Ничтожество на троне

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
Emblem-important.pngНе надо здесь реальной жизни!
Особенность темы этой статьи в том, что её нельзя применить к реальной жизни. В реальной жизни нет, к примеру, объективного добра и зла, а вторжение в личную жизнь реальных людей выходит за рамки приличия. Пожалуйста, помещайте только вымышленные примеры.
« Вы жалкая, ничтожная личность! »
Паниковский М. С.
«

Если ты, король, и забыл пароль — То зачем нам нужен такой король!

»
— Александр Ткач(ёв), «Король, скажи пароль!»
«

Ведь тот кого мечта о власти гложет, Он управлять собой и то не может.

»
— Ирина Понаровская, «Золотая рыбка»

Предполагается, что верховного правителя державы (короля, президента, да любого лидера) должны уважать, что слова его полны глубокого смысла, поступки просчитаны на много ходов вперед, а под его портретом (и именем его) приносят клятву верности…

Но это не наш случай.

Этого правителя не уважает никто. Ближайшее окружение в лучшем случае вежливо выслушивает его ценные указания, после чего делает всё по-своему и хорошо, если на благо государства, а не в ущерб ему. В худшем же случае правителю прямо суют под нос нужные бумаги со словами «подпиши, и баста». И хотя с точки зрения государственной пользы такую ситуацию правильней оставить «в узком кругу», но бывает и так, что шила в мешке утаить не удаётся, и про великого властелина в народе начинают в открытую травить анекдоты. В особо запущенном случае анекдоты эти вкупе с карикатурами печатаются в прессе, а попытки бороться с этим цензурой и репрессиями приводят лишь к тому, что оскорбления становятся более изощрёнными, а народ быстро осваивает технику «чтения между строк».

Он просто не блещет умом? Нередко бывает и так, но не обязательно: правителя всё же во многом делает его окружение. Честные и толковые советники и министры вполне могут прикрыть собой слабость центральной фигуры страны; впрочем, бесчестные, как правило, тоже понимают, что слабый авторитет правителя делает их положение довольно непрочным.

Он слишком добрый? То есть всё понимает правильно, но не находит в себе силы стукнуть кулаком по столу, когда это необходимо. Или как раз только и может, что кулаками по столу стучать и грозить палачом[1], а элита смотрит на него как злобного дурачка, не способного ей как-либо навредить.

Может быть, у правителя достаточно и власти и силы, но предпочитает он только вкусно жрать и пьянствовать, «трахать шлюх», танцевать на балах, загонять дичь, резаться в карты. Сколько продержится такой правитель — зависит от политической карты и состояния экономики. Могут и «золотым веком» потом назвать.

А возможно, и неглуп, и не чрезмерно мягок, и действительно хочет заботиться о своей стране — но плохо разбирается в людях, а потому его окружение в основном — ловкие демагоги и льстецы, заботящиеся только о личной выгоде.

Наконец, возможен и такой случай, когда вполне обычное государство не справляется с экономическим кризисом или проигрывает войну, правитель теряет свое место (порой вместе со свободой, а то и с головой). Пришедшие на его место запускают машину пропаганды и представляют бывшего лидера в чёрном свете. Если получается успешно, со временем такое мнение укореняется в народе, и следующие поколения будут твёрдо уверено, что правитель такой-то был полным ничтожеством, едва не погубившим страну. Если, конечно, когда-нибудь не начнётся пропаганда с другим знаком.

То есть, при желании, на любого правителя можно найти очерняющие его материалы, поэтому раздел «Реальная жизнь» в статье не нужен. Но можно сослаться на художественные произведения с участием реальных исторических деятелей.

Примеры[править]

НЕ ПУТАТЬ с не справился с властью! это не одно и тоже! злого короля, который рубит головы направо и налево — никто не назовёт «ничтожеством», даже если он никудышный правитель. Либо это напротив всеми Очень Уважаемый человек, которого все очень любят и уважают, но опять же никудышный правитель, которого никто не назовёт «ничтожеством».

Театр[править]

  • Евгений Шварц, «Обыкновенное чудо» — короля из пьесы разве что родная дочь уважала (а потом и она перестала). Придворные к нему относятся снисходительно, а Министр-Администратор вертит им как захочет и в глаза называет «корольком».
  • Владимир Набоков, «Изобретение Вальса». Сальватор Вальс (псевдоним) оказывается обладателем машины, позволяющей вызвать мощный взрыв в любой точке пространства. Это машиной он шантажирует руководство небольшой неназванной страны и присваивает себе диктаторскую власть, а позднее — претендует и на диктатуру надо всей планетой. Только вот на диктатора Вальс совершенно не тянет ни по характеру, ни по реальным амбициям…
  • Л. Филатов, «Любовь к трём апельсинам» — Сильвио, отец Тартальи, что сам и подсвечивает: «В комедии ж — хотя я и король — играю незначительную роль».

Литература[править]

  • Старше, чем феодализм — император Нерон одним из первых указов «обожествил» своего предшественника Клавдия. Это само по себе было тем ещё троллингом (Клавдия весь Рим считал немного не дружащим с головой), так ещё и скоро по рукам заходил памфлет «Апофеоз божественного Клавдия» — злейшая сатира, в которой описывалось, как умерший и обожествленный Клавдий, хромая, взбирается на Олимп, и там возмущенные боги осыпают его оскорблениями и насмешками. Автор памфлета предпочёл остаться неизвестным, но римляне полагали, что это философ Сенека, учитель Нерона.
  • Р. Киплинг, «Раб, который стал царём» (пер. Льва Блуменфельда) /«Раб, что сел на царство» (пер. Евг. Фельдмана) с эпиграфом из Библии.
  • Я. Гашек, «Похождения бравого солдата Швейка» — именно так относятся автор и многие персонажи к императору АВИ Францу-Иосифу. Например, что его «нельзя выпустить из сортира без того, чтобы он не загадил весь Шёнбрунн».
  • А. И. Куприн, «Звезда Соломона»:
« — Мечтать о несбыточном, так мечтать пошире. Миллионов десять — это, скажем, недурно. Можно прожить умно, полезно и со вкусом. Но почему бы вдруг не сделаться, по мановению волшебного жезла, например, царём? Но и тогда ваши телячьи головы ничего острого не вообразят. Знаете, есть побасенка. Русского рязанского мужичка спросили: «Что бы ты, Митенька, делал, если бы был царём?»[2] — «А я бы, говорит, сидел целый день у ворот на завалинке и лузгал бы семечки. А как кто мимо идет — в морду. Как мимо — так в морду». »
— Рассуждает чиновник Световидов
  • А. Н. Толстой, «Гиперболоид инженера Гарина». Гарин — изобретатель и авантюрист, дорвавшийся таки до должности всепланетного диктатора. И вот именно эти моменты в книге Толстой рисует с тонкой и язвительной сатирой, показывающей, насколько Гарин эту должность не вытягивает
  • Станислав Лем и его циклы «Сказки роботов» и «Кибериада» — там есть несколько примеров таких правителей
    • «Властелин тевтонов, кимвров и недоготов» Ширинчик интересовался исключительно развратом (учитывая сеттинг — кибер-развратом), что его в итоге и сгубило. Одна из историй машины-сказочницы, созданной Трурлем.
    • Король Балерион, больше всего любивший игры, головоломки и прятки. По карьерной лестнице взбирались обычно умелые игроки. Страсть к пряткам королю вышла боком…
    • И Мурдас, который сидя на троне заботился исключительно своей безопасности. А боялся он всего. В конце концов он «перезаботился»…
  • Братья Стругацкие, «Трудно быть богом» — Антон-Румата именно так высокомерно относится и к королю Пицу Шестому, и к министру охраны короны дону Рэбе.
    • То, что Рэбу недооценивать не стоило, Антон просёк слишком поздно. Да и король не так глуп, как кажется — чтобы его отравить, пришлось разыграть хитрую комбинацию.
  • Цикл «Сварог» — имя и фамилию снольдерского монарха (которого в пользу Сварога свергли и убили в «Нечаянном короле») так и ни разу не назвали за всю сагу. Зато вкратце описали, как он своим «правлением» едва не довёл самое большое и развитое королевство на поверхности Талара «до ручки». Ничего удивительного, что смену правителя в Снольдере восприняли в целом положительно-равнодушно.
    • А перед этим ещё была королева Лорана Элтис. Правда, по сути это была грустная деконструкция — 14-летняя девочка стала королевой-сиротой, после чего испорченные аристократы быстро превратили её в безвольную марионетку, которой интересны только пьянство и разврат. Тот же фокус хотели провернуть и с императрицей Четырёх Миров Яной-Алентевитой… но её нашлось кому защитить!
  • «Песни Льда и Пламени»:
    • Роберт Баратеон.
    • Титос Ланнистер, отец Тайвина, с фитильком — всё же он был лордом, а не королём. Его мягкость и слабоволие не давали ему приструнить вассалов и придворных, открыто насмехавшихся над ним.
  • Э. де Лабулэ, «Пиф-паф, или Искусство управлять людьми» — король Капризник: «В королевстве Бешеных Трав… жил король, который заботился исключительно о благополучии своих ближних и никогда не ведал скуки. Пользовался ли он всеобщей любовью? Сомнительно. Достоверно лишь то, что приближенные питали к нему мало уважения и еще меньше любви».
    • Прелестник, его сын, тоже начинал своё правление в этом духе. Но благодаря Пацце, в это время, кстати, объявленной мёртвой, умудрился достаточно быстро стать любимцем подданных.

Кино[править]

  • «Королевство кривых зеркал» Роу — король Йагупоп Семьдесят Седьмой показан не злым, а скорее смешным. Но даже в собственном дворце он ничем реально не распоряжается, а попытайся он сослаться на «королевскую волю» — ему быстро объяснят, чего эта «воля» на самом деле стоит.
  • «Последний самурай» — субверсия: молодой император является декоративной фигурой, а страной управляет премьер-министр. Но в конце фильма император набирается смелости и берёт бразды правления в свои руки.
  • «Не покидай…» — король не очень-то интересуется государственными делами, да и вряд ли смог бы с ними справиться — он бывший кавалерийский полковник и в душе им и остался; реальная власть в руках Давиля.
  • «Соловей» — простой парень Эван получил королевскую власть в подарок от одного непутёвого Волшебника. Придворные откровенно застраивают молодого монарха, учат правильно держаться, сватают ему некрасивую заграничную принцессу. В итоге «король Эван» сбегает из дворца, оставив записку «А ну вас всех к чёрту. Король Эван бывший».
  • «Иван Васильевич меняет профессию» — слабохарактерный управдом Бунша побыл «и. о. царя» всего несколько часов, а уже чуть Кемскую волость шведам не подарил за здорово живёшь.

Мультфильмы[править]

  • «Матиуш Первый» (именно мультфильм, в книге всё гораздо сложнее). «Королевские дела» юного правителя его министры свели к выдаче ему стопки чистых листов, на которых он должен был расписаться. Поверх этих подписей они писали всё, что душа пожелает. Матиуш — хороший мальчик, но без отца или сильного регента как правитель он ничего не стоит…
  • «Падал прошлогодний снег» — Мужику довелось побыть и царём, пусть и в воображении. Размах его царских амбиций поражает: во-первых, пианина, во-вторых, пир горой (из одной кружки пива).
    • До этого (тоже в мечтах) был боярином, который пашет в поле на слоне.
  • Homestar Runner — Король Города, старичок, любящий плотно покушать и безуспешно пытающийся стать популярным. Не уважаем абсолютно никем, кроме своих придворных.

Видеоигры[править]

  • Crusader Kings 2 — частый случай. Королём и даже императором при невыборной форме наследования вполне может оказаться трусоватый, робкий и ленивый толстяк, увлекающийся только пьянством и транжирством. Придворная знать будет вертеть таким «правителем» как пожелает — урезать его полномочия в пользу совета лордов, менять закон о престолонаследии, отнимать у сюзерена второстепенные титулы…

Музыка[править]

  • Михаил Щербаков охотно обращался к этой теме:
    • «Диктант» — «аз есмь церемониймейстер» пренебрежительно диктует молодому королю правила поведения.
    • «Итак, друзья…» — а здесь весь ближний круг короля пользуется тем, что его величество очень хочет быть крутым, но слабо разбирается в военном деле и реальной политике. Они дружно вешают ему лапшу на уши и пилят военный бюджет.
    • «Мое королевство 3 (Ах, король, ты вождь вождей…)» — оригинальная субверсия: король в ответ на лесть придворных сам ставит самую низкую оценку своему правлению. В конце, по-видимому, отрекается от престола.
  • Сергей Никитин, «Раб, который стал царём», и Илья Зускович, «Раб, что сел на царство» — на слова Киплинга (см. выше).

Примечания[править]

  1. Один из безумных королей был известен тем, что приказывал казнить министра или иного посетившего его во время приступа безумия аристократа и мог кинуть в него тяжёлым или острым предметом, после чего ему докладывали о казни, а на следующий день он уже забывал, что кого-то «казнил», и как ни в чём ни бывало общался с «казнённым».
  2. В байке на аналогичное предложение еврей ведёт себя миролюбиво — сообщает, что подрабатывал бы шитьём.