Изнасилование — не худшее из зол

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
« Мать: Где ты была всю ночь?
Дочь: Мама... Меня изнасиловали...
Мать: Это минутное дело! Где ты шлялась всю ночь?
»
— Фольклор

Изнасилование — худшее из зол? Да ладно! Даже простой вывих гораздо болезненней и требует больше времени для восстановления. Психическая травма? Ну да, это чертовски обидно, но думать, что твоя жизнь кончена, только из-за того, что какой-то подонок тебя трахнул? Нет, лучшая месть — наплевать на него и наслаждаться жизнью дальше. Ну ладно, отомстить ему и наслаждаться жизнью дальше. Нет, серьёзно, в мире полно вещей пострашней: получить пулю, тяжёлый ожог, заразиться лихорадкой Эбола, лишиться руки, ноги или почки, остаться без дома и родных, да умереть, в конце концов! Почему проникновению в вагину/задний проход/рот против воли придается такое значение?

Ну, вы уже поняли, о чём троп. Наш персонаж не относится к изнасилованию как к чему-то кошмарному и необратимому. Скорее как к досадной неприятности, про которую лучше поскорее забыть и жить дальше.

Для кого может быть характерно такое отношение?

  • Садистский выбор: недоброжелатели могут сделать что-то иное, но тоже неприятное, и эта альтернатива персонажам не нравится гораздо больше изнасилования.
  • Люди, которым не повезло пережить что-то куда худшее.
  • Профессиональные проститутки обоих полов и ориентаций. Изнасилование, извините за напрашивающийся каламбурчик, — это «трудовые будни», профессиональный риск, с которым нужно мириться.
  • Разведчики/шпионы, ассасины-ниндзя и прочие товарищи, для которых недобровольный секс разной степени жёсткости тоже является профессиональным риском.
  • Для садомазохистов, особенно боевых, тот факт, что враги могут не только избить, но и изнасиловать, может наоборот быть источником острых ощущений. Относится к тропу, если персонаж всё же воспринимает изнасилование как агрессию, неприятность и страдание, да вот неприятности и страдания как таковые (в том числе изнасилование) его только раззадоривают.
  • Стоики и приверженцы прочих подобных философий, для которых стать жертвой преступления гораздо лучше, чем самому совершить преступление, ведь имеет значение только то, что делаешь ты сам.
  • Всякие там бессмертные, которые уже всего навидались и натерпелись, им просто ничего нового уже не покажут. С прикрученным фитильком — жители сеттингов разной степени тёмности и/или чернушности, которые уже привыкли к подобному.
  • Прагматики, которые рассматривают изнасилование сугубо как преступление против здоровья: если не было очень больно, ничего не порвалось и не произошло заражение венерической болезнью, то и проблема невелика, разве что моральная неприятность.
  • Люди-плюс, у которых очень крепкая и здоровая психика.
  • Обладатели нечеловеческой психологии, которые всё, в том числе насилие, воспринимают совсем не так, как среднестатистический человек. «Насильно раздели, силой вставили… тьфу, что за бескультурщина!» Представители какой-то специфической культуры с соответствующим отношением к сексу и/или насилию тоже могут попасть сюда.
  • Персонаж идиот или псих, и до него просто не доходит, что с ним случилось что-то плохое, — но более прямые методы негативного на него воздействия ещё доходят.
  • Персонажи, которых попросту насиловали неоднократно долгое время. На десятый (сотый, тысячный…) раз острота переживаний закономерно снижается.

Нота бене: это не тот троп, где персонаж получает удовольствие от изнасилования. Изнасилование — по-прежнему зло, просто есть вещи гораздо хуже.
Нота бене 2: этот троп — об отношении персонажей к изнасилованию. У автора может быть другое мнение.

Также не следует путать этот троп с романтизацией насилия.

Родственный троп: Пытки — дело житейское. Надтроп — Ангст? Какой ангст?.

Примеры[править]

Фольклор[править]

  • Неприличный анекдот про пионервожатую. «А если бы острым? А если бы в глаз?»
    • В том варианте, что попадался автору правки, о принуждении прямо не сказано (во всяком случае, девочка не высказывала претензий, их просто спалили), суть шутки именно в том, что из-за комического непонимания сути (или прикрываясь им) половой акт представляется нарушением ТБ. Хотя, наверное, от версии зависит.
  • На контрасте: анекдот про троих товарищей, двоих из которых бандиты решили пристрелить, а одного — опустить. В последней сцене здоровенный подручный тащит всех троих в лесок под комментарии пленника: «Запомни, Ибрагим, трахать — меня. Не перепутай!».
  • «Мужчин — трахать, женщин — за борт!»
  • «А где ты видел гаишника с простреленным ухом?»
  • «Расстреляли меня, внучок!»
  • "И он еще спрашивает! Ты разве слышал выстрел?"

Литература[править]

  • Ги де Мопассан, «Пышка» — прусские оккупанты не выпускают дилижанс с французами, пока одна из пассажирок дилижанса, проститутка Пышка, не отдастся им. Она не хочет этого делать из патриотических соображений, но соседи по дилижансу умоляют её согласиться. И не сексуальное насилие поражает душу Пышки, а подлость соседей, которые после её «подвига» перестают с ней общаться и не делятся едой.
  • Многие герои Филиппа Хозе Фармера, как женщины, так и мужчины.
  • Хайнлайн, «Фрайди». Фрайди — кондиционированный суперагент и человек-плюс. Когда в ходе пыток её изнасиловали, она лишь отметила про себя непрофессионализм пленителей.
  • «Меганезия» — и да, и нет. Высшая ценность — свобода, худшее из зол — лишение свободы, и принципиально, что человека заставили выполнять неприятные для него физические действия. Конкретный вид этих действий (уборка урожая кофе, работа киркой на залежах гуано или удовлетворение чужой похоти) не играет особой роли. При этом отсутствие отношения к женщинам как к товару автоматически выливается в отсутствие отношения к изнасилованным женщинам как к испорченному товару. И стресс жертвы от того, что факт изнасилования всем известен, непонятен в принципе: сакрализацию секса нези у себя давно и успешно уничтожили.
  • «Цветок Пустыни» — автобиография, в котором худшее из зол — это женское обрезание и все его последствия. И это намного кошмарнее того, что автора изнасиловали в возрасте четырех (!) лет.
  • Дарья Донцова, «Хэппи-энд для Дездемоны» — расследуя дело о детской проституции, главная героиня познакомилась с девушкой, милиционером под прикрытием, которая внедрилась в среду проституток, чтобы вычислить поставщика малолеток. Девушке приходится выходить на панель по-настоящему и принимать на себя все тяготы жизни жриц любви, включая троп, но она считает, что цель того стоит.
  • Князь Пустоты:
    • Икурей Конфас. Когда Найюр изнасиловал его, тот лишь слегка расстроился: одежду порвали, морду набили, зачем? Он бы и так дал!
    • Дуниане в принципе. Они ещё и манипулировать насильником будут.
    • По мнению Мимары, изнасилование — сущий пустяк по сравнению с тем, что ожидает всех людей после смерти.
  • Юрий Никитин, «Трое из леса» — Мрак пытается утешить двух изнасилованных девушек, уговаривая их не придавать изнасилованию судьбоносного значения: «Тело — ножны, душа — клинок». Но девушки всё равно кончают с собой.
    • Впрочем, он же в следующей книге полушутливо-полусерьёзно наставляет Олега: «А ты пока не остыл, снасильничай [Лиску]! Пусть помнит, у кого красть размечталась». Лиска на тот момент — однозначный враг и раздражающая стерва, но звучит всё равно не ахти (тем более что Трое из леса таким обычно не занимаются). Девушка уже настроилась, но, к счастью, у Олега не поднялась на неё… гм… ничего не поднялось, короче.
    • Куявки, в отличии от артанок, вообще спокойней к этому относятся.
  • Антон Орлов, «Сонхийский цикл»:
    • Эдмар говорит Дирвену: «Видишь ли, у меня весьма разносторонний жизненный опыт, и было бы достойно сожаления, если бы я начал испытывать из ряда вон выходящие эмоции по поводу незначительного эпизода с неловким и назойливым партнером. Это всего лишь мелкая дефектная бусина в драгоценном ожерелье моих интимных впечатлений».
    • Там же переродившийся в очередной раз Тейзург сумел-таки уломать на секс бывшего Стража Мира (в которого был влюблён ещё во времена, когда Страж был действующим, а Тейзург — демоном). Но не совсем добровольно: воспользовался магией песчаных ведьм для соблазнения. Поутру всё кончилось тропом: экс-Страж сказал: «Ну, выяснил ты, что такая магия сработает даже на мне, и что?», оделся и ушёл. Обиделся, конечно, но скорее на нечестность Тейзурга.
  • Он(а) же, «Тина Хэдис» — с сильной поправкой на нечеловеческую психологию. Среди могндоэфрийских энбоно изнасилование — вполне распространённое явление, что вкупе с высокой культурой любовных игр делает его не трагедией, а скорее пикантным приключением. Во всяком случае, Лиргисо вспоминал о том, как был изнасилован в юношеском возрасте директором школы, именно в этом ключе. (Стоит отметить также, что у энбоно в приоритете стоит удовольствие партнёра, и при сексуальном контакте от них никто, так сказать, «не уйдёт обиженным».) В человеческом теле Лиргисо остался верен себе — и таки да, не видел ничего особо плохого в том, чтобы кого-то изнасиловать, лишь бы это было красиво и не отмечено дурным вкусом (то есть никаких там пыток, избиений и прочего бескультурья). Впрочем, Лиргисо тот ещё отморозок, и не сказать, чтобы его сексуальные наклонности не были основной причиной подобной характеризации. По мере прокачивания до антизлодея/антигероя от подобных замашек он начинает воздерживаться.
  • Питер Уоттс, «Рифтеры»: во второй книге главная героиня зарабатывает тяжелейший ПТСР и среди прочего рассуждает о том, что изнасилование — дело житейское. «Я знаю все о том, как довести человека до срыва, до слома, и сексуальное насилие тут даже в первую десятку не входит».
  • Юдковский, «Тройной контакт». В далёком будущем «неконсенсуальный секс» разрешён, а существовавшие прежде запреты на изнасилование воспринимаются как варварство и ханжество.
    • В кадре «изнасилованием» называют болезненное хватание за грудь[1]. C точки зрения человека-плюс реально одно и то-же, ведь в изнасиловании важны не проникновение, а демонстративное унижение — а у людей-плюс нет сакрализации секса и прекрасная терапия. При этом «серьезные» изнасилования тоже происходят, против их легализации консерваторы даже пытались устроить военный переворот. Но в текущем таймлайне его участник даже не может объяснить в чем-же было дело из-за культурной пропасти.
  • «Девушка с татуировкой дракона» с продолжениями — Лизбет Саландер ненавидит насильников и не собирается оставлять их безнаказанными, но не убивается по поводу того, что её изнасиловали. Вот что после пули в голову она забыла доказательство теоремы Ферма — куда более досадно.
  • И. Дравин, Чужак (цикл):
    • Одним из неписаных правил гильдии охотников является требование при встрече с превосходящими силами «чёрного» каравана (т. е. работорговцев, ведущих рабов в Погань) не вступать в безнадёжный бой, а убить как можно больше рабынь. Если рабов ждут смерть на алтаре / превращение в нежить, то рабынь — участие в ритуале перерождения Хозяев Погани. В качестве инкубаторов.
    • Влад предлагает банде Макса Безголового прошерстить загоны для жертвенного мяса на предмет красивых женщин. И отмечает для себя, что жизнь даже в качестве любовницы/наложницы адекватного бандита — это куда лучше, чем смерть на алтаре Падшего.
  • Стивен Кинг, «Противостояние» — умственно отсталый Мусорный Бачок смотрит на изнасилования как на гораздо меньшее зло, чем мордобой. От этого его еще жальче.
  • Халед Хосейни, «Бегущий за воздушным змеем» — предательство Амира было для Хасана гораздо большим ударом, чем изнасилование.
  • Валерий Иващенко, «Честь, шпага и немного волшебства» — главный герой в тюрьме оказывается в одной камере с молодой нищенкой и удивляется, как могли такое допустить, вдруг бы он захотел на неё напасть. Женщина в ответ на его недоумение пожимает плечами — ей не привыкать.
  • Джин Ауэл, «Клан пещерного медведя». Идею равноправия полов местным неандертальцам не завезли, и то, что сейчас считается изнасилованием, у них является повседневной жизнью (ну захотел охотник потрахаться, вот и подал знак любой приглянувшейся женщине, не интересуясь её мнением и возрастом). Вот только Бруда к Эйле влечёт скорее желание унизить и «поставить её на место», чем похоть, этим он её так и злит.
  • Дэвид Брин, «Искушение». Неодельфина Пипоу злит не столько изнасилование, сколько похищение и то, что контрацептивный имплант не вечен (а оставлять планете подарочек в виде потомства от двух дегенератов она не желает).
  • Вейская империя — здесь изнасилование грубой силой мало что значит — жертва быстро оправится, а вот насильника повяжут как и обычных бандитов. А вот отношения сомнительной добровольности здесь абсолютная норма, в конце концов на Вее коррумпированная ирригационная империя и настоящих свободных людей тут вообще нет.
  • Ахтарский Цикл - олигарх Извольский решает приударить за девушкой, в итоге напившись просто насилует ее. Или точнее занимается сексом абсолютно не интересуясь ее мнением. У нее это вызвало достаточно смешанные эмоции, все-таки вокруг утрированные 90-ые, а то что произошло было жутковатым проявлением привязанности, в итоге они женятся.
  • «Путь индюка» Вадима Проскурина — тут, на фоне сложных межрассовых отношений, такое бывает часто. Люди не считают орков и эльфов за людей — и насилуют при возможности. Орки, в большинстве своём, никакой судьбы, кроме рабской, не знают — и не сопротивляются. Эльфы считают и людей, и орков равно врагами и тоже не ждут от них какого-то сострадания. В числе прочего к разгорячённым солдатам попалась даже эльфийский коммисар Анжела — что не помешало ей, сбежав, в считанные недели вернуться к командованию.
  • Хроники странного королевства — Ольга решает остаться прикрывать отступление друзей (двух подростков, несущих маленьких детей) именно в расчёте на то они успеют убежать, пока вампиры будут её насиловать. К счастью, ей на помощь успевают прийти офигенные герои.
  • «Успех» Михаила Харитонова — Известнейшее Семейство, наследники создателя более совершенного варп-привода Дейкстры, начались с де-факто изнасилования потерявшего рассудок учёного его служанкой. Сама жертва этого даже не заметила, а вот её дети смогли получить наследство. Также, уже в кадре, команда космического корабля изнасиловала протагониста. Тот даже не особенно выделил это на фоне прочих издевательств.
  • «Оборотень» Евгения Долматовича — героиня сначала просто удивляется нападению, а потом скорее с интересом следит за насильником и его переживаниями, чем переживает сама. Сначала кажется, что это вариант с умственной отсталостью, а потом оказывается, что в деле нечеловеческая психология. Точнее, уже нечеловеческая.

Кино[править]

  • 9 из 10 американских порнофильмов получаются именно что «нонконсенсуальным контактом» — о том что это изнасилование все забывают примерно через минуту. Только если порно сюжетное то это как-то будет учитываться.
    • 9 из 10 японских играют в обратном ключе — на добровольный и недобровольный секс любой градации девушка будет плакать и отпираться вначале, а потом попытается просто игнорировать то что случилось, никакой дополнительной реакции на изнасилование не будет.
  • «Однажды на Диком Западе» — когда героиня думает, что Шайен изнасилует её, она говорит: «Давай. Я просто пойду и приму после тебя ванну». Она бывшая проститутка.

Сериалы[править]

  • Money Heist - Берлин иногда намекает заложницам на изнасилование именно потому-что это наказание с максимумом эффекта и минимумом потери ценности заложника. Но для такого криминального эстета изнасилование это очень низкий уровень, а вот если заложница сама ему отдастся за право быть полицайкой - это другое дело.

Веб-комиксы[править]

  • «Самый тупой в мире маг» — Спрут-насильник. «Не переживайте, поначалу всегда страшно, особенно кактусощупальцами. А потом привыкаешь…»

Аниме и манга[править]

  • Аниме-сериал «Дьявольские возлюбленные» — Юи Комори примерно так реагирует на то, что с ней делают братья-вампиры.
  • Манга Monster Musume — подобному девушка-слайм Су подвергла гарпию Папи, ламию Мию и кентавриху Центорию. И всем было разве что слегка стыдно.
  • Vinland Saga — одна из девушек, похищенных и изнасилованных йомсвикингами, сразу после спасения попыталась намекнуть Торфинну, что, дескать, её семье будет нечем отплатить за помощь, но она могла бы его отблагодарить… А когда он отказался от «благодарности» (и вообще не понял намёка) — заметно огорчилась. Да и прочие (но не все) не казались особо травмированными.
  • Robo Girls Z — Миневра хитростью остаётся наедине с Зет-чан, а потом её насилует. Но Зет восприняла такой поворот всего лишь с лёгким неприятным удивлением, и вообще, гнев её подруг, которых она бросила ради Миневры, для неё куда страшнее.
    • Вообще, враги здесь нередко не только избивают героинь, но и насильно раздевают их и лезут им щупальцами в трусы. Да только эти героини — могущественные мегуки и полные отморозки, и их такое обращение только раззадоривает на ответные удары. А Гренда-чан по прозвищу Садомазо даже удовольствие в процессе ловит.
  • Становясь волшебницей — Бейсер любит связать, раздеть и отшлёпать девочек-волшебниц, а позже даже заставляет пленниц заниматься друг с другом сексом. Но все её жертвы переносят это сравнительно легко, как обычный человек воспринял бы пару свежих синяков. Подобным же занимается и её соперница Лорд Эроме, причём куда более жестоко, но и в её случае жертвы обходятся без поломанной психики. А всё потому, что все здешние волшебницы — сексуальные извращенки.
  • Sekai Oni — Девочку Адзуму неоднократно насилует её дядя. Но по-настоящему тяжело она воспринимает совсем не это, а убийство своей птицы. И вообще, эта полусумасшедшая социопатка уже с раннего детства натерпелась столько, что её невозможно чем-то напугать или сломать. С фитильком, потому что приставания со стороны дяди ей всё же категорически не нравятся. Так сказать, «в десятке худших зол, но далеко не первое».
  • Berserk — Зигзаг с Гатсом. Сначала он воспринимает изнасилование очень тяжело, но вместо того, чтобы предаться агнсту, Гатс мстит обидчику. Позже Гатс куда сильнее страдает, когда узнаёт, что педофилу его продал собственный отец, но и от этой эмоциональной травмы ему удаётся оправиться. А потом на него наваливается столько горя и несчастий, что всё пережитое в детстве на их фоне просто меркнет. Взрослый Гатс, прокачавший силу и стоицизм до поистине сверхчеловеческого уровня, если и взгрустнёт от пережитого, то отнюдь не от своих детских злоключений.
    • Хотя сексуальную сферу ему эти злоключения всё же достаточно сильно надломили. Большую часть жизни Гатс в принципе игнорирует эту часть жизни, а, полюбив Каску, во время их первого секса ловит серьёзнейшую паническую атаку с агрессией как раз из-за флэшбеков об изнасиловании.

Видеоигры[править]

  • Визуальный роман Monster Girl Quest — хоть Лука и не очень хорошо относится к насильственным действиям сексуального характера со стороны монстродев, это не заставляет его проникаться к ним ненавистью и перестать верить в мирное сосуществление людей и монстров.
  • Визуальный роман X-Change: больше половины постельных сцен, в которых поучаствовал ГГ — недобровольны, но относится он в целом к этому нейтрально или даже ловит удовольствие. Впрочем, в редких случаях, когда герой сам к кому-то лезет, его партнеры тоже не высказывают ему ничего. Чего не скажешь о некоторых плохих концовках.
  • Игра Meltys Quest — героине такое обращение монстров не нравится, но тут прокачка осуществляется именно так.
  • Сеттинги текстовых РПГ от Fenoxo:
    • «Corruption of Champions» — мир, поражённый демонической скверной похоти. Изнасилование персонажа монстром / осквернённым разумным и наоборот совершенно обыденны.[2] Сюжетно осуждаются только те случаи, в которых изнасилование было частью осквернения разумного существа — свободные от скверны друзья и даже любовники откажутся жить с носителями скверны под одной крышей. Соответственно, плохие концовки игры вызываются утратой души, разума, человечности или свободы воли.
    • «Trials in Tainted Space». Далёкое будущее весьма вольных нравов с местами наплевательским отношением на ситуацию аборигенов планет фронтира. Похоже на предыдущий пункт, но в НФ-сеттинге; соответственно, некоторые плохие концовки игры вызываются утратой разума или распадом личности.
  • Dragon Age: Шианни, кузина ГГ-городского эльфа, изнасилована местным мерзавцем-аристократом Воганом. Но она против того, чтобы с ней после этого «носились как с тухлым яйцом», не унывает, активно участвует в социальной жизни эльфинажа (эльфийский район, изначально — гетто) и в итоге становится хагреном (старейшиной, мэром), а то и банном (фактически дворянкой-землевладелицей) эльфинажа.
  • Корсары — по ходу прохождения «Под черным флагом» вконец слетевший с катушек Шарль заточает Мирабель, любовницу своего босса, Маркуса Тиракса, на своей тайной базе и принуждает к сожительству. Позднее, одумавшись и ужаснувшись, мчится к ней с мольбами о прощении, но … она искренне ни в чем его не винит. Она рассказывает свою историю: до встречи с ним она была сначала метиской-изгоем, отца не знавшей, потом нищей служанкой, по глупости попавшей в тюрьму и проданной оттуда в бордель. Затем её выкупили ненавистный ей Тиракс и его друг, и она испытала все мыслимые муки ада. Шарль, сам того не ведая, выступил в роли спасителя: он отказался убивать Мирабель как свидетельницу ограбления, вывез на тихий остров, поселил в отдельном двухэтажном доме и наконец оградил её от враждебного внешнего мира. К тому же секс с ним, молодым и красивым мужчиной лет двадцати пяти, ей понравился.

Реальная жизнь[править]

  • Селин Гёрен, заступившаяся за мигранта, который её же и изнасиловал.
  • УК примерно любой страны. Особенно касается стран в которых есть высшая мера - почти нигде высшей меры за изнасилование не бывает.
    • В УК РФ студентка первого курса отправившая свои голые фото может получить больше срок чем настоящий насильник.
    • В УК Украины максимум за жестокое обращение с животными равняется минимуму за изнасилование.

Примечания[править]

  1. Впрочем может им бы не ограничилось если бы было на это время
  2. Игру в принципе можно пройти, не поддаваясь скверне и не совершая насилия ни физического, ни морального, т. е. занимаясь сексом исключительно с разумными и только по согласию участников акта.