Автор пишет про свой пол

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
Eat crayons.pngНа вкус и цвет все фломастеры разные
Эта статья описывает явление так называемой вкусовщины. То есть, наличие или отсутствие этого явления в значительной степени зависит от мнения аудитории. Пожалуйста, помещайте примеры этого явления в статьи о собственно данном явлении.

Бывает так, что автор хорошо прописывает персонажей обоих полов, их поступки и мотивацию.

А бывает так, что автор, скажем, хорошо описывает женщин. А мужчины получаются все одинаковые, под копирку, невнятные. Или все как на подбор злодеи и антигерои. Почему так? Смотрим на обложку — ба, и верно, ведь автор и сама — женщина. Неудивительно, что она лучше понимает себя.

Аналогично и для мужчин. Большая часть героев до двадцатого века — мужчины, просто потому что герои списаны с авторов.

Другим изводом тропа являются персонажи, ведущие себя несоответственно своему полу. Если автор-мужчина не умеет писать женских персонажей, но пытается, и они выходят мужланы мужланами — или автор-женщина с тем же успехом пытается изображать мужских персонажей — это тоже оно.

Эта статья ни в коем случае не призывает осуждать авторов, пишущих о своём поле. Она о том, что у отдельных авторов свой пол описывается выразительней. И в результате получаются «женские» и «мужские» произведения в противовес «общечеловеческим».

Минутка реальности[править]

В реальности представления о мужском и женском мышлении — не более чем стереотипы. Мальчикам — синее, девочкам — розовое, мужчина воспринимает (и описывает) пространство как карту (=уменьшенную модель), а женщина — как путеводитель (=алгоритм нахождения дороги от одного известного ориентира до другого). При описании внешности персонажа мужчины обычно делают акцент на тех его характеристиках, которые важны в текущей сцене (один их лучших примеров здесь — описание Петра в «Полтаве»), в то время как женщины описывают важные и второстепенные черты внешности вперемешку. При описании рефлексии персонажа мужчины чаще ударяются в романтизм (=описание сильных эмоций сильной личности), в то время как женщины — в сентиментализм (=описание вообще всех эмоций в ущерб всему остальному). Женщина с намного большей вероятностью обратит внимание на голос персонажа, чем мужчина; кроме того, женщины чаще и достовернее пишут о тактильных и болевых ощущениях, в то время как мужчина про такой момент с высокой вероятностью просто забудет. В описании поведения персонажа для мужчины обычно первостепенны объективные цели персонажа (~«я хочу стать королем, следовательно, я должен свергнуть негодяя-узурпатора»), в то время как для женщины — его субъективные отношения с другими персонажами (~«я должен свергнуть негодяя-узурпатора, потому что я ненавижу его за X, Y и Z»). При описании оружия мужчины чаще обращают внимание на свойства и практическое применение оружия (если какие-то детали не важны для сюжета прямо сейчас), у женщин оружие либо не описывается совсем, либо описывается, но с явным упором на декоративные элементы. Также мужчины куда чаще затрагивают в повествовании политику и макроэкономику, а их экономические модели и модели гос.устройства обычно получаются более точными. А вот в описании одежды или быта лидерство обычно за женщинами. И так далее.

Вот только в реальности исчезающее мало людей полностью соответствует стереотипу мужского и женского мышления, большинство в той или иной пропорции сочетает в себе разные черты. И, соответственно, если автор умеет прописывать характеры, то и суровая бой-баба, и нежный мечтательный юноша-романтик будут смотреться вполне естественно и не вызывать вопросов. Вольно цитируя Мартина: «Надо просто помнить о том, что противоположный пол — люди».

Проблемы возникают в двух случаях:

  1. Этого не помнит автор. И тогда появляются героини-декорации и герои все на одно лицо.
  2. Этого не помнит читатель. А вот тут ситуация сложнее. Люди в целом склонны мыслить стереотипами и лучше воспринимать то, что подтверждает их мнение. А потому видя на обложке женское имя выхватывают из текста «женские» признаки, и наоборот. Как в разделе «Примеры», где кого-то так впечатлили положительные женские персонажи Робин Хобб, что он начисто забыл всех положительных мужских (один из которых — постоянный POV!).

Надежда Попова однажды в виде эксперимента выложила на СИ малоизвестный роман Джека Лондона и получила ворох стандартных упрёков в неумении прописывать парней и излишней эмоциональности. А у автора правки приятель как-то взял почитать роман Сэнди Митчелла и потом убеждённо доказывал на его примере, что женщины не умеют писать про войну и от мужского лица. Как выяснилось — не знал, что в данном случае имя Сэнди — мужское. Точно так же многие женщины в рецензиях на созданные мужчинами произведения выхватывают из истории «мужские» признаки и на основании их обвиняют автора в неумении прописывать женщин (не верите — зайдите на любой около-феминистский ресурс, посвящённый художественным произведениям).

«Неумение автора описывать другой пол» может происходит из недостатка мастерства у автора, но, гораздо чаще, следует из читательской привычки судить книгу по обложке.

Примеры[править]

Женские примеры[править]

  • Яой как жанр. Эротический жанр, созданный женщинами для женщин.
  • Робин Хобб, «Сага о живых кораблях». Женщины семейства Вестрит — настоящие Героини: смелые, решительные, самоотверженные. Мужчины же сплошь наркоманы, насильники, сумасшедшие, подлецы, работорговцы, эскаписты и мегаломаньяки. Был один Ефрон Вестрит — нормальный — да помер в первой же главе. Учитывая, что показывается он через восприятие Альтии, то его идеальность вполне списывается на восхищение дочери отцом.
    • Сельден Вестрит, Уинтроу Вестрит (а также Рейн Хупрус, Брэшен Трелл и многие другие) — определённо герои, не подлецы, не наркоманы и вообще кругом положительные сильные и интересные персонажи. И совершенно точно не женщины.
  • Эйко Кадоно, «Школа доставки Кики» (известная по экранизации Миядзаки). Первостепенные и второстепенные роли отведены девушкам и женщинам. Два исключения — кот героини в роли комического прислужника и паренёк в роли половой инверсии «девы в беде».
  • Вонда Макинтайр, «Dreamsnake». Главгероиня Змея, воистину сильная и независимая, путешествует по миру с приёмной дочерью. У неё есть мысли, сомнения, переживания и Миссия. Встреченные ей мужчины выступают как помехи или помощь, не раскрываясь свыше этого.
    • Инверсия в новеллизациях Star Trek — образы капитана Джеймса Кирка и его команды, в немалой степени мужской, исключительно ярки и убедительны.
  • Оксана Панкеева и её «Хроники странного королевства» — инверсия: мужские персонажи вышли интереснее и убедительнее женских.
  • Книги Ольги Громыко и тех, кто подражает ей.
    • Впрочем, в «Космоолухах» мужские персонажи описаны как минимум не менее подробно и интересно, чем женские (не говоря о том, что мужчин здесь попросту больше).
  • Как сказали про Мюрэ и её «Неми Монтойю», в этом комиксе мужчины ведут себя как женщины, а женщины — как мультяшки. Собственно, за второе в основном комикс и полюбился.
  • Аверсия с «Гарри Поттером» — не прочитав имя автора, чёрта с два догадаешься, что эти семь книг написала женщина. Первые мальчишки-покупатели так и думали, что J. K. — инициалы мужчины. Маркетинговый ход.

Мужские примеры[править]

Чаще всего такое можно встретить в произведениях, где роль женщины — это всегда «дама в беде», «мужской трофей» либо «прислужница злодея».

  • Ян Флеминг и его Бондиана.
  • Говард Лавкрафт писал в жанре «мужчины встречают НЕОПИСУЕМОЕ». Женщины есть — но это либо антагонистки-ведьмы, либо второстепенные персонажи.
  • Р. Скотт Бэккер и его «Князь Пустоты» со своим гипертрофированно-жестоким миром. Даже во второй трилогии, где женщинам дали больше прав, ситуация не меняется.

Впрочем, троп может встречаться и по другим причинам:

  • Главные герои у Владислава Крапивина — почти всегда мальчишки (девочки встречаются редко, да и то, по словам самого автора, «всё равно получается мальчик в юбке») или взрослые мужчины. На вопрос о причинах автор обычно отшучивается: «Потому что я сам в детстве был мальчиком и никогда не был девочкой».
    • Аналогично у Льва Кассиля (у которого Крапивин и позаимствовал эту шутку).
  • У Вадима Панова очень разнообразно и интересно прописаны мужчины, зато женщины как под копирку, даже описание внешности в девяносто процентах случаев примерно одинаковое, отличается только цветовая гамма и рост.
  • По мнению Джона Голсуорси, сабж характерен для творчества Дюма-отца: «Мужчины удавались Дюма лучше, чем женщины. Анна Австрийская, Марго, Луиза, мадам де Монсоро и герцогиня де Шеврез написаны хорошо, но не блестяще; миледи - попросту чудовище в юбке, а больше у него и нет особенно интересных женских образов. Зато мужчины его могут потягаться с лучшими литературными героями: они гордо шагают по десятилетиям, они поистине великолепны».

Примеры за пределами литературы[править]

  • Джордж Лукас и его Индиана Джонс.
  • Фильм «Женщины» 1939 года и его ремейк 2009 года. Все персонажи — женщины, включая эпизодических и персонажей массовок, мужчины лишь упоминаются, но в кадре не появляются.
  • «Тело Дженнифер». Режиссер и сценаристка женщины. Положительных мужских персонажей в нём нет вообще.
  • Всякое аниме про девочек-волшебниц, вроде Sailor Moon (создатель — женщина Наоко Такэути). Самые прописанные персонажи — женские, а мужские персонажи — либо картонные герои второго плана, либо злодеи, либо гендерная инверсия девы в беде.
  • Серия игр Gothic, особенно первая часть. Типично мужской средневековый мир. В первой части действуют одни мужчины, территория — гигантская тюрьма, где женских персонажей можно пересчитать по пальцам одной руки (это если концерт вырезан, как это было в первой русской локализации, а если он есть, то одной рукой не управиться), и они рабыни-наложницы без прописанного характера и с единственной фразой «Уходи. Тебе нельзя со мной разговаривать». Во второй части женских персонажей тоже мало, и они в основном просто безымянные крестьянки и горожанки, есть лишь женщина-глава гильдии воров и ведьма-алхимик. В третьей части уникальных женских персонажей всего трое, остальные женщины — массовка, и их всё равно мало.
    • Однако существуют моды, где протагонист — женщина. Самый известный из них «Долгий путь домой» — для первой части и «Велая — сказание о воительнице» — для второй.

См. также[править]

Most Writers Are Male