Владимир Красно Солнышко

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
«

Князь Владимир: Аз есмь интересуюсь, нет ли у вас христианских святынь. Ибо срам: три года, как христианин, а святынь немае. Византия: Вот тебе тряпочка, вот деревяшка, вот тебе коленная чашечка раскаявшейся грешницы. Забирай и вали. Князь Владимир: А еще хочу жениться на принцессе! Настоящей, греческой! Византия: Куда тебе жениться?! У тебя 300 жен и наложниц без числа. Совесть есть? Княжна Рогнеда: А еще он педофил! Мне 12 лет было, когда он меня поял. На глазах у маменьки с папенькой. Хорошо, что тут же их и убил, а то бы неловко получилось. Князь Владимир: Тю! Это когда было! Я с тех пор крещение принял и стал истинно верующим: всех жен прогнал, а кто не прогонялся, тех утопил. Так, где моя принцесса? Византия: Утром — Херсонес, вечером — принцесса. Анной зовут, 25 лет, рыжая. Будете брать? Князь Владимир: Да подавитесь своим Херсонесом! Мне еще Русь крестить. Анька, собирай чемодан, ладья отходит через сорок минут.

»
— Журнал «Максим», апрель 2017, «Жемчужина раздора» («Чей Крым?» в формате соцсетей)

Владимир I Святославич Рюрикович, он же Владимир Креститель, Владимир Святой, Владимир Красно[1] Солнышко — князь новгородский, впоследствии великий князь киевский, креститель Руси[2] и первый её правитель, кто заставил считаться с ней не только как с опасным набигателем и ограбителем корованов, но и как с державой европейского уровня.

В популярной культуре больше всего запомнился как эдакий древнерусский король Артур, собирающий вокруг себя богатырей за столом, где у него вечный пир. На самом деле былинный «Красно Солнышко» — собирательный образ из многих князей, да ещё и не всегда положительный.

Чем прославился[править]

  • Тем, что по факту являлся бастардом — был прижит Святославом от Малки (Малуши), ключницы княгини Ольги. Должность ключника на Руси была холопской, хотя и давала широкие полномочия, за что Владимира позже и кликали презрительно «рабичем»/«робичичем» — сыном рабыни. Княгиня Ольга, на тот момент уже крещёная, усмотрела в связи сына нарушение заповеди «не прелюбодействуй», и отослала Малушу прочь, пока Вовочка не подрос и его не забрали в Киев. Воспитывал его, как считается, дядя, брат Малуши Добрыня Малкович (прообраз былинного Никитича), позже ставший ближним воеводой молодого князя.
  • Тем, что, несмотря на происхождение, сумел выбиться в великие князья. Этому предшествовали масштабные игры престолов: брат князя Олег Святославич убил сына воеводы Свенельда за браконьерство. Свенельд в ответ науськал их старшего брата Ярополка Святославича на Олега, который в результате погиб. Владимир, не желая быть следующим, сделал ноги за границу, к своим друзьям-варягам, с войском которых и прокатился от Балтики до Киева, убил Ярополка, заманив якобы на переговоры, и вокняжился в Киеве сам.
  • Тем, что поставил на языческой Руси крест. Перед этим несколько лет безуспешно бился в попытках создать унифицированное язычество, затем понял, что подданные готовы на сопли изойти, только бы не позволить соседскому божку стоять в капище выше своего, плюнул и принял равно «соседскую» для всех веру, где споры об иерархии в пантеоне за неимением последнего утратили смысл. Хазарский иудаизм князь отверг[3], дабы не лишать себя мишени для набигания и ограбления корованов (разбойничать единоверцев было бы по тем временам нехорошо), папскому легату дал от ворот поворот, припомнив, вероятно, конфликт бабушки Ольги с епископом Адальбертом Магдебургским[4] (либо не желая повторять за Ярополком, известным симпатиями к западному течению) а ислам принимать не захотел, ибо тот предписывал отказ от спиртногоРуси есть веселие пити, не можем без того быти»). Тут Византии как раз удачно потребовались наёмники для подавления мятежа военачальника Варды Фоки, что и позволило договориться: Владимир получает в жёны императорскую сестру (отдавать сперва не хотели — пришлось показать им мать посадника Минина под Корсунью aka Херсонесом), а ромеи крестят его и его подданных, которые потом за них воюют. И ситуация разрешилась к вящему удовлетворению сторон. За это Владимир прославлен в лике святых как равноапостольный, причём, так как подвизался до Великой схизмы — равно в православной и католической церквах. В крещении принял имя Василий («царственный») — в честь новоиспечённого шурина. Собственно, именно крещение Руси и дало позднее основание канонизировать его как равноапостольного — такой титул даётся крестителям своих народов.
  • Любовью к женскому полу. Имел не менее полудесятка законных жён, а до крещения и неопределённое количество наложниц, среди которых известны:
  • Почти тремя десятками детей, прижитыми от этих женщин. Причём кто именно кого родил, источники расходятся порой диаметрально: папа один — и ладно.
    • Борис и Глеб — ростовский и муромский князья. Первые русские святые, прославлены в лике страстотерпцев — т. е. они с христианским смирением приняли мученическую кончину, но не за веру, а по иным мотивам. В их случае политическим: они, согласно летописям, были папиными любимчиками, и он намеревался сделать их наследниками в обход старших.
    • Святополк Окаянный — князь туровский, затем киевский. Старший из Владимировичей, доживших до зрелых лет. Возможно, был сыном не Владимира, а Ярополка — ухлопав брата, Вовочка взял в наложницы его жену, так что сын с равным успехом мог быть от обоих. Владимир признавал его своим, а вот Святополк папу (дядю?) не любил и настойчиво позиционировал себя как Ярополковича, но когда Владимир скончался — не упустил своего. По общепринятой версии, Бориса и Глеба (и не только их) убили именно по его приказу.
    • Ярослав Мудрый, он же Ярицлейф Скупой — князь ростовский, после смерти Вышеслава — новгородский, после победы над Святополком — киевский. Крутой король не хуже бати, вояка и дипломат, зять шведского короля Олафа Шётконунга, тесть французского короля Генриха I Капетинга и норвежского Харальда Сурового.
      • По альтернативной версии, приложил руки к убийству Бориса и Глеба, но это неточно: всё зависит от того, понимать ли под упоминающимся в сагах врагом Ярослава «Бурицлейфом» Бориса, которому противостоял Святополк, или польского короля Болеслава Храброго, с которым Святополк как раз союзничал.
  • Дружбой ещё с одним крутым королём-крестителем, норвежцем Олафом Трюгвасоном. Тот вырос при дворе Владимира (по версии скандинавских саг, был выкуплен его приближёнными из рабства у эстов), позже вступил в дружину, сопровождал Владимира во многих кампаниях и покинул Русь примерно за семь лет до её крещения (те же саги утверждают, что спутался с княгиней и банально сделал ноги). Согласно ряду версий, потом вернулся, но крестился сам и крестил свою страну всё-таки позже и по независящим от знакомства с Владимиром причинам.
    • Также из сподвижников Владимира известен Путята — новгородский тысяцкий, вместе с Добрыней готовивший безопасный плацдарм для завоза византийских попов в родной город. Не обошлось без крови — новгородцы всегда были строптивы и независимы. А вот сам Киев крестили на удивление мирно.
  • В православной церкви причислен к лику святых.

Где воспет[править]

Фольклор[править]

  • Былины, конечно. Тамошний образ князя стольно-киевского основан в первую и главную очередь именно на Владимире, хотя позже вбирал в себя черты всех более-менее запомнившихся народу князей (в частности, тёзки-Мономаха, Ярослава Мудрого и Всеволода Большое Гнездо) и даже посторонних персонажей (в частности, библейских). Причём отрицательные черты больше, чем положительные: былинный Владимир — мелочный козёл и маккиавелиевский в плохом смысле слова искусный государь, который эксплуатирует богатырей в хвост и в гриву и шагу без них не может ступить, однако когда они решают ему проблемы — снова надувается гордым дирижаблем и норовит так натянуть их с оплатой труда, что понимаешь, откуда растут ноги у долбославской фальшивки про «сына раввина».
    • Жена князя в былинах зовётся Апраксией. Здесь получился бафос-нежданчик для тех, кто знает греческий: правильно это имя звучит как Евпраксия — «благотворительница», однако с простонародным произношением получилась отрицательная приставка «а-», и княгиня стала зваться «бездельницей».
    • Также у князя имеется племянница Забава Путятична, типичная дева в беде.

Театр[править]

Литература[править]

  • Алексей К. Толстой «Песня о походе Владимира на Корсунь». Уморительная злая сатира: вопреки тогдашнему романтическому национализму, А. К. описывает, как Владимир выбирает христианство из чисто прагматических побуждений и откровенно набивается в зятья к императорам.
«

И князь повещает корсунцам: «Я здесь! Сдавайтесь, прошу вас смиренно, Не то, не взыщите, собью вашу спесь И город по камням размыкаю весь — Креститься хочу непременно!»

»
— сабж
  • Олег Дивов
«

При нынешнем великом князе стало проще, обходились без набегов, договаривались тихо. Константинополю больше нечем было надавить на Киев, распался союз греков с печенегами, а основная военная сила отвлеклась на болгар. Тмутараканское княжество русов, маленькое да удаленькое, совсем под боком, тоже действовало на ромеев умиротоворяюще. Среди купцов, приходивших с Руси, становилось год от года всё больше христиан, вели они себя вроде поприличнее. Греки вздохнули свободнее, начали задирать носы — и тут князь осадил Херсонес! Перепуганный василевс думал, что это начало конца всему. А князь лишь выразил обиду из-за несостоявшегося сватовства. По-нашему, по-русски. Говорили, князь взбесился не просто, он знал, что вслед за его женитьбой и крещением греки уймутся навсегда. А в Киев хлынет поток священников — полезных, грамотных людей, которые со временем переменят звероватый языческий облик русского народа на более пристойный. С язычеством князь уже промахнулся. Ради единения русов он был готов мазать идолов человеческой кровью, но вот беда, не все роды одинаково чтили назначенных из Киева богов. Значит, следовало отсечь от веры лишнее, разобщающее, сплотив Русь вокруг одного-единственного божества. Князь с детства знал христианские обряды, к которым его приобщила бабка. Величие церквей отвечало величию его замыслов. А строгая красота греческих икон просто нравилась князю, по-человечески. Но он не стал бы великим князем Руси, если бы во всём не искал выгоды. Поэтому даже за веру устроил с василевсом торг. А когда тот упёрся, князь применил старое испытанное средство — дал грекам в морду. Всё получилось как нельзя лучше. И воцарился прочный мир.

»
— «Храбр»
  • А. И. Лавров (Красницкий), «Красное солнышко» (издано в 1904) — повесть о юных годах будущего святого, когда он для захвата Киева обращается за помощью к жрецам Арконы и получает военную поддержку в обмен на клятву покончить с христианством на Руси. Удивительно, как книга, в которой будущий креститель обещает покончить с христианством, вообще прошла цензуру.
  • Имевшиеся у Владимира варианты выбора веры породили тонны альтернативной истории.

Кино[править]

  • Советский «Илья Муромец» — Владимир, конечно, не такой козёл, как в былинах, порой даже искусный государь, но маху пару раз даёт под протесты более рассудительной жены.
  • «Выкиньг» «Викинг» — похабнейшая чушь от и до. Причём похабная как в переносном, так и в прямом смысле — в полной версии показано то самое изнасилование Рогнеды.

Мультфильмы[править]

Музыка[править]

  • «Улица Радио», «Завтра Корсунь будет наш».

Примечания[править]

  1. Среди неоязычников активно популяризируется версия, что «красное» — в смысле кровавое. По народному поверью, алый закат означает пролившуюся кровь или прошедший пожар. Однако это поверье гораздо младше Владимира, а на самом деле «красный» здесь — синоним «красивого», к тому же благородный, княжеский цвет.
  2. Христиане на Руси были и до Владимира — по некоторым версиям, первыми были Рюриковы дружинники и наместники Аскольд и Дир, да и бабушка нашего героя Ольга была крещёной. Другое дело, что именно с Владимира принятие христианства стало, во-первых, государственным, во-вторых — массовым, а не эпизодическим.
  3. По легенде — потому что у евреев не было своего государства, и потому их религия не крута — а среди хазар иудаизм приняла только верхушка, и то по государственным соображениям.
  4. По легенде — потому что священники должны соблюдать целибат.