верблюжий холокост» — это нечто. В фильме не то.
  • Верблюды идут на север — шутки ради в прологе первого тома.
  • Верхушка айсберга — сплошь да рядом. И это главгерои ещё не шибко глубоко заглядывали…
  • Вечная загадка — их так много, что на перечисление потребовалась бы отдельная страница.
  • Влипнуть в маскарад — аккуратнее с наркотиками, дамы и господа! И вдвойне аккуратнее с теми, кто уже влип.
  • Всеведение — после принятия «соуса» человек иногда начинает видеть мир таким, какой он есть на самом деле, одновременно по всей длине истории и пространства, в режиме демона Лапласа. Правда, этот эффект длится недолго.
    • Приписывается Корроку. Быть может, даже оправданно.
  • Вселенная за кадром — большая часть действия происходит в маленьком городишке и его окрестностях. Вся остальная планета, где явно тоже творится много всего интересного, остаётся за кадром, как и дофига миров, из которых вечно лезет всякая хрень. Иногда героев заносит в другие измерения, но они предпочитают там не задерживаться.
  • Вселенский ужас vs Ктулху с побитой мордой — второй из трёх китов диалектического вонгианства. При этом, как ни странно, трилогия не скатывается в Лавкрафт-лайт — здешний мир в некоторых отношениях поужаснее лавкрафтианского будет.
  • Всем пофигу — аверсия. Думаете, события в Неназванном волнуют только главных героев да всяких аномальщиков? Ага, как же — разве CNN и Национальная гвардия будут просто стоять и смотреть, как наступает очередной армагеддец?
    • Впрочем, в долгосрочной перспективе всем таки пофигу. Но это потому, что Они реально хороши в дезинформации.
  • Героическое самопожертвование — Молли в конце второй книги.
  • Грубо и непристойно — значит, смешно — в изобилии, преимущественно в исполнении Джона.
  • Гуро — хлещет с некоторых страниц, а кое-где трилогия заметно балансирует на грани сплаттерпанка, хоть и не пересекает её.
  • Даритель сверхспособностей — с фитильком. Эми переняла некоторые магические свойства Дэвида «через, э, обмен телесными жидкостями», а в «Необузданных догадках» есть ещё один вероятный пример.
  • Два в одном и три в одном — в экранизации из Эми и Дженнифер сделали одного, весьма невнятного персонажа.
  • Деконструкция — во все поля. Второй том, например, паровым катком проходится по зомби-апокалипсису. А третий, если вдуматься — вообще жуткое переосмысление Дивного Народа. В наличии волшебные феечки, отвод глаз, чудесная страна, похищение детей и подменыши, даже королева… Но изменены эти образы так, что их не сразу и разглядишь — для автора статьи это стало натуральным откровением у холодильника.
  • Жанровая смекалка и подсветка — регулярны в этих широтах. Хотя иногда не срабатывают, если троп играется с преподвывертом.
  • Жуткая альтернативная реальность — герои мимоходом посещают несколько таких, хотя обычно не задерживаются. А ещё иногда такие черты приобретает родной мир, когда воспринимаешь его под «соусом».
  • Жуткие детишки — одно слово: Анна.
    • В третьей книге зигзаг, потому что на самом деле среди действующих лиц нет ни одного человеческого ребёнка. И никогда не было.
  • Завести роман с Ктулху — в каждой книге, в той или иной мере. Возможно даже, что автор статьи припомнил не все примеры.
    • «В финале Джон умрёт» — Дейв и Эми. И да, в роли неведомого чудища выступает протагонист. А ещё нечто подобное описывал брат Эми в своих МТА-почеркушках.
    • «В этой книге полно пауков» — за кадром, но, судя по тому, что у Карлоса есть дочурка, с кем-то он не просто крутил роман, а даже вступил в законный брак.
    • «What the Hell Did I Just Read?» — в самом конце даётся намёк на отношения между Джоном и Джой Парк.
  • Злой двойник — встречаются не раз, причём совершенно разной природы.
  • Золотое трио — Дейв, Джон, Эми. Сформировалось к концу первой книги, до того был дуэт несхожих друзей.
  • Изменение реальности — так могут люди-тени, например.
  • Инцидент с кошкой — во множестве, например, цитата из эпиграфа. А вот случай, который упомянут в соответствующей статье, на самом деле под троп не подходит.
  • Исчез в клубах логики — Арни Блондстоун исчезает посреди тирады о том, что отказывается верить, будто существует лишь потому, что главный герой его приду… Бедолага, мало ему было пережить на своей шкуре твист Найта Шьямалана.
  • Кастинг-агентство «WTF?» — Джон и Эми в экранизации вообще не похожи на себя.
  • Конец света, как мы его знаем — герои видели миры, где он произошёл, и пару-тройку раз сорвали его наступление в родной вселенной. На самом деле сабж происходил уже сотни раз, а мы и не заметили. Тени регулярно корректируют историю тут и там.
  • Копирование — это просто — зигзаг. Дейв считает, что давать правительственным учёным аномальки — это как дарить ребёнку боевую гранату (хотя готов поделиться своей коллекцией с тем, кто оплатит все связанные расходы). Но некоторые ребята весьма успешно создают, например, порталы и чудо-оружие.
  • Коронный момент — Джон их генерирует. Во втором томе сдал позиции, в третьем реабилитировался.
    • Эми, взламывающая компьютеры во второй книге.
    • Почти всякое применение «соевого соуса» — коронный момент для принимающего.[4] Наиболее эпично, безусловно, описание трипа Дэвида в начале первой книги.
  • Крутая тачка — Фальконер рассекает на «Порше». У Честити Пейтон «Range Rover», который, как она сама наглядно демонстрирует и подсвечивает, крут и практичен.
  • Крутой полицейский — Фальконер. В конце выясняется, что он сам попросил Дейва выписать его в книге как можно более крутым, в обмен на доступ к более или менее секретным материалам вроде переговоров пилотов. И даже имя у него выдуманное, так-то!
  • Магия имени — мельком упоминается в третьем томе. Маркони избегает называть истинное имя сущности и советует героям поступать так же, поскольку подобные создания хотят, чтобы о них говорили, распространяя свою власть за счёт направленного внимания.
    • Впрочем, это не мешает Джону (и, в меньшей степени, остальным) придумывать встреченным нёхам собственные названия вроде «ночной выпердыш» (night shart) или «трахакан» (fuckroach).
  • Манипуляция воспоминаниями — встречается в разных формах. Педаль в асфальт в третьей книге, которая чуть ли не наполовину вертится вокруг этого тропа. Трахаканы могут убедить вас в чём угодно — даже в том, что у вас похитили ребёнка, хотя вы убеждённый чайлдфри. А потом под видом этого ребёнка подсунуть личинку Чу-Чундры, способной устроить конец света класса CK.
  • Маньчжурский агент — ага, щас, так вот взяли и раскрыли один из самых эпичных сюжетных поворотов!
  • Межмировая организация — в той или иной степени встречается в каждой книге. Особенно если учитывать людей-теней.
  • Метафизическая броня — в третьей книге выдвигается версия, что такой располагают главные герои.
  • Мешок информации — готовьтесь к нему, когда на сцену является доктор Маркони. А вот мистером Экспозиция не является, поскольку раньше середины книги этого можно не ждать.
  • Микротрещины в канве — случаются. Например, во второй книге Дейв водит мотоцикл, а в третьей оказывается, что он этого не умеет. Впрочем, с учётом ненадёжности рассказчиков и того, что прошлое постоянно изменяется, это, возможно, не баг, а фича.
  • Мир — игрушка богов — герои подозревают, что мир именно так и устроен (в начале третьего тома даже используется похожая аналогия), но доподлинно ничего не знают; к тому же на деле всё скорее всего куда запутанней, хаотичней и абсурдней — это же Вонг.
  • Мистический Сникерс — на каждом углу не валяются, конечно, но этого добра тут удручающе много. Неразрушимая пиньята? Говорящая игрушка, определяющая размер вашей эрекции? Не вопрос. Фанаты шлют главгерою сверхъестественное барахло со всего света — хватило, чтобы наполнить целый гараж. После того, как во второй книге дом сгорел и пришлось перебраться в жильё поскромнее, барахло заполнило чулан квартиры.
  • Моя способность — совсем не это — основа многих вотэтоповоротов.
  • Музей всякой всячины — собственно, сарай и кладовка Дейва, где он хранит присланные ему и, в гораздо меньшей степени, лично найденные аномальки.
  • Музыка — это магия! Например, рок-баллады восьмидесятых наиболее эффективно отпугивают всякую потустороннюю дрянь. Возможно, это самое близкое подобие мелодий, звучащих в раю, но это не точно. Да и вообще музыка изрядно помогает — даже «Верблюжий холокост» успешно применили!
  • Неизвестность пугает больше vs Ужас перед открывшимся — третий кит диалектического вонгианства. Автор многое, очень многое оставляет за кадром и обходит намёками — но иногда вываливает порцию того, чего действительно лучше было бы не знать.
  • Нелицо — люди-тени могут стереть всю жизнь человека, включая само рождение, и превратить в сабж, так что знакомые о нём даже под «соусом» с большим трудом вспомнят.
  • Ненадёжный рассказчик — других здесь вообще нет.
  • Непреднамеренное совпадение — таинственная сверхъестественная сила, чьи немногочисленные избранники могут странствовать по мирами, ходить уже проложенными путями-телепортами или открывать новые, и служат инструментом для исправления всяких неправильностей мира… «Соевый соус» или Истинная магия?
  • Нестандартное использование магии — ага, вы сначала скажите, для чего вообще создавалась та или иная аномалька… Но некоторые моменты, например где Дейв разогревает кофе при помощи шкатулки с инфернальным монстром, выжимают педаль в асфальт.
    • А под «соусом» можно стать всемогущим путешественником во времени — или нарисовать прикольную картинку. Тут уж кому что нужней.
  • Нечеловеческий жизненный цикл — третья книга раскрывает тему.
  • Нечисть боится святых символов — как ни странно, в наличии. Впрочем, не менее успешно работают рок-баллады восьмидесятых.
  • НИИ магии и Нетайная организация — с прикрученным фитильком. Маркони профессионально изучает всякую потустороннюю и сверхъестественную дичь, притом совершенно открыто, но на организацию всё-таки не тянет, даже с учётом съёмочной группы.
    • С ещё большим фитильком — главные герои. У них фан-сайт есть!
  • Облик, недоступный пониманию — некоторые сверхъестественные твари. Но и про остальных нельзя сказать, что они именно такие, какими их видят.
  • Огнемёт — Джон ценит, любит, практикует. То самопал, то вполне себе оружие времён войны во Вьетнаме, абсолютно легально приобретённое на eBay…
  • Одержимость демонами — случается, в разных формах. Кое-кому из главгероев даже довелось перенести на собственной шкуре.
    • Есть довольно прозрачный намёк, что заражение невидимыми пауками во второй книге — это именно оно. То, что болезнь не трогает детей и животных — весьма толстое указание: по всей видимости, необходимым условием заражения является греховность.
  • Окрутеть в адаптации — и снова Маркони. А ещё Молли, но в последующих книгах она догнала и перегнала свою киношную версию.
  • О, мой зад! — а вы думали, пауки-паразиты могут только в рот забираться?
  • Они — начиная со второго тома грозным «Они» (непременно с заглавной буквы) герои обычно скопом обозначают всю потустороннюю хрень, которая пакостит за кулисами. В зависимости от контекста может обозначать людей-теней, их слуг, тайные спецслужбы, ещё не классифицированный вид монстров и так далее. В общем, Они — это Они. Ну а связаны ли все Они между собой — никто понятия не имеет. По общей логике происходящего, впрочем, можно предположить, что таки разнородны.
  • ОНО НЕ ДЕЙСТВУЕТ!!! — бывает и так.
  • Парадокс корабля Тесея — с него начинается первый том, и, честное слово, это просто нужно прочитать самому. А задумываться над ним в свете концовки первого тома — не нужно. Честное слово, мозг целее будет.
  • Пасхальное яйцо — полная ладья!
  • Пауки необычных размеров — например, с кабину лифта.
  • Плоскоземельный атеист — на удивление мало. Дейв даже сетует, мол, хотел бы он, чтобы в жизни люди были такими же скептиками, как в кино! Появившиеся же представители тропа или меняют точку зрения, или помирают. Ну или сперва одно, потом другое. В особо тяжёлых случаях — в обратном порядке.
  • Полное чудовище — Коррок, просто Коррок. Мало того, это ещё и полное чудовище, которое угнетает кучу миров и обладает божественым могуществом.
  • Правило крутизны и правило прикольности — почти все поступки Джона мотивированы ими.
  • Правительственный заговор — видимо, даже не один.
  • Презумпция вины — именно так все относятся к героям, особенно в продолжениях. Вражьи силы регулярно пытаются их подставить, и зачастую адски убедительно, да и сами Дейв с Джоном, мягко говоря, не образцы для подражания.
  • Причудливая чужая биология — много раз. Педаль в пол давят, пожалуй, монстры в париках. По сути, мы видим только их анатомию… но этого более чем достаточно!
  • Проснулся знаменитым — автор после первого тома. В послесловии к книге об этом весьма подробно рассказано. Впрочем, субверсия, поскольку автор долго выкладывал своё произведение по частям в Интернете, и только когда уже разросшаяся фанбаза стала требовать книги в печатном виде — опубликовал.
  • ПТСР — у Теда Нолла. Наглядно демонстрирует читателям, что Война — это кошмар, хотя сам персонаж считает наоборот.
  • Ретгон — один из коронных фокусов людей-теней.
  • Ружьё Чехова — заботливо разбросаны тут и там. Главное — смотреть под ноги, чтобы случайно не застрелиться раньше времени.
  • Самоирония — практически стиль мышления Дэвида. Судя по всему, защитная реакция, обусловленная по совокупности факторов тяжёлым детством, финансовым положением и творящейся вокруг хтонью.
  • Сверхспособности — это плохо — как минимум рассказчик считает именно так. Да и вообще сверхъестественное в этом сеттинге не отличается добротой.
  • Смерть Ктулху — Джон. Нет, не в финале, а в начале первого тома. Потом ожил и продолжил путь вполне благополучно. До самого начала третьей книги, где откинул коньки. Но на самом деле это был его двойник. Вот так Вонг и троллит читателей.
  • Собака — друг человека — Молли. Ну, в основном. На её злобного двойника троп, само собой, не распространяется.
    • А вот Собак (Diogee) из третьей книги хорошим пёсиком не был. И вообще пёсиком не был. И вообще его никогда не было, если на то пошло.
  • Сочиняет слова и любитель каламбуров — Дейв время от времени высказывается в духе «в английском языке нужно слово, чтобы описать то чувство…», описывает ситуацию и выдвигает неологизм; да и в других ситуациях порой каламбурит. Иные персонажи не отстают, особенно Джон, любящий выдумывать названия встреченным тварям и явлениям.
  • Стереотипное имя — Дэвид Вонг ещё в первой книге объяснил, почему его персонаж носит такое имя:
«

— Вы не похожи на выходца из Азии, мистер Вонг. — Потому что я не азиат. Я родился в Неназванном, а имя сменил для того, чтобы меня было труднее найти. Арни скептически посмотрел на меня, и я предположил, что таких взглядов будет ещё очень, очень много. — Как это? Я прикрыл глаза, и мой мозг утонул в изображениях 103 миллиардов людей, родившихся с момента возникновения нашего вида: целый океан людей — живущих, размножающихся и умирающих, словно клетки огромного организма. Я крепко зажмурился и попытался очистить сознание, представив себе сиськи официантки. — Вонг — самая распространённая фамилия в мире.[5] Чтобы найти меня в «гугле», придётся просеять хренову кучу результатов.

»
Впрочем, известности самого автора такой краткий и звучный псевдоним пошёл скорее на пользу.
Кстати, Джон проходит по тому же тропу.
  • Страхи взрослого человека — представлены, под разным углом. Что делает Дейв, зная, что на свободе гуляет монстр, способный устроить конец света, как мы его знаем? Правильно, выходит утром на работу, потому что деньги из воздуха не берутся.
  • Сюрприз на заднем сиденье — первое появление Роберта Норта. В смысле, первое в человеческом облике.
  • Топливо ночного кошмара — вся трилогия являет собой здоровенный нефтеперерабатывающий завод, поставляющий сабж всех сортов, любой очистки.
  • Техномагия — в основном боевые вундервафли, будь то отжатый у военных патломат (furgun) или изготовленная под «соусом» бомба.
  • У страха глаза велики — не раз во втором томе, тщательно исследующем массовую истерию. В особенности, конечно, вечная память павшим в лечебнице Ффирфа.
  • Ужас у холодильника — местами пополам с бонусом для гениев. Например, в первой книге обратите внимание, какие параметры орбиты Земли озвучил Дейв.
  • Упростили и опошлили — Коррок в экранизации из могущественного межмирового божества превратился просто в крутой биокомпьютер.
    • Да и вообще половина сюжета и смысловой нагрузки потерялась.
  • Устоявшийся неточный перевод — в оригинале «соус» пишется не в кавычках, а с заглавных букв (и, если память не изменяет автору, с определённым артиклем).
  • Участь хуже смерти — это быть живым существом из плоти и крови, хотя есть ситуации и похуже.
  • Фильтр восприятия — легче перечислить, кто так не умеет! И от книги к книге такие фильтры становятся всё совершеннее…
  • Флеботический бунтарь — вероятно, Роберт Норт. А также, возможно, «соевый соус» - по этому поводу добро пожаловать в НД.
  • Чудак со сверхспособностями — несколько, но среди них особенно выделяется Джон, который создавал себе такой образ с детства (хотя, скорее всего, никакими сверхсилами до принятия «соуса» не обладал).
  • Чужеродное чудовище — тысячи их, самых разных, странных, жутких и попросту упоротых.
  • Шизотех — когда одной техномагии недостаточно. К примеру, устройство, найденное Дейвом в подвале трейлера Роберта Марли, состоящее из телевизора, дохлой рыбы, каких-то водорослей и Тодд знает чего ещё.
  • Экзистенциальный ужас — полный спектр от «до чего же пугающе устроен мир» до «я живу никчёмной жизнью».
  • Я этого не просил — экзистенциальная позиция Дэвида. Ну да, «соус» дал ему разные занятные примочки и через то определённую известность, но быть экспонатом фрик-шоу ему претит. Да и видеть творящуюся вокруг мистическую содомию тоже невелика радость.
    • А вот Джону такие терзания чужды, и он нехило наживается на их с Дейвом репутации.

Примечания[править]

  1. В сетевых переводах известна как «Эта книга полна пауков», подзаголовок такой же, только в одном варианте «чувак», а в другом — «парень».
  2. Или просто «Паукнига».
  3. И четвёртому роману — между «Паукнигой» и «Чертовщиной», в 2015, он порадовал свет киберпанком с дивным именем «Futuristic Violence and Fancy Suits» (Футуристическое насилие и модные шмотки).
  4. Хотя в паре случаев это была коронная смерть.
  5. На самом деле — китайские Ли и Чжан. Каждая из них может похвастаться более чем 100 миллионами однофамильцев.