Я профессор, моя жена профессор…

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
Склифосовский.pngВкратце
Персонаж ведёт себя не просто грубо и вульгарно — его поведение не соответствует ни образу, ни социальному статусу (реальному или мнимому).
«

В Большом театре к окошечку администратора подходит пожилая пара. Мужчина вежливо говорит:
— Извините, пожалуйста! Видите ли, вот я — профессор, моя жена — профессор, мы оба в первый раз в Москве, очень хотим побывать в Большом театре!
— Извините, но билетов у меня нет.
— Видите ли, но я — профессор, жена — профессор, и мы так давно мечтали об этом спектакле!
— Простите, не могу ничем помочь!
— Да, но видите ли, вот я — профессор, жена — профессор, мы очень хотели бы посмотреть этот балет, нельзя ли хотя бы контрамарочку!
Жена перебивает его:
— Пойдем отсюда, Боря! Не унижайся!
— ЗАХЛОПНИ ВАРЕЖКУ, ОВЦА!!! Видите ли, я — профессор, моя жена — профессор…

»
— Анекдот

Данный троп используется в трёх случаях:

  1. ради комического эффекта (см. эпиграф): диссонанс между образом и поведением героя и даёт этот самый эффект; иногда используется, чтобы подчеркнуть многогранность и чудаковатость персонажа; либо персонаж действительно умело косит под интеллигента, но в какой-то момент его подлинная натура всё же прорывается;
  2. ради трагического эффекта: так можно показать, что приличного человека довели до уже звериного состояния. Однако он должен совершить нечто поистине дикое. Если гипотетический интеллигент-профессор, не выдержав издевательств, зверски расстрелял обидчика или размозжил ему голову кувалдой — это не наш случай. А вот если он загнал обидчику рукоять кувалды в задницу, а потом нагадил на его поверженное тело — это именно оно;
  3. по причине бездарности: в романах большинства МТА даже персонаж, задуманный как интеллектуал, будет выражаться языком автора, то бишь пэтэушника-недоучки, чуть что — «совать в дыню», крыть матом, ржать и т. д.

Где встречается[править]

Фольклор[править]

  • Анекдот в эпиграфе — кодификатор.
  • И другой анекдот — про очкарика-интеллигента в мебельном магазине: «Извините, пожалуйста, не подскажете ли, сколько стоит вон тот очаровательный столик? — (Получает ответ). — ЭТО Ж, МЛЯ, УСРАТЬСЯ!!!»
  • Во многих анекдотах про Шерлока Холмса и доктора Ватсона лексикон упомянутых джентльменов изобилует такими словечками, о каких бедняга Конан Дойл мог и не подозревать. Причём делается это не ради комического эффекта (обычно соль анекдота заключена в другом), а по причине общего культурного уровня рассказчика. Пример. Хотя бывает и правильное использование. Знаменитый анекдот про палатку, например, рассказывается нарочито джентльменски — с тем, чтобы в конце был слом при использовании нецензурной лексики.

Литература[править]

  • Эдмон Дантес в образе графа Монте-Кристо именно так и воспринимался парижской публикой. Пилюли из опиума и гашиша вместе еды, наличие рабов, и, главное, он обо всём этом открыто рассказывал!
    • Сюда же можно отнести и «Трёх мушкетёров»: автор не раз и не два вынужден напоминать читателю, что, мол, эпоха такая, поэтому дворянину и профессиональному военному позволительно по-свински обманывать женщин и/или жить за их счёт.
  • «Приключения Гекльберри Финна» Марка Твена: аферисты Король и Герцог изображают из себя приличных людей. У Герцога ещё немного получается (в крайнем случае, выдаёт себя за глухонемого), а у Короля… Одно его только выражение «похоронная оргия» чего стоит.
  • «Война и мир» — генерал-аншеф, князь Николай Болконский, отец Андрея Болконского. Вёл себя весьма своеобразно, но особенно отличился, принимая графа Ростова и его дочь Наташу. Этой выходкой, возможно, и обломал сыну брак (многие критики таки усматривают связь между этим событием и последовавшей дурацкой попыткой Наташи сбежать с Анатолем Курагиным). Своей же дочери, княжне Марье, вовсе жизнь испортил без видимых причин.
  • Профессор Челленджер в романах и рассказах А. Конан Дойла. Избиения журналистов — лишь одна из его милых привычек.
  • О. Генри:
    • Пародийный рассказ «По следам убийцы, или Тайна улицы Пешо»: французские аристократы пьют пиво, жуют жвачку и беседуют, внезапно переходя со светского стиля на просторечие и сленг. Видимо, американские МТА столетней давности (над которыми и издевается О. Генри) принципиально не отличались от нынешних местных МТА.
    • «Короли и капуста» — американец-«джентльмен» Блайт ведёт себя максимально так, как не подобает настоящему джентльмену: бухает, хамит Франку Гудвину и шантажирует его. И не зря же его прозвали Вельзевулом!
  • М. Булгаков, «Собачье сердце» — Преображенский швырнул в огонь вполне приличную книгу, да ещё и чужую. А ещё шляпу надел претендует на интеллигентность!
  • Донтос Холлард, рыцарь и оруженосец, воспитанник королевского двора, последний представитель своего дома… пьяница и посмешище. Доигрался на турнире в честь именин короля Джоффри, явившись на него в панцире на голое тело, при этом без набедренной брони, штанов и подштанников (попросту голый ниже пояса), и пьяным до поросячьего визга. После этого стал шутом уже официально, ещё повезло, что в бочке с любимым напитком не утопили.
  • «Хроники странного королевства»: крутая королева Кира, конечно, Леди-воительница… Но всё же она больше воительница, чем леди, и не гнушается общения в духе казармы.
  • «Ветви Дуба»: шутки ради (как и вся серия книг) — Дэниел. С точки зрения коллег-ученых — невоспитанный развязный тип, зачем-то заигравший рок, когда его ждало блестящее будущее; с точки зрения коллег-музыкантов — чудак, который церемонится с этими цивилами вместо того, чтобы послать их по матушке, чего обычно ждут от эпатажного рокера.

Театр[править]

  • В пьесе Марка Захарова «Узник замка Иф» Бенедетто — вопреки книге, чисто смеху ради — показан как карикатурный урка. Трудновато ему выдавать себя за князя Кавальканти, регулярно палится. Одна речь чего стоит: в неё всё время прокрадывается «в натуре!…» или что-то наподобие.
    • Потом он пишет графу Монте-Кристо анонимку, и граф сразу догадывается, кто писал. Очень уж яркая орфография и пунктуация: «Г-н граф, я ваш друк и спишу предупридить вас что есть один тип который знает где лижат деньги г-на графа…»
  • Л. Филатов, «Ещё раз о голом короле». Гувернантка-немка отвечает за воспитание принцессы. За воспитание, Карл! Ведёт себя сия пожилая дама подчёркнуто чопорно… Как правило… Но когда церемониймейстер датского двора (действительно назойливый и бесцеремонный человек) вызвал раздражение гувернантки — почтенная дама прилюдно обозвала его «мудаком». А когда позже ей показалось, что датский министр предлагает ей секс — дама была ничуть не против, хотя познакомилась с ним в тот же день, не ранее. Кажется, становится понятно, почему принцесса, вверенная заботам этой гувернантки, так крута, резка и остра на язык, а также давно не девственница…
  • Народный артист России Моисей Филиппович Василиади поставил в Омске «Волки и овцы» и сам сыграл в них Вукола Чугунова. Чугунов — дворянин хорошего рода, юрист, образованный человек (и при этом жулик первостатейный). В основном Василиади его таким и играет. Тем не менее в сцене ссоры Чугунова с его племянником Горецким — Василиади почему-то сказал «шо?» и «шобы», а также, в ответ на просьбу дать денег, показал Горецкому фак. От локтя.
    • Разумеется, это актёрско-режиссёрская отсебятина и «оживляж» — в оригинальной пьесе 1875 года ничего подобного нет.

Кино[править]

  • «Последний дом слева» Уэса Крейвена: я профессор (буквально), моя жена — профессор (буквально), но эти подонки изнасиловали и зверски убили нашу дочь, а потом ещё и имели наглость попроситься на ночлег в наш дом!!! И вот уже мама-профессор предлагает одному из бандитов минет на заднем дворе, после чего пускает в ход зубы, а папа-профессор расчленяет главаря бензопилой!
  • «Джентльмены удачи» — о, эти археологи из Томска! «Вот у меня друг — тоже учёный, у него семь классов образования… А так десятку нарисует — не отличишь от настоящей!»
  • «Гараж»: на свежем асфальте остались следы целой кучи педалек. Среди героев минимум один профессор, парочка докторов наук, россыпь научных сотрудников рангом пониже (есть даже мажор-археолог не из этого института), директор рынка, успешный музыкант, двое фронтовиков (разведчик и полковник)… А поведение? В ход идут публичный обыск женщины, взяточничество, погони, оскорбления, использование музейных экспонатов в качестве подушек, закос под сумасшедшую[1], сожжение документов, противостояние отца и дочери и куча других премиленьких забав. Собственно, ещё до появления проблемы с количеством гаражей члены кооператива — охранники природы — уничтожают саженцы, поливая их бензином, о чём правление с гордостью докладывает остальным, и все довольны. А из однозначно положительных персонажей здесь можно отметить только защитницу угнетённых (Лия Ахеджакова) и комичного жениха (Борислав Брондуков). Остальные — все оттенки чёрно-серого.
    • К слову, фильм является эталонным «на тебе!» режиссёра Эльдара Рязанова в адрес коллег по «Мосфильму», с которыми он имел неудовольствие состоять в таком же кооперативе и поиметь таких же точь-в-точь проблем.

Телесериалы[править]

  • «Сибирочка» Владимира Грамматикова по роману Лидии Чарской. В отличие от чрезвычайно сентиментального оригинала, отличается хорошей проработкой характеров и годным юмором. Бандит по прозвищу Зуб хочет похитить девочку, выдав себя за её отца-князя. Выглядит он вполне благообразно, и, прикупив хорошей одежды, вполне мог бы сойти за аристократа, если б только не открывал рта! «Я Зуб… то есть, Гордов, Зуб — это мне дружки кликуху дали, типа погоняло такое… Ух, дед, крепкую заразу гонишь!» Неудивительно, что даже дед, всю жизнь проживший в глухой сибирской тайге, не купился на этот маскарад.
  • «Интерны» же! Тут вам и Быков, и Купитман, и Гена-Борода из приёмника, и Романенко, и особенно Лобанов (в отличие от предыдущих, попадает в троп не время от времени, а практически всегда).
  • «Тюрьма Оз»: Тобиас Бичер был весьма неплохим адвокатом, сбившим маленькую девочку в состоянии алкогольного опьянения. В силу резонансности дела родная система, которая годами позволяла ему вытаскивать преступников, похоронила его заживо в одной самых жестоких тюрем США. Там интеллигентный юрист, эталонный представитель среднего класса с женой, дочкой, собакой и домиком в пригороде, последовательно прошёл путь от подстилки главы арийского братства до крутого гея с наглухо съехавшей крышей, способного хладнокровно убить охранника остро заточенными ногтями (!), соблазнить сына своего врага-гомофоба и в прямом смысле насрать(!!!) в рот тому самому главе арийского братства.
  • «Агентство НЛС»: зигзаг — «Катя», по идее, должен вести себя как бандит, коим и является, но на протяжении всего сериала ведет себя подчеркнуто вежливо, чаще всего довольно умело косит под карикатурного питерского интеллигента, люди, которые ничего не знают о его «профессии», ни о чем не догадываются, но все же иногда у него в критической ситуации прорывается что-то вроде «внатуре не мой саквояж», чем и создается комический эффект «я-профессора» для стороннего наблюдателя.

Видеоигры[править]

Фанфики[править]

Реальная жизнь[править]

Старше, чем феодализм[править]

  • Диоген Синопский. Едва ли не самый уважаемый философ Афин вёл себя отнюдь не так, как подобает мудрецу. Ладно, жизнь в бочке (точнее, в глиняном кувшине — пифосе), чудачества вроде поиска с огнём человека или остроумный троллинг земляков и других философов — это, конечно, оригинально, но за рамки не выходит. Однако ж Диоген мог за здорово живёшь бросаться на людей с палкой и/или кидаться камнями. А мог прилюдно мастурбировать на базарной площади, отвечая на справедливые упрёки собравшихся: «Жаль, не могу насытиться, потирая живот!» Даже для древнегреческой демократии как-то чересчур. А какой пример подавал детям? Правда, детей он не очень любил, периодически гонял, и они отвечали ему той же монетой — однажды даже разбили его бочку пифос (восстанавливать недвижимость пришлось взрослым).

Старше, чем печать[править]

  • Омар Хайям Нишапури. Ещё один мудрец и беспрекословный авторитет своего времени. Блестящий учёный, ментор кучи других блестящих учёных, глава крупнейшей в мире обсерватории, создатель точнейшего в истории календаря, даже государственный деятель, наставник султана государства сельджуков Мелик-шаха I. Притом большой любитель вина, а также стихов (те самые Рубаи, прославившие его в Новое время), в которых это самое вино воспевал, превознося над такими малозначимыми вещами, как достижение райской благодати. Ничего страшного, скажете? А ведь речь идёт о мусульманском обществе XI—XII вв., где за подобное поведение могли прогнать из дворца[2], а то и что похуже. Но это Омар Хайям, ему можно!

Старше, чем пар[править]

  • Марина (после коронации Мария Юрьевна) Мнишек. Представительница высшего польского общества, желая стать русской царицей (кстати, первой официально коронованной в истории), вышла замуж за собственного вассала. Но в этом-то как раз ничего предосудительного нет, лишь дипломатические игры. А вот после свержения Лжедмитрия I начала неразборчиво менять любовников, поочерёдно сойдясь сперва с невесть откуда взявшимся «Тушинским вором» (от него даже разок сбежала, но после сама же вернулась), затем с казачьим (считай с разбойничьим, в глазах земляков и родственников) атаманом Заруцким[3]. Попытки выставить непонятно от кого из них прижитого сына за наследника престола (и это в момент, когда Москва уже официально присягнула польскому королевичу Владиславу!) лишь выставили её на посмешище. А так хорошо начинала!
  • Жан Батист Поклен де Мольер. Сын королевского придворного обойщика, камергера двора, выпускник иезуитского колледжа, лиценциат юридических наук. Мало того, что связался с комедиантами (которых в ту пору, подобно разбойникам, даже на христианских кладбищах запрещено было хоронить и проводить по ним поминальную службу), так ещё и ввязывался в мутные схемы, попадал в долговую тюрьму. А ещё его обвиняли в сношениях с собственной дочерью

Старше, чем радио[править]

  • Джонатан Свифт, декан собора Святого Патрика. Как раз пребывая в этой ипостаси, написал мегаскандальные для своего времени «Путешествия Гулливера» и «Письма суконщика». А его сатирическое письмо об ирландских детях смотрится смело даже сегодня и даже без поправки на авторство духовного лица.
  • Михаил Васильевич Ломоносов — педаль в асфальт. Профессор с 34 лет. Основоположник российской академической науки, равно как и классической поэзии. Ректор Петербургского и основатель Московского университетов. Дико котировался не только в России, но и в этой вашей Европе, где стал академиком целой кучи академий. Некоторые его открытия актуальны до сего дня, да и проще вспомнить такое ответвление науки, в котором он не отметился. И, кстати, коллежский советник, получивший-таки дворянство, любимец двора… Помимо основных плюсов, всю жизнь проявлял себя знатным выпивохой, любителем ругаться по матери в приличных местах, участником и организатором разнокалиберных потасовок. Причем фамилию носил вполне говорящую, ибо драться Михайло не только любил, но и умел. Путешествуя по Европе, однажды напился в кабаке и пребольно отходил нескольких прусских солдат, после чего попал в каземат, откуда сбежал (!)[4]. А уже в Питере как-то в одиночку вывел из строя троих грабителей. Приведя в чувство одного из них, допросил на месте (остальные двое успели очухаться и убежать, теряя зубы) и, узнав, что целью негодяев была его шуба, с гомерическим хохотом раздел бедолагу до белья, после чего в таком виде доставил властям. Талантливый человек талантлив во всём, что тут скажешь!
  • Иван Семёнович (а может, и не Семёнович вовсе) Барков. Эдакий Сергей Шнуров классической русской поэзии, срамными одами которого восторгался сам Пушкин. В жизни был недурным учёным, служил официальным переводчиком Академии наук, учился у самого Ломоносова. Профессором так и не стал по причине того, что жизнь вёл не лучшую, чем персонажи его матерных творений: пил, хулиганил, вступал в предосудительные связи и, что особенно неприятно, грешил доносами на коллег. Из академии его несколько раз увольняли, спасало только заступничество Ломоносова — то ли Барков действительно имел большой научный потенциал, то ли Михайло Васильич просто нашёл родственную душу. После смерти Ломоносова был с позором изгнан из академии окончательно и бесповоротно и надолго своего учителя не пережил. Умер, согласно одной из многочисленных версий, утонув по пьяной лавочке в сортире.
  • Александр Сергеевич Пушкин же! С юности заработал славу поэта № 1, и все кому не лень желали с ним свести знакомство. А познакомившись, бывали ошарашены его беспардонным, подчас трикстерским поведением. Собственно, слава заядлого бретёра[5] оттуда и пошла: Александр Сергеевич вёл себя так, что сложно было не нарваться на вызов. Ну, или на оскорбление, после которого вызов бросал он сам. Учитывая, сколько раз он стрелялся, даже удивительно, как он до своих-то 37 лет дожил.
  • Не меньше отличился и Лермонтов. Известный поэт, по словам близких друзей, был добрейшей души человеком, но высшее общество его так раздражало, что он напоказ выставлял себя жестоким на словах и в поступках человеком. Расстроить свадьбу девушки, влюбить её в себя, после чего самому написать «анонимку» родителям девушки, опозорить её и бросить? И всё только потому, что она отвергла его в 16-летнем возрасте? Легко. Сочинять издевательские эпиграммы на сослуживцев и придумывать им смешные прозвища? Регулярно. Травить ученика на год младше в юнкерском училище (а дедовщина в аристократических кругах была похуже советского стройбата в Забайкалье), а потом, встретив этого юнкера уже офицером на Кавказе, продолжить насмехаться над его стихами, картинами и внешним видом, причём не среди других офицеров, а перед дамами (!)? Почему нет. Это и стало фатальным. Мартынов, не выдержав регулярных оскорблений, вызвал Лермонтова на дуэль, где пристрелил обидчика.
    • А вот Лермонтов (согласно основной версии событий) в последний момент выстрелил в воздух. Что, по дуэльным понятиям, считалось смертельным оскорблением противника. Так что конец немного предсказуем...

Старше, чем интернет[править]

  • Григорий Ефимович Распутин. Помимо огромного влияния на царскую семью, многими почитался как святой старец. Единственный, пожалуй, случай в российской истории, когда в преподобные старцы записали человека, даже не скрывавшего своей любви к попойкам и женщинам. Иногда в народе его в шутку именовали Russia's greatest love machine «святой чёрт». Умер, к слову, от того же — позарился на дармовую мадеру с эклерами.
  • Владимир Митрофанович Пуришкевич, притча во языцех Государственной думы Российской империи. Мог, подобно Жириновскому, запустить стаканом в оппонента во время заседания. Старательно добивался выдворения себя любимого из залы посредством охраны, при этом норовил охране влезть на плечи, типа его выносят с почестями. Желая потроллить социалистов, взялся носить гвоздику в ширинке. В принципе, подобных фриков в политике всегда хватало, но Пуришкевич, на секундочку, являлся лидером монархической группы депутатов, отстаивал идеологию «За Бога, царя и отечество», даже выступил одним из основателей «Русского народного союза имени Михаила Архангела»[6]. Подобные выходки от поборника традиционных ценностей вызывали нехилый такой слом шаблона. Ах да, после участия в убийстве вышеуказанного персонажа сочинил лихие вирши про то как «Пять лиц сидело за винцом».
  • Сэр Уинстон Леонард Спенсер Черчилль — не только национальный лидер, но и икона тогдашних (а зачастую и нынешних) дипломатов. Вёл себя, впрочем, не слишком дипломатично. Позволял себе появляться в пьяном виде на людях, хамил, в том числе женщинам. «Я до завтра протрезвею, а вы так и останетесь уродиной», — самая, пожалуй, крылатая его фраза.
  • Алексей Денисович Дикий, блестящий актёр, исполнитель роли Сталина (можете себе представить, какой перед ним был пиетет в то время), наставник множества других артистов, глава Большого драматического театра, человек-легенда. Его истинно дикие пьяные выходки давно уже вошли в театральный фольклор и распространились в виде баек. Правда, как рассказывают, даже в пьяном виде был оригинален и не чурался сыграть. И, что интересно, привычек своих Алексей Денисович не оставил даже после возвращения из лагерей.
  • Аркадий Петрович Гайдар — писатель, по книгам которого открывали мир дети и юноши огромной страны ещё при его же жизни. При всём огромном таланте, страдал психической нестабильностью — друзья вспоминают его как прекрасным собеседником, так и… гкхм… своеобразным человеком. Плюс алкоголь с самыми тяжёлыми последствиями…
    • У Гайдара был сильно запущенный ПТСР. Шутка ли — в четырнадцать лет воевать в качестве красного командира, да ещё в ЧОНах (то есть, в карательных войсках, задача которых была приводить к повиновению[7] многочисленное и стихийно-вооружённое крестьянство)…
  • Тимоти Лири — блестящий психолог, преподаватель Гарварда, автор исследований, которыми пользовались аж спецслужбы США, в принципе один из самых значительных представителей своей науки XX века. Он же — пропагандист наркотиков, «ЛСД-гуру», кумир хиппи, друг Джона Леннона, стёбно-фриковый кандидат в губернаторы Калифорнии, и, наконец, осуждённый на 38 лет за хранение марихуаны. К слову, наказание отбывал в весьма комфортных условиях за счёт того, что «правильно» прошёл предложенные ему психологические тесты, многие из которых некогда сам же и составлял.
  • Джеральд Даррелл — знаменитый натуралист, хороший писатель и телеведущий, основатель Джерсийского зоопарка и Фонда охраны дикой природы, офицер Ордена британской империи и член кучи уважаемых научных сообществ. Большой любитель выпить, вкусно поесть и отпустить пару-другую сальных шуток в адрес прекрасного пола. В книгах проскальзывает, но смягчено, а вот по свидетельству коллег-киношников, «снимать Джеральда очень сложно, его шутки даже в вечернем шоу через раз не покажешь».

Наше время[править]

  • Филипп, герцог Эдинбургский, принц-консорт Британской империи, супруг Елизаветы II. Бывший греческий принц, праправнук королевы Виктории, родственник почти всем европейским монархам и просто породистый аристократ, чью родословную можно проследить веков эдак на десять. Его поведение никак не вяжется с королевским, да и вообще джентльменским статусом (а теперь ещё и с возрастом), но за это его и любят! А его коронные фразочки… это же просто праздник какой-то! Впрочем, если познакомиться с его биографией, всё встаёт на свои места — дедушка закончил военный колледж и пять лет Второй мировой провёл на флоте, пройдя путь от мичмана до старшего лейтенанта. Ухватки старого вояки так просто не проходят.
  • Евгений Александрович Моргунов, знаменитый гайдаевский «Бывалый». Всю жизнь отличался любовью к крайне жёстким розыгрышам, в один из которых чуть было не прибил собственную актёрскую карьеру (стырил и спрятал орден Ленина с сорочки режиссёра Сергея Герасимова, пока тот купался в реке). Ну, розыгрыши многим артистам по душе, но Евгений Александрович любил «исполнять» на людях. К примеру, орал «Повтори, сука!» в метро после объявления станции (за этим следовало обычное «Повторяю…»). Коллеги по цеху жутко не любили ездить с ним на творческие встречи со зрителями: Моргунов за всю карьеру не подготовил ни единого эстрадного номера, на сцену мог выйти под хмельком и тупо нёс всё, что придёт ему в голову (в наше время это назвали бы stand up). И звание Народного артиста СССР, к слову, получил, тупо поймав в лифте председателя Совета министров Павлова и «наехав» на него. При этом — большой любитель классической музыки и, говорят, даже сам неплохо играл на фортепиано.
  • Виктор Степанович Черномырдин. Многолетний премьер, дипломат, и, кстати, академик. Общался с окружающими по принципу «одно нематерное слово из пяти». А перед журналистами так не мог, потому путался — отсюда и пошла его слава.
  • Леонид Михайлович Черновецкий, бывший мэр Киева, и таки в прошлом успешный учёный. Но на учёного был похож мало. Ладно ещё его потоки сознания, которым иной раз позавидует и преемник Кличко. Но вот действия Черновецкого порой были куда хуже слов. Один раз даже сорвал концерт «Вечернего квартала»: забрался к ним на сцену, захватил микрофон и принялся петь свои хиты, отчего люди, в конце концов, просто стали расходиться… Да и вообще в адекватности «Лёни-Космоса» многие справедливо сомневались, всё-таки участие в секте с афроукраинцем во главе до добра не доведёт.
  • Андрей Вячеславович Кураев, протодиакон и весьма весёлый блогер, «крупнейший богослов в области талии» (по собственному признанию). Легко мог приехать на интервью в джинсовом прикиде на мотоцикле и начать подводить обоснуй под образ: мол и мотоцикл у него, потому что пробки, и прикид — потому что он хочет восстановить истинный смысл монашеского облачения как грубой и практичной одежды.
  • Пим Фортёйн. Нидерландский Жириновский, только топит педаль глубже. Профессор социологии, решивший поиграть в политику. Открытый гей, националист с заместителем-негром, заявлял, что приемлет мигрантов-мусульман только в качестве мальчиков-проститутов. В 2002 триумфально выиграл выборы в городской совет Амстердама. Выиграл бы ещё что-нибудь, но 6 мая его застрелил активист от зелёных.
  • Владимир Вольфович Жириновский. А вы в курсе, что этот политический шоумен мало того, что трижды избирался вице-спикером Госдумы, так ещё и является заслуженным юристом России, а также кавалером орденов Почета, Александра Невского и «За заслуги перед Отечеством» трех степеней — и все с формулировкой «За заслуги в законотворческой деятельности»?
  • Также этим отличается депутат Виталий Милонов. Любит чередовать высокие речи про Нравственность, Патриотизм и Православие с непристойными словами и тюремным жаргоном.
  • Иван Иванович Охлобыстин. Исполнитель ролей трикстеров в кино и на ТВ, исполнитель рокерских песен на концертах, сценарист трэшовых и стёбных фильмов, ездун на байке, носитель татуировок, продавец мобильных телефонов… и просто отец Иоанн.
  • Эдуард Лимонов. Политик красно-коричневого толка, при этом — писатель-постмодернист, активно использующий в своих произведениях мат и откровенные сцены. Педаль в пол — в одном из своих романов описал сношение протагониста с негром на помойке. Я уже не Лимонов, блин, я Эрнст Рём нафиг!
  • Линус Торвальдс. Отец-основатель и разработчик ядра Linux, миллионер за счёт патентных отчислений. Когда пишет в LKLM, в выражениях не стесняется.
  • Анджей Голота, четырежды несостоявшийся чемпион мира по боксу в тяжёлом весе. Боксёрский мир в принципе сложно удивить, здесь колоритные ребята вроде Мохаммеда Али или Майка Тайсона только в чести. Но про Голоту всё равно спрашивали: «Как этот ненормальный мог претендовать на пояс?!» Главное же отличие поляка от прочих неадекватов состояло вовсе не в его грязных приёмчиках[8], а в том, что он сдавался и покидал ринг в конце выигранного боя, стоило потерявшему все шансы противнику лишь разок отправить его на канвас.
  • Валерий Алексеевич Чудинов. Профессор, псевдоученый, калач копченый, почетный академик ВРАЛ и специалист по славянским рунам. Мнит себя настоящим русским интеллигентом, «русскую правду» которого пытаются заглушить «наймиты Запада» и «ландскнехты от истории», при этом не чурается устраивать своим оппонентам матомную зиму. Его знаменитое «Вы не ученый, а обдрисный мудак!» — цитата века, которую даже взял на вооружение Владимир Сорокин.
  • Гарри, принц Уэльский. В отличие от своего дедушки Филиппа, добился не всенародной любви, а как раз наоборот. Оно и логично: как ещё будут относиться к наследному принцу, который то на журналистов нападёт, то в нацистской форме на вечеринку заявится? Ради спасения репутации Гарри пришлось даже отслужить в Афганистане. Сообщали даже, что он там кого-то спас (если не постановка, конечно).
    • В оправдание его стоит заметить, что в нацистской форме он явился на Хэллоуин, а уж с тем, что костюм полного чудовища у него получился неплохой, поспорить трудно. Да и в армии служил вполне исправно. История о том, как он «потерял на учениях пулемёт» позволяет предположить, что этот пулемёт он при этом таскал (самый большой носимый вес в пехоте после радиста — у пулемётчика), да и медаль у него из Афганистана — «звонкая», а не «красивая», хотели бы наградить за красивые глаза — была бы другой.
  • Луис Альберто Суарес, нападающий футбольного клуба «Барселона» и сборной Уругвая. Объективно один из лучших форвардов мира на сегодняшний день. И один из самых отмороженных. Редчайший для сегодняшнего футбола случай, чтобы звезду такого калибра всерьёз предлагали отстранить от спорта за этическое несоответствие. Есть, правда, и более гуманное мнение: отстранять такого классного спортсмена нельзя, надо всего-то принудительно полечить.

Примечания[править]

  1. Гуськовой (С. Немоляева) и «косить» (т. е. притворяться) особенно не пришлось, она реально чуть не поехала умом. Немного Бог помиловал. Э. А. Рязанов задумывал этот момент как трагический. Получилось.
  2. Если христиане считают грехом пьянство, то мусульмане — уже сам факт употребления алкоголя.
  3. Есть подозрения, что и с «Псковским вором», Лжедмитрием III, которого в глаза не видела, тоже была готова пуститься во все тяжкие, да тот до неё просто добраться не успел.
  4. По другой версии, в кабаке Ломоносова «завербовали» в прусскую гвардию. В те времена было модно заводить полки из высоких солдат, а в маленькой Пруссии с таковыми было плоховато, вот вербовщики и тащили людей со всей Европы. А росту Михайло Васильевич был саженного.
  5. Вдобавок Пушкин был крайне ревнив, а его жена не особо ему верна.
  6. Одна из нескольких монархических партий Российской империи, не путать с «Союзом русского народа», из которого Пуришкевич вышел из-за тёрок с Дубровиным.
  7. Примечательна одна из записей, сделанных Гайдаром в дневнике: «Снятся убитые мной в детстве…»
  8. Риддику Боу, например, за два боя умудрился накидать тринадцать (!) ударов ниже пояса и один с головы в челюсть, после которого швы накладывали самому Голоте. В результате дважды дисквалифицирован, хотя оба раза уверенно побеждал по очкам даже с учётом многочисленных штрафов. Что за идиот!