Укрощение строптивой

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск

Этот персонаж мужского пола никогда не позволит женщине давить на него, помыкать им, повышать на него голос, играть на его нервах, выносить ему мозг… и на что там ещё горазды женщины. Он сразу объяснит ей «рамсы», лишит её возможности доминировать. Нет, он не домашний тиран, он её не бьёт и не унижает. Но зато умеет так потроллить свою избранницу или легонько прикрикнуть на неё, что она сразу «сдувается» или хотя бы ощущает бесполезность скандала.

Вариант: персонажу это только мерещится (мечтается), а на деле он более робкий и менее чёткий.

Внимание: этот троп — часть патриархальной культуры, связанный с патриархальными представлениями об истеричности женщины и незначимости её мнения. Употребление его в современном контексте может оскорбить женщин и выставить мужского персонажа в неприглядном свете. Тот же Петруччо в глазах современных зрительниц выглядит в лучшем случае шовинистским самодуром, в худшем — вообще полным козлом.

Примеры[править]

Фольклор[править]

  • Анекдот о муже, который после ссоры потуже завернул банки в холодильнике — чтобы первая пришла мириться.
  • Множество анекдотов про мужа, который считает себя главным или хвастается этим перед друзьями, но на самом деле боится жену.

Театр[править]

  • «Укрощение строптивой»: Петруччо — если не кодификатор, то точно эталон.

Литература[править]

  • М. Булгаков любил показать такого супруга (иногда образ был автобиографическим). Жена (в отчаянии): Я морфию приму! [т. е. намеренно убью себя передозировкой] Муж (хладнокровно): Нет, морфию ты не примешь, потому что я тебе этого не позволю.
  • Василий Шукшин, «Любавины» — с прикрученным фитильком. Остановить свою жену-истеричку, когда она в очередной раз расскандалится, Федя Байкалов не может (этого никто в селе не может!). Но зато Фёдор не даёт ей на себе «морально ездить», красиво её троллит — и на все её закидоны реагирует великолепным хладнокровием.
  • Рассказ «Меньшее зло» из саги о ведьмаке (это где про Ренфри): войт Блавикена имеет такую абилку. Или, как минимум, старается так выглядеть перед Геральтом.
  • Первый закон Аберкромби. В конце первой трилогии, инквизитор Глокта устраивает оздоровительную порку стервозной принцессе Терезе, чего не смог сделать её законный муж. Впрочем с прикрученным фитильком, так как обнаглевшую в край принцессу он приструнил не словами, а банальным шантажом и угрозами убить её подругу-любовницу.

Кино[править]

  • «Забытая мелодия для флейты»: ГГ мысленно прокручивает сцену, как он поставил бы свою жену на место. («Знаешь, прежде всего: не надо на меня орать».) В реале он на такое не осмеливается.
  • «О чём ещё говорят мужчины» — второй случай: во время Новогоднего банкета ФСБшник терпит оскорбления жены, но про себя мечтает повесить её вместе с тёщей.
  • «Шесть дней, семь ночей» — пожилой пилот, оказавшись в результате аварии на необитаемом острове с феминизированной красавицей, в короткий срок перевоспитывает её. В результате в конце фильма она, бросив рохлю-жениха, остается с летчиком.

Телесериалы[править]

  • «Бригада»: Саша Белый показывает класс: «Знаешь, это очень плохая политика — капать на мозги» (произнесено необычайно веским тоном).
  • «Дельта»: Андрей Бекетов демонстрирует умение укрощать свою супругу Алёну уже в первой серии, так что сразу видно, кто в доме хозяин. И это при том, что Алёна — не «тряпочка» (но и никоим образом не истеричка какая-нибудь визгливая), а женщина с характером.