Романтизация насилия

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
TVTropes.pngTV Tropes
Для англоязычных и желающих ещё глубже ознакомиться с темой в проекте TV Tropes есть статья Romanticized Abuse. Вы также можете помочь нашему проекту и перенести ценную информацию оттуда в эту статью.
Balalaika-videoinspector.jpegБалалайка докладывает:
В этой статье много шокирующих примеров изощрённой жестокости и извращений. Несмотря на это, в статью всё равно не нужно помещать нравоучения в какой-либо форме. Если эта статья задевает ваши чувства, предлагаем вам просто её не перечитывать (однако и не портить).

Самое чудесное в вымышленных событиях… ну… они вымышленные. Персонажи не являются реальными людьми. Их страдания и триумфы — не настоящие боль и радость. Читать книгу — это не то же самое, что по-настоящему быть свидетелем описанных в ней событий. Если бы все было взаправду, читатель имел бы некоторые моральные обязательства вмешаться в происходящее, облегчить страдания или, на худой конец, среагировать «достойно» на происходящее. Но раз речь идет о выдумке, то все это идет к черту.

Что и приводит нас к этому тропу. Читатели, которые никогда бы не стали наслаждаться ужасами, происходящими с реальными людьми, часто совсем не прочь насладиться страданиями персонажей вымышленных. Многие авторы прекрасно понимают это и дают читателям то, что они хотят — романтизацию насилия или фансервисное насилие.

Троп является подвидом фансервиса: сюда не относится сексуальное насилие, которое не планировалось подавать привлекательно и сексуально. Также сюда не относится троп «обыденных извращений» и персонажи, живущие за пределами BDSM-фантазий, а потому следующие этическим ограничениям Safe, Sane, and Consensual. Стоит заметить, что насилие, используемое как топливо для фетишей, редко используется только для этого. Часто оно может сочетаться с такими тропами, как топливо ночного кошмара и, в зависимости от задумки автора, использоваться для максимизации ужаса.

Уровни романтизации насилия:

  • Целая цивилизация. Планета или как минимум крупное государство, оказывающее значительное влияние на культуру.
  • Отдельные организации: религиозный культ, криминальное подполье и т. п.
  • Пара, семья: муж/жена или аналогичная устоявшаяся пара/треугольник/сложная фигура, которые разделяют взгляды друг друга, связаны эмоционально.
  • Отдельный персонаж. Только в случае его экзотичности: неопределенного пола, Метаморф, пришелец, Чужеродное чудовище. Реже встречаются Вампир, Оборотень и прочие мифические существа.

Первые произведения с этим тропом старше грязи. Сказки и мифы многих народов мира часто описывают нападения на людей всяких мифических существ от древних богов до духов природы, фейри и вампиров, а затем последующую счастливую совместную жизнь. Надо сказать, что в современной вампирской литературе троп присутствует во всех произведениях за редким исключением. Также троп оказал заметное влияние на хентай.

В последнее время среди профессиональных литературоведов, заведующих сетевой литературой, идут разговоры о том, что троп «романтизация насилия» следует выделить в полноценный литературный жанр со своими характерными чертами. Сейчас «романтизация насилия» является поджанром фэнтези с эротическим уклоном. Некоторые считают его частью тёмного фэнтези. Троп закономерно доставляет немало ярких эмоций поборникам морали, достаточно вспомнить историю с изъятием из продажи игрушки с говорящим названием RapePlay. Что, впрочем, не мешает находиться в продаже куче аналогичного творчества. Правда, с пометочкой «только для Японии», чтоб на глаза всяким бака-гайдзинам-скандалистам не попадалось.

Троп «романтизация насилия» настолько популярен в сетевой юношеской литературе, что в последние десятилетия стал просачиваться в печатные издания. К сожалению, авторы этих произведений редко утруждаются ставить соответствующую метку, за что получают заслуженную критику.

Родственный троп — Война это круто. Антитропы — Изнасилование — худшее из зол, Война — это кошмар.

Где встречается

Фольклор

  • Множество анекдотов, героини которых радуются изнасилованию. Вот пример, который был эпиграфом к одной из статей:
« Посреди ночи в дом вламываются два налётчика — большой и маленький. Большой:
— Будем грабить и насиловать!
Маленький:
— Нет, только грабить!
Большой:
— Будем грабить и насиловать!
Маленький:
— Нет, только грабить!
Большой:
— Я сказал, БУДЕМ ГРАБИТЬ И НАСИЛОВАТЬ!
Маленький:
— Нет, ТОЛЬКО ГРАБИТЬ!
Женский голос из темноты:
— А тебя, мелкий, вообще не спрашивают!
»
— Из одесских анекдотов

Литература и фанфики

Русскоязычная

  • И. Э. Бабель, «Мой первый гусь» («Конармия») — бойцы сперва не желают принимать повествователя-интеллигента в очках («шлют вас, не спросясь, а тут режут за очки»), но он, учтя совет («А испорть вы даму, самую чистенькую даму, тогда вам от бойцов ласка...»), отнимает у старухи-хозяйки гуся (толкнув ее в грудь и выматерившись) и рубит его чужой саблей. Расчет оказывается верным — это нравится не меньше, чем изнасилование дамы: «Парень нам подходящий... Братишка, ... садись с нами снедать, покеле твой гусь доспеет...»
  • В «Туманности Андромеды» на тот момент уже немолодого, но бесспорно талантливого, Ефремова на Острове Забвения Мвен Мас пресекает попытку Бета Лона изнасиловать Онар… И тут же предлагает несостоявшемуся насильнику, «почти животному» (характеристика от самого Мвена) вернуться на материк. Вскоре тот насильник действительно становится на путь исправления (возможно, даже стал встречаться с Онар, ибо в сцене с тиграми оба действуют подозрительно синхронно). А ведь крайне маловероятно, что за почти век пребывания на Острове разочарованный в «служении другим» Бет Лон впервые попробовал насиловать именно перед встречей с Мвен Масом…
  • Некоторая деконструкция в одной из книг Н. Леонова о сыщике Гурове. Флэшбэк одного из антагонистов (это он был в юности тем самым «деревенским слабаком»): омерзительный сельский быт, со скотскими нравами. Местный хулиган изнасиловал красавицу. Та рыдает, пытаясь поправить на себе порванную одежду. Местный слабак — от рождения физически недоразвитый — безответно, трагически влюблён в эту самую красавицу и неуклюже пытается её утешить. Та его в ярости отталкивает: «Уйди! Тот хоть мужиком был!».
  • «Сказки тёмного леса» — книга представляет собой гимн этому явлению: на страницах герои всякий раз избивают, унижают или истязают очередную жертву, и всё это преподносится не как зверства подонков, а как лихая удаль и способ увеселения. И это основано на реальных событиях и написано членом той самой шайки, которая беспредельничала на страницах книги.
  • «Подросток Савенко» Эдуарда Лимонова. Романтика и суровые нравы шпаны 50-х на окраине большого города.
  • «Санькя» Захара Прилепина. Это, конечно, чернуха, но жестокость и терроризм книга романтизирует, если не сказать — эстетизирует.
  • «Охота на изюбря» Юлии Латыниной. Интеллигентку-искусствоведа Ирину насилует олигарх Извольский. Спустя какое-то время она влюбляется в него и выходит замуж.
  • Прозоров, «Боярская сотня». Опричник насилует девушку-подростка. Потом она выходит за него замуж, рожает детей и искренне беспокоится, когда он уходит воевать.
  • Игорь Сахновский, «Человек, который знал всё». Бывшая жена главного героя начинает жить с криминальным авторитетом Шимкевичем именно после изнасилования оным.
    • Субверсия: Ирина таким образом реализует свои специфические сексуальные предпочтения, что неоднократно подсвечено ей самой.

На других языках

  • «Спящая красавица», изначальная версия. Король пользуется бессознательным состоянием красавицы и заделывает ей близнецов. Статья 131 УК РФ налицо, ибо использовано беспомощное состояние потерпевшей. И да, король тут положительный персонаж, а принцесса, проснувшись спустя чуть более 9 месяцев, отдаётся ему уже добровольно… Спасибо мистеру Диснею месье Перро за наше счастливое детство!
  • Prince of Nothing — сыграно сложными зигзагами. Найюр, будучи крайне неуверенным в себе человеком, пытается утвердиться в глазах своего жестокого народа, уважающего лишь силу и стремление убивать, за счёт гипернасилия. Но Серве, девушка, которую он отбил у других скюльвендов, сделал своей наложницей и полюбил, его самого не любит, как бы он ни пытался показать ей свою силу. Его гомосексуальные отношения с Моэнгхусом тоже были изначально основаны на насилии и избиениях, но на самом деле насилие шло со стороны Моэнгхуса — он психологически подчинял себе Найюра, провоцируя того на физические побои. Так и работают дуниане.
    • Сам Келлхус «поставил на место» Найюра, жестоко избив его на глазах у Серве, после чего скюльвенд даже начал ощущать в присутствии дунианина физическую слабость.
    • Вообще вся культура Трёх Морей основана именно на праве сильного. Религия, философия, кастовая система полностью заточены на поощрение насильственного утверждения власти сильного над слабым. На вершине стоят Сто Богов, подчиняющие себе людей угрозами вечных мук, дальше короли и императоры, правящие кровью, интригами и страхом, затем знатные касты (кжинеты и ханаты), имеющие право сделать с низшей кастой (сутентами) всё, что им заблагорассудится, а в самом низу рабы, не имеющие вообще никаких прав. Женщины в этом мире находятся находятся в сугубо подчинённом положении, ни о каком фэнтезийном феминизме не идёт и речи (правда Келлхус, став аспект-императором, уравнял мужчин и женщин в правах, и даже разрешил ведьмам открыто практиковать своё искусство), и понятия изнасилования здесь даже толком не существует — мужчин берёт, что хочет, если его не может остановить другой мужчина.
      • При этом ни в одном из случаев насилие не романтизируется, наоборот, все отношения показаны как явно нездоровые, так что пример крайне спорный.
  • Джон Норман, цикл о планете Гор, противоземле. Определённо сюда подходит. Женщин делают рабынями, а они получают от этого удовольствие. Книга считается предтечей (но не частью) субкультуры BDSM, и не зря: Норман расписал феномен садомазохизма в положительных красках, что по тем временам считалось страшно скандальным. Не стоит рассматривать этот цикл как одно сплошное насилие, в ней есть определенно искренние эмоции от добровольного служения. Сам Джон Норман неизменно подчёркивал, что реальное сексуальное принуждение отвратительно, и призывал воспринимать сюжет его книг лишь как фантазию.
  • У Лорел Гамильтон в цикле об Аните Блейк некоторые вампиры делают людей своими рабами (возможно, предтечи гулей Мира Тьмы) и дальше могут устраивать в адрес этих людей самые разные гнусности, включая изнасилование. Как правило, у человека с хозяином-вампиром после нескольких актов ментального воздействия образуется постоянная связь, он начинает искренне любить своего хозяина и в конце концов превращается в нечто среднее между резервным запасом крови и секс-рабом. У некоторых вампиров есть натуральные человеческие гаремы. Особенно характерны четыре Метки Слуги: мистические ритуалы, которые делают человека намного круче и прочнее, но ментально подчиняют его вампиру. В частности, начиная со второй Метки вампир может входить в сны человека. Разорвать связь Меток можно только одним способом: убить хозяина-вампира.
    • Впрочем, когда Анита понимает, сколько всего позволяют вампиру Метки, она приходит в ужас.
  • В «Сумерках» троп, похоже, присутствует, хотя играется мягко. Эдвард одержим любовью к Белле, и его действия определённо переходят границы: он, например, за счёт вампирских способностей залезает в окно Беллы, чтобы посмотреть на неё во сне. Для современной вампирской литературы пример вполне характерный.
  • А вот в «50 оттенков серого» троп играется уже прямо с помощью физического насилия, нарушающего правила BDSM. В части «Тесс Д’Убервилль» Алек насилует Тесс, но это не прекращает их романтические отношения.
  • «365 дней» — книгу часто называют «50 оттенков по-немецки», и тут вокруг этого строится весь сюжет — мафиози похищает женщину, насилует её… И строит с ней отношения.
  • Творчество Эрнста Юнгера.
  • Аттар Фарид-ад-Дин. Простолюдинку должны жестоко казнить за любовь к принцу. Её последняя просьба: чтоб он сам растоптал её своим конём.
  • Сенобиты Клайва Баркера. Очень любят насилие как в отношении себя, так и других — целью их существования является поиск и дарование другим новых ощущений, в том числе и мучений.

Сетевая литература

  • Monster Girl Encyclopedia. В этой вымышленной вселенной, после того как на престол Лорда Демонов взошёл суккуб, все монстры превратились в девушек. Эти новые монстры вместо убийств принуждают добрых молодцев, крестьян и сельских детишек к соитию. Для принуждения к соитию, помимо физической силы используют: афродизиаки, мутагены, контролирующие разум споры и паразиты, демоническую энергию. А девушек и девочек те же монстры насильно превращают в себе подобных, при помощи тех же способов промывая им мозги и меняя физиологию. Автор MGE заявляет что это добрая эротическая сказка.
    • Справедливости ради, по изначальному замыслу Повелительницы Монстров должно было произойти более-менее мирное слияние двух видов в один, представителями которых стали бы мужчины-инкубы и девушки-монстры, но даже магической энергии, полученной от убиения местного демиурга на это не хватило, в итоге желание «атаковать» людей никуда не делось, хоть и сменилось направленность, и поэтому она сейчас вместе со своим мужем вовсю стараются, *кхем* собирая как можно больше маны для исправления ситуации.

Кино

  • «Travolti da un insolito destino nell’azzurro mare d’agosto» — фильм 1974 года совсем не от МТА (режиссёр и сценарист — женщина!) про итальянскую патрицию (аристократку), оказавшуюся на необитаемом острове вместе с пролетарием. В оригинальном фильме 1974 года он её именно насилует, а вот в американских римейках 1997 года (Swept from the Sea) и 2002 года (Swept Away) изнасилование убрали, оставив только любовь девушки из высшего общества к пролетарию.
  • «Обречённый на одиночество» — послевоенная Япония: главный герой работая рикшей подвозит американцев и переводчицу-японку, после того как американцы высадились, он называя переводчицу «проститукой» насилует её… впоследствии она в него влюбляется.
  • «Все умрут, а я останусь». Алекс, воспользовавшись тем, что наивная Катя в него влюбилась из-за отчаянной жажды привязанности, соблазняет её, отводит в грязный подвал и «добровольно насилует». Кате больно от происходящего, но она, боясь потерять Алекса, говорит, что ей ещё никогда не было так хорошо, и привязывается ещё сильнее.

Телесериалы

  • Gossip Girl. Очень и очень многие абьюзерские поступки Чака по отношению к Блэр (обмен девушки на отель, домогательства к ней во время её попыток соблюдать дистанцию, вспышка гнева по отношению к ней после её помолвки с другим и т. д.) в сериале всячески оправдываются и списываются либо на тяжёлые обстоятельства, либо на такую сильную любовь. И ведь Блэр-то в итоге выбирает именно Чака!
  • «Школа» — удивительно, но Шишкова начала основательно влюбляться в Шутова после того, как он домогался её в подъезде, а после его пощёчины и вовсе помешалась на том, чтобы переспать с ним.
  • «Белая королева» — вторая встреча главной героини, Елизаветы Вудвилл, с Эдуардом IV закончилась тем, что тот попытался её изнасиловать. Отбиться ей удалось лишь достав кинжал и пригрозив покончить с собой. Впоследствии пара показана вполне благополучной и довольной жизнью. Милое, здоровое, романтичное начало совместной жизни!

Комиксы

  • Отношения Джокера и Харли Квинн совершенно точно нельзя назвать здоровыми. Джокер обращается с Харли отвратительно: обзывает её, посылает на явно и заведомо проигрышные задания, где её бьют. Он даже попытался убить её при первой встрече. И всё равно она его любит, а вот любит ли он её — большой вопрос. То чувство, которое он испытывает к Харли, собственническое и крайне эгоистическое. Ничего удивительного, что в конце концов Харли (по одной из версий), не вынеся издевательств, ушла к Ядовитому Плющу. Джокер и сам склонен к садомазохизму, т. е. не прочь, чтобы и его иногда побили и унизили. Видимо, Харли ему всё-таки нужна чуть больше, чем просто девочка на побегушках, и он готов от неё получить весьма значительные неудобства, которые бы не потерпел ни от кого другого (возможно, ему скучно одному). Получается мазохистское танго.

Аниме, манга, ранобэ

Trinity Seven кратко пересказывает сюжет типичного хентая на тему.

Стандартный сюжет хентая идет по рельсам «сначала изнасиловали, потом ей понравилось». Но возможны самые разнообразные вариации, вплоть до «девка сама заставила связать ее и отыметь». А парень-то упирался, но потом… правильно, ему понравилось. И даже если происходящее условно относится к консенсуальному BDSM, считается хорошим тоном делать что-то, на что согласие партнера получено не было, даже если партнер кричит и вырывается. Да и вообще, не обговаривать заранее сценарий игры. Лишь очень подкованные в этом вопросе авторы слышали, что, оказывается, бывают какие-то «стоп-слова», о которых принято договариваться заранее. А не просто заставляют персонажей играть психолога 90-го левела, который чуть ли не телепатически (а то и таки да, телепатически) узнает, к чему партнер готов, а к чему не очень.

В отношении парней здесь с прикрученным фитильком работает архетип цундэрэ: вот кому в реальной жизни нравится, чтобы его постоянно били ногой с разворота и смешивали с дерьмом? Физический и вербальный абьюз в чистом виде; оправдание народное: она, конечно, бьёт, но и любит тоже! Так что если, отметелив вас, девушка начала мило краснеть и запинаться на слове «бака», то это вполне простительно. Впрочем, в подобном аниме насилие безобидно вплоть до мегатонных ударов, когда в действительности вряд ли многим хочется иметь дело с особой с эмоциональным интеллектом пятилетки, которая все вопросы предлагает решить на кулачках. А поговорить?

И это ещё не говоря о случаях умиления яндэрэ, где им выдают трагическое прошлое, чтобы главный герой с определённого момента начал яростно сопереживать на пару со зрителями и в итоге решил бы приголубить бедняжку, которой просто недоставало любви…

Не менее стандартный сюжет романтической маньхуа (в японской романтической манге по ощущениям автора правки тоже встречается, но реже): богатый и властный козёл главную героиню может насиловать, поднимать на неё руку, угрожать, шантажировать, рушить ей карьеру и жизнь, но раз у него очень много денег он это делает любя, то всё закончится свадьбой и семейным счастьем.

  • Sabagebu! — после того, как Урара ее окончательно достала, Момока зверски ее избила… И получила лесбиянку-мазохистку на шею. Причем, ввиду сволочного характера Момоки, избавиться от мазохистки никак не выходит — Урару слишком прет от Момоки.
  • Shinmai Maou no Testament — на Мио лежит веселенькое проклятье, которое в случае ее неповиновения хозяину срабатывает как мощнейший афродизак. И выключается только если заставить ее сексуально подчиниться. При первой активации вышли «насильственные действия сексуального характера», дальше девушка традиционно втянулась. Тем более, что за покорность левелап, а враги сожгли родную хату, и надо им за это мстить…
  • Fight Ippatsu! Juden-chan!! — тут, собственно, весь сюжет пронизан этим делом. Главный герой обожает вразумлять заряжаек битой по башке, причем как минимум одна из них жутко прется от этого. Плюс в наличии шоу внутри шоу, посвященное в основном пыткам и издевательствам над одной девочкой-волшебницей, от которых она опять же прется. А в конце вообще объединяется с пытавшей ее злодейкой.
  • Chotto Kawaii Iron Maiden — героиню затаскивают в школьный клуб пыток, участницы которого рады и других пытать, и сами пыткам подвергнуться. Сама героиня старательно упирается, но на самом деле просто столь же упорно подавляет свою натуру садиста. Из-за чего, собственно, участницы и уверены, что у них героине самое место. Мало ли что на словах не хочет.
  • Sundome — все отношения в главной паре построены на различных формах издевательства. По большей части психологического, но членовредительство аля «сунуть гвоздь в член» тоже встречается. Safe, Sane? Не, не слышали. Но парочка как раз-таки всем довольна и прется.
  • Death Tube — история про милый видеохостинг, на котором автор самого популярного видео получает денежку. И не только денежку — за хорошее видео организаторы еще и от полиции в случае чего отмажут. Насилия и его романтизации на любой вкус и размер. Тут вам и училка-мазохистка, которая прется от группового изнасилования. И горе тем насильникам, которые не смогут ее удовлетворить. И главная парочка, дебютным видео которой стало «любовница убивает любовника во время секса». Ну а что вы хотели от дуэта серийной убийцы и извращенца, у которого стоит только на топливо ночного кошмара?
  • Kangoku Jikken — манга об игре, в ходе которой ты похищаешь кого не жалко и держишь в плену месяц. У похищенного есть четыре попытки угадать имя своего похитителя. Угадал — победил, получил десять миллионов. Не угадал — денежки уходят похитителю. При чем здесь этот троп? А при том, что похитителю правилами запрещено ровно одно — убивать свою жертву. А вот вершить праведную месть… И нет, не волнуйтесь, это совсем не про изнасилования.

Видеоигры

  • Yandere Simulator — автор игры всячески подчёркивает, что Аяно и её мама ОЧЕНЬ плохие люди, но сама идея «яндере» — это сама суть романтизации насилия. Итак, что мы имеем. Мама главной героини убила свою соперницу, после чего похитила своего возлюбленного и держала его в подвале, пока тот не согласился стать «её и только её». От их союза родилась сама Аяно, которая родилась таким же бездушным чудовищем, как и мама. И вот, спустя годы, героиня влюбляется. Мнение объекта любви её совершенно не колышет. Этот бедолага — просто переходящий приз. Ян-тян надо разделаться с десятью соперницами, мирными или не очень методами. Вся фанбаза проекта держится на отмороженности местной героини. Но всем пофигу и все восхищаются чудовищностью Аяно.
    • И если Сэмпаю пол можно менять, то вот превращение Ян-тян в Ян-куна создатель не осилил. Но Капитан Очевидность замечает, что чудовищностью Ян-куна восхищались бы отнюдь не меньше.
  • Yandere: I Love You So I Want to Kill You — выбираем девушку по вкусу и заводим с ней романтические отношения. Причем тут романтизация насилия? Например, при том что одна из девушек — мазохистка, которая очень любит боль. И может выпустить себе кишки во время секса. ГГ это не возбуждает? Странно. Наверно, надо и ему кишки выпустить. Это-ж так классно, ему точно понравится! А ведь название честно предупреждает.

Музыка

  • Т. Шаов, «Любовное чтиво». Пародия. «Десять рослых мулатов схватили ее и раздели. Ее грудь напряглась и опять же, соски отвердели».