Добрый верующий, злой верующий

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
Emblem-important.pngНе надо здесь реальной жизни!
Особенность темы этой статьи в том, что её нельзя применить к реальной жизни. В реальной жизни нет, к примеру, объективного добра и зла, а вторжение в личную жизнь реальных людей выходит за рамки приличия. Пожалуйста, помещайте только вымышленные примеры.

В сеттинге присутствуют довольно религиозные персонажи или служители культа. Но их изображают по-разному. В произведениях одних авторов это будут, несомненно, хорошие люди, чей моральный облик куда светлее чем у других людей. В других, наоборот, это могут быть ну очень неприятные личности, с которыми вы бы не хотели сталкиваться в реальной жизни.

Иные авторы идут другим путем и вводят религиозных персонажей с диаметрально противоположным моральным обликом. Нередко они противопоставляются друг-другу. Также под троп подходит ситуация, когда явно злые и добрые верующие появляются в разных произведениях одного автора.

Добрый верующий, как ни странно, добрый человек. Сострадательный, эмпатичный, он всегда готов помочь и выручить другого человека. Черпает только лучшее из своей религии. Как правило, ему не свойственный религиозный фанатизм и нетерпимость. Вполне мил как с единоверцами, так и с неверующими и иноверцами. Свои взгляды не навязывает, но способен привлекать на свою сторону благодаря харизме и убедительности. Может быть пастырем добрым или крутым падре.

Злой верующий часто бывает фанатиком. Люто ненавидит всех, кто не исповедует его религию, способен на по-настоящему жестокие и подлые поступки во имя веры. Также может быть лицемером и демонстрировать двойные стандарты. Любит агрессивно навязывать свои взгляды, в том числе с помощью насилия. Может быть пастырем недобрым или пастырем нерадивым. Впрочем, последним может быть и добрый верующий.

В черно-сером случае доброго верующего нет, а предлагается наблюдать за конфликтом между «серым» фанатиком-храмовником, искренне верующим в догматы своей религии, и «чёрным» коррупционером, для которого религия — лишь способ запудрить людям голову ради получения плюшек и власти.

Если в сеттинге чуть менее чем все персонажи — верующие, то нет особого смысла выделять хороших и плохих мирян, а акцент автор делает на клириках.

Важно отметить, что под троп не попадают ситуации, когда в произведении верующие сравниваются в качестве приверженцев разных религий. Ведь здесь автор желает не показать, какими разными бывают религиозные люди, а скорее всего, противопоставить «правильную», «хорошую» и «истинную» религию «плохой» и «ложной».

Примеры[править]

Предания[править]

  • Притча о том, как святой Макарий с учеником повстречались с языческим жрецом, несущим вязанку дров. Ученик шел немного впереди, встретил жреца первым и спросил: «Куда идешь, демон?», за что был крепко избит. Жрец пошел дальше и встретил святого Макария. Тот его вежливо поприветствовал, потому что увидел, что добрый человек старательно трудится. Чем жреца немало озадачил: он-то думал, что все христиане такие, как ученик. Жрец покаялся и поступил к Макарию в ученики. То-то побитый был рад.
    • Мораль: если сочувствовать людям, а не обзываться, твое миссионерство принесет больше плода.

Литература[править]

  • В. Скотт, «Айвенго»: добрые — приор Эймер, монах Тук, злые — Альберт де Мальвуазен, Конрад Монтфитчет (хотят сжечь Ревекку, прекрасно осознавая, что она не колдунья). Лука де Бомануар — случай пограничный. С одной стороны — не в меру суров и фанатичен, с другой — безукоризненно честен. Столь же неоднозначен и Бриан де Буагильбер.
  • Ф. М. Достоевский, «Братья Карамазовы»: Алёша Карамазов и его духовный наставник отец Зосима — и отец Ферапонт.
  • Сенкевич, «Камо грядеши?». Хотя все христиане в книге положительные, автор ввел излишне фанатичного персонажа Криспа. Тот изругал исповедовавшуюся ему Лигию за то, что она допустила в сердце иную любовь помимо небесной, чем запятнала душу. Хорошо, на помощь униженной и растоптанной девушке пришли апостолы, которые объяснили Криспу, что он неправ.
  • Марк Твен, «Янки из Коннектикута при дворе короля Артура». В книге ярко выражены антиклерикальные взгляды автора на церковь и религию. Но в то же время автор ввел в повествование вполне положительного священника. Он берёт на воспитание ребенка молодой женщины, которую решили казнить за мелкую кражу.
    • Также упомянуто: «Мне очень хотелось вздернуть на дыбу палача за то, что он беспричинно бил и всячески обижал жену узника. Мне рассказали про это попы, горячо требуя наказания палача. Попы — неприятнейшая порода, но иногда они выказывали себя с хорошей стороны. Я имею в виду некоторые случаи, доказывающие, что не все попы были мошенниками и себялюбцами и что многие из них, особенно те, которые сами жили одной жизнью с народом, искренне, бесхитростно и набожно старались облегчить страдания и горести людей».
  • Этель Лилиан Войнич, «Овод»: патер Карди, предавший Артура — злой верующий, его отец Монтанелли — добрый. И хотя взгляды Войнич были не менее антиклерикальны, чем у Твена, но если посмотреть, как Артур-Риварес поизгалялся над последним, ему нельзя не посочувствовать.
  • А. П. Чехов, одна из новелл рассказа «В бане» — очень просвещённый дьякон против святоши-цирюльника, который этого дьякона по ошибке принял за нигилиста и тихонько попросил сторожа проследить за этим «длинноволосым». Когда цирюльник узнал, что подумал дурное о духовном лице, был сильно смущён.
  • А. М. Горький «Детство» и «В людях» — с прикрученным фитильком. Дедушка, конечно, не злодей, в нём много положительного (внука таки читать научил), но козёл и садист преизрядный, а бабушка, напротив — добрая, бескорыстная, практически святая (хоть и пьяница). И Бог у бабушки добрый (правда, в ней густо смешано православие и язычество), а у деда — злой.
  • Творчество Стивена Кинга:
    • По большей части, в его книгах появляются злые верующие — можно найти целую плеяду крайне отвратительных религиозных фанатиков. Взять миссис Кармоди, которая сколотила свою секту и приказывала приносить людей в жертву. Или жестокую, повёрнутую на религии мать Кэрри с одноименного романа.
    • Но, с другой стороны, «Зелёная миля» написана от лица вполне положительного и верующего Пола, и в тексте присутствуют христианские символы и отсылки. И отец Каллагэн в «Жребии» и «Тёмной Башне». И «богомольный мальчишка» в «Безнадеге».
  • Песнь Льда и Пламени и Игра престолов:
    • Добрые — бродячий септон Мерибальд, а также Старший брат на Тихом острове, который, судя по намёкам, спас одного персонажа, которого считали мертвым. В сериале вместо этих двоих на сцену выходит септон Рей, который возглавил местную хиппи-коммуну. Правда, продемонстрировал несовместимый с жизнью пацифизм, что дорого стоило как самому септону, так и его людям. С фитильком и Торос из Мира, который служит явно недоброму богу, но сам человек неплохой.
    • Неоднозначные — Его Воробейшество и его религиозные фанатики. По-настоящему злые только на фоне предыдущих примеров, на фоне же настоящих уродов в подрясниках выглядят вполне прилично.
    • Злые — двинутый фанатик Утонувшего Бога Эйрон Мокроголовый, в представлении которого благочестие — это грабеж, убийства и человеческие жертвоприношения. Верховный септон, который вел недостойный образ жизни. Жестокая фанатичка Мелиссандра, которая сжигала людей во имя веры. В сериале, вон, даже ребенка не пожалела. В прошлом андалы, которые насаживали веру в семерых с помощью насилия и жгли богорощи.
  • Отблески Этерны отметились и здесь:
    • Олларианский фанатик Авнир, имеющий прямое отношение к кровавой Октавианской ночи, и его религиозный оппонент, — искренний и доброжелательный эсперантистский епископ Онорэ позже погибший и небезосновательно причисленный к лику святых.
    • С прикрученным фитильком, — кардинал Сильвестр и кардинал Левий. Оба преследуют свои цели, но производят совершенно разное впечатление своим подходом.
    • Мирабелла Окделл, чьё оправдываемое в том числе религиозными взглядами поведение кажется нездоровым не только современному светскому человеку, но и большей части персонажей. Автора правки не покидает ощущение, что большинство эсперантистов в кадре сделано адекватными в том числе и для того, чтобы оттенить эту женщину.
  • Saga o wiedźminie А. Сапковского: добрые верующие — мудрые и сострадательные служительницы богини плодородия Мелитэле, злые — адепты Вечного Огня, которые в лучшем случае фанатики, а в худшем — коррупционеры, под фанатиков косящие. Впрочем, среди последних тоже встречаются неплохие люди, например, священник-чародей отец Крепп из рассказа «Последнее желание».
  • «Сага о Рейневане» того де автора: главный герой Рейнмар, инквизитор Гжегож Гейнче, гуситский проповедник Урбан Горн и гуситский же генерал Прокоп Голый — хорошие верующие, полное чудовище епископ Конрад и чокнутый гуситский фанатик Прокоп Малый — плохие.
  • Волкодав — среди последователей Богов-Близнецов есть как фанатики вроде Хономера, так и добрые пастыри, как живший у Серых Псов старец. Их рассказы и проповеди о Близнецах очень сильно отличаются.
  • Метавселенная Рудазова — в ассортименте.
    • «Три глаза и шесть рук» — злобный епископ Каролюс[1], планирующий государственный переворот и приколдовывающий на досуге — и кардинал дю Шевуа, драчун, бражник и бывший бандит, уверовавший и раскаявшийся настолько, что сподобился даже дара экзорцизма.
      • «Демоны в Ватикане» — примерно так же, только темнее и острее, противопоставлены опальный кардинал-мраккультист эль Кориано и Папа Римский Леон Второй. Ну, а Торквемада вообще по ту сторону добра и зла.
    • «Арифмоман» — смутьян на площади после землетрясения и осаживающий его епископ Далион.
  • Умберто Эко, «Имя розы» — поскольку действие романа происходит в монастыре, то и верующие тут есть всех мастей.

Кино[править]

  • «Четыре всадника Апокалипсиса»: с одной стороны — храмовники из Плоских Солончаков, с другой — странствующие христиане, принявшие у себя героев. Да и пастырь нерадивый отец Салливан, умудрившийся проиграть в карты деньги на постройку церкви, но всегда готовый помочь ближнему.
  • «Робин Гуд: Принц воров» 1991 г. — добрый монах Тук и злой епископ.
  • «Леди-ястреб» — и тут тоже злой епископ и добрый монах.

Телесериалы[править]

Мультфильмы[править]

  • «Горбун из Нотр-Дама» — злобный судья Клод Фролло и добрый архидьякон. Примечательно, что в самом «Соборе Парижской Богоматери» это попросту один и тот же персонаж — архидьякон Клод Фролло.
  • «Князь Владимир» — Боян и Кривжа. Служат хоть и разным богам (Кривжа — Перуну, Боян — Роду), но в одной религии.

Мультсериалы[править]

Аниме и манга[править]

  • Hellsing же! «Добрый» верующий — отец Андерсон, двинутый фанатик и рыцарь крови, но человек честный и благородный, злой — архиепископ Энрике, психопат и военный преступник с манией величия.

Примечания[править]

  1. Тут возможна аллюзия: Дотембрия говорит явно на каком-то западнославянском языке вроде польского, а урождённого поляка папу Иоанна-Павла Второго в миру звали Кароль Войтыла. Впрочем, Рудазов утверждает, что этого не знал.