Фильмы Гайдая

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
« Если в фильме Леонида Гайдая на стене висит ружьё, то каждый житель постсоветского пространства знает как минимум семь цитат про это ружьё. »
— Из шуточного списка аналогов чеховского ружья

Леонид Иович Гайдай (1923—1993) — один из величайших мастеров советской кинокомедии. И, кажется, единственный последовательный эксцентрик в советском кинематографе. Никогда не скрывал, что учился на фильмах Мака Сеннета, Макса Линдера, Чарли Чаплина, Бастера Китона, Гарольда Ллойда, Стэна Лорела и Оливера Харди, Андрэ Юнебеля, и т. п. Но учиться у мастеров — не штука, ты сумей, творчески переработав их находки и стили, взяв всё, что можно, от их «школ», при этом сформировать и сохранить «собственное лицо»! Гайдаю это удалось (кроме двух последних фильмов, где он на старости лет натужно подражает Цукерам, Профту и Абрахамсу и, кажется, немножко Мелу Бруксу). Например, он любил использовать такую штуку, как характерный тик. Психиатры гарантируют: у этого режиссёра были очень хорошие консультанты-медики.

Лучшие его фильмы стали поистине народными. Их растаскали на мемы и цитаты, без них невозможно представить себе отечественный кинематограф. И зрители забыли, что сняты они по сценариям Якова Костюковского.

Фильмы[править]

Здесь перечислены фильмы, снятые Гайдаем в качестве режиссёра. Список разделён на этапы — достаточно условные, но всё же, как надеется автор статьи, не совсем произвольные.

Предыстория[править]

  • Долгий путь (1956) — первый фильм режиссёра, снятый по мотивам сибирских рассказов В. Короленко. Хотя сюжет фильма был вовсе не комедийным, Михаил Ромм разглядел в молодом Гайдае талант комедиографа и посоветовал ему работать в этом направлении.
  • Жених с того света (1958) — сатирическая комедия, обличавшая бюрократизм и крючкотворство. Гайдай по неопытности не догадался вклеить в него какую-либо цензурную утку — и горько поплатился за это. Цензоры строго выговорили Гайдаю за «антисоветчину» и лихо отчекрыжили аж полфильма (!), оставив от него 48-минутную короткометражку. Тут впору говорить даже не о «шрамах», а о «травматической ампутации». Это едва не стоило режиссёру не только карьеры, но и жизни — от стресса он слёг с острой язвой желудка, чудом выкарабкался.
    • На тебе! по адресу бюрократии: «НИИГУГУ», «Горупркомхоз: Нежилотдел», «Горупрместпром: Заготлыко», «ЧУИВ» [?!], «Горздравотдел: Райпиявка при Горпиявке». И вершина бафоса — «КУКУ»! Нет, я не кукую, товарищ, а сообщаю название ведомства — Кустовое Управление Курортными Учреждениями. Плюс десять очков за то, что герои, Петухов (Плятт) и Фикусов (Вицин) продолжают представляться так по телефону, даже понимая, насколько это бафосно. Бюрократия-с!
    • Чудо одной сцены — Евгений Моргунов, будущий Бывалый, исполняет роль нищего в общественном транспорте. Игры секунд на тридцать (прошёлся по трамваю, вылез, сел в собственную «Волгу» и уехал), но запоминается очень хорошо. Настолько, что цензура эту сцену (как и множество других) из фильма вырезала и лицезреть первый пример сотрудничества Гайдая и Моргунова широкий зритель смог лишь в 1990-е.
  • Трижды воскресший (1960) — историческое кино о временах Гражданской войны, экранизация «верноподданной и заказной, угодной и пригодной» (как говорил сам драматург) пьесы Александра Галича «Пароход зовут „Орлёнок“». Друзья Галича и Гайдая в кулуарах, «не для печати» прямо говорили им: «Что за пафосная и приторная чушь! Подлизываться тоже надо с умом и тактом!». Сам Гайдай не любил этот фильм и старался о нём не вспоминать, и до конца жизни неизменно просил убирать этот фильм из повторных телепоказов. Но по крайней мере этот фильм позволил ему вернуться к творчеству.

Стремительный взлёт[править]

Слева направо: Трус, Бывалый и Балбес — золотое трио
  • Пёс Барбос и необычный кросс (1961) — а вот с этого короткого «фильма-анекдота» и начинается тот Гайдай, которого мы знаем. Герои удирали от пса, который старательно выполнял команду «Апорт!», даже не получив её. А приносил он брусок динамита с подожжённым фитилём, брошенный в воду на предмет браконьерства.
    • Отсюда же начинается слава троицы Трус — Балбес — Бывалый. С каждым фильмом масштаб их преступлений рос. От мелкого браконьерства и самогоноварения перешли к спекуляциям на рынке, кражам со взломом, а потом даже к похищению человека! Но разве можно их не любить?
      • Отвратительный толстяк — Моргунов (Бывалый), хотя тут он да, конечно, толстяк, но скорее харизматичный, чем отвратительный.
      • Характерный тик: когда рядом есть цветочки — Трус не может удержаться, непременно понюхает их.
    • И только специалисты-киноведы знали, что эта короткометражка — экранизация стихотворного фельетона Степана Олiйника «Пес Барбос та повчальний „крос“», формально экранизированного здесь. «З вибухiвкою Барбос / Наступа уже на п’яти!». Много ли людей знает про фельетон? А много ли смогут вспомнить автора? А сколько человек читали литературный первоисточник?
    • В свою очередь, фельетон был написан по мотивам немой кинокомедии Лорела и Харди Lucky Dog (1921). А Гайдай был большим фанатом этих авторов, которых на просторах Советской Родины мало кто мог посмотреть.
  • Самогонщики (1961) — по большому счёту повтор предыдущей ленты: опять в основе сюжета погоня с участием собаки, разве что теперь герои не удирают от Барбоса (уже другого пса с той же кличкой), а сами за ним гонятся. Но даже при этом фильм имеет вполне самостоятельную ценность.
  • Деловые люди (1962) — экранизация трёх рассказов О. Генри: «Дороги, которые мы выбираем», «Родственные души» и «Вождь краснокожих». По сути, три короткометражки «под одной обложкой», никак не связанные сюжетно. И вдобавок с разным «настроением»: комедии — только вторая и третья новеллы; первая — скорее драма. Однако все три (даже серьёзная первая) — с едва уловимым налётом пародии.
    • Выгнан из плена — два уголовника похитили мальчика. Вот только заигравшийся в индейца пацан настолько закошмарил своих «усатых няней», что сначала один из них выгнал его домой, а потом оба уголовника, возвращая пацана, ещё и доплатили его отцу! Что ж, остаётся только надеяться, что бедняги всё-таки успели добежать до канадской границы. «Пожалуй, ты сочтёшь меня предателем, но я просто не мог терпеть. Я взрослый человек, способен к самозащите, и привычки у меня мужественные, однако бывают случаи, когда всё идёт прахом — и самомнение, и самообладание. Мальчик ушёл. Я отослал его домой. Всё кончено. Бывали мученики в старое время, которые скорее были готовы принять смерть, чем расстаться с любимой профессией. Но никто из них не подвергался таким сверхъестественным пыткам, как я. Мне хотелось остаться верным нашему грабительскому уставу, но сил не хватило».
    • Друг или золото? — в новелле «Дороги, которые мы выбираем» налётчик, когда у них с другом на двоих остается одна лошадь перед лицом погони, убивает друга: «Боливар не выдержит двоих». Но это оказывается сном, в котором отражается последствия жизненного выбора, который этот человек не сделал много лет назад. Тем не менее, он произносит ту же фразу уже в качестве финансового воротилы, отказав другу в уступке и тем самым разорив его.
    • Злодей-недотёпа — обаятельный домушник, напрочь позабывший о цели своего «визита» за беседой с хозяином о проклятом ревматизме, и те самые киднепперы, похитившие Вождя Краснокожих… А вот Акула Додсон — действительно страшный человек.
    • Камео — запомнился ли вам мистер Пибоди, щекастый и корректный менеджер при пожилом и влиятельном Додсоне[1]?.. А известно ли вам, что в роли Пибоди снялся не актёр, а режиссёр Юрий Чулюкин («Неподдающиеся», «Девчата», «Поговорим, брат»)?
    • У богача, по всей видимости, не ревматизм, а подагра. У вора, вероятно, полиартрит неревматического характера или просто невралгия на почве простуды (или ещё и пьянства). Вот только в те времена всё это скопом называли «ревматизмом» и лечить не умели. Раздолье всяким шарлатанам, продающим патентованные средства (их, собственно, и упоминают оба персонажа)!
    • О, мой зад! — одному из незадачливых жуликов мальчишка подпалил задницу.
    • Ужас у холодильника. Георгий Милляр играет маленькую роль — старика Дорсета (возможно, мэра городка Хайтс), отца знаменитого Джонни, известного также как Вождь краснокожих. При этом Милляр каким-то образом умудряется намекнуть зрителю, почему Джонни такой неадекват. По всей видимости, папаша Дорсет — типичный протестантский родитель XIX века, который уверен, что «пожалеешь розгу — погубишь ребёнка». «Силы у меня уже не те, что прежде…» ©. О ужас, наверняка он годами жестоко сечёт мальчишку — «для его же пользы» — за любую провинность… или даже порой без таковой, а «просто для профилактики». (См. здесь, в сноске, пару интересных библейских цитат — косвенных пруфов). Разумеется, мальчик вскоре сделался именно таким, какого мы видим в фильме — не только буйным фантазёром (хочется же уйти от этой мучительной реальности — например, в мир фантазий о поселенцах и индейцах!), но и больным на голову ребёнком, явно склонным к насилию. Ему делали больно — вот и он теперь делает больно своему «партнёру по игре», то есть бандиту Биллу Дрисколлу. И даже наверняка не осознаёт как следует, что творит.
      • Догадка подкрепляется ещё и тем, что Дорсет-старший — не зашуган (каким он наверняка был бы при таком сыночке, если бы не был сам виновен в его сумасшествии), а по жизни полон апломба. Вспомните: это ведь именно он приехал на велике и привёз письмо («Заплатите МНЕ за то, что я соглашусь принять Джонни обратно…»), которое сам и составил.
    • Чудо одной сцены. Чего ждёт зритель от гайдаевской экранизации О. Генри? Правильно, весёлых погонь с Вициным и Смирновым и весёлого диалога с Пляттом и Никулиным. Но никак не мрачной истории про дороги, которые мы выбираем. Однако благодаря блестящему Владлену Паулусу этот малоизвестный рассказ (особенно фразу «Боливар не вынесет двоих!») знают на постсоветском пространстве вообще все.

Сияющие вершины[править]

Ко всем фильмам из этого раздела (кроме экранизации 12 стульев) относится эффект альфы.

  • Операция „Ы“ и другие приключения Шурика (1965) — снова «три в одном», но теперь отдельные сюжеты объединены общим главным героем, студентом Шуриком (фамилия ни в этом фильме, ни в его сиквеле ни разу не названа; в сценарии персонаж поначалу фигурировал как Владик Арьков, но потом его превратили из Владислава в Александра). В «Иване Васильевиче» получил наконец отчество (Сергеевич, как один хороший поэт) и фамилию (Тимофеев). Фильм, прославивший Александра Демьяненко — и, увы, сделавший его «заложником» этой роли. Его не хотели брать на серьёзные роли. Для человека, который прославился фильмами «Мир входящему», «Карьера Димы Горина» и «Каин XVIII», это было нестерпимо.
    • Бывалый (Е. Моргунов) — по-прежнему отвратительный толстяк, но тут он стал ещё харизматичнее. Возмущенный мужик, которому «инвалидка» троицы не даёт проехать: Где этот чёртов инвалид? Здоровый как бык Бывалый (толкая невысокого мужика своим брюхом, необычайно внушительно произносит): «НЕ ОРИ. Я — инвалид!».
  • Кавказская пленница, или Новые приключения Шурика (1966) — и наконец-то режиссёр возвращается к нормальному «полному метру». Сиквел предыдущего фильма. Четвёртое — и последнее у Гайдая — появление трёх жуликов из «Пса Барбоса». Подробнее — в соответствующей статье.
    • Маскировочка под «кунаков влюблённого джигита» — это пародия на мало кому в СССР известный фильм с Лорелом и Харди «Разбойничья песня» (The Rogue Song, 1930).
  • Бриллиантовая рука (1968) — по многим отзывам, это лучший фильм Гайдая. И уж точно самый меметичный. И первая и единственная кинопародия в его творчестве. Опять-таки смотрите отдельную статью.
  • 12 стульев (1971) — экранизация похождений Остапа Бендера с Арчилом Гомиашвили в главной роли. Начало сотрудничества Гайдая с новым для него сценаристом — крокодильцем Владленом Бахновым.
  • Иван Васильевич меняет профессию (1973) — и этот фильм удостоился у нас особой статьи. Очень вольная экранизация булгаковского «Ивана Васильевича» по принципу «Теперь в современности!». Существует нелепый хэдканон, согласно которому здесь действует уже другой Шурик: дескать, и Зина вместо Нины (да ладно, можно подумать, люди не могут расстаться по разным причинам), и волосы другого цвета… С последним всё гораздо проще: будучи брюнетом, Демьяненко сыграл блондина в двух гайдаевских комедиях (и предстал в том же облике в каком-то фильме-ревю с песнями и музыкой А. Зацепина из гайдаевских фильмов). Потом рассказывал: «Краска, по тем временам, была ужасно токсичная. Вся кожа на голове потом воспалилась, волосы чуть не умерли, я их в панике спасал всякими снадобьями, а также отваром крапивы. Только чудом не облысел — но потом шевелюра была уже не та, прежней силы и здоровья себе не вернула никогда». Неудивительно, что в третьем фильме актёр наотрез отказался мазать голову этой дрянью.

Позднее творчество[править]

Назвать этот период «закатом» или, того хуже, «путём вниз» не поднимается рука; но всё же, всё же — эти фильмы уже не настолько знамениты и любимы народом, как предыдущие.

  • Не может быть! (1975) — экранизация трёх рассказов Зощенко; снова формат нескольких отдельных новелл в общей упаковке.
    • Бесцветные рыбьи глаза — любвеобильный, наглый и нервный щёголь-актёр Anatole Барыгин-Амурский (О. Даль) с прозвищем Рыбий Глаз. Субверсия: есть у него и страсти, и увлечения, и очень даже пылкие. А детей сколько наплодил своей законной! Но это, при всей своей нервности — чёрствый человек, карикатурный фат, метросексуал.
    • Реклама алкоголя — знаменитая песня «Губит людей не пиво, губит людей вода!»
    • Сноб — персонажи одной из историй обращаются друг к другу «господа».
    • Характерный тик — здоровенный и прохиндеистый Борис, брат Анны, имеет привычку сосредоточенно потирать двумя пальцами нижнюю губу, когда чует запах лёгких денег.
    • Эффект голубого щенка — в эпизоде «Свадебное происшествие» отец невесты говорит жениху и его другу: «Не желаете ли трахнуть по маленькой?», имея в виду употребление алкоголя.
  • Инкогнито из Петербурга (1977) — экранизация гоголевского «Ревизора».
    • Фильм планировался как гораздо более длинный. Но поскольку Гайдай щедро наполнил его почти не замаскированными «На тебе!» в адрес советской действительности, цензура нещадно порезала метраж. Гайдай кое-как вклеил на места наиболее длинных купюр те дубли и сцены, которые поначалу забраковал.
  • За спичками (1980) — экранизация одноимённой повести финского классика Майю Лассила (наст. имя Альгот Унтола), написанной в 1910 г.; совместная работа Гайдая и финского режиссёра Ристо Орко.
    • Антилопа-гну — машина местного автомобилиста. Городовой Торвелайнен преследует на ней повозку пьяных Ватанена и Ихалайнена. Безуспешно. В отличие от лошади горячих финских парней.
    • Антиреклама спиртного — проблема народного пьянства стоит очень остро и в Финляндии, и в России. Поэтому ни Лассила, ни режиссёры не жалели красок…
    • Вышел за хлебом — вышел (хотя и не за хлебом, а за спичками)… и уехал, ни много ни мало, в Америку. Якобы в Америку. На самом деле — гораздо ближе.
    • Добродушный толстяк — Ихалайнен. Упитанный силач — Ватанен.
    • Добродушный выпивоха:
      • Два главных героя, Антти Ихалайнен (Е. Леонов) и Юсси Ватанен (В. Невинный) — эталоны тропа. И это при том, что, наклюкавшись, способны устроить беспредел и погром с трэшем и угаром, а также совершить мелкую кражу (например, похитить якобы «ничьего» поросёнка).
      • Эталоны-то эталоны, но следует вспомнить, по какой причине Ихалайнен и Ватанен завязали с пьянством в прошлый раз: штраф за поломанные по пьяни рёбра третьего соседа.
      • В трагикомическом варианте — молодой Пекка Туртиайнен (П. Аутиовуори). Очень добродушен и отзывчив — но в пьяном виде похож на зомбированного. И хлещет как не в себя. И бесхарактерен. И кажется, уже помаленьку начал терять рассудок от пьянства.
    • Гнусный алкаш — портной Тахво Кенонен. В трезвом виде он добродушный человек, только попонтоваться (необидно!) любит на почве неудавшейся жизни и комплекса неполноценности. Но выпив (как правило, много за раз), НАСТОЛЬКО теряет человеческий облик и превращается в такую «гундящую амёбу с нелепыми претензиями», что никому не приятно общаться с ним, ужравшимся.
  • Спортлото-82 (1982) — охота за лотерейным билетом с крупным выигрышем, спрятанным в одной из нескольких одинаковых книг. Гайдай в последний раз работает с Бахновым.
    • Великолепная пошлость — наимоднейший детектив Гениана Зелёного «Смертельное убийство» и фирменное пуговкинское «Когда автор пишет о Южной Америке, сразу становится понятно, что он там никогда не бывал» (На тебе! в адрес Юлиана Семёнова).
    • Злодей-недотёпа — Сан Саныч (Александр Александрович Мурашко), подленький и глуповатый старый прохиндей с забавной претензией на мудрость и харизму. И его приспешник Степан — эпический обалдуй.
    • Искусство требует жертв — Пуговкин играл после недавнего инсульта и на грани нового (бог миловал). И сыграл так, что очень трудно что-либо заметить.
    • Путает пословицы и метафоры — долбак Стёпа выдал перл: «Живём, как Христос за пазухой!».
    • Смехотворные пытки — пытка заключается в принудительном скармливании апельсинов за счёт скармливаемого (в СССР апельсины были дорогим дефицитом, так что это как если бы насильно кормили чёрной икрой с последующим выставлением счёта за съеденную икру). Учитывая, что пытаемый — торгаш, его вдвойне жаба душит: если не съесть насильно пихаемый в рот апельсин, то жаба душит за то что дорогая еда пропадёт, а если съесть — за упущенную прибыль от продажи апельсинов. Да и попробуйте съесть больше сотни апельсинов за три часа, возненавидите их на всю жизнь.
  • Опасно для жизни! (1985) — Гайдай решил поработать с Романом Фурманом («Опасный возраст», «Не ждали, не гадали!», «Без году неделя») и Олегом Колесниковым (молодым дебютантом-сценаристом) — и, в общем, не прогадал. Хитом фильм не стал, но тройка тоже оценка, её надо заслужить «последний хороший фильм Гайдая» — тоже почётное звание. Лиризм соединён с комедией характеров/недоразумений, робкой попыткой социальной сатиры-притчи, и всё это приправлено фирменной гайдаевской эксцентрикой (в совсем небольшом количестве). Задёрганный клерк Спартак Молодцов — в некоторой степени пародия на ходульно-положительных персонажей советского кино. Этот человек в одиночку тянет целое учреждение, без него там попросту останавливаются все дела (а остальные сотрудники, видать, только и умеют что «фигурировать», получать зарплату да произносить словеса о Перестройке?). Но случилось так, что Молодцов очень небезразличный человек, а проще говоря — в каждой бочке затычка. Он и в нерабочих ситуациях во всё встревает, во всём лично участвует, «не проходит мимо», говорит сам себе «кто же, если не я?». И вот шёл он однажды поутру на работу — и…
    • Поседеть за одну ночь — Спартак Молодцов понял, что шаровая молния сейчас взорвётся прямо у него перед носом. Только и успел, что накрыть голову ящиком из деревянных реек и зажмуриться… БУМ! Ящик загорелся — и был отброшен в сторону. Молодцов не пострадал, если не считать, что временно оглох и на всю оставшуюся жизнь заполучил седую прядь надо лбом.
    • Характерный тик — Спартак Молодцов, когда чувствует себя задёрганным, нажимает себе ладонью на сердце. Подсвечено: его однажды попросили «Не делай ТАК!» — «Как?» — Ему показали, как.
    • Девушки любят шоколад — каждый, кто заходит в кабинет к начальнику, считает своим долгом предварительно вручить секретарше крупноформатную шоколадку, а она эти подношения не ест и продаёт буфетчице (подробнее в основной статье).

Не лучше ли было вовремя остановиться?..[править]

Но не остановился… Поклонники классики на дух не переносят его поздние фильмы. Вряд ли стоило приглашать Аркадия Инина и Юрия Воловича (крокодильцев, но не из самых лучших) в качестве сценаристов.

  • Частный детектив, или операция «Кооперация» (1989) — создатели пытались спародировать перестроечное кино, но вышло как-то неубедительно, со слабым и натужным юмором.
    • В тюрьме — как на свободе — примерно в такой тюрьме в финале оказываются злодеи, хотя охранник все-таки угрожает обнаглевшему главному гаду.
    • Известный иностранный иностранец — китайский бандит Мао. Ну, или среднеазиат (на худой конец, среднеазиатско-китайский полукровка, какие попадаются в Средней Азии) с таким прозвищем. Играет его среднеазиат, причём знаменитый.
      • Ошибка нарочно — имя этого артиста в титрах намеренно написали с ошибкой (ради графического гэга): «Минтай Утепбергенов», с разрешения Ментая Смагуловича. Сработало: зал ржал.
    • В начале фильма террорист требует от пилота «В такой-то город!», и одна из пассажирок восторгается — она всегда хотела в этот город. Пародия на сцену из «Корона Российской империи, или Снова неуловимые» (террорист: «В Кейптаун!», пассажирка: «Как романтично! Я никогда не была в Кейптауне»).
    • Имитация языка — финская сантехника фирмы «Аккалла-Каккалла».
    • Мафиозный остров — появляется некий сицилиец-мафиози в исполнении Семёна Фарады.
    • Мегакорпорация — шутки ради: в самом конце фильма Земля с надписью «Кооператив Земля». При этом за кадром раздаётся вопль ужаса.
    • Снова и снова эта морда. Сценаристы настаивали, что на пути героев или злодеев ТО И ДЕЛО должен был попадаться смурной детинушка (Дм. Макаров) с таким выражением лица, будто он с похмела, и угрюмо вопрошать: «САНТЕХНИКА ВЫЗЫВАЛИ?..». В более редких случаях — должен был появляться молча. Гайдая раздражала настойчивость сценаристов, и в итоге сантехник появился в гораздо меньшем количестве сцен, чем планировалось изначально. Например, финальный кадр (земной шар с надписью «Кооператив „Земля“» и вопль ужаса за кадром) должен был содержать ещё одно появление этого же сантехника («выплывающего» прямо из планеты), но Гайдай сказал «Ну его, это дичь какая-то. Даже у абсурдного юмора должны быть рамки».
    • Характерный тик — Витюша, хозяин сети частных туалетов и по совместительству инфернальный злодей, время от времени истерически дёргает ртом, одновременно выдавая краткий оскал наподобие волка. Он скрывал эту свою привычку, пока зрителю не стало ясно, что Виктор главному герою не друг, а исчадие ада. Но привычка у него явно давняя. А сумасшедший террорист (Леонид Ярмольник) нервно оскаливается, растягивая уголки рта. Один из пассажиров в захваченном самолёте невольно передразнил этот его тик — тогда террорист выпустил над головой пассажира короткую автоматную очередь.
  • На Дерибасовской хорошая погода, или На Брайтон-Бич опять идут дожди (1992) — последняя работа мэтра… точнее, как ни печально, бывшего мэтра: фильм получился ненамного лучше предыдущего и всяко хуже, чем вершина его творчества. Впрочем, некоторыми воспринимается по разряду «Так плохо, что уже хорошо». Да, не вовремя Леонид Иович насмотрелся американских кинопародий и комедий абсурда…
    • А где бабуля? — Фёдор гримируется под Шейха, и люди Артиста похищают не безобидного богача-бабника, а элитного советского разведчика. Впрочем, 380 вольт им выдаёт всё-таки американская разведчица Мэри Стар.
      • Ранее, в самом начале фильма, Фёдор ловит маньяка «на живца», переодевшись проституткой. Зашли в укромное местечко, и злодей получил свои 220.
    • Безопасная пытка и мультяшная физика — бафосная субверсия. Люди Артиста пытают Фёдора в процессе допроса, однако суперагент молниеносно выпивает воду, в которую погрузили его голову, и выплёвывает её в лицо одному из палачей.
      • Ага, и раскалённый утюг ему тоже не страшен. Вообще. В принципе. Обоснуй: утюг ставили на рубашку, а рубашка-то была с секретом, шпионская, ручной работы.
      • Пытки — дело житейское: «— Ты что, стальной?! — Да что я! Вот полковника Петренко однажды посадили на кол. Враги. И ничего! С тех пор только выправка — строже!»
    • Верблюды идут на север. Пароль: «На Дерибасовской хорошая погода», отзыв: «На Брайтон-Бич опять идут дожди». Там же — аверсия: переданный через «радиста» набор букв и чисел никакой не шифр, а размеры нижнего белья для жён сотрудников управления, которое агенту предстоит закупить в США.
    • Всё бросил и побежал — пародия с педалью в пол: после объявления «общего сбора агентам КГБ» с балета в Большом театре тут же встает и уходит половина зрителей, а также исполнитель балетной партии — прямо со сцены.
    • Глупое казино — фильм изначально строится на клюкве и абсурде, но местное казино пробивает педаль в асфальт.
    • Голос — Рабинович.
    • За всем стоял пёс — главой русской мафии Артистом оказывается старый еврейский эмигрант дядя Миша. Точнее, «старый еврейский эмигрант дядя Миша» — это одна из многочисленных масок Артиста, психопата средних лет и мастера маскировки.
    • Злодей-недотёпа — с фитильком: все силы КГБ и ЦРУ сидят в засаде и ждут только сигнала («Может, ввести подкрепления?» — «Ещё слишком рано!») — и так, пока не становится слишком поздно…
    • Злодей-недотёпа — Артист, его подручные товарищ Кравчук и Кац. И это при том, что в финале Артист раскрылся как кровожадный маньяк: «Кравчук, дави их! ГУСЕНИЦАМИ [танка]!»
    • Капитуляция: «Кац предлагает сдаться!».
    • Лудоман — сам Гайдай. В 1992 году занесла его нелёгкая в Лас-Вегас. Ох, наплакалась с мужем Нина Павловна Гребешкова… В этот фильм Гайдай включил мини-карикатуру на себя самого — безумный старик-лудоман, которого выволакивают из казино. Он не замечает, что оторвал ручку у «однорукого бандита» — продолжает дёргать её и дёргать. Эту роль сыграл сам режиссёр.
      • Там же, смеху ради: пообщавшись с напёрсточником, в лудомана на глазах превращается заместитель директора ЦРУ (Э. Виторган).
    • Мы тебя где-то уже видели — фильм плох, но первый замдиректора ЦРУ («звёздный» советский актёр Эммануил Гедеонович Виторган) в нём хорош. Я должен поймать этот чёртов шарик!
    • Невинно выглядящий злодей — дядя Миша же! Попробуй заподозри в нем Артиста!
    • Не оставлять свидетелей — «Так он как раз свидетелей и зарезал! А Горелику только морду набил!»
    • Пейсы, кашрут и день субботний — приспешник Артиста Кац, радист-шифровальщик Моня (и его жена и внук Сёма). И невидимый Рабинович, постоянно вклинивающийся в телефонные разговоры Горбачёва и Буша-старшего. Сам Артист в образе Дяди Миши скорее, таки да, переигрывает.
    • Полигамия — огромный гарем Шейха.
    • Развесёлые ромалэ: чудо одной сцены — лейтенант Цыганёнок, играющий на улице в напёрстки и раздевающий до трусов генерала ЦРУ. Говорит он при этом, правда, с кавказским акцентом.
    • Стопроцентное внешнее попадание — Леонид Куравлёв давно мечтал сыграть М. С. Горбачёва. Гайдай ему такую возможность предоставил. (Но фильм это не спасло.)
    • Супер-агент — агент КГБ Фёдор Соколов.
    • Телеграф, телефон и бильд-аппарат — на самом деле прямой телефонной связи между Кремлем и Белым Домом нет: президенты сидят в админском чате общаются текстовыми сообщениями, передаваемыми через факс (а ранее — телетайпом) или по электронной почте (причём американцы пишут по-русски, а наши — по-английски). Причина очевидна: меньше шансов что-то неправильно понять.
    • Чудо одной сцены — и тут нашлись артисты, сумевшие запомниться с лучшей стороны. В первую очередь это, конечно, Армен Борисович Джигарханян, благодаря которому ничем не примечательный сценарный образ мафиозо Каца, предлагавшего сдаваться, стал настолько хрестоматийным, что его теперь знают лучше, чем сам фильм. Гений, что сказать! В меньшей же степени вспоминаются Евгений Весник в роли радиста Мони и Спартак Мишулин в роли слуги шейха.

Тропы вокруг фильмов[править]

  • Иронический кастинг — Георгий Вицин, известный ролью комического пьяницы Труса и других алкашей, в жизни был полным абстинентом и не пил даже квас. Когда по сюжету требовалось пиво, ему наливали заменитель. Единственным исключением стали съемки «Кавказской пленницы»: настой шиповника, который по настоянию актёра наливали в кружку, категорически отказывался пениться и вообще был на пиво не похож. В итоге режиссёр психанул и тайком подлил Вицину настоящий напиток. Тот, как профессиональный актёр, выпил всю кружку (вдвое больше, чем у Никулина и Моргунова!), и больше съёмок в тот день не было.
«

Зритель любит Вицина и ждёт, А увидев, горестно вздыхает. Дело в том, что сам артист не пьёт, А его герой не просыхает.

»
— Александр Иванов
  • Медведи — это страшно — не без стёба над тропом. Гайдай планировал в каждом фильме с Трусом, Балбесом и Бывалым показывать, как трое остолопов удирают от медведя. «В каждом» не получилось: в «Операции Ы» медведя просто некуда воткнуть по сюжету, а в «Псе Барбосе» таинственный шалаш, в который заглядывают с испугом и из которого Трус выбегает уже без брюк, планировался изначально не как гэг-непонятка, а как сцена, которая завершится тем, что из шалаша выйдет медведь с брюками Труса в лапах… но живого медведя в этот раз раздобыть не удалось, и дрессировщик тоже не был предусмотрен сметой. А когда сам режиссёр влез в «медвежий костюм» и сыграл Косолапого — в монтажной выяснилось, что эта деталь в фильме вообще лишняя, потому что сразу было видно: мишка ненастоящий.
    • В «Кавказской пленнице», если приглядеться, видно, что на медведе кожаный ошейник. Дойлизм: дрессировщик запретил снимать зверя без ошейника (возможно, ошейник парфорсный и внутри него затуплённые шипы, и возможно даже, что без этого аксессуара медведь мог «потерять берега»). Ватсонианство: топтыгин не дикий, а дрессированный, сбежавший из зоопарка или цирка, прямо в ошейнике (да еще и — приглядитесь, знатоки! — гималайский, который на Кавказе не водится).
  • Камео:
    • «Злоупотребление служебным положением» — Леонид Гайдай несколько раз снял сам себя в эпизодах: «Трижды воскресший» (долговязый изобретатель), «Бриллиантовая рука» (пьяница, которого Горбунков принял за труп), «На Дерибасовской хорошая погода…» (сумасшедший лудоман). Один раз даже исполнил заметную роль, ростовщика-архивариуса Коробейникова в «12 стульях».
      • Ходила легенда, что Гайдай первой новелле «Операции Ы и других приключений Шурика» исполнил роль «алкоголика-хулигана-тунеядца», который просил «огласить весь список». И хотя эта сцена (и «симметричная ей» финальная, где Федя полон рвения) основана на реальном эпизоде из фронтовой биографии Гайдая, саму роль сыграл непрофессиональный актёр Олег Скворцов. Невероятно долговязый и тощий мужик в чёрной рубашке — тоже не Гайдай.
      • Ходила совсем уж нелепая байка, что в «Иване Васильевиче…» Гайдай, загримированный до неузнаваемости, якобы появился в микророли осветителя, держащего штатив, пока Якин снимает поющую Зину. Нет, это тоже не Леонид Иович.
    • «Семейный подряд» — мало фильмов, где не появилась Нина Гребешкова.
    • В «Операции „Кооперация“» в роли телеведущей Анны Шатиловой — она самая и есть.
    • В «На Дерибасовской…» элегантный управляющий игорным домом («Куда прикажете перечислять доходы ВАШЕГО казино?») — это сценарист фильма Аркадий Инин.
  • Перекличка:
    • В «Иване Васильевиче» на магнитофоне звучит не только песня Высоцкого «Моя цыганская», но и «Песня про зайцев» из «Бриллиантовой руки».
    • Также в обоих фильмах фигурирует чёрный кот. Возможно, даже тот же самый.
  • Режиссёрский любимчик: Михаил Пуговкин, Михаил Кокшенов, Наталья Крачковская, Леонид Куравлёв, Вячеслав Невинный, Ростислав Плятт, Наталья Селезнёва, Сергей Филиппов, Игорь Ясулович, но особенно — Георгий Вицин и Юрий Никулин у Леонида Гайдая. А вот Моргунов, самый фактурный из троицы, умудрился вдрызг разругаться с режиссёром на съемках «Пленницы» и больше не снимался.
  • Третий том «Мёртвых душ» — во второй половине 1960-х Гайдай хотел взяться за экранизацию «Понедельника…» по сценарию Стругацких. Сашу Привалова должен был сыграть Александр Демьяненко, Амвросия Выбегалло — Михаил Пуговкин, Хому Брута (тут он алкаш с золотыми руками на побегушках у Выбегалло, но исправляется усилиями героев) — Савелий Крамаров, Луи Седлового («Старый ведь я… Старенький… А раньше я левитировал, как Зекс…») — Зиновий Гердт, милую ведьмочку Стеллочку (и в фильме они с Сашей это самое!) — Наталья Варлей, Эдика Почкина (по факту, не книжный Володя Почкин, а замена книжного Романа Ойра-Ойра) — Сергей Юрский, Наину Киевну Горыныч — Георгий Милляр, голос кота Василия — Георгий Вицин. Сценарий можно прочесть в полном собрании сочинений Стругацких. Вряд ли такое получилось бы нудно… но фильм запретили на самой ранней стадии подготовки (тут повлиял еще и скандал вокруг «Сказки о Тройке»), и съёмки так и не начались. С прикрученным фитильком, потому что в итоге появился фильм «Чародеи», но опознать «Понедельник…» в нём было почти невозможно. Кстати, снова не повезло Вицину: на озвучку позвали, но потом вырезали почти все сцены.
  • Википедия относит Гайдая к «шестидесятникам».
  • Разбойники из трилогии «Бременские музыканты», конечно же, являются шаржами на Вицина, Никулина и Моргунова в ролях Труса, Балбеса и Бывалого.
    • Причем далеко не каждому заметно, что и Атаманша - шарж на Варлей!

Ссылки[править]

Примечания[править]

  1. Которому то ли вспомнилось реальное преступное прошлое, то ли померещилось мнимое — режиссёр нарочно оставил тут непонятки, потому что, по его (и ещё многих людей) мнению, никакой существенной разницы тут нет.