Родился не в ту эпоху

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
TVTropes.pngTV Tropes
Для англоязычных и желающих ещё глубже ознакомиться с темой в проекте TV Tropes есть статья Born in the Wrong Century. Вы также можете помочь нашему проекту и перенести ценную информацию оттуда в эту статью.
Склифосовский.pngВкратце
Персонаж считает, что ему комфортно было бы жить в другом временном периоде.
« Большинство людей думают, что Марв просто сумасшедший. Я же думаю иначе: ему просто не повезло родиться в не своё время. Он человек другой эпохи. Родись он на свет, когда на полях сражений лилась реками кровь, а топоры хищно вгрызались в тела своих врагов — то это был бы его дом. Или арена римского амфитеатра, где взяв в руку меч, он стал бы настоящим героем публики, а женщин, таких как Нэнси, кидали бы к его ногам. »
— Дуайт, «Город грехов».
« Выясняется, что жизнь — это сумма удобств. Казалось бы, что такое водопровод по сравнению с древнегреческими философами. Но потом вам надоедает натыкаться на великих мудрецов и слушать, как они распространяются про известные вам вещи. Вы начинаете скучать по удобствам и обычаям, которых раньше и не замечали. »
— Альфред Бестер, «Выбор»
Ада Лавлейс (урожденная Байрон), ставшая первым программистом в истории… за столетие до изобретения компьютеров. И да, это реальная история, хоть комикс и шуточный

Родился не в ту эпоху — говорят про персонажа, поведение и внешний вид которого слишком дисгармонирует с тем временем, в котором он живёт. Этот человек может выглядеть как брутальный варвар, который привык решать все сложные споры на поединках типа «Божьего суда». Да вот только на дворе начало 21-го века, и такие манеры приведут его разве что в тюрьму. Или же он гениальный учёный, который конструирует летающие машины, паровые двигатели и сложные автоматоны. Да вот только в Древней Греции это никому не нужно: летать по небу дозволено лишь богам, а рабский труд всё равно дешевле паровиков и роботов. Или он ведёт себя как галантный дворянин в старомодном костюме — а современные простые ребята гыгыкают над его вычурной речью.

Как вы уже догадались, такие персонажи редко получают счастливую судьбу, и по этой причине они любимы драматургами: ведь на фоне «родившихся не в свою эпоху» очень удобно показывать пороки и недостатки общества, которые особенно ярко выделяются возле них благодаря контрасту[1].

Родственный троп: Анахронизм. Если персонаж исполняет свою мечту — он попаданец. Часто пересекается с Раньше трава была зеленее, если персонаж опоздал родиться, или До того, как это стало мейнстримом, если опередил своё время.

Примеры[править]

Театр[править]

  • У. Шекспир, «Гамлет». Главный герой с его рефлексией. Заметно опережает свою эпоху в суждениях и по характеру. Вот только мудрствования его здесь никому не нужны. С волками жить… Приходится действовать, как попало. А на дворе-то ранее средневековье, да и христианство ещё в Дании не утвердилось.
    • Судя по тексту самой пьесы, Шекспир перенёс её действие в свое время. Или, точнее, наполнил её деталями, характерными для своей эпохи и понятными зрителю (тут вам и медные пушки, и университет, и латинские имена персонажей)
  • Гилберт и Салливан, «Микадо» — строчка из оперы « the idiot who praises, with enthusiastic tone, All centuries but this, and every country but his own…». Весьма глумливо описывает типичного представителя сабжа статьи.
  • А. Н. Островский, «Гроза». Кулигин и Барыня производят впечатление именно таких персонажей.
  • Борис Акунин, «Зеркало Сен-Жермена» — неудачливый «новый русский» и российский офицер конца 19 века на пороге самоубийства поменялись сознаниями. И оба, гм, нетипичным для современников поведением существенно повысили свой статус в обществе.

Литература[править]

« Наука в наши дни лишь подбирается к изучению и познанию феномена, давно называемого в обиходе «родиться не в свое время». Есть люди, внутренне невероятно сильно привязанные к определенному историческому периоду, и, родившись в другое время, они испытывают невероятные трудности, чтобы приспособиться к своему веку. Видимо, это явление — одно из исключений в стройной и согласованной работе законов природы, результат какого-то сбоя в космической системе времени и пространства. »
— Р. Говард раскрывает тему в романе «Альмарик»

Русскоязычная[править]

  • А. Аверченко, «Страшный человек» — «заблудившаяся душа рыцаря прежних времен, добывавшего себе средства к жизни шпагой, а расположение духа — любовью женщин, набрела на Химикова и поселилась в нем». С прикрученным фитильком, поскольку Химиков скорее трагикомический вариант чунибья, начитавшегося романов плаща и шпаги и отчаянно пытающегося косплеить их героев, смелых, сильных и успешных. Кончается это для него плохо.
  • Виктор Пелевин, «Чапаев и Пустота» — где-то на грани пародии. Пётр и психиатр беседуют о том, что воспитание Петра «запрограммировало его на жизнь совсем в другой эпохе». Психиатр подразумевает 199х год, а Пётр говорит о 1918.
  • Радий Погодин, «Шаг с крыши» — пятиклассник Витька Парамонов, сокрушающийся по поводу того, что живёт в скучное время, лишённое приключений, встречает на крыше волшебную синюю ворону, которая открывает ему секрет путешествий во времени. Витька отправляется в прошлое и попадает сначала к пещерным людям, затем во Францию времён мушкетёров, а после — в Россию времён Гражданской войны. Повесть детская, поэтому кончается всё хорошо: свалившийся с крыши ГГ отделался лёгким испугом, но в голове у него явно проясняется.
    • Ему в своём времени скучно, им овладевает какая-то неясная жажда приключений, но в остальном он обычный советский школьник. Так что с прикрученным фитильком.
  • Братья Стругацкие, «Далёкая Радуга» — Роберт Скляров. Как он сам подсветил в своих мыслях: «Я очень интересный человек: все, что я говорю, старо, все, о чем я думаю, банально, все, что мне удалось сделать, сделано в позапрошлом веке. Я не просто дубина, я дубина редкостная, музейная, как гетманская булава». Сложенный как античный бог красавец со стальными мускулами родился с сильным опозданием, в ревущую эпоху торжества научно-технического прогресса, где острый ум учёного ценится намного выше, чем физическая красота и бойцовская удаль. Никто беднягу не гнобит и не третирует (коммунары слишком тактичны для этого), но он и сам прекрасно чувствует и понимает свою неполноценность.
  • Михаил Успенский, «Белый хрен в конопляном поле» — оба сына короля Стремглава, Тихон и Терентий, начав изучать историю, дружно пришли к выводу, что живут не в своё время. Хотя и каждый по своей причине.
  • Огромное количество книг МТА про попаданцев, список которых автору правки нет ни сил, ни желания приводить здесь. Обычная завязка: в нашем времени герой/героиня были всеми гнобимыми лошарой/лохушкой и неудачниками, но после того, как он/она попали в (фэнтезийное) Средневековье/будущее, у него/неё внезапно всё наладилось и он/она ракетой возносится на вершину местной социальной пирамиды: принцессы/принцы пачками кидаются к его/её ногам, он/она оказываются Избранным(ой)/Просто Охрененно Талантливым Парнем/Девушкой и все встречные бьют ему/ей челом в землю/приседают и говорят «КУ». А все почему? А все потому, что авторский произ… эм, то есть он/она родился(-лась) в «неправильное» время, да.
  • Алескандр Бушков, «Меж трёх времен» — оборотистый бизнесмен Мокин вроде бы неплохо чувствует себя в России «лихих 90х», но всерьёз нацеливается перебраться лет эдак на 120 назад. Увы, машину времени так и не создали, а имитацию «Российской Империи образца 1880 года» разоблачил профильный специалист по той эпохе, историк Кузьминкин.

На других языках[править]

Произведения, где наряду с обычными действуют долгоживущие персонажи, которые действительно родились в другую эпоху. Под троп попадают и те, на кого они повлияли, как было у Толкина с эльфами и потомками нуменорцев. И Фарамира, и Арагорна постоянно сравнивают с древними королями. Но если эльфы в конце концов уходят из мира на Запад, то люди живут в той эпохе, которая у них есть. «Как в такие дни поступать и не оступаться?» — «Да как обычно, — отвечал Арагорн. — Добро и зло местами не менялись: что прежде, то и теперь, что у эльфов и гномов, то и у людей. Нужно только одно отличать от другого».

  • Мигель де Сервантес, «Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский» — старше, чем радио. Заглавный герой, обедневший дворянин Алонсо Кехана, на старости лет начитался рыцарских романов и, взяв себе звучный титул «Дон Кихот Ламанчский», пошел геройствовать на просторах родной Испании. Да вот только на дворе совсем не рыцарский XVII век, и поэтому новоявленный идальго своими «подвигами» вызывает только насмешки. Тут, впрочем, прикручен изрядный фитилёк: скорее всего, даже в XII—XIII в. наш герой был бы не к месту, так как жизнь настоящих рыцарей от той, что описывалась в романах, отличалась очень сильно.
  • Г. Х. Андерсен, «Калоши счастья» — советник юстиции хотел жить во времена короля Ганса. Калоши исполнили его желание. Бойся исполнения своих желаний!
  • Жюль Верн, «Робур-Завоеватель» — в конце романа заглавный герой вызывает такое ощущение.
  • Джек Лондон, «Когда мир был юным». У героя две личности, одна из которых — первобытный дикарь-тевтонец.
  • Артур Конан Дойл, «Затерянный мир» — профессор Челленджер выглядит и ведёт себя как самый настоящий пещерный человек. Очень ярко подсвечено самим автором: когда профессор попадает в плен к обезьянолюдям, то ему выделяют почётное место возле вождя племени, с которым у того удивительное внешнее сходство. Тем не менее, несмотря на свой буйный темперамент и внешность неандертальца, Челленджер один из самых блестящих учёных своего времени. И он трогательно нежно относится к своей жене.
  • Роберт Говард, «Альмарик» — книга начинается аж с небольшого эссе на тему «родиться не в своё время», посвящённого главному герою, боксёру Иссе Керну, который «был чужаком в современном мире. Его разум, чувства, инстинкты — все тянуло его в первобытные доисторические времена». Ну и в итоге он стал попаданцем именно на такую планету.
  • Brave New World — Дикарь (Джон). Ну право, что делать человеку, выросшему в настоящем племени, в мире давно победившего потребительства?
  • У. Голдинг, «Повелитель мух» (и его предшественник Р. Баллантайн, «Коралловый остров») — Ральф даже для викторианской Англии старомоден. Где бы он был к месту? Во времена Робинзона и Гулливера, разве что? Утопист-просветитель.
  • Эдмонд Гамильтон, «Звёздные короли» — книга о попаданце из нашего времени в космооперное будущее, но есть и необычный пример. «Может быть, я осколок вашего мира, Джон? Родился не в ту эпоху. Может быть…» — главзлодей Шорр Кан.
  • Роберт Хайнлайн, «Дверь в лето» — критика «прекрасного прошлого». По мнению протагониста-технократа, будущее всегда лучше — хоть адаптироваться в нём и непросто.
  • Дуглас Адамс, «Автостопом по галактике» — мистер Проссер. Является прямым потомком Чингисхана, о чём не знает. Любит маленькие меховые шапочки, мечтает повесить топор над входом в свой дом. Часто видит пожары, сражения и прочие «сцены из жизни предка», но не понимает их причины и они его беспокоят.
  • Альфред Бестер:
    • «Выбор» — деконструкция: в самом разгаре Третьей Мировой рядовой статист Адьер случайно находит агентство путешествий во времени, созданное именно для людей, считающих себя «родившимися в неправильное время». Обрадованному Адьеру, который считает, что должен был родиться на сто лет раньше, работники агентства терпеливо объясняют, что на самом деле жить в другом времени — очень сложно и опасно, и утопии нет нигде: «сквозь дымку лет все времена, кроме нашего, кажутся золотыми и величественными. Мы жаждем будущего, мы томимся по прошлому и не осознаем, что выбора нет… что день сегодняшний — плохой или хороший, горький, тяжелый или приятный, спокойный или тревожный — единственный день для нас. Ночные мечты — предатели, и мы все — соучастники собственного предательства». Протагониста (как опасного свидетеля) вышвыривают без возврата в любое время на его выбор; прецедент уже имеется: японец, мечтающий вернуться в свою Хиросиму 1945 года, потому как в будущем ещё гаже.
    • «Феномен исчезновения» — не совсем по теме, так как персонажи бегут в собственное вымышленное прошлое из глобальной войны.
    • «Аттракцион» — в наше время путешествуют из будущего за острыми ощущениями (на каковые путешественники активно напрашиваются).
  • Урсула Ле Гуин, «Апрель в Париже» — профессор Барри Пенниуизер, изучающий поэтов средневековой Франции, чувствует себя несчастным в своём времени. Поэтому он обрадовался, когда оказался призван алхимиком Ленуаром вместо демона в столь любимую им Францию XV в. Здесь он нашёл надёжного друга и женщину, в которую влюбился. Чуть позже Ленуар призвал Кёслк — археолога из VIII тысячелетия н. э., которой было скучно и душно в родном утопическом будущем. Ей местное время тоже пришлось по вкусу.
  • «Досье Дрездена» — Никодимус считает, что несколько столетий назад такой человек, как Джонни Марконе, мог бы создать королевство и обеспечить его процветание с помощью стабильного, эффективного и, когда требуется, безжалостного правления. Его подданные в этом случае наверняка потом многие годы слагали бы песни о «нашем добром короле Джоне». Но век королей-завоевателей давно ушёл в прошлое, и ныне Марконе все считают преступником. С прикрученным фитильком: сам Марконе своим положением вполне доволен и никакой особой ностальгии по «старым добрым временам» не испытывает.
  • Патрик О’Брайан, «Хозяин морей. Командир и штурман» — доктор Стивен Мэтьюрин так рассуждает о капитане Джеке Обри, который капитанствует в эпоху наполеоновских войн, когда он обязан действовать в рамках закона и сталкиваться с бюрократическими препонами, а судьбой явно был предназначен родиться во времена расцвета пиратства.
  • Дорис Лессинг, дилогия «Пятый ребенок» и «Бен среди людей» — Бен Ловатт, человек с неандертальским набором генов, рождённый в Великобритании середины ХХ века, которому плохо живётся в современности. Он не может усвоить школьную программу, его многие презирают или боятся, а другие, пользуясь его наивностью, используют и эксплуатируют. В конце книги «Бен среди людей» кончает жизнь самоубийством.
  • Пол Андерсон, сборник повестей «Патруль Времени»:
    • «На страже времён» Первый напарник главного героя, англичанин примерно начала двадцатых годов рождения, считает «золотым веком» Викторианскую Англию. В конце концов он нарушает все запреты и инструкции, самовольно вмешиваясь в ход времени и спасает свою невесту, погибшую под нацистскими бомбами. Это не сошло бы ему с рук, но благодаря действиям главного героя теперь уже бывшему напарнику разрешают завершить задуманное и прожить остаток дней в избранной им эпохе со своей возлюбленной.
    • Интересная субверсия в другой повести цикла (название которой само по себе спойлер) «Легко ли быть царём». Друг главного героя пропадает во время операции где-то в древней Персии. Герой, по просьбе молодой жены пропавшего (к слову, его собственной бывшей невесты, которая предпочла ему приятеля), отправляется на поиски… чтобы с изумлением узнать пропавшего приятеля в Кире Великом. Не будем описывать, как подобное могло произойти, достаточно сказать, что пропавший не по своей воле прожил в этой эпохе не один десяток лет, пережив множество приключений, от военных до романтических, и заняв названное выше положение в обществе. Путём хитрого финта ушами главному герою удаётся частично исправить ситуацию, вернув в историю настоящего Кира, но вот вычеркнуть несколько десятков лет жизни своего друга он не может, это создаст парадокс времени, ибо о произошедшем он узнал именно от него. Патрульные Времени конечно не бессмертны, но благодаря доступу к медицине далёкого будущего живут явно дольше обычного, так что пропавший возвращается в своё время к молодой жене… И только теперь понимает, что это время больше не его: его временем был теперь уже не существующий вариант империи Ахеменидов, где остались друзья, возлюбленные и прожитая жизнь.
  • Диана Гэблдон, серия «Чужестранка» — главная героиня, медсестра Клэр Рэндалл, переносится во времени из 1945 в 1743 год, где находит свою любовь и заводит семью. В конечном итоге она возвращается в своё время, но решает вернутся обратно в 18 век, используя затем свои познания в медицине для помощи людям.
  • Майкл Крайтон, «Стрела времени» — Андре Марек. Интересный случай: он серьезно увлечён средневековой культурой и активно тренировался как мечник-реконструктор, но не питает никаких иллюзий насчёт того, насколько комфортно будет современному человеку в навозных веках. Тем не менее, в конце романа всё же остается в Средневековье вместе с любимой женщиной из этого времени.
  • Люси Мод Монтгомери, «Аня из Зелёных Мезонинов» — главная героиня Энн Ширли считает, что современная (начало 1900-х) деревня Авонлея слишком скучна и лишена романтики. Она восхищается гораздо более героическим, по её мнению, Средневековьем.
  • Тим Пауэрс, «Врата Анубиса» — профессор Брендан Дойл, изучающий поэзию XIX в., застрял в Лондоне в 1810 г. после того, как отделился от своей партии путешественников во времени. Тем не менее, это время ему понравилось гораздо больше родного.
  • Роберт Силверберг, «Когда нас покинули мифы» — где-то рядом с тропом: внутримировой позитивный пример. Утопическое общество будущего призывает героев и богов из прошлого и мифов. Когда же людям будущего наскучили шумные и постоянно требующие внимания герои, их отправляют откуда взяли; большая часть «попаданцев» вовсе не в восторге от перспективы возвращения (хотя есть и такие, кто пресытился будущим и ничего, кроме презрения, не испытывает). Инопланетное вторжение ломает всю утопию, а герои не желают возвращаться и защищать потомков…
  • Джек Финней, «Меж двух времён» — главный герой получает работу в таинственном агентстве, которое занимается исследованием путешествий во времени. Он отправляется в конец XIX в., где встречает девушку, в которую влюбляется, а также становится участником опасных приключений. В конечном итоге решает остаться в этом времени, напоследок изменив историю так, чтобы отправившее его в это время агентство никогда не появилось.

Поэзия[править]

«

Минивер Чиви свой удел Клял и поры своей стыдился, Худел, мрачнел и сожалел, Что он родился.

Минивер, предан старине, Пожалуй, если увидал бы Рыцаря в латах на коне, То заплясал бы.

Минивер всех людских забот Бежал и знал свое упрямо: Афины, Фивы, Камелот, Друзья Приама.

Минивер плакал, что с былой Славой ослабли нынче узы.- Бредет Романтика с сумой, И чахнут Музы.

Минивер в Медичи влюблен Заочно был, прельстясь их званьем. Как жаждал приобщиться он К их злодеяньям!

Минивер будничность бранил, Узрев солдата в форме новой, И вспоминал про блеск брони Средневековой.

Минивер золото презрел, Но забывал свое презренье, Когда терпел, терпел, терпел, Терпел лишенья.

Минивер Чиви опоздал Родиться и чесал в затылке, Кряхтел, вздыхал и припадал В слезах к бутылке.

»
— Эдвин Арлингтон Робинсон, «Miniver Cheevy» (перевод А. Сергеева).

Кино[править]

  • «Нэнси Дрю» 2007 года — из Нэнси сделали сабж. Действие фильма происходит в начале XXI века, однако девушка обожает ретро, одевается и ведёт себя, как было принято в США в 1930-50-е годы, водит винтажный автомобиль и печёт сырные пироги (аналог хачапури, а не современные чизкейки), которыми постоянно всех угощает. Это аллюзия на книжную серию «Нэнси Дрю», которая начала издаваться в 1930 году и вышла на пик популярности в середине ХХ века.
  • «Театр крови» — одержимый Шекспиром трагик Лайонхарт (т. е. Львиное Сердце, возможно, дальний потомок прославленного короля). Ему бы и жить во времена Шекспира и выпиливать насмешников на дуэлях — никто слова бы не сказал; но он жил и отнимал жизни у насмехавшихся над ним театральных критиков в двадцатом веке, так что ловили его как обычного серийного убийцу.
  • «Назад в будущее-3» — Доку Брауну, который из-за аварии попал во времена Дикого Запада, это время понравилось больше, чем родной 20-й век: он стал уважаемым кузнецом и нашёл здесь свою любовь. Были, правда, и свои минусы в виде местных разбойников, готовых убить за пару долларов…
  • «Бегство мистера Мак-Кинли» (с песнями Высоцкого и его мини-ролью): после создания своеобразной «машины времени в один конец» некоторые люди стали считать, что их место — в будущем. С прикрученным фитильком — не факт, что им там понравится.
«

…Разбудит вас какой-то тип И пустит в мир, где в прошлом — войны, боль и рак, Где побежден гонконгский грипп. На всем готовеньком ты счастлив ли, дурак?!

»
— «Баллада об уходе в рай»
«

— У меня вот тоже один такой был — крылья сделал… — Ну-ну-ну-ну-ну? — Что «ну-ну»? Я его на бочку с порохом посадил, пущай полетает!

»
— диалог Ивана Грозного и Шурика
  • «Полночь в Париже» — главный герой из нашего времени переносится в 1920-е годы, где встречает своих кумиров — Хэмингуэй, Дали, Стайн — и, буквально зарядившись духом «ревущих двадцатых», получает вдохновение для написания книги. Встреченная им в этом времени девушка Адриана, в свою очередь, считает золотым веком 1890-е. Встреченные ею после путешествия во времени Дега, Гоген и Тулуз-Лотрека, что забавно, считают «золотым веком» уже Ренессанс. В конце-концов ГГ приходит к выводу, что сама концепция «золотого века», при всей её соблазнительности, является не более чем попыткой уйти от действительности. Поэтому он решает вернуться в родное время и сделать его «золотым» своими силами. Увы, убедить в этом Адриану, в которую он влюбился, у него не получается, и та остаётся жить в конце XIX века.
  • «Путешествие в машине времени» — Джек Ричардсон (он же Джек Потрошитель), который использовал машину времени Герберта Уэллса чтобы бежать от полиции и попал в 1979 год, быстро и органично влился в полукриминальный ад (каковым должен был казаться подобный уклад жизни для выходца из Викторианской Англии) современного мегаполиса, а в конце фильма в своей речи с усмешкой обращает внимание главного героя на то, что время подтвердило его правоту — нет никакой научно-технической утопии, о которой мечтал писатель, зато по вине человечества уже разразилось две чудовищные бойни, масштаб и кровавость которых превосходят всё то, что совершил маньяк.
« Девяносто лет назад я был чудовищем. А теперь я просто любитель. »
— Джек Ричардсон.
  • «Пёс-призрак: путь самурая» — главный герой родился и не в том веке, и не в той стране: он живёт в соответствии с бусидо, кодексом чести самурая, ведёт уединённый образ жизни и проводит время в тренировках с катаной и чтении «Хагакурэ», собрания изречений самурая Ямамото Цунэтомо, жившего в XVIII веке. И как и положено настоящему самураю, он до смерти предан своему господину — итальянскому мафиози Луи Боначелли.
    •  …который, как и вся его мафиозная тусовка, тоже подпадает под троп: старательно пытаются изображать из себя крутую и жесткую итальянскую мафию периода Великой Депрессии. При этом их сборище чуть не выкидывает за порог владелец ресторана: у «мафии» нет денег, чтобы аккуратно оплачивать аренду задней комнаты, где они хрестоматийно собираются для решения вопросов, причем владелец ресторана с явным пренебрежением риторически интересуется, кто они вообще такие и для каких таких разговоров им постоянно нужна его задняя комната. Проще говоря, вся эта мафия — стайка жалких мелких жуликов, ряженых под настоящих мафиози. Правда убивают и умирают по-настоящему.
  • «Парк Юрского периода 2: Затерянный мир» — охотник Роланд Тэмбо. Во времена Викторианской Англии он стал бы национальным героем, бросающим вызов дикой и безжалостной природе, не щадящей слабых и малодушных. Но в наше время его считают жестоким мясником и рыцарем крови, одержимым уничтожением вымирающих животных.

Телесериалы[править]

  • Оригинальный Star Trek, эпизод «Город на краю вечности». Эдит Килер, общественная активистка и пацифистка, живущая в США времён Великой депрессии, чьи идеалы соответствуют жизненной философии и морали Федерации из будущего. Увы, оказалось, что если возглавляемое ею общественное движение наберёт силу, то Гитлер сможет победить в войне и это привёдет к краху того мира, которое знает экипаж «Энтерпрайза». И поэтому попавшему в прошлое капитану Кирку, который влюбился в эту необычную женщину, приходится бездействовать[2], когда её сбивает грузовик.
  • «Лучше звоните Солу» — Чак Макгилл считает, что страдает от гиперчувствительности к электромагнетизму, поэтому он исключил из своей жизни электроприборы. В XIX веке Чаку бы понравилось.
  • «Пропавшие письма» — главный герой Оливер О’Тул предпочитает читать книги классиков вроде Шекспира и пользуется старыми добрыми письмами вместо новомодных гаджетов. В современном мире ему отчётливо некомфортно.
  • «Ожившая книга Джейн Остин» — Аманда Прайс и Элизабет Беннет (главная героиня романа Джейн Остин «Гордость и предубеждение») меняются местами: первая попадает в мир книги в XIX век, а вторая — в современный Лондон. Обе девушки в конечном итоге с удовольствием втягиваются в жизнь той эпохи, в которой оказались, решив не возвращаться обратно.
  • «Хранилище 13» — Хелена Г. Уэллс. Писательница-фантаст, скрывавшая свою настоящую личность под мужским псевдонимом «Герберт Уэллс», так как в условиях Викторианской Англии она бы подверглась осуждению. Оказалась в своеобразной гибернации (была превращена в бронзовую статую) и в таком виде дожила до наших дней. После «разморозки» достаточно спокойно восприняла гаджеты и технические новшества 21-го века — что неудивительно, так как большую часть из них она предсказала в своих книгах. Наше время дамочке определённо нравится гораздо больше родного.
  • «Гости из прошлого» — из трёх сестёр Эйнсворт, родившихся в 19-м веке, Хэйзл быстрее всего адаптируется в современном мире.
  • «Правосудие» — главный герой Рейлан Гивенс. Современный страж правопорядка, действующий в стиле законников XIX века. Естественно, его лихие (хоть и эффективные) ковбойские методы не находят понимания у начальства.
  • «Без следа» — в одном из эпизодов фигурировал в качестве подозреваемого необычный человек, который одевался, разговаривал и обставил свой дом в стиле 1940-х годов. Он даже читал архивные копии газет того времени вместо современных!
  • «Звёздный путь: Вояджер» — Том Пэрис является настоящим фанатом двадцатого века (при том, что живёт в 24-м). В нескольких эпизодах его глубокие познания истории нашего времени оказываются очень полезными.
  • «Клан Сопрано» — Тони и другие его знакомые гангстеры хорошо понимают, что золотой век итальянской мафии закончился ещё до того, как они стали взрослыми, но им трудно смириться с этим.

Мультфильмы[править]

  • «Машинка времени» — в сеттинге мультфильма мир развивается только в лучшую сторону, а потому людей, отставших от своего времени, направляют на перевоспитание в более соответствующую их наклонностям эпоху. С прикрученным фитильком, так как даже в каменном веке хулиган оказался слишком малокультурен, ловелас даже в полигамном мусульманском мире завел слишком много жён, а спортивный фанат сумел «задолбать» древних римлян, которые любили хлеб и зрелища.
  • «Орлёнок» — герой хотел бы жить во времена Гражданской Войны, когда о героях слагали песни. Ему посоветовали прожить в своём времени так, чтобы быть достойным песни: «Каждый должен прожить свою, а не чужую жизнь».

Комиксы[править]

  • Красная Фурия — Отто Вёльсунг и его банда «Дикая стая». Эталон варваров 21 века.
  • Sin City — Марв (см. эпиграф) является отмороженным громилой с психическими проблемами, который привык решать все сложные вопросы силой. Тем не менее, он трогательно нежен с женщинами и старается не причинять вред другим живым созданиям кроме человека (да и обычным людям, вообще-то, тоже: Марв калечит и убивает исключительно мерзавцев). И будем честны: на фоне многих других персонажей, населяющих Бейсин-Сити, Марв выглядит зачастую как благородный рыцарь.
  • DC — пилот ВВС США Трэвис Морган в результате авиакатастрофы попал в Скартарис — расположенный внутри нашей Земли дикий мир, где сосуществует колдовство, первобытные люди и динозавры. Взяв себе кличку Варлорд, Трэвис стал исследовать это место и очень скоро так органично влился в местную жизнь, что и думать забыл возвращаться обратно — ему в здешнем первобытном обществе намного комфортнее, чем в нашем мире.
    • Зинда Блейк, более известная как Леди Блэкхоук. В родном времени (40-е годы XX-го века) из-за своих феминистских убеждений регулярно подвергалась дискриминации. Несмотря ни на что смогла стать первой женщиной-лётчиком в знаменитой эскадрильи «Блэк Хоук» и успешно воевала против нацистов. Во время одного инцидента перенеслась во времени в наши дни, которые ей понравились намного больше родного «патриархального прошлого». Единственный дискомфорт, который испытывает девушка — современная музыка ей категорически не нравится, а обсудить свои любимые шлягеры она может только с престарелыми ветеранами.
    • Генерал Зод возмущён тем, что криптонцы перестали быть гордой расой воинов, перед которыми когда-то трепетала вся Вселенная. Поэтому он намерен возродить это «славное» время.
  • «Невероятные приключения Лавлейс и Бэббиджа. (Почти) правдивая история первого компьютера» — заглавный дуэт учёных, которые создают компьютер в Викторианской Англии. Основано на реальных событиях!
  • «Кельвин и Хоббс» — из-за технофобии своего отца Кельвин однажды с негодованием отмечает, что он «дитя 21-го века, живущее в семье 19-го!».

Веб-комиксы[править]

  • Questionable Content — Уилл говорит, одевается и ведёт себя как поэт эпохи королевы Виктории. К счастью для него, в его родном городе есть тематический паб, как раз посвящённый данному времени, где он и работает.

Аниме, манга и ранобэ[править]

  • Doraemon — в своём времени главный герой Нобита считается ленивым неудачником, у которого только один единственный условно полезный навык — сверхметкая стрельба (в законопослушной Японии конца XX-го века, само собой, от подобного больше вреда, чем пользы). Тем не менее, в эпизоде, в котором он переносится во времени на Дикий Запад, он спас день и стал героем, когда своей меткой стрельбой отогнал бандитов.
  • Saiki Kusuo no Psi Nan — главному герою Сайки Кусуо, мощнейшему псионику, не повезло родится в нашем времени как минимум на пятьсот лет раньше срока. Он обладает телепатией, телекинезом, телепортацией, может управлять временем и до кучи является человеком-плюс. Тем разительнее контраст с остальным человечеством, в лице одноклассников Сайки и его родных, которое на его фоне похожи на недоразвитых туповатых приматов (что даже подсвечивается его старшим братом-гением).
  • Vinland Saga — Луций Арторий Каст. Этому хитроумному и расчётливому мерзавцу явно стоило родиться во время расцвета Римской империи, где он смог бы по-настоящему развернуться. Но у судьбы своё мнение — и под именем Аскеладд он вынужден теперь жить в конце Эпохи Викингов среди презираемых им кровожадных варваров-норманнов.
« — Ты молод. Время на твоей стороне. Ты возмужаешь, а я состарюсь. Однажды придёт день, когда я проиграю тебе. Ясное дело. Умирают все. Даже сильнейшие. Оглянись вокруг, Торфин. Нынешние жители Англии — саксы — не создавали строения, руины которого ты видишь. Его построили жители, бывшие здесь до них. Вроде сильный был народ. Однако пять сотен лет назад саксы их уничтожили. Римляне. А земли звались Британией. Великая была цивилизация. Нынешняя ей не чета. »
— Аскеладд ностальгирует.

Видеоигры[править]

  • Stellaris — можно найти у какой-то примитивной цивилизации учёного, который отличается невероятной гениальностью. Можно оставить его, чтобы они сделали сильный рывок в развитии, либо забрать себе как учёного. Тот же троп отыгрывают и падшие империи, когда они заявляют, что потенциал одного из ваших учёных расходуется зря и вообще, лучше бы он работал у них в архиве.
  • Diablo II — NPC Ларзук. Кузнец у варваров (!) додумался до паровых дирижаблей и пушек, но добра на их постройку не получил (да и некогда было). А ещё он моет руки перед едой.
  • Space Colony — один из персонажей, Чарльз, обладает манерами, лексикой и внешностью офицера британского Royal Navy времён Первой мировой войны. Тем не менее, он родился где-то в 22-м веке и в настоящее время живёт на экспериментальной космической колонии. Как работник и просто человек он не вызывает никаких нареканий, но его работодатели и коллеги-колонисты чрезвычайно озадачены этой особенностью его личности.
  • Brütal Legend — Эдди Риггс отчётливо ностальгирует по 1960-70-м годам, золотому времени для любого музыканта, которое ему так и не удалось застать.
  • Mercenaries — Маттиас Нильсен явно чувствовал бы себя как дома во времена его предков-викингов.
  • Far Cry Primal — Урки. Пещерный человек, который додумался до создания дельтаплана, доспехов и репеллента для отпугивания животных. Увы, он далеко не гений (на самом деле Урки даже глупее большей части других Винджа), и поэтому в ходе реализации своих «прожектов» постоянно терпит эпические и дико уморительные фейлы.

Визуальные романы[править]

  • Danganronpa 2: Goodbye Despair — Пеко обладает навыками и моралью, более соответствующим самураям периода Эдо, чем современному японскому обществу: она носит бамбуковый меч (которым виртуозно владеет), абсолютно предана своему господину и без раздумий готова отдать свою жизнь, чтобы «смыть позор».

Музыка[править]

  • В песнях многих викинг-металлистов то и дело проскакивает желание родиться во времена великих предков, настоящих суровых мужиков.
    • Яркий пример — Turisas — Among Ancestors. С темой заигрывает и клип на Ten More Miles, хотя песня не о том.
  • Сергей Никитин на слова Александра Кушнера, «Времена не выбирают» — деконструкция.
  • Алькор, «Московская маньячная» (Мы, московские ребята (и девчата), не в то время родились). Речь идет, понятно, о ролевиках.
  • Канцлер Ги, «Раймон VII». То ли реинкарнировавший в наше время герой вспоминает свою прошлую жизнь, то ли наш современник воображает себя живущим в прошлом.
  • Джамахирия, «Автостопом до Вудстока». И ведь совсем немного опоздали, всего на несколько десятилетий.
  • Blackmore’s Night, «Renaissance Faire» — настоящий гимн реконструкторам.
  • Тони Бэнкс, «Throwback» — главный герой песни прямо говорит о себе: «I don’t know how, but I’m trapped in the wrong time».
  • Джимми Баффетт, «A Pirate Looks At 40» — протагонист утверждает, что родился с опозданием на двести лет, пропустив предназначенный ему золотой век пиратов.
  • «Ария» — «Твой новый мир»: герой-геймер мечтал родиться сотни лет назад, чтоб на турнирах биться в блеске чёрных лат.

Поэзия[править]

  • Елена Коковкина, «Мы не этого времени дети...»

Реальная жизнь[править]

  • Известная фраза «Мы родились слишком поздно, чтобы исследовать планету, но слишком рано, чтобы исследовать космос». Цитируется на все лады по разным поводам.
  • Многие консерваторы. И прогрессисты тоже.
  • Король Баварии Людвиг II очень любил фэнтези, косплей и ролевые игры… в XIX веке, сильно до того, как это стало мейнстримом. Сам Людвиг считал, что родился слишком поздно (мол, ему бы саблю, да коня, да на подвиги!), а теперь мы понимаем, что слишком рано. При жизни его объявили сумасшедшим, а в наши дни стал бы кумиром гиков и организатором Комик-конов…
    • Однако сейчас туристические агенства Баварии могли бы и скинуться на памятник (и со студии Диснея взнос стребовать). Для развития туристического бизнеса того, что сейчас находится на территории его страны, Людвиг II сделал больше, чем кто-либо другой.

Примечания[править]

  1. Что характерно, пороки и недостатки того общества, в котором герой якобы должен жить, в подобных произведениях зачастую умалчиваются.
  2. На самом деле всё ещё страшней: Джим хватает и удерживает своего друга Боунса, стоящего рядом же, не знающего, какую роль сыграет смерть Эдит для будущего, и по вполне естественным причинам почти кинувшегося спасать женщину из-под колес.