Сословная мораль

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
« Quod licet Iovi, non licet bovi.
Что позволено Юпитеру [который однажды обернулся быком и в таком виде трахал женщин], не позволено быку.
»
— Древнеримская пословица
« Мужики, что злы и грубы,
На дворянство точат зубы,
Только нищими мне любы!
Любо видеть мне народ
Голодающим, раздетым,
Страждущим, не обогретым!
Пусть мне милая солжёт,
Ежели солгал я в этом!

Нрав свиньи мужик имеет,
Жить пристойно не умеет,
Если же разбогатеет,
То безумствовать начнёт.
Чтоб вилланы не жирели,
Чтоб лишения терпели,
Надобно из года в год
Век держать их в чёрном теле.
»
— Бертран де Борн, рыцарь и трубадур

Сословная мораль — это когда для персонажей разного социального положения действуют разные этические нормы, и, во многих случаях, разные писаные или неписаные юридические. Например, бунтовать против короля для польского крестьянина времён Речи Посполитой — преступление, а для шляхтича — неотъемлемое право, для которого даже существовало специальное название «рокош». Индусам нельзя есть мясо, но касте кшатриев (воинов) можно, если мясо — не говядина, кроме того, низшим кастам можно иметь только одну жену, а высшие касты могли иметь несколько жён. Русская помещица Салтычиха мучила и убивала крепостных крестьян, было резонансное дело, но ей это очень долгое время сходило с рук; а крестьянина, поднявшего руку на барина, ждал очень скорый суд, казнь или ссылка. В современном обществе сословий де-юре не существует, но попробуйте-ка подать в суд на высокопоставленного госчиновника — вместе посмеёмся.

Навозно-средневековый обоснуй (с точки зрения благородного): а как бы мы посмотрели на того, кто «сохраняет нейтралитет», когда нас пытаются убить или изнасиловать? Правильно — как на пассивного союзника наших врагов. Таким образом тот, кто стоит в сторонке и как бы не мешает злодеям творить злодейства, а героям спасать котят — пассивный союзник зла, а никакой не нейтрал, точка. И потому с точки зрения благородного рыцаря — рядовых обывателей и называют не только подлыми, но и vilain (vilain — дословно «злодей»), что даёт рыцарю полное моральное право обращаться с подлыми вилланами так как он считает нужным. Потому что он — хороший и благородный, а они — подлые и плохие, потому ему с ними можно всё: можно и ограбить виллана, и даже убить, не говоря о том чтобы с чистой совестью взять вилланскую девку силой; если во время штурма вдруг понадобился свет, то можно поджечь дом виллана, а если он станет тушить горящий родной дом, то его можно зарубить за то, что мешает.

И да, когда упоминают, что гарнизон осаждённой крепости отпустили под честное слово, то это прежде всего касается благородных рыцарей и их личных «копий»[1], а вот подлых наёмников могли и порубить, а если это город, то после того как отпустили благородных, город могли и разграбить, устроив резню среди его жителей.

Романтически-средневековый обоснуй: благородство и титул обозначают не только привилегии, но и обязанности. Рыцарь обязан рисковать жизнью, защищая своих данников, а те, в свою очередь, обязаны обеспечить ему эту возможность, освобождая от труда в поле. Рыцарь может по своему желанию сражаться с равными ему, с теми, кто может за себя постоять, то есть, с такими же рыцарями, но не с крестьянами — в том, чтобы победить того, кто не знает, с какой стороны держать меч, нет ни чести, ни повода для хвастовства. Рыцарь, который этих правил не соблюдает, и ведёт себя так, как персонаж из предыдущего пункта — отступник, нарушивший свой обет, и пресечь его злодеяния — благородное дело, но и крестьянин, который пытается вести себя на равных с рыцарями, тем самым претендует и на их обязанности (к которым он негоден!) и заслуживает того, чтобы его соответственно проучили. А если он действительно способен быть рыцарем, то его можно и нужно в рыцари же посвятить (что способен сделать любой другой рыцарь).

Обоснуй из «Нет мира под оливами»: единственной защитой от хаоса и бессмысленного кровопролития в борьбе за власть является закон, который берёт начало в обычае. Обычай гарантирует сеньорам их власть и привилегии, если покуситься на него, то можно покушаться и на другие обычаи (среди которых, например, «убивать людей просто так — плохо»). Обычай же гарантирует (иногда) городам и крестьянским общинам вольности — на них покушаться нельзя точно так же по той же причине.

Примеры[править]

  • Любое произведение, правдоподобно описывающее феодализм или рабовладельческий строй.

Литература[править]

  • А. И. Куприн, «Поединок». Общество в целом уже не феодальное, но пережитки ещё очень сильны. «Мир разделялся на две неравные части: одна — меньшая — офицерство, которое окружает честь, сила, власть, волшебное достоинство мундира и вместе с мундиром почему-то и патентованная храбрость, и физическая сила, и высокомерная гордость; другая — огромная и безличная — штатские, иначе шпаки, штафирки и рябчики; их презирали; считалось молодечеством изругать или побить ни с того ни с чего штатского человека, потушить об его нос зажженную папироску, надвинуть ему на уши цилиндр» … «- А ударить его, каналью, не смей. Нет-с, в прежнее время никаких личностев не было, и лупили их, скотов… Ты меня хоть от службы увольняй, а я все-таки, когда мерзавец этого заслужил, я загляну ему куда следует! — Бить солдата бесчестно, — глухо возразил молчавший до сих пор Ромашов. — Нельзя бить человека, который не только не может тебе ответить, но даже не имеет права поднять руку к лицу, чтобы защититься от удара. Не смеет даже отклонить головы. Это стыдно!»
  • Трилогия Максима Горького «Детство. В людях. Мои университеты.» — в одном из эпизодов рассказывается про морального урода, являющегося барином и потому безнаказанно стреляющего в прохожих простолюдинов из перепелиного ружья мелкой дробью. Полиция своё абсолютное бездействие оправдывает тем, что барин из этой пукалки убить никого не может. Один из героев любил доводить барина, бегая под его окном…
  • «О дивный новый мир» Хаксли: классовые различия программируются генетически и закрепляются внушением. У каждого класса — своя мораль, и каждый уверен, что именно он — самый счастливый.
  • «1984» Оруэлла — партийная элита («внутренняя партия»), обычные члены партии и пролы. При этом последние, будучи самыми низшими в иерархии, в некоторых аспектах имеют несколько больше свободы, чем партийцы, поскольку мораль для них менее строгая. Да и партийный контроль их не так сильно прижимает.
  • Братья Стругацкие, «Трудно быть богом». «Потомки древнейших родов Империи шагу не могут ступить, чтобы не натолкнуться на всяких там лавочников и мясников!»
  • «Крылья» Юрия Нестеренко — кастовое государство Гант-Ру, в котором каждая каста имеет свою мораль и систему ценностей.

Кино[править]

  • Французский фильм «Великая иллюзия». Французские лётчики Марешаль и Боэльдьё сбиты немецким асом фон Рауффенштайном. Он приглашает французов на ужин, пока их не забрали в лагерь, не отказывает в гостеприимстве и простолюдину Марешалю, но за столом его не замечает, а с аристократом Боэльдьё легко находит общий язык.

Телесериалы[править]

  • «Последний император» — во время детских игр сын кормилицы чуть не расшибся, и император подбежал к нему, чтобы его поднять, но он в ответ стал с извинениями бить поклоны императору, а окружающие стали его ругать за то, что он доставил императору такое неудобство, прервав его игру.
  • «Игра престолов». Пёс (в прошлом — мелкий служивый дворянин, ныне дезертир и изгой) на следующее утро ограбил приютившего его на ночь крестьянина и совершенно не видел в этом ничего плохого.

Видеоигры[править]

  • Dragon Age: общество Орзаммара делится на знать, воинов, кузнецов, ремесленников, торговцев, шахтеров и слуг. Каждой касте разрешено заниматься только своим делом. Например, будучи богатыми, знать не может заключать торговые сделки, но упоминается возможность субсидировать торговцев. Есть также низшая каста, неприкасаемые, которым не разрешено становиться даже слугами, поскольку это чересчур почётная для них должность. Лучшее, на что может надеяться лишённый касты гном, — это жизнь на службе у главы местных бандитов. Гномы, выбравшиеся ради торговли или путешествий на поверхность, также считаются лишенными касты, но это их уже не слишком то и волнует — назад почти никто возвращаться не желает.

Примечания[править]

  1. «Копьём» именовался личный отряд рыцаря из оруженосца, и нескольких кнехтов с сержантом во главе.