Обыденный кошмар

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
TVTropes.pngTV Tropes
Для англоязычных и желающих ещё глубже ознакомиться с темой в проекте TV Tropes есть статья Mundane Horror. Вы также можете помочь нашему проекту и перенести ценную информацию оттуда в эту статью.
« Мы живем в недружелюбное время. Впрочем, все времена недружелюбные. »
— «Малазанская книга павших», книга «Полночный прилив»
« Есть только один ад, принцесса. Тот, в котором мы живем сейчас. »
— Мелисандра принцессе Ширен Баратеон, Game of Thrones
Обычный вагон-ресторан, говоришь?

Иногда зомби-апокалипсисы, древние проклятья, ктулхустанские монстры и маньяки с топором не производят на читателя/зрителя должного впечатления. Почему? Ну потому что это всё слишком непохоже на то, с чем мы можем столкнуться в жизни, и аудитория просто не способна подавить недоверие. Вот тогда на помощь и приходит обыденный кошмар. Суть этого приёма в том, что показывается/описывается очень жизненная ситуация, как правило, уютная и вызывающая ощущение погружения в неё, но при этом одна-две мелких детали меняют её смысл на противоположный. Это может быть, например, маленькая красная лужица, вытекающая из-под запертой двери, или небрежно оброненная фраза с ну очень зловещим подтекстом, или ещё что-то в этом роде. Из-за этого сразу становится понятно, что герой или в гостях у кого-то не слишком хорошего (психопата-убийцы, ожившего мертвеца, инфернального Зла в человеческом облике — подставьте нужное), или в каком-то «не таком» мире (во сне, в галлюцинациях, в коме, в жуткой параллельной реальности — или ещё хуже).

Если сам герой «кошмара» вокруг себя не замечает, а аудитория замечает только задним числом — это ужас у холодильника.

Примеры[править]

Литература[править]

  • Роальд Даль, «Хозяйка пансиона»: уютный пансион с приятной хозяйкой, где буквально каждая деталь намекает на нечто жуткое. У неё проживают два гостя, про которых недавно писали в газетах по одному и тому же поводу, и оба эти гостя всё у неё в пансионе, хотя приехали уже больше года назад… А ещё она угощает постояльцев ароматным чаем с привкусом горького миндаля и делает чучела из своих любимцев.
  • Р. Л. Стайн тоже иногда любит это дело, наряду с более «лобовыми» ужасами. Например, в книге-игре «Заклятие Чародея» можно наведаться к милой Бабушке Капусте, живущей в уютном домике… При этом у неё в доме странно пахнет, на полу лежит что-то, похожее на зуб, в кладовке стоит корм для волка, а голубые глаза в какой-то момент кажутся жёлтыми… Она оборотень-людоед!
  • Юрий Нестеренко, «Газета»: жизнь главного героя постепенно меняется в эту сторону. Очень странные газетные заметки, куда-то подевавшийся сосед и его жена, выбрасывающая в мусор мешок с чем-то похожим на кости, и много чего ещё…
    • Его же «Комбинат». Жизнь в городе Красноленинске и в самом деле похожа на кошмар, но на первый взгляд в нем нет ничего мистического — обычная безнадега депрессивной российской провинции: нищета, серость, алкоголики, бомжи, аварийные дома, коррумпированная милиция и т. п. Но постепенно проявляется все больше странностей: в городе всегда плохая погода, никто никогда не видит его мэра, горожане отказываются говорить, что производит Комбинат (единственное градообразующее предприятие), но выезжающие с его территории машины нагружены пустыми ящиками, которые отправляются прямиком на свалку…
  • Стивен Кинг любит этот троп. Во многих его романах поначалу долго показывается обычная жизнь героев, в которой не происходит никаких странностей — а если и происходит, то им находятся рациональные объяснения. До поры до времени.
    • «Крауч Энд»: молодая семейная пара случайно заехала в незнакомый район Лондона. С виду всё выглядит вроде обычно, но некоторые детали настораживают: странный газетный заголовок, кот в витрине с изуродованной мордой, трое байкеров, у которых, как показалось героине, были крысиные морды, и др. А потом кошмара становится всё больше, а обыденности всё меньше.
  • Лабиринты Ехо: Книга Огненных Страниц, проклятый артефакт, показывает читающему её сабж. Именно потому, что кошмар обыденный (ну, в реалиях мира Стержня, разумеется), отличить его от реальности жертва не может, и в итоге умирает от ужаса. Макс даже после такого, конечно, выжил, но и то, только благодаря приходу кавалерии, и потом очень долго отходил.
    • Не от ужаса, а от бесконечного, всепоглощающего горя, теряя все, что дорого, погружаясь в пучину безумия со всеми вытекающими.
  • Макс Далин, «Рукопись, найденная под прилавком»: главный герой — продавец книг в метро, у которого именно такая повседневная жизнь: мертвецы-пассажиры в метро, электрические пауки, слова, вытекающие из книг… А потом он выходит не на той станции и вообще попадает в жуткую альтернативную реальность. А возможно, что это всё бред сумасшедшего.
  • Новеллы Кафки, в которых отсутствует явная фантастика (вроде той, что в «Превращении»), обыденный кошмар всё равно в наличии — «В исправительной колонии», «Приговор» и т. д. Собственно, Кафка и не стремился во что бы то ни стало испугать, а описывал своё презрение к жизни, бывшее его обыденным состоянием.
  • Роберт Силверберг «Как мы ездили смотреть конец света» — пока буржуа развлекаются новым аттракционом «понаблюдать за различными концами света», конец света неспешно обыденно наступает…

Кино[править]

Кратко о фильме «Малхолланд Драйв»: Увидеть «ведьму» и умереть!
  • «Лестница Иакова» — очень много такого. Обычный с виду бомж, у которого сзади торчит что-то вроде хвоста, кровь в раковине в общественном туалете (в невошедшей сцене), жуткий неаппетитный предмет в холодильнике, и др.
  • «Между» Фрэнсиса Форда Копполы. Главный герой, изучающий жизнь Эдгара По, приходит в старый отель, где когда-то останавливался писатель; отелем управляет очень странная семейная пара, прямо на полу могилы, и где-то поблизости бродит бледная девочка в белом платье… Потом оказывается, что ему это всё приснилось, и когда он приходит туда при свете дня, здание оказывается заброшенным.
  • Дэвид Линч очень любит это дело.
    • «Малхолланд Драйв»: два героя беседуют в закусочной, один рассказывает о своём ночном кошмаре, в котором на заднем дворе закусочной обитал какой-то монстр. Второй предлагает пойти проверить, чтобы успокоиться, всё это происходит среди бела дня при большом количестве посетителей. Они подходят к углу здания, никого не видно, и когда герой уже почти готов успокоиться… угадайте чего?
    • «Шоссе в никуда»: сцена на вечеринке, где главный герой встречает инфернального персонажа.
  • «Женщина с разрезанным ртом». Демоническая маньячка Таэко Мацузаки с разрезанным от уха до подбородка ртом, окровавленными ножницами, внезапным появлением и маниакальным преследованием жертвы даст линчевской ведьме сто очков вперед. Особенно когда она снимает маску и показывает свое обезображенное лицо.
  • «Квартирная трилогия» Полански — про обычных жильцов многоквартирных домов, сталкивающихся с сабжем.
    • «Отвращение» — одинокая девушка постепенно сходит с ума, начинает видеть у себя дома трещины в стенах и кого-то, кто на неё нападает.
    • «Ребёнок Розмари» — главная героиня после своей беременности испытывает странные симптомы типа желания есть сырое мясо, а также начинает подозревать, что её муж, врач и милые соседи — члены сатанинской секты и хотят принести её ребёнка в жертву. Что характерно, в первом она оказалась права.
    • «Жилец» — соседи терроризируют своими претензиями забитого тихоню, постепенно он начинает считать, что они его доводят до самоубийства и наблюдать странные вещи: например, по ночам они часами стоят в общем туалете, а потом стены туалета оказываются расписаны египетскими иероглифами. Потом ему кажется, что они играют в футбол человеческой головой, и что в окне квартиры стоит его двойник. Насколько здесь правда чертовщина, а насколько глюки, нам так и не расскажут.

Телесериалы[править]

Видеоигры[править]

  • «Шизариум» — некоторые из локаций откровенно фантастические… а вот в более реалистических с виду часто встречается сабж. Например, обычный с виду американский городок, в котором почему-то совсем нет взрослых, а дети выглядят как мутанты. Или уютный с виду дворик психбольницы с зажигательной музыкой, где одна пациентка вам радостно признаётся: «Зовут меня Верой, звучит это мило, я слопала мужа и стала счастливой!»
  • «Harvester»

Прочее[править]

  • Mindfuck. представляет собой довольно мирное на вид изображение, на котором при внимательном изучении можно рассмотреть некую шокирующую деталь, с первого взгляда неразличимую: она скрывается за деталями обстановки, или складывается из этих деталей, или иным способом прячется от зрителя, чтобы потом ВНЕЗАПНО быть увиденной, поразить его воображение.
  • Аналогично — крипи-данетки: обычные вроде бы истории, в которых присутствует одна-две несостыковки, придающие им новый, весьма жуткий смысл.
  • Подкаст Welcome to Night Vale. Персонажи спокойно живут в своём маленьком городке и ничуть не удивляются ни скрежету восходящего солнца, ни жертвоприношениям на главной площади.

Изобразительное искусство[править]

  • Один из художников проекта Evilbook в своих картинах «населил» привидениями и ведьмами самые обычные квартиры. Эти картины оказались одними из самых страшных в проекте!
    • Этот «один художник» — Юлия Литвинова. Практически все её картины изображают «хтоническую Русь», современную или средневековую. Картинки эти сюда добавлять ТОЧНО не стоит, слишком силён их эффект, как пишут многие пользователи, «до мурашек». Это лучше видеть самим по желанию, на свой страх и риск.
  • Целый жанр «постепенных майндфаков», когда картина кажется на первый взгляд невинной и даже приятной, но постепенно засасывает в свою атмосферу, и тогда уже начинает деталь за деталью проглядывать кошмар, от которого потом не избавишься, и «развидеть» его не получится. Пример — тот самый «мирный» и «обычный» вагон-ресторан из иллюстрации сверху.

Реальная жизнь[править]

  • Кошмарные медицинские состояния:
    • Часто дают галлюцинации при шизофрении: например, больному может казаться, что у людей на улице копыта, или что шарф на кресле живой.
    • Жизнь после химиотерапии и больших доз радиации
    • Ещё хуже — жизнь парализованного
    • Для многих тяжело больных, особенно системными болезнями.