Попаданец

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
« Средневековые цеховые гильдии — главный производитель промышленных товаров с древних времен... И вот, наш попаданец, весь такой в белом пытается открыть свое производство… Ага, щазз. Тут вопрос ведь не в откатах, и не в бюрократии, а в том — что глава гильдии почувствует угрозу на свою власть. Полиции нет, дознания не будет, будет только свежий труп чужака. Конечно, можно поселиться на хуторе, а результат работы выдавать как «контрабандное средство, радикально чёрный цвет». Но тут продвинуть товар без около-криминальных помощников никак, а у воров ведь тоже своя гильдия, они тоже членские взносы платят… »
— (критика прогрессорства)
« Пойдите сначала на слет гопников у ларька с ягой и помимикрируйте, потом на заседание адвентистов 7 дня, потом на собрание толкинистов каких-нибудь. »
— (про попытку сойти за своего)

Попаданец — это персонаж, который в результате некоторого фантастического допущения (портал, зеркало, подозрительная комната и пр.) попадает куда-то в другое место и/или время.

В принципе в попаданцах как таковых нет ничего плохого — Твен и АБС гарантируют. Но беда в том, что за последнюю пару десятилетий попаданец стал излюбленным штампом современной плохой фантастики. Раньше писатели-фантасты такими тонкостями не заморачивались. Так появлялись первобытные люди, любезно придерживающие даму своего сердца за локоток вместо того, чтобы ударить её дубиной по голове и тащить в пещеру. Сейчас автор хочет писать о приключениях современника, но не хочет писать о современных реалиях — и устраивает попадалово.

Качество исполнения обычно хромает, причем на обе ноги — мэрисьюшность главного героя и незнание автором матчасти ставят жирный крест на практически каждой такой истории. Часто фантастическим допущением является практически моментальная вживаемость героя в новый мир. Ни бдительные чекисты не тащат в застенки за странные словечки и джинсы, ни местные пейзане не побивают камнями лопочущего на дурацком наречии чужеземца. Произведений, в которых адаптации к жизни нового жителя мира действительно уделено внимание, достаточно мало. При этом один из главных аспектов — язык — обычно падает на попаданца с неба.

Классификация попаданцев[править]

  • По направлению.
    • Прямой — попадает из нашего мира в другой.
    • Обратный попаданец — попадает из другого мира в наш.
    • Параллельный — попадает из одного ненашего мира в другой ненаш мир.
  • По физиологии.
    • Обычный — попадает целиком, материально. Что-то бумкнуло, и наш герой, в джинсах и с наушниками айпода в ушах, уже стоит перед «чёрным вороном».
    • Попаданец в чью-то голову — попадает только ментальной частью. Как правило, кандидату в потрясатели мира нужно для этого умереть. При этом вопрос о навыках, знаниях, памяти и сознании «донора» остается на усмотрение автора.
  • По новому миру.
    • В другое время. Относительно реалистичный вариант — Пришелец из прошлого. А если попадает в прошлое, то у нас будет альтернативная история.
      • Ещё возможно попадание из одной далекой эпохи в ещё более далёкую, например, из эпохи Второй Мировой войны в эпоху крестовых походов. Выглядит достаточно странно, но объяснимо — проводятся параллели между фашистами разных времен и с разными названиями с точки зрения человека, которому без разницы, как это всё называется.
    • В параллельную реальность, в т. ч. в вымышленный другими мир. А для продвижения политических воззрений удобен мир с вариациями известных событий. Разницы для читателя никакой, а у автора появляется возможность скрыть исторические несостыковки и собственные пробелы в знаниях типовым «а я так вижу!».
    • В нашем времени и реальности, в другое место (на Земле или в космосе) — но необычным способом.
    • В микромир.
    • В грёзы и глюки.
    • Комбинация этих вариантов.

Особый случай — остров времени, когда попадают сразу города и эсминцы с людьми и прочими животными.

Близкий троп — Путешествия во времени. Но поскольку они обычно проводятся целенаправленно, этих путешественников нельзя назвать попаданцами.

Нарекания[править]

Редкие авторы знают и/или замечают, что:

  • Язык со временем меняется. Наши деды говорили совсем иначе, чем говорим мы. Янки при дворе короля Артура не понял бы ни слова, т. к. язык бриттов вообще не родствен английскому. Зато язык самого янки бритты Артура наверняка опознали бы (как какой-то диалект саксонского) — и немедленно прикончили бы его как «кровожадного дикаря-сакса» (вообще-то Артур славился прежде всего как защитник Британии от саксонской экспансии).
  • Мораль со временем меняется. Часть того, что считалось нормальным и естественным столетие назад, сегодня воспринимается как наивное, отвратительное, глупое, старомодное, жестокое, несправедливое: публичные казни, расовая сегрегация, легальное употребление наркотиков, дуэли, виселица за мелкое воровство, снова дуэли, клеймение преступников, право первой ночи — список можно продолжить до бесконечности.
    • И наоборот: сегодняшняя мораль может показаться людям из прошлого распущенной, богохульной, бесстыдной, мерзкой: короткие юбки у женщин, секс до брака, разводы, аборты, отмена уголовного наказания для атеистов, женщины, ходящие по улице без сопровождающих, разрешение вскрывать трупы людей в научных целях — тоже до бесконечности.
  • Есть множество других релевантных навыков, которым сложно научиться, но которые считаются нормальными для местного населения. От умения пользоваться огнивом или умения отличать съедобные грибы от несъедобных до умения завязывать галстук модным узлом. Да вплоть до знания наизусть популярных песенок: так, чекист предвоенных лет может безошибочно вычислить попаданца, предложив ему допеть до конца куплет «На окраине, где-то в городе, я в рабочей семье родилась…». При этом чекист будет в полной уверенности, что вычисляет наймита Антанты — что совсем не облегчает судьбу попаданца.
  • Даже биология со временем меняется! Современный цивилизованный человек привык к стерильной среде (отсюда и неведомые нашим предкам аллергии — оставшаяся без дела иммунная система начинает остро реагировать на всякую чепуху, на которую иммунная система людей прошлого, занятая куда более важной борьбой, не обращала внимания). Поэтому в условиях средневековой антисанитарии он, скорее всего, загнётся очень быстро.
    • С другой стороны, современный человек, которому с детства делали кучу прививок и который привык регулярно мыться, может обладать на фоне местных аборигенов железным здоровьем.
  • Современный мобильник в 1941 г. лет эдак на 60 обгоняет все вычислительные устройства, известные человечеству. Соответственно, никакие сложности в использовании, тонкие ножки микросхем и отсутствие блока питания не должно помешать как минимум одному из НИИ заиметь самый быстрый в мире калькулятор, а как максимум — заметно быстрее просчитать параметры атомной бомбы[1].

Ничего не получилось[править]

« попаданец, помни: та аппаратура, которую ты соберёшь своими руками будет сильно отличаться от современной в смысле эксплуатации. И отличаться в худшую сторону »
— справочник высоких технологий для попаданцев в прошлое

Успешно попавший попаданец не сидит на месте. Он меняет мир. Если угодно, то романы о попаданцах на самом деле о роли личности в истории. Но чаще всего, если некий человек, пусть даже с талантами, попал в другую эпоху, он вряд ли сможет добиться тех небывалых успехов. В лучшем случае станет экспонатом и предметом исследований.

  • Личным примером сложно ускорить прогресс (Герону Александрийскому, создавшему в первом веке нашей эры паровую турбину и множество работающих автоматов, не удалось открыть ни эпоху пара, ни эпоху автоматизации). Кроме того, очень немногие знают технологии изготовления качественной стали и тем более способны её повторить в технических условиях XV в. То же относится к любому высокотехнологичному процессу: чтобы его внедрить (даже если герой — специалист именно в этой области), необходимо прежде реализовать также массу сопутствующих процессов из других областей. Столь всеобъемлющих знаний нет ни у кого.
  • Люди вообще консервативны и недоверчивы, особенно обладающие властью, деньгами и авторитетом, то есть реально способные влиять на общество. Взявшегося невесть откуда чудака, сулящего золотые горы и великие победы, если только последовать его советам, в лучшем случае сочтут психом или мошенником, в худшем — опасным возмутителем спокойствия или конкурентом, со всеми вытекающими.
  • Переселением сознания главного героя в тело с собственной памятью, навыками и сознанием не только сильно облегчают адаптацию ГГ, но и обрекают его на шизофрению. Хотя в романе «Земля-Беглянка» ничего подобного не происходило.
  • Наиболее вероятна, таким образом, «плохая концовка» а-ля Жанна д’Арк. Точнее, еще хуже, поскольку Жанне всё-таки удалось переломить ход войны, а попаданец, скорее всего, закончит свою жизнь на костре, в тюрьме, в сумасшедшем доме или просто в канаве от голода, так и не получив возможности сделать что-то реальное.
  • А ещё банально любую хорошую идею надо «продать». В реальности на каждую хорошую(!) идею были десятки провалившихся бизнесменов. Даже если ты знаешь, как собрать двигатель внутреннего сгорания, в стимпанковском мире надо ещё найти инвестора, разобраться с местными законами, организовать производство и ещё найти кому продать. Или те же операции с поправкой на социальное устройство места попадания.
    • И нет, просто рассказать удачную идею мало. А то оставите, как да Винчи, кучу красивых чертежей — и все. Крипта: да Винчи – и есть попаданец, пытавшийся продать идеи вместо вещей.
    • И даже научную карьеру не так просто построить. Мелкие открытия без научного статуса даже не станут известными, а большие — сами по себе будут идти очень долго в серию.
    • Даже не говоря уже о том, что относительно организованная наука существовала ограниченные отрезки времени в отдельных культурах. Если тыкнуть в случайное время и место, то, скорее всего, даже «алхимиком» на одних знаниях не станешь.

Примеры в фантастике[править]

  • К. Булычёв, «Паровоз для царя». Пенсионер Ложкин упрекал вынужденно гостившего инопланетянина в невежестве, лени и нежелании вести просветительскую деятельность на Земле. На защиту встали Удалов и Грубин, предложив смоделировать «попаданческую» ситуацию: как бы Ложкин объяснил Ивану Грозному принцип действия автомобиля и наладил бы хотя бы кустарное их производство.
    • Тот же К. Булычёв, рассказ «Как его узнать?» (1972). В начале Удалов с друзьями обсуждает проблему: как перемещаться в прошлое и не выделяться. Затем Удалов вместе со случайным человеком пытаются вывести на чистую воду странного человека, которого считают пришельцем из будущего. Этот человек оказывается современником Удалова, а случайный помощник — сотрудником Института времени из будущего.
    • Еще раз Булычёв. «Драконозавр». Алиса и её друзья встречают в прошлом странных людей, выдающих себя за нечистую силу. В их речи часто встречаются слова, которые нехарактерны для того времени: скафандр, револьвер и др. Позже выясняется, что это студенты-фольклористы, являющиеся современниками Алисы. А подобный маскарад — лучший способ не вызвать к себе агрессивного отношения: если бы они нарядились под местных, то где-нибудь «прокололись» бы, и их приняли бы за шпионов.
  • Кайл Риз из «Терминатора». Его принимают за психа. Кроме Сары Коннор, ему никто не верит, да и та поверила только после нападения Т-800. Со своей задачей справился, но, с учётом последствий в сиквеле, получился скорее принцип самосогласованности Новикова, нежели действительное изменение истории.
  • Рассказ В. Васильева про хронотуриста «Сеанс». Хоть главного героя замаскировали и вооружили лучемётом, но это ему не помогло — получил в ухо от богатыря, подвернувшись в неподходящий момент.
  • Пьеса С. Лема «Странный гость проф. Тарантоги». Кто этот «гость» с фамилиями Новак и Гиперкорн? Псих с раздвоением личности? Или попаданец из далекого будущего?
  • Рассказ Пола Андерсона «Человек, который пришел слишком рано»: попаданец в Исландию эпохи викингов, несмотря на знание языка (который в Исландии за 1000 лет почти не изменился), дзюдо, основ металлургии, а также наличие короткоствола — гибнет достаточно быстро и закономерно (практически сразу после того, как кончаются патроны).
  • Ф. Каринти, «Сын своего века». Журналист-попаданец решил прогрессорствовать в начале 1487 года. Но не зная, как создать в реалиях автомат, самолет и телефон, был принят королем Матиашем за безумного болтуна и повешен.

Получилось![править]

И всё-таки Уильям Адамс добился благосклонности властей и даже подтянул в Японии кораблестроение со всеми вытекающими для себя плюшками социального роста. Присмотритесь к истории успешного попаданца в реальности, если хотите написать что-то адекватное. Вариантов в основном два.

«Попаданец-отшельник», который изолируется где-нибудь поглубже, собирает авторским произволом банду маргиналов и апгрейдит её до армии воров и шлюх, вооружённых а-ля «Таинственный остров», требует попаданчества ходячей википедии с навыками управления персоналом и владения холодным оружием. Условно-реалистичный.

Более реалистичный — «попаданец-Адамс», который делает глазки а-ля Кот из «Шрека» перед ближайшим начальником и начинает петь «мы бедные овечки, никто нас не пасёт», рассказывая жалобную историю чужестранца (ну это у него на лбу написано) из далёкой страны людей с пёсьими головами, умоляющего о трудоустройстве — «алхимия немножко знаю, золото не знаю, знаю кислота, знаю зелья для урожая, „суперфосфат“ и „нитрат“ называются, немного знаю ковать, знаю зелье от всякий рана гнить — называется „самогон“, шайтанама бешельме насяльника, не дать с голода помереть!». Правда, это требует прокачанного скилла общения с мудаками, умения складно врать и тактически спрятанной в схроне мобилы, иначе «чужестранец» в пять минут на костре окажется (в лучшем случае, а в худшем — будут долго с пристрастием допрашивать, откуда взял дьявольскую дрянь). А потом уже, имея мастерскую и принося «насяльника» золотые, можно его стратегически пристрелить и провозгласить себя Богом-Громовержцем — только быстро, потому что «утки на это дело чутки» и, как показывает история, всё подозрительно могучее вокруг себя превентивно казнят от греха. А можно и как Адамс — найти тёпленькое местечко и не отсвечивать лишнего.

Типы попаданческих произведений[править]

Из-за большой трагичности событий и достаточной известности часто попаданцы попадают в начало Великой Отечественной. Или незадолго до её начала. Это породило известный в узких кругах анекдот о том, что любой уважающий себя попаданец должен лично научить Сталина воевать с немцами, расстрелять Хрущева и спеть Высоцкого. В ещё более узких кругах — писателей-фантастов, хихикающих над этой школотой — распространено мнение, что большая часть небоевых потерь СССР в Великой Отечественной пришлась на попаданцев, потому что на передовую они попадать не хотели.

Вторым по популярности попадания являются фэнтези-миры с магией и драконами.. И их попаданцы обычно меняют в лучшую сторону путём, как водится, рукопашных драк с приемами самбо, сильного колдунства зажигалкой, а то и автоматом Калашникова, а также сношением всего что имеет сиськи (или не имеет, это уже как повезет). Однако когда колдунства и патроны заканчиваются, попаданцу приходится выдумывать что-то новенькое. Конечно, если автор подбросил герою артефакт или кучу денег на раскрутку, оно идет легче, но в отдельных случаях, когда герой угарает по хардкору, ему приходится применять голову, а не только рога на шлеме. И здесь уже начинается отмороженное изобретательство. Потому что ботаники в чистом виде попадают только в НФ, где законы немножко другие, а у спецназовца или студента-реконструктора, обычно попадающего в фэнтези, знания в лучшем случае поверхностные, и отнюдь не подкреплены практикой. В лучшем случае данный экземпляр рискует осесть в какой-нибудь задрипаный замок, чуток прокачать кузнечное искусство, немножко подтянуть химию и устроить врагам душ из греческого огня и вагона щебенки из примитивной бомбарды, попутно внедряя прогрессорство в виде отмены крепостного права, введения системы образования и социальных программ. Через некоторое время он либо наслаждается жизнью в земном раю, либо жесточайше отметеливается объединившимися против него вообще всеми местными лендлордами при поддержке оккультных наук. В худшем случае он учит магию или местную алхимию, и начинаются трэш и угар во мраке ада, отягощенные эпичными подвигами.

Куча героического фэнтези написана про то, как главный герой — стареющий спецназовец с многолетним опытом металлургического дела (!) — попадает в фэнтезийный мир. Все враги умирают от одного замаха, все женщины в радиусе трёх километров ложатся штабелями перед главным героем. Эталонный Марти Сью.

Третьим по популярности, но не по значению сеттингом является попадание в жо крайне плохое местечко, где нужно тупо выжить. Когда-то давно этим занимался на необитаемом острове Робинзон Крузо, а когда-то сейчас — Марк Уотни робинзонит на Марсе. В промежутке есть выживанцы на борту космических кораблей, в трюме торговых парусников, в тёмных лабиринтах, в жутких лабораториях, в многомерных кубах и тому подобное. В принципе весь сеттинг ориентирован на то, чтобы из него как можно скорее смыться, и является в основном научно-фантастическим.

Где-то в хвосте популярности бредет попадание в будущее. Потому что этот жанр был актуален до середины XX в., но когда стало ясно, что будущего может и не быть, все как-то к этому делу немножко поостыли, тем более что мир вокруг сам стал вдруг очень сильно это самое будущее напоминать. Но в свое время этот жанр отличался тем, что в будущем почему-то все вдруг резко разучились нормально воевать, и с мозгами у них тоже начались какие-то проблемы, в основном связанные с чудовищной войной в далеком прошлом. И герою надлежит спасти этот мирок от какой-то угрозы. Собственно с выполнением этого квеста его приключения заканчиваются, и он продолжает жить своей жизнью. Это классический сюжет НФ, времен её расцвета, например «Меч Грядущего» Генри Каттнера, или «Бак Роджерс в 25-м веке».

Примеры[править]

Литература[править]

Русскоязычная[править]

« Если дать русским машину времени, они засрут своими попаданцами всё вплоть до мезозоя »
— Сетевой фольклор
  • Одно из первых произведений — «БЕСЦЕРЕМОННЫЙ РОМАН» (именно так — заглавными буквами) Вениамина Гиршгорна, Иосифа Келлера и Бориса Липатова, вышедший в 1927 г. и удивительно точно предсказавший все повороты сюжета попаданческих авторов будущего. Герой попадает во времена наполеоновских войн, идет к товарищу Сталину императору Наполеону, организует производство автоматов Калашникова револьверов, переигрывает проигранные сражения, собирает под своим крылом будущих выдающихся личностей — от Гарибальди до Бисмарка et cetera.
  • Н. Носов, «Незнайка на Луне» — с фитильком. Да, ракета предназначалась для полёта на Луну, но конкретно заглавный герой улетел случайно, по дури.
  • Братья Стругацкие, «Обитаемый остров». С прикрученным фитильком: Максим и собирался попасть на другую планету. Вот чего он не мог предположить — так того, что она окажется населена гуманоидами в стадии машинной цивилизации.
  • А. Бушков, цикл «Сварог». Герой мечтал поменять постылую жизнь… и мечты сбываются! ©
  • Романы Оксаны Панкеевой. Тут попадают в фэнтезийный мир. Для нас романы интересны имеющейся системой адаптации попаданцев к новым реалиям.
  • Фесс из серии Перумова «Хранитель мечей» и Апион Грант из книг Ильи Гутмана «Сталь и Пламя» и «Наследник звёзд» — попаданцы из одного фэнтезийного мира в другой. Приём создан, чтобы объединить книги о разных мирах в одну серию.
  • «Институт экспериментальной истории» Свержина. Это скорее исторические романы, иногда с налётом мистики. Главный герой с напарником попадают в далёкие исторические дебри и стараются выжить и не сильно напакостить. В отличие от мейнстрима, у них есть гарантированная возможность вернуться домой.
  • Классический пример попадания из древности в наши дни — «Анахрон» Хаецкой: полдесятка вандалов из самого начала V в. попадают в Питер «лихих 1990-х» и довольно успешно там осваиваются (разумеется, не без активной помощи местных). Такие «достижения цивилизации», как мебель из ДСП, вандалы подвергают вполне заслуженной и уничижительной критике.
  • Ведун. Олег Середин благодаря заклинанию попадает в Х век. Подготовлен он хорошо, благо является кузнецом по профессии и увлекается исторической реконструкцией, мир вокруг себя менять не собирается, поэтому вписывает в дивный мир Древней Руси прекрасно.
  • Трилогия «Кембрийский период» Владимира Коваленко — ГГ попадает в Британию (конкретно — в Уэльс) в VII в. Место и время выбрано ГГ, но вариант «отказаться» означал отказ от участия в 'игре' и невозможность вернуться. Из недостатков — смена пола и то, что идти придется созданной игровой аватарой, бессмертной эльфийкой-клериком. Бонусом при попадании идет то, что языки ГГ знает вообще все, какие можно и нельзя, и имеет абсолютную память, , золото и подготовленную легенду. Маскироваться не нужно — каждый житель Британии знает, кто такие сиды и чем они знамениты. ГГ, правда, немного ошиблась с именем... сначала пришлось говорить – НЕТ, НЕ ТА САМАЯ... а потом привыкла, что люди понимают что как раз таки - Та самая Немайн-Неметона из легенд. Обоснование для будущих археологов, откуда вообще на Земле взялись сиды, сделали те же силы что и устроили попадание. Потом выяснилось что ей организовали с целью обосновать 'женщину-священника' и вторую легенду - чудом выжившая Анастасия, дочь Ираклия I, византийская базилисса. Нечеловеческий облик не помешал - кровосмесительное же отродье. Как один из результатов — в Камбрии Университет возглавляет ведьма и учат там ведьм и колдунов, а гости из Византии прямо рассуждают, что а на латыни эта профессия называется инженер'. История потихонечку идет другим путем — например, вторжение саксов не было таким успешным: в открытом бою Камбрия и союзники их побили, и не раз. С точки зрения самих саксов — магией.
  • Эпопея Звягинцева «Одиссей покидает Итаку», вообще-то, крутится вокруг сексуальных инопланетянок и астрала, но мимоходом главные герои городят кучу новых исторических линий на базе нашего прошлого. Из каждой из этих линий вырастет минимум по роману, а совсем главные герои будут переключаться между ними усилием воли, но — попаданцы есть, причём во множестве. Характерный момент: есть попаданцы как физические, так и ментальные.
  • Попадания в глубокую древность и Патриотическое Поднятие России С Колен. Древностью обычно является Киевская Русь или окрестности до татаро-монгол, династия Рюриковичей до Смуты и — особо любимый вариант! — Николай II до большевиков. Один из самых крупных и, в принципе, качественных примеров — трилогия Злотникова «Царь Фёдор». Хотя Злотников, вообще, эту тему зело любит.
    • Но на самом деле это попаданец в голову.
    • Межавторский цикл «Боярская сотня» — о реконструкторах, провалившихся в правление Ивана IV.
  • Павел Дмитриев, «Ещё не поздно» — ГГ-айтишник проваливается в 1965 год и на протяжении пяти книг пытается в закрытом НИИ наладить производство микропроцессоров и персональных компьютеров в СССР. Пример реалистичного попаданчества: протагонист ВНЕЗАПНО обнаруживает, что на базе технологий шестидесятых соорудить хороший, годный ПК оказалось не так-то просто. Да тут ещё и национальный советский спорт — борьба с бюрократизмом…
  • Ещё куча боевой фантастики: про главного героя-спецназовца с хобби — изучением Второй мировой вплоть до уровня отдельных взводов и феноменальной памятью. Хотя есть и варианты:
    • «Попытка возврата» Конюшевского — Илья Лисов наоборот переживает постоянно от того, что историю не учил.
    • Выделяется книга А. Ивакина «Мы погибнем вчера»: у попаданцев (среди которых и историки, и отставной военный, и медик, и специалист по оружию той эпохи) НЕ получается изменить историю, они просто воюют, как могут, и гибнут. Все до единого.
    • В опубликованном произведении одного из местных активных пользователей — «Смерть попаданцам!», временную линию активно меняют сразу два попаданца — «за наших» и «за ихних». К сожалению, потенциально интересная задумка — похоронена под луркоязским шлаком, придавлена стилистической безграмотностью и расплющена банальной сюжетной линией.
  • Андрей Белянин как он есть. Едва ли не половина его книг — про попаданцев в ту или иную сторону.
    • «Рыжий рыцарь» — тут попадают все, кому не лень — английский рыцарь Нэд Гамильтон, студентка Илона Щербатова, ее друг Валера Люстрицкий, карлик-колдун Щур, египетский жрец Аршурбанапул. География их похождений тоже обширна: Британия времен крестовых походов, современный провинциальный городок, окрестности Пскова во время Великой Отечественной войны, древний Египет и еще несколько авторских миров.
    • «Тайный сыск царя Гороха» — современный милиционер Никита Ивашов при дворе прогрессивного царя Гороха открывает отделение милиции и становится местным участковым, «сыскным воеводой».
    • «Меч без имени» — здесь лирический герой — сам автор, попавший в параллельный мир во исполнение древнего пророчества, которое обязывает его владеть артефактным мечом и сражаться с местным Темным Властелином.
    • «Багдадский вор» — рассказ опять же от лица Андрея Белянина, но уже о его друге, попавшем одновременно в кому и на Ближний Восток (Омар Хайям и Ходжа Насреддин прилагаются).
    • «Казак в раю» и «Казак в аду» — именно то, что написано на упаковке

На других языках[править]

  • Утопии Томаса Мора и Кампанеллы.
  • Их идейный продолжатель Сирано де Бержерак, «Иной свет» (описана жизнь на Луне и Солнце).
  • Д. Свифт, «Путешествия Гулливера» — заглавный герой естественным путём попадает в сказку.
  • Г.-Х. Андерсен, «Калоши счастья» (1838 г. !). Они переносят владельца, куда тот пожелает — не только во времени и пространстве, но и в тело другого человека.
  • «Путешествие пана Броучка в 15-й век» (1888) — сатирическая повесть Сватоплука Чеха о попаданце во времена гуситских войн. Протагонист заслуженно приговаривается Яном Жижкой к смерти за трусость и предательство.
  • «Янки из Коннектикута при дворе короля Артура» — роман Марка Твена, впервые опубликованный в 1889 г. Ушлый американец тут больше форсирует прогресс, чем намеренно меняет ход истории. Впрочем, сама история при этом, в отличие от более современных произведений про попаданцев, не меняется. Вмешательство главного героя, наоборот, объясняет белые пятна истории, связанные с эпосом о короле Артуре.
  • Л. Кэрролл, дилогия об Алисе.
  • Ф. Баум, «Волшебник из страны Оз» (и его советский клон «Волшебник Изумрудного города») с Дороти/Элли, попавшей из реального Канзаса сказочный мир.
  • «Да не опустится тьма» (Лайон Спрэг де Камп, 1939) — видимо, первое известное западное произведение XX века о попаданце в прошлое Земли.
  • Станислав Лем в «Двадцатом путешествии Ийона Тихого» вдоволь поиздевался над темой попаданцев и человеческой историей.
  • Дж. Б. Пристли, «31 июня» (и советская экранизация): художник Сэм попадает из в современной Англии в сказочно-артурианское королевство, а его обитатели — в Британию XX в.
  • Э. Гамильтон, космоопера «Звёздные короли» и «Возвращение к звёздам». Принц и учёный Средне-Галактической Империи Зарт Арн, живущий в будущем через 200 тысяч лет, обменялся сознанием с клерком Джоном Гордоном.
  • Цикл «Седьмой меч» Дэйва Дункана: главный герой — именно инженер из современного мира, а боевые навыки получает магическим способом.
  • Уникальный вариант — попадание из далёкой эпохи в параллельный мир — встречается в романе «Потерянный легион» Гарри Тёртлдава, где римский легион, сражавшийся в Галльской войне, проваливается в фэнтезийную империю Видесс (СФК Византии XI века).
  • Персонажи книги и фильма «Крестовый поход в небеса» («Крестоносцы космоса»): крестоносцы захватили инопланетный корабль и улетели в Далёкую Галактику без возможности вернуться назад.
  • Берроуз, «Принцесса Марса». Джон Картер попал на Марс и с помощью магии узнал четвёртую планету с другой стороны.
  • «Шпага Рианона» Ли Бреккет: Метью Карс, герой этого романа одновременно попадает в прошлое и на Марс, вернее в прошлое Марса.
  • Андре Нортон, «Колдовской мир». Тут на перемещение ГГ идёт сознательно, и через портал попадает в совершенно незнакомый (но наиболее подходящий) мир.
  • «Чужестранка» и ее продолжения за авторством Дианы Гэблдон

Кино[править]

  • «Иван Васильевич меняет профессию» по мотивам пьесы М. Булгакова «Иван Васильевич». В отличие от первоисточника, большая часть фильма оказалась сном.
  • Некто попадает из древних времён в современность. Обычно на эту тему снимается фильм-комедия («Пришельцы» например).
  • Попаданцем может быть также инопланетянин, грохнувшийся на Землю к викингам. Про это тоже снято кино.
  • Возможно и попадание в другую страну. В фильме начала 1990-х «Окно в Париж» группа персонажей из России попадает в Париж, а француженка — в Питер разгара лихих 1990-х. Конечно, человек может оказаться в другой стране и в реальном мире, в качестве туриста, мигранта, иностранного студента или рабочего, но тут попадание происходит волшебным образом, ВНЕЗАПНО, с абсолютным незнанием языка, без денег и документов.
    • «Назад в СССР» (4-серийный фильм 2010 г. с Маратом Башаровым в главной мужской роли) — пресыщенный новый русский богатей из 2000-х за нехилую сумму получает возможность получить невероятное приключение.
  • Многосерийный телефильм «Пока цветёт папоротник» — героя вытянули при помощи магии из Москвы на Алтай, где он изображает перед местными сабж статьи. Найдя способ связаться с сестрой, оставшейся в Москве, он предлагает ей следовать за ним таким же способом, но магия в том месте уже не срабатывает, посему сестра прилетает самолётом.
  • «Гостья из будущего» — сначала из современных 1980-х в будущее попадает школьник Коля, потом обратно следом за ним из будущего — Алиса Селезнёва и космические пираты.

Аниме, манга и ранобэ[править]

  • Аниме-пособие по выживанию в альтернативном мире с нуля. Современный и простой японский хикки по имени Нацуки Субару, возвращаясь вечером из супермаркета с пачкой «Дошика» в пакете, внезапно попадает в фентезийное средневековье. Почти сразу же влипает в неприятности, наткнувшись на трёх головорезов в переулке и получает от них по мордасам, но не погибает, так как оказывается спасённым прекрасной высокородной эльфийкой. Позже снова влипнув в неприятности обнаруживает у себя очень интересную способность «Возврат в прошлое после смерти». Аниме отличное, в начале очень яркое и милое, но дальше становится всё более кровавым и чернушным. Кто интересуется тематикой и тем, «что будет если хикки-задрот (без всяких навыков) попадёт в фентезийный мир», к просмотру обязательно.
  • Манга «Drifters» за авторством Кота Хирано (автора Hellsing) — нестандартный вариант, так как попаданцами в фентезийный мир с орками, гномами и драконами тут являются реальные исторические личности — от Ганнибала со Сципионом Африканским до Бутча Кэссиди, Сандэнс Кида и адмирала Ямагути, того самого, что бомбил Перл-Харбор. Примечательно, например, что один из главных героев — Ода Нобунага — тут сразу же начинает вовсю прогрессорствовать: внедрять огнестрел, учить лопоухих эльфов воевать умением и вести объединительно-завоевательные походы, то есть делать ровно все то же самое, что он делал в реальной истории.
  • Gate jieitai kanochi nite же! — непобедимые японцы и полный набор японских фетишей в комплекте.
  • Lazy Dungeon Master — игра со штампом. Формально да, у ГГ есть читерные способности. Реально попаданцев вроде него тут целый мешок и на их фоне способности ГГ весьма таки скромненькие. Формально да, его поведение не вызывает у местных никаких подозрений... Им и так ясно что перед ними педофил весьма сомнительных моральных качеств (немножко прокололся с местным сленгом). Но перед законом он чист, грешит только с рабынями, так что все молчат в тряпочку. А ГГ остается в неведении что там у него за спиной поговаривают.

Визуальные романы[править]

Примечания[править]

  1. Если не считать того что большинство современных мобильников не имеют на борту никаких средств программирования, доступных пользователю (ведь наш попаданец не удосужился заранее проставить на свои андроидфон какой-нибудь эмулятор терминала). А чтобы получить такой доступ в отрыве от современной инфраструктуры, придётся очень глубоко разобраться в современных нам технологиях и, видимо, создать некоторые инструменты, умея создавать которые, уже не нужно возиться с мобилкой для достижений поставленной задачи.

Ссылки[править]