Справочник автора/Кремли

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск

Кремль (тж. детинец, кром) — термин, близкий по смыслу слову «цитадель», то есть центральное укрепление города. Наиболее известен Московский Кремль, и несведущие люди считают, будто бы это это и есть Кремль как имя собственное. Но кремлей на самом деле много, а раньше было ещё больше. Это типичный для России вид фортификации, близкий городским стенам и замкам, но отличающийся от них.

Большинство кремлей впервые возводилось в качестве типичных городских стен, когда соответствующие города ещё были маленькими. Но впоследствии города обрастали посадами — окраинами, расположенными за стенами, и кремли естественным образом превращались во внутригородские цитадели. Часто вместо первоначальных деревянных городских стен, которые ветшали и из которых город вырастал, возводилась каменная цитадель. Из-за такого происхождения структура типичного кремля похожа на структуру городских стен и отличается от структуры европейского замка: в нём нет ярко выраженного укрепления внутри укрепления («донжона»). Какая-то одна из башен кремля может считаться «главной», но она не находится внутри кольца стен и не служит в качестве жилища. При этом внутри кремлей, как правило, находились жилые дворцовые сооружения, аналогичные европейским паласам или аулам (два таких сооружения — Грановитая палата в Московском Кремле и Владычная в Новгородском — сохранились до наших дней, пусть и не совсем в первозданном виде). Также характерной деталью внутреннего пространства кремлей являются храмы: в любом кремле находится хотя бы один, а лучше несколько старинных храмов, а зачастую ещё и монастыри.

Северные крепости[править]

К кремлям иногда относят крепости Севера России (Ивангородскую, Копорскую, Изборскую, и т. д.), которые на самом деле кремлями не являются. Эти крепости уже значительно ближе по строению и назначению к замкам, чем к цитаделям. Они строились не как стены постоянных мирных поселений, а как военные форпосты, не обрастали посадами или обрастали незначительно, и некоторые из них, как европейские замки, служили резиденциями феодалов (например, в Копорской крепости некоторое время жил князь Дмитрий Александрович, сын Александра Невского). Древнерусское название этих крепостей — «пригороды» (тогда это слово означало отнюдь не спальный городок и не дачное местечко, а пограничный форпост, вынесенный вдаль от населённого города, в данном случае Новгорода или Пскова).

В северных крепостях уже часто присутствует главная башня, находящаяся внутри стен (например, башня Луковка в Изборской крепости). Правда, это аналог не столько донжона, сколько германского бергфрида — чисто военная внутренняя крепость, которая не использовалась для проживания людей в мирное время. Как правило, это самая старая башня в крепости: свежепостроенная каменная крепостца типично состояла из одной внутренней башни и окружающей её безбашенной стены. Внутренняя застройка крепостей была деревянной, каменными из внутренних сооружений делали только храмы — поэтому до наших дней эта застройка не сохранилась.

Почему на Руси не было замков[править]

Но почему вместе со всем этим никто не строил собственно замки? Ответ на вопрос зависит от того, о какой эпохе речь.

До 1097 года в Киевской Руси действовала хитровывернутая система престолонаследия — лествичное право. В ней княжеские престолы передавались не от отца к сыну, а от брата к брату. Представители семьи Рюриковичей постоянно ротировались из княжества в княжество: когда умирал старший брат, сидевший в Киеве, следующий по старшинству тут же снимался из своего княжества и переезжал в Киев.

При такой системе, когда всякий князь, сидя на каком-нибудь заштатном престоле, не думал «хоть и на пне сижу, зато на своём», а имел все основания уже при собственной жизни пересесть на местечко помягче и повыше, не было никакого смысла окапываться в своих владениях, и ещё меньше смысла было в том, чтобы строить что-то каменное детям и внукам. Были у князей некие укреплённые дворы, из дерева, но были они изделиями одноразовыми, как китайская «мыльница».

В 1097 году на Любечском совете такая петрушка была отменена, и были произнесены знаменитые слова: «Каждый да держит вотчину свою». То есть, было введено вотчинное право — от отца к сыну — вместо лествичного. Тут-то начали как грибы расти замки, но они в основном были деревянными, апгрейдами всё тех же укреплённых дворов, и назывались зачастую так же — «дворами». Только вот Андрей Боголюбский отличился и забабахал себе белокаменный замок, от которого даже кусочки дошли до наших дней, переделанные в монастырь и достроенные по церковным канонам. Сохранились ушедшие в землю остатки деревянного замка в самом Любече. Сам замок, конечно же, не дожил.

А почему не дожил-то? Правильно, татаро-монгольское нашествие. Деревянные замки очень легко горели, и монголы с удовольствием их жгли, не дожидаясь, пока они обрастут камнем. Новые, конечно, строить не разрешали. А вот в Северной Руси, куда захватчики не дошли, там и строились вышеописанные северные крепости из камня.