Юбер аллес

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
« Вы приступаете к чтению на свой страх и риск. Авторы не несут никакой ответственности за моральные травмы, которые могут быть нанесены вам содержанием романа. »
— Ablehnungshinweis — предупреждение перед началом романа.

«Юбер аллес» — альтернативно-исторический роман, написанный в соавторстве Юрием Нестеренко и Михаилом Харитоновым (Константином Крыловым). Представляет из себя шпионский детектив, сфокусированный не на драках и перестрелках, которых, впрочем, в книге достаточно, а на аналитической работе суперагентов[1]. Особенностью является детальный и хорошо проработанный сеттинг (в географических пределах, непосредственно, интересующих авторов), тщательная работа над языком и внутренней логикой повествования (хотя и с весьма сомнительным результатом). В то же время можно отметить обилие несущественных для сюжета деталей и разговоров на отвлеченные и околофилософские темы (из-за чего книга напоминает средневековый политический трактат, что любили оформлять «под диалоги»); считать ли это недостатком или особенностью стиля — дело вкуса.

Роман не имеет ничего общего с шовинистической клюквой на тему «как наши объединились с немцами и наваляли пиндосам» и не является политическим манифестом; скорее наоборот, он крайне критичен ко всем без исключения идеологиям (включая и вроде бы показываемый с симпатией национал-социализм «с человеческим лицом») и человечеству в целом (что неудивительно для текста, написанного двумя матерыми мизантропами).

Сюжет и сеттинг

«

Формально — политический детектив в жанре альтернативной истории, роман ставит многие непростые вопросы и «наступает на многие мозоли»[2], так что наверняка вызовет возмущение у адептов традиционных идеологических мифов, как патриотических, так и либеральных. Будучи совершенно серьезным, он в то же время содержит немало пародийных элементов, а многие известные личности фигурируют в нем под своими реальными именами, хотя и могут отличаться от реальных прототипов. Роман написан соавторами, придерживающимися существенно разных политических взглядов[3] и никогда не встречавшимися лично (все общение шло только е-мэйлом).
В 1941 г. в результате заговора прагматично мыслящих германских генералов Хитлер и его ближайшие сподвижники были убиты, а национал-социализм — реформирован. Опора на русские антибольшевистские силы во главе с генералом Власовым позволила Германии выиграть войну на востоке и удержать большинство завоеваний на западе.
В 1991 году мир по-прежнему расколот между двумя сверхдержавами — Третьим Райхом и США. Но это уже не те страны, что во время войны. В Америке разгул «политкорректности», в Райхе назначен референдум о сохранении национал-социалистической системы — который, как считается, должен окончиться убедительной победой сторонников существующего строя. В это время сын генерала Власова от его германской жены, в прошлом — пилот Люфтваффе, а ныне — офицер РСХА, прибывает в Москву расследовать странную смерть германского резидента…

»
— Авторская аннотация.

Язык романа

Язык романа представляет собой германизированный русский, отличающийся от обычного русского не только тем, что все англицизмы в нем заменены германизмами, в том числе и не существующими в реальном мире («компьютер» — «рехнер», «сервер» — «берех» (Bedienungsrechner), «телевизор» — «фернзеер», «сотовый телефон» — «целленхёрер» и т. п.[4]), но и всем словам германского происхождения (в первую очередь — именам собственным) возвращено их максимально близкое к оригиналу звучание (Хитлер, а не Гитлер, Райх, а не Рейх, лёйтнант, а не лейтенант и т. п.)[5] Более того, стало правилом хорошего тона использовать тот же подход и к именам собственным союзных или, по крайней мере, не враждебных Германии стран (Эспанья, а не Испания (и не Шпаньен), Кикеро, а не Цицерон), а вот в отношении недружественных стран это может демонстративно не выполняться.

Слово «немец» и производные считаются оскорбительными (поскольку не имеют ничего общего с самоназванием, а происходят от слова «немой», т. е. «не говорящий по-русски»). Правильно говорить — «дойч», женский род — «дойче», прилагательное — «дойчский». Слово «Германия» употребляется наряду со словом «Дойчлянд» (последнее в русском — мужского рода, хотя в оригинале среднего), но официальное название государства — Германский Райх или Третий Райх.

Криминальный мир в романе изъясняется на англо-китайском жаргоне (при этом английские слова, по причине невежества русских уголовников — в обычных школах английский не учат — еще и читаются по дойчским правилам).

Сеттинг

После успешного заговора генералов (Сентябрьских убийств, официально «повешенных» на недобитых штурмовиков СА) к власти пришел Триумвират в составе Роммеля, Гудериана и Канариса. Формальным главой государства был назначен генерал Дитль, который, однако, со временем перетянул на себя реальную власть. От официального титула «фюрер» и приветствия «Хайль Дитль!» он отказался (заменив последнее на «Хайль дем Райх» — «Да здравствует Империя!») и провел либерализацию национал-социализма. В частности, славяне были признаны арийцами (что, естественно, позволило Вермахту перетянуть в свои ряды аж целых пять миллионов советских граждан, значительная часть которых, тем не менее, арийцами не являлась), Холокоста не было (точнее, в мире романа этим словом называется арабская интифада), но была принудительная депортация евреев в Израиль, созданный, соответственно, под германским давлением. После войны было официальное развенчание культа личности Хитлера на Втором чрезвычайном съезде и Обновление (аналог хрущевской оттепели в нашем мире). При третьем Райхспрезиденте Вальтере Шуке[6] произошел некоторый откат, но не до хитлеровского уровня (истинные хитлеровцы создали свой собственный, оппозиционный власти Хитлеровский Национал-Патриотический Фронт, что им сходит с рук — как, впрочем, и либералам из Социал-Либерального Союза). В целом, послевоенный Райх в романе во многом занимает нишу СССР в реальном мире (хотя есть и недобитые коммунисты, окопавшиеся в Китае) и имеет немало сходных с СССР черт — но в то же время есть и существенные отличия. В Райхе куда больше порядка, он куда благополучнее экономически и социально, он даже политически либеральнее (в ограниченных пределах) и в целом выглядит намного жизнеспособнее по состоянию на начало 1991 г. (время основного действия).

Послевоенное устройство мира было определено Женевским мирным договором 08.08.1945, подписанным представителями Германского Райха, Италии, США и Великобритании. Договор фиксировал границы послевоенной Европы и принцип их незыблемости. Появление ядерного оружия у США вынудило Германию согласиться на ряд уступок: в частности, германские войска были выведены из Франции и Бельгии, а США получили право продолжать войну против Японии, отказавшейся присоединиться к Женевским соглашениям. В то же время США и Великобритания от имени Западных Союзников признали: вхождение в состав Германского Райха бывших Остеррайха (Австрии), Дании, Люксембурга, Норвегии, Польши, Сербии, Словении, Чехии; вхождение в состав Германского Райха и его союзников части территории бывшего СССР, оформленное Смоленским договором о мире и дружбе (1943) (частей Украины, Беларуси и Кавказа, а также Карьялии (Карелии) и Молдовы); вхождение в состав Италии бывших Албании, Греции, Македонии, Мальты и Черногории. Суверенитет Нидерландов был восстановлен на условии принятия ими конституции, запрещающей иметь собственную армию. Также были согласованы новые границы колониальных владений в Африке и поэтапное прекращение британского мандата над Палестиной (т. н. «дорожная карта») с образованием независимого государства Израиль.

По состоянию на начало 1991 г., основными силами (и главными противниками) в мире являются Райхсраум (Reichsraum, дословно — «имперское пространство», также называемый Германским Содружеством) и Атлантический Блок. В Райхсраум входят собственно Райх, а также Болгария, Италия, Латвия, Лиетува (Литва), Лихтенштайн, Мадьярорсайг (Венгрия), Россия, Ромыния, Словакия, Суоми, Хорватска, Ээсти (Эстония). Все страны Райхсраума сохраняют государственный суверенитет, но проводят скоординированную внешнюю и внутреннюю политику, образуют единое таможенное и валютное пространство (на основе германской марки). Не входят в состав Райхсраума, но тяготеют к нему политически и связаны с ним рядом экономических соглашений Эспанья и Португалия.

Россия, таким образом — независимое государство в составе Райхсраума, в которое входят бывшая РСФСР (без Крыма, Карелии и Кавказа), восточные районы Украины и Беларуси и вся бывшая советская Средняя Азия. Формально — верный союзник Райха, но на практике от такого союзника у Берлина чем дальше, тем больше головной боли.

Атлантический Блок насчитывает 33 страны, но доминирующая роль принадлежит США и их главным сателлитам — Великобритании, Канаде и Франции. Австралия и Мексика имеют статус наблюдателей. Прочие участники — главным образом карликовые островные государства и бывшие британские колонии в Африке.

Что присутствует

  • Нацисты. Во множестве. Включая главного героя, который при этом — положительный персонаж. Впрочем, следует помнить, что нацизм в мире романа существенно мягче хитлеровского оригинала (хотя в то же время и отнюдь не демократия).
  • Гулаги и рабы. В мире произведения, недостатки СССР преувеличены официальной пропагандой, в том числе и с целью как-то рационализировать имперские амбиции нацистов. Якобы, раз советская идеология натворила столько бед, то это как-то оправдывает негативные стороны другого тоталитаризма, которым был побеждён советский. Антикоммунизм в этом мире — в той же степени мейнстримная составляющая политического спектра, в какой в нашей версии истории является антифашизм.
    • Персонаж, высокопоставленный нацист из этого мира, заявляет о том, что-де в лагерях ГУЛага сидели «десятки миллионов». Хотя Википедия по самой консервативной оценке даёт всего лишь каких-то 18 миллионов, что явно не «десятки». Другое дело, что едва ли даже высокопоставленному нацисту есть дело до точного числа сидевших унтерменшей.
  • Альтернативная история. С другой стороны, возможно жанровое обоснование: герои попросту повторяют официальную пропаганду, потому что всё равно не имеют возможности и, главное, желания её проверять.
    • В центре Ленинграда были тренажёры, на которых Жданов боролся с ожирением, пока блокадный город вымирал от голода.
    • По словам одного из жителей оккупированного освобождённого Петербурга, нацисты ничего местному населению плохого не сделали. Неизвестно, были ли иными действия нацистов в этом мире, или персонаж просто пересказывает тезисы пропаганды. Во всяком случае, сопротивление в Сибири продолжалось до конца 1940-х, а Чехия попыталась уйти из нацистской сферы влияния даже в 1968, что может свидетельствовать о том, что нацизм мягче реала не стал, а даже скорее наоборот[7].
    • Вишенка на торте — прямой разговор между Власовым и Аароном Гуревичем, в котором наш главный герой заявляет, что-де «Циклон-Б», препарат, которым умерщвляли узников Аушвица IRL, на деле был всего лишь безобидным клопомором[8], а миллионы жертв — это-де большевицкая атлантистская агитка. Хотя в этом альтернативно-историческом мире (в отличие от нашего) действительно не было массового уничтожения евреев, а те жертвы среди евреев, что всё же были, вызваны нечеловеческими условиями, в которых проходила массовая депортация целого народа.
    • Вопрос, являются ли процитированные выше рассуждения авторской позицией[9], или взглядами героев романа — читатель может решить самостоятельно. Один из авторов говорит, что это действительно пародия на ревизионистов, доказывающих, что Холокоста не было, потому что в приницпе не могло быть. Как присутствуют пародийные мотивы и в официальной пропаганде о благородных дойчах, спасших оккупированные страны от советской чумы — естественно, это отзеркаливание советской пропаганды в реальной истории. Другой уже никак прокомментировать не сможет.
  • Белая Россия.
  • Ряженые под Райх. Причем это не сам Райх (какой же он ряженый, когда это он и есть?), а пытающаяся ему подражать — во всяком случае, официально — Россия. Свастики (в другую сторону) и «Песня Хорста Весселя» по-русски во время празднования Дней Арийского Единства в наличии.
  • Имперский Бундесвермахт. Куда же без него. Впрочем, с ним связано прошлое ряда персонажей, а основная роль в сюжете принадлежит спецслужбам.
  • Заговор. Весь сюжет выстроен вокруг такового. И расхождение с нашим миром тоже началось с заговора.
  • Хитрый план — у каждой стороны, участвующей в заговоре, он свой.
  • Шпионы, они же разведчики, и контрразведчики.
  • Шоу внутри шоу — детская передача «Зелёный дом», где симпатичные зверушки, символизирующие народы Райхсраума (зайчик Фриц, белочка Маша и др.) боролись с бандой злых животных, символизирующих страны Атлантического блока (скунс Сэм, жаба Франсуаза и др.) — отсюда пошло прозвище американцев «скунсы».
  • На тебе! Во все поля! Множество персонажей выведено под реальными именами. Также — высказывания протагониста о Толкине и «Звездных войнах». Да и вообще, весь роман — одно большое «На тебе!» в адрес любителей оскорбляться в идеологических чувствах. В основном, достаётся левым — как коммунистам, так и леволибералам.
  • Умник. Несколько их, пытающихся перехитрить друг друга. В том числе протагонист.
  • Резонёр. Протагонист же.
  • Секс не нужен. Протагонисту же.
  • Супер-агент. Все он же, причем именно в первоначальном значении термина: «высокозначимый агент, имеющий право приказывать обычным сотрудникам разведки, но при этом всё-таки не кабинетный начальник, а оперативник» (впрочем, лихо водить машину и стрелять из пистолета он тоже умеет — но предпочитает все же работать головой). Ну и Вебер, убийство которого он прибыл расследовать, тоже.
  • Неполиткорректный герой. И снова он: фашист же. Впрочем, на фоне чисто авторского видения политкорректности, этот недостаток отнюдь не кажется таковым. В отличие от…
  • Что за идиот!. Рональдс, журналист из Атлантистского блока. Это ж надо было, зная о жёстких нормах политической корректности в своей стране, сделать всё, чтобы их нарушить! Впрочем, следует учитывать его эмоциональное возбуждение в тот момент — хотя это и не оправдание.
  • Власти скрывают. В частности, правду о Сентябрьских убийствах. И не только.
  • Кармический Гудини — Матиас Спаде (он же — Маттиас Шпаде). Криминальный авторитет, завязавший на себя всю (или почти всю) преступную сеть московской подземки, один раз пытался убить ГГ, пытался шантажировать его же захватив фрау Галле и её сына в заложники. Уже за одно их жестокое убийство должен был отхватить по полной. Ан нет, жив и здравствует.
  • Криминальный барон. И снова Матиас Спаде. Наркобарон, но в конце завязал… и устроился в американскую табачную компанию, на продвижение сигарет, в ранее почти некурящей стране.
  • Полное чудовище — он же. Вломиться в квартиру к старушке и устроить ей допрос с применением грубой силы? Раз плюнуть. Отрезать голову ребёнку на глазах у матери ради устрашающего презента врагу? Ещё проще. И это только постольку, поскольку ГГ с ним сталкивается напрямую, там, судя по всему, случались вещи и похлеще.
  • Криминальный сленг. Англо-китайский, словарь прилагается.
  • Герр Доктор Менгеле, собственной персоной. Впрочем, тоже смягченный по сравнению с реальностью вариант[10].
  • Крутая бабуля Лени Рифеншталь.
  • Настоящий полковник, а возможно, уже и крутой генерал (в тексте не уточняется (то есть, как «не уточняется»? Автору правки рекомендую перечитать: он там — полный генерал) — Арнольд Шварценеггер. В этом мире он уехал из Австрии не в Америку, а в Россию и сделал блестящую карьеру в ГРУ. Ну и протагонист, в прошлом — боевой летчик, сбивший в небе над Африкой шесть «Фантомов», тоже попадает под этот троп.
  • Нацистская сверхнаука — дойчи полетели в космос уже в 1953-м году, причем не на ракете, а сразу на многоразовом космоплане. Да и в целом дойчская наука в этой альтернативной вселенной лет на 20 обходит нашу. А в медицине, стараниями доктора Менгеле, на все 50.
  • Евреи. Очень разные — от внушающих безусловное уважение до крайне неприятных типов.
  • Авиация. В нескольких ключевых сценах.
  • Квислинг — инверсия. В этой реальности генерал Власов, отец протагониста, почитается как герой и спаситель России. Впрочем, есть нюансы.
  • Бесславные девяностые — то, наступление чего пытается предотвратить протагонист.
  • Сыворотка правды — в качестве таковой пытаются использовать наркотик штрик.
  • Тайные знания. В том числе — из области геологии. Все серьезно, никакой популярной в сюжетах про нацистов мистики (этот штамп как раз высмеивается в тексте).
  • Маленький гадёныш Микки. Он плохо кончил.
  • Озлобленный на весь мир террорист Зайн (кстати, в иврите — одно из матерных названий мужского органа, который ему благополучно отстрелили, за что и злой).
  • Плохие люди — финальный монолог Мюллера.
  • Инверсии шутки ради — в целом роман серьезный, и с точки зрения его персонажей ничего смешного в происходящем нет. Но читателя многие вывернутые наизнанку реалии нашего мира могут позабавить. Например, анекдот про столкновение «Запорожца» с «Мерседесом» получает противоположный смысл, поскольку «Запорожец» — это автомобиль класса люкс. Маккартизм в США был периодом максимальной благожелательности ко всему советскому и коммунистическому (поскольку Маккарти яро боролся с нацизмом). Русские не летали в космос, зато Юрий Гагарин стал первым русским чемпионом в гонках «Формула-1» (нынешний чемпион — Михаил Сапожников(=Михаэль Шумахер)). Юрий Лужков работает простым московским таксистом, частью униформы которых является кепка. И т. п.
  • Ай, молодца!/Ай, молодца, злодей! — Эберлинг был убежден, что действует во спасение своей страны, и даже совершил ради этого героическое самопожертвование
  • Конец-переворот
  • Так не доставайся же ты никому!
  • Кирпич — сам роман, по объему сравнимый с «Властелином колец». Писался, с перерывами, с 2002 по 2010. При этом основное действие занимает лишь две недели.

Интересные факты

  • Авторы вывели в романе под реальными именами[11] в том числе и самих себя, такими, какими они были в 1991 году (с поправкой на реалии романа). Оба персонажа — эпизодические, но играют достаточно важную роль в плане высказываемых ими идей. Оба спорят с протагонистом.
  • Согласно признанию Ю. Нестеренко, на момент начала сотрудничества он не знал, что М. Харитонов — это русский националист Крылов, а если бы знал, то не обратился бы к нему с предложением о соавторстве.
  • Несмотря на это, соавторы, будучи политическими оппонентами, не тянули одеяло каждый на себя, а старательно подыгрывали друг другу: многие антилиберальные и антиамериканские пассажи в тексте написаны Нестеренко, а русофобские — Харитоновым. В целом куски, написанные каждым из соавторов, стыкуются без заметных швов, но обнаружить, где чей текст, все-таки можно: Харитонов использует букву «ё», а Нестеренко (за исключением дойчских слов) — нет

Ссылки

В силу своей крайней неполиткорректности роман никогда не публиковался российскими издательствами (и вряд ли будет) и доступен только в электронном виде. Текст можно скачать на сайте одного из соавторов, корректная копия есть на Флибусте. Авторы особо предупреждают, что ни из каких других интернет-библиотек текст брать не следует, т. к. там находится распространенная вопреки прямому авторскому запрету сырая бета-версия, содержащая более 400 ошибок.

  • В 2012 г. «Международный журнал исследований культуры» опубликовал статью Льва Яковлева, содержащую, в т. ч., рецензию на «Юбер аллес» (копия в ЖЖ Ю.Нестеренко, содержащая только часть, относяшуюся к роману). Осторожно — спойлеры!

Примечания

  1. Супер- не в смысле Джеймса Бонда, а смысле «агент, который командует другими агентами».
  2. По признанию соавторов, «наступить на все возможные мозоли» было их целью.
  3. На фоне российско-украинского конфликта эти взгляды стали диаметрально противоположными, но в период написания романа между соавторами было больше общего — в частности, статьи Нестеренко публиковались на редактировавшемся Крыловым сайте „АПН“.
  4. Со словом «платтендат», заменившим в мире романа слово «файл», вышла промашка: такая транскрипция в немецком попросту невозможна за отсутствием в нём твёрдого «л». Соответственно, корректно слово должно читаться как пляттендат.
  5. Однако данное правило нарушается уже в названии книги: «Ю» в начале слова читается как йу, а вовсе не мягкой у, как в немецком оригинале. Странно, что автор не ввёл в кириллицу новую букву Ӱ насильно.
  6. Все перечисленные — реальные личности. В нашем мире генерал Дитль погиб в авиакатастрофе во время войны, а вот Шук, один из наиболее результативных истребителей Люфтваффе (206 побед), напротив, дожил до 2015 г. В мире романа он, прежде чем стать Райхспрезидентом, стал первым космонавтом планеты Земля (в 1953).
  7. Как смерть Гитлера повлияла на планы уничтожить Ленинград, озвученные, например, Гальдером и Йодлем — неизвестно
  8. Вообще говоря да, является, выпускался он именно для этого. Однако противоречия тут нет, сказанное не означает, что им нельзя отравить людей: многие пестициды, особенно той поры, когда требования были куда мягче, по токсичности для человека вполне сопоставимы с БОВ. Собственно, многие БОВ (включая нашумевшие ныне вещества фосфороорганического ряда) и были изначально получены в попытках найти новые пестициды.
  9. Не исключено, оба автора СССР, мягко говоря, не любили и схожие с процитированным, хоть не столь концентрированные, мысли высказывали и сами.
  10. Надобно сказать, что ценность «трудов» реального Й. Менгеле подвергается сомнению. Как минимум, многие из его описанных «экспериментов» являются очевидным изуверством, неспособным дать никакой научной информации.
  11. Если, конечно, псевдоним «Михаил Харитонов» считать реальным именем