Комбинат (роман)

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
Картина Василия Шульженко «Сквер», которую Нестеренко использовал для обложки электронной версии романа

«Комбинат» — роман Юрия Нестеренко 2014 г.; не издавался в печати и доступен только в электронном виде. Мистический хоррор с элементами детектива, в то же время можно отметить обилие несущественных для сюжета деталей и разговоров на отвлеченные и околофилософские темы; считать ли это недостатком или особенностью стиля — дело вкуса. Роман посвящен художнику Василию Шульженко, «лучше всех выразившему суть России», и начинается с предуведомления «Все в этом романе — правда. Буквальная или символическая. Впрочем, одно с другим переплетено так тесно, что различить их нет ни возможности, ни нужды.»

Книга бешено идеологизирована: буквально Дети против волшебников, вывернутые наизнанку. На каждой странице (если бы тут были страницы) герой рассуждает о том, какая Россия плохая, как много вокруг быдла, как прекрасна Америка, где всё по-другому… И если в «Чёрной топи» треш про некромантов-большевиков начинается где-то с середины, то в «Комбинате» русофобская фантасмагория возникает сразу же, как протагонист прибывает в Красноленинск.

Сюжет[править]

Время действия точно не определено — где-то начало 2000-х. Журналист неназванной либеральной газеты[1] Николай Селиванов раскапывает неудобную правду о коррумпированном депутате, связи которого ведут на самый верх. Чтобы создать видимость наказания для журналиста в надежде спасти издательство от мести депутата, редактор газеты посылает Николая в далёкий город Красноленинск, расположенный где-то между Волгой и Уралом — писать о проблемах населения, вызванных остановкой градообразующего комбината.

Прибыв в город, Николай не смог поселиться в гостинице, но администратор Светлана Безрукова предлагает Николаю остановиться у её бабушки. Через Светлану и её бабушку Николай знакомится с городскими интеллигентами, от которых пытается узнать о комбинате.

В ходе расследования Селиванов узнаёт, что внутри комбината есть три уровня секретности — «круга», при этом работников третьего круга никто никогда не видел, а что конкретно производит комбинат, никто рассказать не может, ведь из него вывозят лишь пустые коробки. Кроме того, город по большей части населён мерзким быдлом, которое очень недружелюбно настроено к Николаю.

Параллельно с этим развивается сюжетные линии с семейными разборками Славеста Карпова и Безруковых, а также с авантюрой байкерского клуба с лечением алкоголизма.

В конце концов сына Светланы похищают и угрожают убить, если Николай срочно не уедет из города. Николай уезжает, но в поезде его хватают сотрудники ФСБ. Ему рассказывают, что Женя на самом деле не был похищен, а выполнял задание спецслужбы. Но главное — на комбинате ещё со времён Ивана Грозного проводятся человеческие жертвоприношения, чтобы "Высшие силы" сделали Россию величайшей страной на свете. В первом круге находятся административные корпуса, во втором наёмные работники снимают с жертв одежду и украшения, а в третьем жрецы, которые живут в изоляции, проводят кровавый ритуал.

Госбезопасность отправляет Николая в третий круг в качестве «сырья» для комбината. Попытавшийся исповедовать Селиванова священник пообещал ему, что в храме в третьем круге его, словно ацтекского пленника, четвертуют на позолоченном алтаре под красивейшими фресками. Но оказывается, что третий круг изнутри выглядит лишь жалкими руинами с болотом вместо пола, и никаких жрецов там нет. Николая без всякого ритуала сбрасывают в болото, как, вероятно, и тысячи жертв до него.

Персонажи[править]

  • Николай Анатольевич Селиванов — популярный столичный журналист-расследователь, которого не устраивает буквально всё в российской действительности, от цвета чайника в снятой квартире до политических взглядов людей, которых он видит первый и последний раз в жизни. С каждым, хоть в чём-нибудь с ним не согласным, Николай обязательно устроит спор. Обожает резать правду-матку и потому у многих может вызывать раздражение. Чересчур уверен в собственной непогрешимости и неуязвимости. По всей видимости, аватар автора.
  • Сашка — таксист, которого Николай встретил на вокзале. В поисках заработка (на самом деле по заданию ФСБ) соглашается быть личным водителем Николая. Селиванов, в свою очередь, относится к Сашке как к говорящей мебели.
  • Светлана Безрукова — администратор гостиницы. Надеялась, что Николай разоблачит тайну комбината, но не посмела идти против ФСБ. Гэбисты надеялись, что она родит ребёнка от Николая, но антисексуальные взгляды последнего не дрогнули.
  • Алевтина Федоровна Безрукова — бабушка Светланы. Родила мать Светланы от Владислава Кириллова. Обманчиво добрая старушка с коллекцией скелетов в шкафу.
  • Аркадий Семёнович Васильчиков — краевед, сотрудник ФСБ на пенсии. Очень вежливый и уравновешенный интеллигент, очень обрадовался, когда представилась возможность поговорить с кем-нибудь о России. На самом деле так и не бросил службу и до сих пор поставляет «сырьё» для комбината.
  • Славест Владимирович Карлов — бывший начальник матери Светланы. Жил в детдоме, так как его отца и мать репрессировали. Несмотря на это, ярый сторонник советской власти. Настоящее отчество — Владиславович, так как его отцом был Владислав Кириллов, на которого донесла Алевтина Фёдоровна.
  • Петя — второй внук Алевтины Федоровны, сын Славеста Владимировича. Бывший уголовник, алкоголик, периодически грабивший Алевтину Федоровну. Убит Славестом.
  • Михаил Константинович Косоротов — муж Светланы, любовник Марины, отец Жени. Байкер и бывший предприниматель. Влез в схему с торговлей наркотиками и в конце концов отравлен вместе с Мариной.
  • Женя Косоротов — сын Светланы и Михаила, очень умный мальчик, ненавидящий Красноленинск. Хочет уехать в Америку, из-за чего травит Марину, а вместе с ней случайно и своего отца, некачественной водкой, чтобы ФСБ помогло американской семье его усыновить.
  • Отец Никодим — местный священник, бывший инженер на комбинате. Работает в качестве священника и в самом комбинате — «благословляет» жертв. Некогда выступал за закрытие комбината, но позже пришёл к выводу, что его деятельность необходима.
  • Марина Никодимовна Ермолаева — любовница Михаила Косоротова, дочь Никодима.

Тропы[править]

  • Аверсия - сплошь и рядом:
    • В городе есть масса быдла, старуха со скелетами в шкафу, обличающая доносительство при Сталине и сталинизм, хотя и сама доносчица, совсем не бывший чекист и убеждённый коммунист - образцы интеллигентности и благородства, да и при большевиках Красноленинск был во много раз живее: всё работало, люди были приветливее, милиция отлавливала малолетних сектантов, приносивших кошек в жертву. Светлое советское прошлое? А вот и нет: Славест Карпов, тот самый убеждённый коммунист, - без пяти минут убийца собственной матери и насильник над собственной сестрой, старушка - его, Славеста, мать - донесла на своего насильника из страха за то, что он донесёт на её отца, бывшего белогвардейца, всю интеллигентную часть Красноленинска давно утопили во внутреннем круге комбината при непосредственной помощи Васильчикова, того самого чекиста-интеллигента.
    • Главный герой работает в известной столичной газете, действует сугубо по закону, раскрывает множество тайн, многие, причём, - почти косвенно. В какой-то момент это замечают недоброжелатели. Конечно же, ему удастся уйти, ведь так? А вот и нет: недоброжелателями оказалась сама госбезопасность, и судьба Селиванова была предрешена задолго до того, как он сошёл на вокзале Красноленинска. И да, смерть его будет страшной. Очень.
  • Антисеттинг — комбинат при одном только Сталине принял на уничтожение десятки миллионов людей, но при этом ни документов, это подтверждающих, ни массовых захоронений уровня больше «слишком большого для такого маленького городка кладбища» нет (и это при том что людей не сжигают, а просто топят), а про невозможность скрыть факт уничтожения десятков миллионов представителей явно не низов населения (помним, что божеству(ам) лучше всего подавать сильных духом и в целом небыдло) и говорить не стоит. Город, который был главным объектом России на протяжении столетий, при СССР даже не имел статуса закрытого. На комбинате плохо работает всё, и даже жертвоприношения не приносят толком, но при этом сокрытие его тайны, в которую посвящены абсолютно все взрослые жители города, работает настолько безукоризненно, что главному герою до конца никто на неё так и не намекнул, хотя при ТАКОМ уровне разрухи, как в Красноленинске, всю правду ему бы выдал первый встречный бомж за бутылку водки.
  • Вам хорошо осуждать - есть внутримировой пример: Алевтина Безрукова оправдывается за донос на изнасиловавшего её Кириллова, понятый и принятый главным героем. Однако, незадолго до этого Васильчиков и Селеванов обсуждают обстоятельства смерти отца Славеста и тот факт, что последний, хотя и пытается разузнать о том, как погиб его родитель, вовсе не пытается признать родство с Кирилловым, что приводит их обоих к брезгливому отвращению. Но, во-первых, Славест прямо заявил о том, что для него репрессии - это борьба с реальными врагами народа, о своём же отце он не знал ровным счётом ничего, кроме того, что его звали Владислав Кириллов. А, во-вторых, чуть позже его папик оказался насильником-садистом, удерживавшим жертву на привязи шантажом и угрозами. Тем не менее, эту самую жертву Славест, по мнению Селиванова, очень даже хотел бы убить из мести...что тоже было воспринято Селивановым с пониманием.
  • Вечная загадка вместе с может, магия, а может, реальность — существуют ли Высшие, или «погодная аномалия» и прочая мистика имеет естественное объяснение? Даже если существуют — есть ли действительно какой-то эффект от жертвоприношений и нужен ли ритуал? Был ли вообще когда-то храм со жрецами в третьем круге, или там всегда было только болото, и все массовые убийства были бессмысленными с самого начала?
  • Деревня со зловещим секретом — точно не сообщается, сколько человек живёт в Красноленинске. С одной стороны, должно быть не очень много, но чтобы проехать город из конца в конец, требуется полчаса. Сам же зловещий секрет - во-первых, в жутком кладбище, непропорционально обширного для небольших размеров самого города, а, во-вторых, - в комбинате, буквально созданном для массовых убийств общественной элиты.
  • Застенки царизма, Гулаги и рабы, Чекистско-бандитский мордор — педаль в земное ядро. Проявляется не только в мыслях Николая, но и в том, как Нестеренко изображает жителей города и вообще положение дел в Красноленинске.
  • Злой полицейский — видимо, субверсия, ведь лейтенант настойчиво просил Николая уехать из города.
  • Идиотский сюжет — зачем было устраивать цирк с пустым поездом, если можно было просто дать Николаю пройти в третий круг в первый же день? Ведь редактор был в сговоре с ФСБ, а сами ФСБшники могли украсть телефон Николая и позвонить с него из другого города, как они в итоге и сделали. В результате Николая всё равно никто не стал бы искать в Красноленинске.
    • Сюжет далеко не идиотский. Поначалу ведь был замысел сохранить гены Николая для «Высших», из-за чего его пару дней пытались свести поближе со Светланой. Убедившись же в его асексуальности, ФСБшники как раз и выдали ему через Славеста совершенно абсурдный пропуск во внутренний круг, причем с указанием, явиться на проходную как раз в пол-двенадцатого ночи, т. е. именно что незадолго до самого сакрального момента суток. Видимо, в плане просто что-то сорвалось, и пришлось спешно импровизировать с поездом; возможно, из-за внезапной смерти Михаила, а не только Марины, как поначалу планировалось.
    • На самом деле субверсия, ибо по мысли автора, неоднократно высказывавшейся им в стихах и в прозе, Россия — не просто империя зла, а империя бессмысленного зла. Соответственно, в Красноленинске, который ее символизирует (истинное название города — Старороссийск, и ему «столько же лет, сколько России»), идиотское практически все, начиная с его главной тайны и смысла его существования (учитывая, что все кончается болотом). Это неоднократно подсвечивается — пустые ящики с комбината везут прямиком на свалку, за Николаем следят одинаковые парни в кепках (хотя Васильчиков очень убедительно объясняет, что профессиональные ФСБшники так бы себя не вели — но в итоге оказывается, что это именно они), и т. п.
    • Идиотизма сюжету вышеперечисленное не убавляет. Зачем нужна была вся авантюра с вождением Николая вокруг да около, если о его прибытии власти города знали? Выдать сразу пропуск в комбинат, там насильно взять сперму (и никаких долго грающих шашней со Светланой, и оплодотворить можно не только её, а вообще всех «сильных духом женщин») — и можно сразу во внутренний круг. Можно даже пропуска не выдавать — просто Сашка его сразу везёт не в гостиницу, а на комбинат (благо, города Николай не знает, а карты у него нет). Если для насыщения Высших сил нужно непременно множество людей получше — то как единичное жертвоприношение журналиста исправит ситуацию (а с учётом того, какую спецоперацию городили ради одного только Николая — и слежку выставляли, пусть и кривую-косую, и целый вагон поезда пустым гоняли, нетрудно представить, сколько времени и средств составит организовать уничтожение хотя бы ещё сотни таких журналистов)? Наконец, зачем нужно было постоянно отнекиваться по поводу того, что комбинат производит, тем самым лишь разжигая любопытство Николая, а не наврать ему про якобы существовавший в СССР секретный объект оборонной промышленности, снабжение которого ресурсами при Ельцине свернулось?
  • Конец-переворот — все жители города знали секрет комбината и с разной степенью участия помогали ФСБ. И вообще вся командировка была спецоперацией по устранению Николая. Не очень непредсказуемо, если знать другие произведения Нестеренко, поэтому был добавлен ещё один переворот с плачевным состоянием храма внутри комбината.
  • Кошмары — часто снятся главному герою, как они снились и Сергею Коржухину из «Чёрной топи». Но в «Чёрной топи» вампиры так сосали жизненную силу, а тут объясняются близостью «Высших сил».
  • Микротрещины в канве - упоминается, что беды Российской Империи связаны с тем, что комбинат в девятнадцатом веке работал довольно слабо, что и привело к остановке экспансии и военным поражениям. При этом упоминается, что комбинат построили при Иване Грозном. Так почему же для начала одной из грандиознейших катастроф в русской истории - Смутного времени - понадобилось всего несколько лет после смерти тирана, наладившего эффективные и массовые жертвоприношения, а для начала революций 1917 года и гражданской войны понадобился целый век, в ходе которого божеств почти не кормили?.
    • На момент действия книги комбинат работает мало и в основном приносит в жертву пропавших без вести, которых в России до 70 тысяч ежегодно, согласно статистике МВД (принесённые в жертву на комбинате составляют большинство от этой цифры). Вот только в реальности из этих 70 тысяч согласно той же статистике процентов девяносто находятся в течение нескольких месяцев после пропажи.
  • Несовместимое с жизнью любопытство — Николай, получив задание сделать репортаж о жителях города и о причинах остановки комбината, решил раскопать, что комбинат производит, зная, что это государственная тайна. Однако законов он при этом не нарушал, внутрь проникал только по пропускам, и будь комбинат обычным «ящиком», все бы обошлось.
  • Несчастливый конец — причем не только для главного героя.
  • Не в ладах с историей - упоминается диорама в одном из музеев Красноленинска, рассказывающей о расстрелянной белогвардейцами первомайской демонстрации 9 мая 1919 г., разумеется, на самом деле расстрелянной большевиками, потому как рабочие вышли с лозунгом "За Советы без коммунистов". Ошибка вышла двойная: во-первых, за Советы без коммунистов в девятнадцатом году рабочие если и могли выйти, то только с оружием в руках. Неизвестно насчёт рабочих, но крестьяне так действительно делали, хотя и в двадцатом году. А, во-вторых, перекладывать вину на белогвардейцев большевики, конечно, любили, но применительно к выступлению рабочих это выразилось бы, скорее, в "раскрытии" (впрочем, кавычки - опциональны) происков офицеров, меньшевиков или правых эсеров, послуживших началом "контрреволюционного мятежа". Таких примеров - как вымышленных пропагандой, так и реальных - было за годы войны предостаточно.
    • Упоминается, что-де в СССР именем Пол Пота могли назвать улицу. Хотя даже в КНР, непосредственно, помогавшей режиму Пол Пота из стратегических соображений подобного позора никогда не было.
  • Неудачная басня - Васильчиков утверждает, что именно благодаря комбинату и массовым жертвоприношениям Россия стала самой великой страной в мире и победила всех врагов. Вот только самым большим государством в истории являлась вовсе не Российская, а Британская империя! Если расширение России обусловлено прежде всего колоссальными жертвами, то какое число трупов положено в основание Туманного Альбиона?
    • С одной стороны, Васильчиков прямо в тексте говорит о том, что западные цивилизации предпочитают развиваться сами, без помощи высших сил. Учитывая то, что Нестеренко прямым текстом в своих откровениях заявлял, что все колониальные империи имели свои "положительные стороны" для "коренного народа", есть подозрения, что Туманному Альбиону приписывается тот самый "западный метод", который, в итоге, ещё и оказался эффективнее. С другой стороны, как раз, трупов при постройке империи старушка Англия навалила громадьё...
  • Православные плохие — священники столетиями помогали работать комбинату, да и сама его постройка, быть может, была их идеей — недаром комбинат разрастался вокруг православного храма.
  • Предзнаменование - Селиванов буквально в своих кошмарах увидел именно то, что вскорости произойдёт с ним на самом деле.
  • Ружьё Бондарчука — вечно отсутствующий мэр города. Если просто выкинуть его, на сюжет никак не повлияет, да и объясняться в конце романа никак не будет.
    • Поскольку сам автор определил роман как «документальную притчу», это, очевидно, просто символ оторванности власти от народа.
    • Отсутствующий мэр никаким "ружьём" не является: по ходу пьесы прямо говорится о том, что он отбыл в Москву. Тут, скорее, нечаянная правда, потому как перед этим Николай сообщил вышеозначенному мэру о том, что комбинатом заинтересовались снова в Москве, и Игнатов тут же отправился непосредственно туда.
    • И, тем не менее, обыграно и подсвечено мыслями Селиванова несколько позднее при просмотре семейного фотоальбома Безруковых, в котором, кроме фотографий Жени Косоротова, никаких особых тайн мадридского двора и не обнаружилось. По случаю чего герой не преминул подумать о том, что все ружья стреляют только в театральных постановках.
  • Самый Главный Гад - за всем (то есть, вообще всем) стоялa ФСБ
  • Секс — это плохо — главный герой уже по прибытии на место заявляет о том, что лучшее удовольствие постигается в постели...тут же заявляя о том, что, вопреки мнению сексуально озабоченных, это - просто сон. Впрочем, в лоб об этом нам говорят только уже тогда, когда вскрывается зловещий план по сбережению ген Николая, с треском провалившийся.
  • Секрет Полишинеля — жертвоприношения на комбинате. О них знали абсолютно все красноленинцы, но они давали подписку и посторонним не рассказывают. Даже детям было всё в общих чертах известно, поэтому они, подражая взрослым, убивали кошек, загадывая желания.
  • Сиротинушка — в целом положительный Женя убивает своего отца и сводит с ума мать, чтобы уехать в Америку.
    • Ну, убить он хотел только любовницу отца, а вовсе не его самого. Но ошибочно полагал, что тот не пьет ничего крепче пива.
    • Славест Карпов (на самом деле, Кириллов), по мнению ГГ, мог бы таковым стать, если бы Николай таки сообщил ему, что его мать, Алевтина Безрукова, была той самой загадочной личностью, написавшей донос на его настоящего отца. Поскольку сам Славест был уже смертельно болен раком, а, следовательно, был готов решительно на всё, Селиванов справедливо рассудил, что лучше ему правду не говорить.
  • Слишком хорош для этого мира — упоминается учительница музыки, которая пыталась сеять доброе, разумное и вечное в учениках, за что была ими изнасилована и убита.
  • Смердяковщина — Россия населена дегенератами, которые с радостью убивают лучших людей, чтобы завоёвывать никому не нужные земли и побеждать в бессмысленных войнах. Причём это обусловлено самой природой русских людей, в отличие от американцев, которые куда более возвышенны и благородны.
  • Ты уже мёртв - без фитилька, хотя ни о какой медленно действующей атаке речи не идёт в помине: любой россиянин, имеющий интеллектуальные и моральные качества выше среднего, если не умрёт до того, как станет "сырьём" для Комбината, будет утоплен во внутреннем круге. Да-да, Женька - тоже, хотя это произойдёт много лет спустя того, как это сделали с Селивановым...
  • Чернуха — ещё бы. Убийства, измены, доносы и наркотики — из этого состоит вся жизнь в Красноленинске. И это ещё если не вспоминать про комбинат.
  • Я профессор, моя жена профессор… — Николаю вовсе не чуждо вставить высокоточный матснаряд на аглицком наречии, когда что-то идёт не так. Да и по-русски выразиться может, особенно, будучи в стрессовой ситуации или в плену у ФСБшников.
  • Я твой отец - сплошь и рядом. Где-то фитилёк - прикручен, потому как родственные связи между уголовником-Петькой и Славестом Карповым, а также - Славестом Карповым и Владиславом Кирилловым выясняются, скорее, главным героем. А вот то, что Алевтина Безрукова - мать Славеста, донесшая на его отца, по сути, изнасиловавшего Алевтину, стало пренеприятнейшим сюрпризом уже для самого Славеста...

Примечания[править]

  1. Судя по фразе Славеста :"— Я знаю, что вы антисоветчик, <…> Как и вся ваша газета, несмотря на ее название и происхождение" — это «Московский комсомолец».