Выбраковка (роман)

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск

Книга российского писателя Олега Дивова в жанре антиутопии. В своё время наделала немало шума из-за поднятых в ней тем и того, что никто толком не понял, чего хотел сказать автор. Включая, похоже, самого автора.

Сюжет[править]

Где-то в середине 90-х группа высокопоставленных офицеров ФСБ совершает государственный переворот, вошедший в историю как Январский Путч, и формирует так называемое Правительство Народного Доверия. Российская Федерация, объединившись с Республикой Беларусь, переименовывается в Славянский Союз. ПНД фактически отменяет конституцию и вводит в новом государстве диктатуру с ярко выраженным националистическим окрасом. Перед правительством стояло две основные проблемы — экономический кризис и разгул преступности. С первым оно ничего поделать не могло, а вот для решения второй проблемы было создано Агентство Социальной Безопасности.

На основе Меморандума Птицина вводится так называемая система Выбраковки. Все, кто признан опасным для общества — преступники, алкоголики, наркоманы, душевнобольные люди и так далее — подлежали «выбраковке», то есть ссылке в трудовые лагеря, где работали, пока не умирали, или на реабилитацию, если их можно было вернуть в общество. Специально для выбраковки бандитов, коррупционеров и прочего криминального элемента была создана АСБ — де-юре оперативники, а де-факто вигиланты в погонах, имеющие полномочия казнить подозреваемых на месте.

Действие книги крутится вокруг оперуполномоченного АСБ Павла Гусева, который совсем не тот, кем кажется на первый взгляд. Война с преступностью закончилась, и ПНД задумывается над тем, как жить дальше. АСБ становится всё более неудобным институтом для власти, и выбраковщики начинают ощущать сгущающиеся над ними тучи…

Тропы и штампы[править]

  • Ай, молодца — Догадываясь, что ведомый Костя становится наркоманом, Гусев даже не попробовал его остановить. В итоге Костя в наркотическом опьянении расстрелял задержанных бомжей. И тем самым отправил себя в брак. Вскоре второй ведомый, Женя, сорвался, напал на Гусева, и тоже получил приговор. Самого же Гусева надолго отправили в резерв (считай, почти уволили).
  • Антиреклама наркотиков — отчего забраковали ведомого Костю, уже сказано выше. А Павла Птицына и его жену насмерть искалечили накуренные бандиты.
  • Антиутопия — многим российским читателям того времени показалась утопией. Сейчас же, скорее производит впечатление дистопии.
    • На лестнице автор утверждал, что намеренно балансировал между тем и другим.
  • Антигерой — Гусев, да и почти все оперативники АСБ.
  • Басня — физически вычистить из общества всю сволочь, как мечтают кухонные и диванные мыслители, вполне возможно. Только захотят ли люди жить в стране, где потенциально могут забраковать каждого (пускай и заслуженно)?
    • Вопрос в том, что в романе реально удалось построить тихое сытое общество, где простой человек всегда может позвонить куда следует и избавиться от насильника, вымогателя и пр., даже пьяных развозит служба доставки. А после краха режима о том, чтобы спокойно ходить по улицам ночью, можно забыть напрочь. Так что вопрос сложнее и схож с высказыванием Франклина: готовы ли мы жертвовать свободой ради безопасности и насколько?
  • Бесславные 90-е — именно они и привели к событиям Выбраковки. И туда же, по всей видимости, всё скатилось после Октябрьского Путча.
  • Вигилант — хотя оперативники АСБ работают на государство, и по образу мышления, и по манере действий они больше вигиланты, а законом скорее просто прикрываются.
  • Герой-социопат — в той или иной мере, все оперативники АСБ, особенно ветераны.
  • Гладить собаку — Гусев проявляет доброту много раз, несмотря на свой тяжелый характер. Например, освобождает дворнягу, застрявшую хвостом в гребёнке эскалатора. Троп подсвечен Большаковым.
  • Евгеника — под выбраковку подпадают не только преступники, но и люди с генетическими отклонениями или психическими заболеваниями. Правда, началось это уже после того, как привычные враги народа кончились.
  • Жестокое милосердие — не желая отправлять молодого воришку в лагерь, Гусев отпускает его… но перед этим заставляет проглотить несколько монет.
    • Смертной казни в Славянском Союзе нет. Но благодаря тяжелейшим условиям труда местная каторга служит ей достойной заменой.
  • Злодей по должности — «новое поколение» АСБ, которому дали приказ перебить своих старших товарищей.
    • На самом деле таковы все выбраковшики. Подсвечено Гусевым.
  • Красно-коричневая сволочь — Правительство Народного Доверия. Тут и лозунг «У нерусских не покупаем», и подспудный антисемитизм, и само название государства. Подсвечено в самом начале романа. При этом в стране как бы советская власть: парламент именуется Верховным Советом, а столицей управляет Моссовет.
    • Поначалу совсем уж фашистских черт у Славянского союза не было, за исключением названия. Акция "У нерусских не покупаем", равно как и начало выбраковки умственных инвалидов и бродячих собак - изобретение недавнего времени, когда враги народа кончились, а выбраковщики и прочий аппарат насилия остались.
  • Криптоистория — внутримировой пример. Согласно официальной версии, никакие выбраковщики Кремль не штурмовали. Просто взорвался газовый баллон для сварки, убил двадцать шесть и ранил восемнадцать человек из караульной роты, проходившей мимо.
  • Крутой в плаще — как правило, оперативники АСБ прячут под ними своё снаряжение.
  • Крутой курильщик — несомненно, Гусев. А также многие его сослуживцы.
  • Наше время + 20 — для 1999 года, когда издали «Выбраковку», конец нулевых является именно таким временем.
  • Нацист — с прикрученным фитильком Мышкин. Он не идейный нацист, просто верит абсолютно во всё, что прочитает. Таким макаром умудрился побывать и религиозным фундаменталистом, и коммунистом, и оккультистом.
    • А вот один его «реальный» прототип по фамилии Крыса из исторической справки был настоящим нацистом, а после распада АСБ создал собственную террористическую группировку.
  • Начало конца — на момент действия Правительству Национального Доверия осталось существовать не больше двух лет. Влиятельные чиновники уже потихоньку возвращают себе былую неприкосновенность и привилегии. Чуя, что выбраковка прекратится со дня на день, в Москву на разведку лезут уцелевшие преступники. И Агентство Социальной Безопасности не может помешать этому, хотя обладает немалой властью.
  • Ненадёжный рассказчик — книга делится на три части. Первая — вступление и историческая справка, написанная неизвестным автором спустя девяносто лет после событий романа. Вторая — эссе «Палачи и шерифы», написанное журналистом Иваном Большаковым (эпизодический герой Ваня, сын главреда "Эха Москвы", антисемит и в целом весьма неприятный человек — это именно он). Третья — сам роман. Кто его автор, не выяснили до сих пор. Ясно лишь, что он вплоть до мелочей знал АСБ изнутри. Возможно даже служил в нём. И понять, кто врёт, а кто говорит правду, не представляется возможным. Все части намеренно ангажированы в ту или иную сторону.
  • Несовместимая с жизнью самоуверенность — творцы Октябрьского Путча считали, что АСБ не окажет им значительного сопротивления. Каково же было их удивление, когда бойцы АСБ с боем ворвались в Кремль, перебили всю охрану и арестовали путчистов.
  • Операция под фальшивым флагом — неизвестные люди со значками АСБ расстреливают из автоматов автобусы и трамваи, полные пассажиров. Кто они такие, напрямую не говорится. Однако нетрудно понять, что таким образом заговорщики вызывают у народа ненависть к выбраковщикам. Мол, они совсем с катушек съехали, им неважно, кого убивать.
  • Осторожно, доброта! — участковый Мурашкин очень добрый человек, но когда он застал педофила над изнасилованной девочкой, кончилось всё очень плохо. Для педофила.
  • Полное чудовище — бывший продюсер Шавцов, вскрывший ножом свою беременную жену, потому как не считал её достойной носить своего ребёнка.
  • Пнуть сукиного сына — именно это делает Гусев с Шавцовым и наркобароном Писцом.
    • В целом, сукиных сынов любого толка здесь пинает само законодательство.
  • Профи с причудами — видный психиатр Мирза Крумов, ещё до выбраковки лечивший Гусева от тяжелейшей депрессии, к знакомым мужчинам обращается «бычий х*й».
  • Снова в строю — завязка романа: Гусева возвращают в штат и дают нового ведомого.
  • Такой психованный, что пытать бесполезно — Гусев. А вот пытавшие его агенты контрразведки оказались не столь устойчивы, когда их нашли друзья Гусева.
  • Тоталитарный миротворец — Агентство Социальной Безопасности. Суть проста - выезжать по звонку и, парализовав подозреваемых, допросить с помощью чудо-сыворотки правды и в случае реального преступления отправить на каторгу. Позвонить может любой и донести хоть на харассмент начальника, хоть на буйного соседа - но ответственность за ложный вызов тоже есть. Собственно, в первые годы режима вели настоящую войну с бандитами и коррупционерами, вламываясь без стука в высокие кабинеты, особняки и бани.
  • Основное фантастическое допущение книги — наличие работающей сыворотки правды. На самом деле с ней все гораздо сложнее, смотрите одноименную статью. Собственно, только поэтому, а не из каких-то моральных соображений, описанные в книге методы борьбы с преступностью не применяются в реальной жизни.
  • Шоу внутри шоу — Рассказ о Павле Птицыне (Лебедеве), создавшем «Теорию сверхнасилия» — ту, которая стала идеологической основой для выбраковки. А также история того, что стало с предыдущими ведомыми Гусева.
  • Помидор в яблочной шкуре - приводятся весьма серьезные доказательства, что главный герой Павел Гусев и тот самый Павел Птицын (он же Лебедев) есть одно лицо. Другое дело, что прямого признания Гусева нет.
  • Плохой хороший конец — путч остановлен, все главные герои живы, а Гусев находит покой и даже счастье. Но АСБ остаётся доживать от силы год, в правительстве сидят всё те же сволочи, а судя по прологу, после роспуска выбраковщиков ситуация с преступностью вернулась на круги своя и стала даже хуже.