Всесильная бюрократия

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
« Я с надеждой вспоминал защищенную в прошлом месяце магистерскую диссертацию «О соотношении законов природы и законов администрации», где в частности доказывалось, что сплошь и рядом административные законы в силу своей специфической непреклонности оказываются действеннее природных и магических закономерностей. Я был убежден, что стоило бы Модесту Матвеевичу появиться здесь и заорать на упыря: «Вы это прекратите, товарищ Выбегалло!» — как упырь немедленно бы прекратил. »
— «Понедельник начинается в субботу»

Частный случай тропа Изменение реальности, в котором этой суперспособностью обладает не маг, инопланетянин или сверхчеловек, а бюрократ. Причины такому положению различны, но в общем случае сводятся к двум основным: бюрократ становится всесильным либо просто потому, что он бюрократ, либо ему по должности положен какой-нибудь Прикладной флеботинум.

В более общем случае бюрократическая машина как таковая рассматривается словно некая сверхъестественная всесильная стихия, на равных выступающая с классической магией, а то и превосходящая её. Впрочем, сеттинг не обязательно должен быть классически-магическим, скорее наоборот: троп зачастую используется в сатирических произведениях реалистического жанра, высмеивающих бюрократизм.

Отдельно стоит упомянуть такую вещь, как сделка с дьяволом и другой нечистой силой — вот уж где бюрократия превыше всего!

Где встречается[править]

Фольклор[править]

  • Различные вариации анекдота, в котором воззвание к коммунистической сознательности заставляет человека совершать физически невозможное. «Ты же коммунист, Иван!»

Литература[править]

  • Сергей Михалков, «Лев и ярлык». Кто-то прицепил к хвосту льва табличку с надписью «Осёл», подписью и печатью. Можно было бы, конечно, сорвать табличку — но ведь подпись, печать, инвентарный номер… Вопрос выносится на общее обсуждение зверей зоопарка, результатом его становится консенсус «Ещё ты не Осёл, но ты уже не Лев». И как-то на заре из логовища Льва вдруг донеслось протяжное: «И-аа!»
  • Карел Чапек, «Рассказ об утерянной ноге» — солдата выписали из госпиталя с ошибочным заключением, что он лишился ноги. Поначалу молодого чеха это вполне радовало: с таким документом и на войну за австрияков идти больше не надо, да и жить можно на пособие по инвалидности, нигде не работая. Но начались неприятности с самой ногой — она стала сохнуть и укорачиваться, доктора не могли ничем помочь, неуверенно предполагая, что причина недуга где-то в психосоматике. В отчаянии бедняга решился на крайние меры — документально заявить властям о существовании ноги со всеми вытекающими судебными последствиями. «Зато нога у него начала крепнуть. И крепла, быть может, она как раз от этой самой беготни; только я лично думаю, это произошло скорее оттого, что её признали официально; все-таки великая сила официальная бумажка!»
  • Братья Стругацкие, «Понедельник начинается в субботу» — см. эпиграф.
    • Их же «Сказка о Тройке», с фитильком: Тройка, конечно, всемогуща, но не сама по себе, а благодаря Большой Круглой Печати. Впрочем, сама Печать вполне подходит под троп.
  • С. Лем, «Кибериада», рассказ «Путешествие пятое А, или Консультация Трурля». Великий конструктор сумел защитить целую планету от неуязвимого, казалось бы, захватчика, просто вступив с ним в тягомотную бюрократическую переписку. Кстати, после победы он первым делом уничтожил все бумаги, бланки, чернильницы, столы и печатные машинки (секретаршу оставил). Это для того, как пояснил он спасённым аборигенам, чтоб эта могущественная машина на большую букву «Б» их самих не съела.
  • Роберт Шекли, «Бухгалтер» — с фитильком, ибо без магии всё-таки явно не обошлось, но в остальном именно оно.
  • Евгений Лукин:
    • «Пятеро в лодке, не считая Седьмых». Простой опечатки в приказе («Обязуемся выгрести к пристани Баклужино в десять ноль-ноль, шестнадцатого, одиннадцатого, тысяча двести тридцать седьмого. Печать, подпись директора…») оказалось достаточно, чтобы группа сотрудников советского НИИ, отправившаяся на гребную регату, провалилась в 1237 год.
    • Цикл «Портрет кудесника в юности»: колдовство бессильно против милиции. «Их как на службу принимают, рядовому — и то табельный оберег выдают…»
    • Президент Баклужино Глеб Портнягин своими указами вводит закон подлости, запрещает вечные двигатели, и т.д. Впрочем, Портнягин по совместительству является сильнейшим колдуном, так что тут ещё пойди пойми, что к чему прилагается… Но вот мэр Волгограда, в попытках решения топливного кризиса отменивший на территории города закон сохранения энергии (в результате чего весь город провалился в чёрную дыру), явно олицетворяет троп.
  • Иван Магазинников, цикл рассказов «Сказочная бюрократия».
  • Хроники странного королевства — магически принятые законы физически невозможно нарушить. Обычно их так не принимают — нельзя заранее учесть все нюансы использования и исключения, но с законом о комиссии предшественник Шеллара прокололся.

Кино[править]

  • «Чародеи» — подписание договора между Алёной и Сатанеевым: «Кровью скреплять не будем, чернила надёжнее!». С прикрученным фитильком, поскольку после расколдовывания Алёны о договоре все благополучно забыли… или нет?

Музыка[править]

  • ДДТ, «Змей Петров». Рожденный ползать получил приказ летать — и выполнил его.
  • Александр Галич:
    • «Ещё раз о чёрте» — даже договор с чёртом не требуется подписывать кровью: достаточно чернил!
    • «Баллада о сознательности» — герой излечился от диабета, так как в газете же написано, что диабета в СССР нет.
  • Песня про нечисть («Ночь-полночь, Бог в помощь…»), где живые мертвецы не боятся попа Мефодия, но пускаются наутёк от комсомольского секретаря. Ибо поп — типичный пастырь нерадивый, вон, капусту с чужого огорода таскает, а секретарь настроен серьёзно и вытрясет причитающиеся взносы, будь ты хоть сто раз покойник.