Пейзажное гуро

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
Мир, где ничего хорошего произойти не может
Тянет на Мордор, хотя сил зла вы здесь не найдете.[1] Разве что поздним вечером, болтая на улице по новенькому айфону.

Унылые, депрессивные, всем своим видом навевающие тоску ландшафты призваны показать аудитории, что в жизни героев все плохо, а сейчас, возможно, станет еще хуже. Если при виде фона, на котором разворачиваются события, вам хочется зажмуриться и взмолиться «Сделайте меня это развидеть!» — перед нами пейзажное гуро.

Пейзажное гуро — неизменная примета постапокалипсиса. Ржавое будущее также тяготеет к эстетике пейзажного гуро. Ну и никак нельзя обойтись без него, снимая фильм-катастрофу.

В реалистических произведениях пейзажное гуро встречается либо в виде «пейзажа после битвы», когда речь идет о Первой или Второй мировых войнах, либо в показе (описании) умирающих городов современности. Или это вполне живые города — но показаны их самые неблагополучные районы: бездуховная застройка одинаковыми серыми бетонными коробками, замусоренные улицы, ржавые крыши и пожарные лестницы, и все это в обилии размалевано отвратительными граффити.

Если пейзажное гуро встречается в фэнтези — это, как правило, место обитания Темного Властелина и его прихвостней. Непревзойденным мастером пейзажного гуро является профессор Толкиен: созданный им Мордор удостоился отдельного тропа. Впрочем, Мордор — это частный случай «так плохо, что уже хорошо»: величественные столбы огня над Роковой Горой уже больше тянут на пейзажное порно.

Антиутопия нередко демонстрирует особый вид пейзажного гуро: вполне прочные и на свой лад величественные здания, дизайн которых совершенно сознательно предназначен для того, чтобы пробуждать в людях уныние, страх и депрессию. Например, в романе Дж. Оруэлла «1984» над полуразрушенным Лондоном возвышаются четыре 300-метровые пирамиды: Министерства Правды, Любви, Мира и Изобилия.

Содержание

Примеры

Литература

«

Они спустились к свалке и, зажимая носы, пошли шагать через кучи отбросов, трупы собак и зловонные лужи, кишащие белыми червями. В утреннем воздухе стоял непрерывный гул мириадов изумрудных мух. Дон Тамэо, сильно забрызгавшись, въехал ногой в желто-зеленую лужу и, чтобы не свалиться, ухватился за Румату.
— Отвратительная вонь, — с чувством сказал Румата.
— Да, ужасная. Но зато как вольно дышится в возрожденном Арканаре!

»
— Места, непривычные для донов
« Игорь к Дону движется с полками,

А беда несется вслед за ним:
Птицы, поднимаясь над дубами,
Реют с криком жалобным своим,
По оврагам волки завывают,
Крик орлов доносится из мглы -
Знать, на кости русские скликают
Зверя кровожадные орлы;
На щиты червленые лисица
Дико брешет в сумраке ночном...

О Русская земля!
Ты уже за холмом.

»
— Пересказ Н. Заболоцкого

Кино

Мультсериалы

Манга и аниме

Комиксы

Видеоигры

Прочее

Реальная жизнь

Примечания

  1. Между прочим, силы тьмы у Толкиена символизируют еще и промышленный переворот — в противовес старой доброй Англии.
  2. Для американцев, в переносном смысле — мрачный, унылый, депрессивный и опасный город, нечто среднее между Бобруйском и Чернобылем.
  3. Хотя автор данной правки читал красочные описания совершенно спокойно и даже с воодушевлением.
Личные инструменты
Пространства имён
Варианты
Действия
Навигация
Инструменты