Научная фантастика

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
Winston science fiction endpapers.jpg

Научная фантастика — это такой жанр. Содержит в себе множество поджанров, от стимпанка и киберпанка до космической оперы.

Если описанные автором технологии не существовали на момент написания книги, то она определённо является научной фантастикой. Например, классика жанра, «20 000 лье под водой» — идея боевого применения подводного судна была популяризирована в романе.

Если не углубляться в тонкости множества поджанров научной фантастики, стоит упомянуть о двух школах — «мягкой» и «твёрдой». Мягкая школа использует будущее как сеттинг, то есть невероятные технологии являются всего лишь декорацией, позволяющей межпланетному преступнику Джиму ди Гризу одерживать невероятные победы над силами зла и правопорядка. Звездолёты звездолётами, роботы роботами, а в результате всё равно приключенческий детектив с лазерными пистолетами. Чтобы сделать историю более понятной простым людям, принципы работы механизмов или не объясняются вовсе, или выведены чрезвычайно общими псевдонаучными фразами.

Твёрдая школа, напротив, считает, что описания технологий будущего и последствий их внедрения являются самоценными и могут быть основой сюжета. Например, классические рассказы о роботах Айзека Азимова являют собой объяснение трёх законов робототехники. Часто приверженцы этой школы придерживаются мнения, что хорошо проработанные персонажи и сюжет отвлекут читателя от раздумий над техническими аспектами, так что всё это можно принести в жертву. Результат получается специфический.

В свою очередь, мягкая научная фантастика делится на жидкую — с ещё большим упором на социалку и типичные фобии обычного человека (сюда идёт большинство антиутопий), и космическую оперу, которая вообще уже находится на стыке с фэнтези, ибо любит эксплуатировать типичные фэнтезийные штампы — эпика, звёздные короли с прекрасными принцессами, Абсолютное Галактическое Зло, которое может завалить только рыцарь из пророчества, и тому подобное. Ну, а твёрдая фантастика в каноничном (визионерская фантастика тридцатых) виде практически мертва, осталась лишь железобетонная, в которой принципиально не используются технологии ещё не открытые (а ещё там напрочь отсутствуют резиновые морды и прекрасные принцессы). По понятной причине фантастика сегодняшнего дня в пятидесятые и сейчас отличаются довольно сильно.

Главным героем твёрдой фантастики практически всегда является путешественник, учёный, инженер или космонавт. Главным героем мягкой фантастики может быть кто угодно, при условии, что у него достаточный уровень героизма в крови.

Примеры[править]

  • Жюль Верн — классика, пополам с приключениями. Фульгуратор Рока? Ракеты-бумеранги? Квадрокоптер особо циклопических размеров? Пророк электрической передачи, углепластика (метод, которым он сейчас производится сильно отличается от описанного, хотя метод вакуумной прессовки он описал верно), аппаратов тяжелее воздуха (напомню: во времена его жизни многие пытались строить такие аппараты, и они постоянно разбивались из-за неумения авторов в управление по крену и тангажу. С двигателями всё было нормально — паровой двигатель вполне в состоянии сделать то, на что бензиновая тарахтелка братьев Райт не была способна в принципе — поднять самолёт в воздух с разгона. Но вы бы видели как осуществлялось управление! Один изобретатель, к примеру, сделал самолёт, который пришелся бы по нраву арахнидам — дикое количество рычагов управления для корректировки крена и тангажа с помощью балансирной схемы — то есть двигая туда-сюда чугуниевые гири. Понятное дело оно тут же разбилось — создатель попросту не справился с управлением). Ну и вишенка — мечта о полете на Луну, правда пока ещё артиллерийским способом.
  • Луи Буссенар — его последователь.
  • А. Конан Дойл. В той части, что касается путешествий в джунгли Амазонки («затерянный мир»), или в гости к атлантам («марракотова бездна»), а также другие, менее известные и неэкранизированные, но очень научно-фантастические — по тем временам — вещи, типа «отравленного пояса».
  • Герберт Уэллс. От и до — классик не просто твердой, а визионерской научной фантастики. Его идеи воплощены сейчас в виде мобильников, телевизоров с плоским экраном, орд бомбардировщиков и атомной бомбы. Оставил себе эпитафию «я вас предупреждал, проклятые вы дураки». По счастью, человечество оказалось в целом умнее, чем он полагал.
  • А. Н. Толстой. Луч смерти — наше всё. Породил термический пистолет и термическую пушку, которые принципиально отличаются от ИК-лазеров системой фокусировки и меньшим рассеиванием, а также работой на сгораемых элементах, без помощи электричества, что автоматом решает проблему батареек и систем охлаждения. Штука в реальности неюзабельная, но в фантастике своё место нашедшая, особенно там, где до бластеров ещё не додумались.
  • В. Обручев.
  • Александр Беляев. Если предыдущие любили упарываться по технологии, то Беляев предпочитал биологию. Его визионерство включают в себя генную и гормональную терапии, особенности работы мозга (да-да, то, как профессор умудрился заставить свой мозг работать параллельными процессами нашло своё применение у военных — пилоты Апачей именно так и работают, правда у них от этого болит башка) и типичные проблемы из этого проистекающие. Многие другие его изобретения также нашли своё место в реальности.
  • И. Ефремов. К твёрдой фантастике не относится и у многих вызывает отторжение натужно-вычурным миром.
  • Братья Стругацкие. К твёрдой фантастике не относятся, ибо очень любили лезть в политику.
  • Рэй Брэдбери. Классик твёрдой, хоть и мрачной, научной фантастики. Хотя ею он себя не ограничивал.
  • Советский фильм «Его звали Роберт» — о роботе.
  • Александр Прозоров, «Планета белой расы» — современный научно-фантастический производственный роман в двух частях о колонизации Венеры. Содержит подробное описание космопланов на термоядерных двигателях и проекты огромных городов-дирижаблей, которые будут плавать в густой атмосфере Венеры. Если оставить бредовость самой идеи колонизации Венеры — в формат жанра укладывается, хоть и опоздал лет этак на тридцать.