Утренняя Звезда

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
Люцифер.jpg
« Если бы бог действительно существовал, следовало бы уничтожить его. »
— Михаил Бакунин

Итак, у нас есть Единый Бог, Всеотец, создатель и единоличный властелин мира. Он всемогущ, и нет никакой равной ему силы. Всё, что он желает, воплотится. С ним бессмысленно бороться, ведь все смертные и не очень смертные — жалкие черви перед его надмирной вневременной мощью. Все, кто не подчиняются ему, понесут заслуженное, справедливое наказание. Так называемая «свободная воля», или, попросту, склонность грешить, будет искоренена на Земле — силами добрых пастырей, строящих идеальное праведное общество, и на Небе — волей Самого. Во всяком случае, так написано в Библии и так говорят священники. А если подумать? Может быть, если бы бог был настолько всемогущ, ему не надо было бы ни с чем бороться и ничего искоренять, так как он просто с самого начала сделал всё так, как ему надо? Да нет, у бога был равный (или хотя бы сравнимый по силам) Противник. Высший из ангелов, поднявший мятеж. Утренняя Звезда. Люцифер.

Сей троп — перевод более древнего архетипа — Прометея — на язык христианской символики. Бог — автор запретов и ограничений, а Сатана, как его враг — тот, кто стремится эти запреты сломать. Образ благого Люцифера опирается на некоторые изначально присущие Люциферу библейскому черты: свободолюбие, бунтарство, познание. Во времена феодализма и абсолютных монархий они, по понятным причинам, были не очень-то в почёте, так что и обладать ими был достоин разве только самый главный гадский гад (а вот его прихлебатели и гады помельче — уже нет, эгоистичный Сатана свободой не поделится). В Возрождение эти моральные стандарты всё чаще стали подвергаться пересмотру (уже Люцифер из «Потерянного рая» Мильтона во многом близок к образу Утренней Звезды, хотя он всё ещё злой), а в Новое Время вообще восторжествовала атеистическая этика гуманизма, согласно которой бунтарство — не всегда хорошо, но и не есть нечто плохое априори. Если власть злая, восставать против неё можно. Если бог тоже злой, то Люцифер может быть добрым.

В то время, как Прометею приписывается создание технологий (огонь — только то, что окончательно достало Зевса), со светлым Люцифером всё радикальнее: ему может приписываться создание самого человеческого разума. Да, библейская история о грехопадении, если вдуматься, о том, что Адам и Ева сильно изменили себя — настолько, скажем, что стали стыдиться наготы, хотя раньше не делали этого, и, конечно, это было не единственным следствием.

Соответственно, это троп «Мелькор был хорошим» в применении к Библии и вообще христианской мифологии. От простой инверсии отличается тем, что Люцифер не пишет своих заповедей, он только подсказывает, как нарушить чужие. Утренняя Звезда — не справедливый небесный царь (как Единый Бог в незлом варианте), а бунтарь и тираноборец.

Возможная субверсия — классический злобный Сатана, которому прикольно, когда люди мучаются, но который ради своих политических интересов среди смертных поддерживает хорошую репутацию и часто прибегает к имиджу Утренней Звезды.

См. также[править]

Где встречается[править]

  • В представлениях некоторых современных сатанистов Люцифер изображён как раз Утренней Звездой.

Литература[править]

  • «Демон» Лермонтова.
  • Туда же — «Лучафэрул» Эминеску.
  • Анатоль Франс, «Восстание ангелов». 1914 год, между прочим.
  • «Темные начала» Пулмана. С фитильком: Дьявола как такового в книгах не имеется, заместо него объединение множества рас под предводительством человека лорда Азриэля. Впрочем, сюжет об падших ангелах появляется, да и Ксафанию — предводительницу мятежных ангелов — при желании можно так обозвать.
  • Вадим Арчер, «Выбравший бездну».
  • Scar Night — Церковь служит Богу живущему прямо под ней в Бездне, который был низвергнут в неё после того как вместе с армией ангелов поднял восстание против бога на небесах.
  • «Джек из Тени», Р. Желязны. Его там так и зовут — Утренняя Звезда, но тут он падший, лишённый могущества и заточённый другими богами прямо на границе дня и ночи.
  • В цикле «Мефодий Буслаев» Дмитрия Емца используется указанная выше субверсия. Аллюзия на Люцифера, Верховный страж Мрака Кводнон пытается выглядеть перед своими приспешниками как благородный бунтарь и взломщик системы, однако на деле уже переродился в старого доброго Сатану.
  • Роберт Хайнлайн «Иов, или осмеяние справедливости»: Яхве — злобный склочный самодур; его брат Люцифер — мужчина в самом расцвете сил, большой любитель шуток (подчас весьма болезненных) и воздающий по делам (а не по тому, насколько дела соответствуют священным писаниям). Своеобразный «Мастер и Маргарита» made in USA.
  • «Люди огня», О. Волховский: инверсия. Дьявол, уставший быть палачом Всевышнего, пытается причинять людям добро и наносить пользу. При этом стремится к своей цели как раз через установление радикальных запретов: согласно его программе, необходимо отобрать у людей свободу выбора и «приказать» им стать добрыми и счастливыми.

Фанфики[править]

Комиксы[править]

  • DC Comics (а заодно и Vertigo): Люцифер Морнингстар. Фактически, так и остаётся после своего восстания правой рукой Господа в качестве администратора Ада. Отлично играет на пианино.

Настольные игры[править]

  • Настольный сеттинг «Демон: Павший» из старого Мира Тьмы обыгрывает тему зигзагом: Люцифер честно хотел как лучше для людей. Он даже бунтовщиком становиться не собирался, у него и других мятежных ангелов просто просто взорвался мозг от взаимоисключающих приказов бога (который, в свою очередь, вёл себя именно как Злой Яхве и в том, чтобы ни за что не дать людям возможности подняться на уровень разумного существа, и в том, чтобы покарать тех, кто всё-таки поднялся). Но во время войны между ангелами мятежными и верными хозяину, значительная часть первых сначала решила, что может решать, как людям лучше, за самих людей, потом — что частью из них можно и пожертвовать… Привело всё это только к тому, что армия повстанцев разложилась и распалась, потерпела поражение и была низвергнута в Ад, где павшие ангелы от сознания того, что их прокляли и бросили, а также от перенесённых мучений так-таки мутировали в классических чертей с рогами, которым в радость кого-нибудь зверски мучить и пытать.