Оммаж

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
« Бризы Атлантики целовали
Руки, горящие на штурвале.
Под Антуаном — синее море и облака.
Вдаль, над плечом — не встречен, не найден —
В небе летит пылающий Лайтинг,
Краткий сигнал, последний привет на всех языках.
»
— Олег Медведев, «Марш небесных связистов».

В средние века оммажем называли присягу рыцаря своему сюзерену. В фэндоме же так называется выражение почтения к своим учителям и вдохновителям при помощи аллюзий, как правило, множественных. От переклички отличается степенью привлечения текста-вдохновителя в авторский текст: это уже не просто отдельные отсылки, фразы или цитаты, а целые сцены, композиционные приемы и обширные образные параллели.

Например, в «Гиперионе» Дэна Симмонса не просто содержатся множественные аллюзии на поэму Дж. Китса «Гиперион», но и сам Дж. Китс (точней, его кибернетический двойник) появляется в качестве одного из героев. Кроме Китса, Симмонс приносит оммаж Джеффри Чосеру (первая часть «Гипериона» структурно повторяет «Кентерберийские расказы»), Шекспиру (новелла «Рассказ Консула» отчасти пересказывает фабулу «Ромео и Джульетты», а в «Рассказе воина» читателя отсылают к битве при Азенкуре из «Генриха V»), Уинстону Черчиллю (героиня читает его знаменитую речь «Мы будем драться на пляжах…»), Библии (один из героев объединяет в себе образы Иова и Авраама) и многим, многим другим.

Примеры[править]

Литература[править]

  • Стивен Кинг, «Тёмная Половина»: псевдоним Джордж Старк, под которым главный герой выпускает зубодробительные боевики, отсылает к Ричарду Старку (псевдоним Дона Уэстлейка).
  • Братья Стругацкие, «Трудно быть богом»:
    • «— Я не могу месяц подряд спать на одних и тех же простынях. — Его величество по полгода спят и не жалуются…» — отсылка к протёртым простыням, на которых спал юный король Людовик XIV в романе А. Дюма «Двадцать лет спустя».
    • «В тесных коридорах [дворца] сталкивались подвыпившие гвардейцы, охранявшие особу короля, и подвыпившие штурмовики, охранявшие министерство. Резались отчаянно, а удовлетворившись, расходились, унося раненых» — отсылка к постоянным дуэлям мушкетёров короля и гвардейцев кардинала у него же.
    • «Одна из Мертвожорок, Висельников, Ограбиловок», хутора Смердуны — отсылка к поэме Н. А. Некрасова «Кому на Руси жить хорошо»: «Заплатово, Дырявино, Разутово, Знобишино, Горелово, Неелово, Неурожайка тож».
  • Мариша Пессл, «Некоторые вопросы теории катастроф» — весь сюжет представляет собой оммаж «Тайной истории» Донны Тартт напополам с деконструкцией. Закрытый кружок подростков, считающих себя «аристократами», и вдохновляющая их харизматичная учительница очевидно навеяны «греческим кружком» из книги Тартт. Однако аристократизм их дутый и не дотягивает до уровня героев Тартт (например, вместо вакханалии — унылый школьный поход); к тому же, после гибели учительницы они прекращают дружбу с героиней, и основная часть книги посвящена её личному расследованию и отношениям с отцом.
  • Питер Уоттс, «Ложная слепота»: латинское название вампиров, оказывается, Homo sapiens whedonum — в честь Джосса Уэдона.
  • Ю.Нестеренко «Приговор»: трое оборванцев пытаются остановить коня протагониста на мосту. Двое, что посильнее, держат самого тощего за руки на середине дороги, тот закрыл глаза. Узнаваемая отсылка к «Кавказской пленнице».

Кино[править]

  • Джордж Лукас заявлял: его фильм «Звездные войны, эпизод IV — Новая надежда» (1977) — это прямой оммаж фильму Акиры Куросавы «Трое негодяев в скрытой крепости», потому что «Три негодяя…» как раз и послужили источником вдохновения для фильма Лукаса. Если бы не Куросава-сенсэй — не было у нас «Звездных войн»! (А ещё если бы не Герберт, Толкин, etc.) Такие дела.
    • А в «Мести Ситхов» финальная сцена посадки контролируенмого крушения «Незримой длани» на Корускант (согласно закадровым комментариям команды Джорджа Лукаса) «является прямым оммажем всему этому кубриковскому концептуализму, которым мы, вообще-то, обычно не занимаемся».
  • «Свой среди чужих, чужой среди своих» — в фильме достаточно визуальных и сюжетных отсылок к западным вестернам:
    • «Хороший, плохой, злой» — трое героев, гоняющихся за золотом; временный союз Шилова и Лемке, как и у Блонди с Туко, основан на том, что один знает имя, которое нужно другому; эпизод, где связанный Лемке поливает оскорблениями есаула похож на аналогичную сцену, где также связанный Туко яростно обзывает Блонди; есаула часто показывают за едой, как и Сентенцу.
    • «Бутч Кэссиди и Санденс Кид» — общая меланхоличность повествования; эпизод у бурной реки.
    • «Пуля для генерала» — эпизод со встречей Лемке и Брылова во время нападения на поезд и последующим присоединением ротмистра к банде аналогичен знакомству Тэйта и Чунчо.
    • Прикид Брылова в конце (белая рубашка, подтяжки, шляпа), возможно, отсылает к Мэллори из «За пригоршню динамита».
    • Музыка Артемьева, в свою очередь, перекликается с пронзительной трубой Морриконе.
  • Наталия Полянская, снимая любительскую кинотрилогию «Суета вокруг колец», всё время подчёркивала: это не столько пародия на Питера Джексона, сколько оммаж ему! Но получилась именно пародия.
  • «Легенда Зорро» (2005 г.) — то ли на тебе!, то ли оммаж, но сына Зорро зовут… Хоакин Мурьета. Именно так звали реального прототипа Зорро, только партизанил он не против испанских колониальных властей, как изображают Зорро в западном кино, а против гринго в Калифорнии, которую они отжали у Мексики. Ну, и трагически погибшего в приквеле брата Зорро тоже. Так что. возможно, речь о многослойной пасхалке.
  • Рэкетир — главные герои встречаются с персонажами «Бумера», принимают их по-восточному как почётных гостей, и договариваются с ними о каких-то совместных делах.
  • «Залечь на дно в Брюгге» — фильм отсылает к классическому саспенсу Николаса Роуга «А теперь не смотри», ремейк которого как раз снимают в Брюгге. В конце сюжеты сливаются воедино (смотревшие оба фильма наверняка оценят финальный поворот).
  • «Догвилль» Ларса Фон Триера — один большой оммаж Бертольду Брехту, начиная от постановки в соответствии с принципами брехтовского эпического театра и заканчивая сюжетом, который представляет собой развернутый ответ на вопрос: «А что, если пиратский корабль из «Пиратки Дженни» действительно придёт?».

Аниме и манга[править]

  • «Волчица и пряности» — по свидетельству автора, название является отсылкой к работе французского историка-медиевиста Жана Фавье «Золото и пряности: развитие коммерции в Средние века», которая послужила вдохновением для создания первого тома ранобэ.

Видеоигры[править]

  • Лю Кан в Mortal Kombat. Слово Божие гласит: это не камео Брюса Ли (какие есть во многих файтингах) и уж подавно не карикатура на него. И не шарж. Это оммаж мастеру.
  • в Might and Magic VIII: Day of Destroyer в одной из локаций можно найти гробницу некого лорда Бринна. Пользователь под этим ником был одним из активнейших участников сообщества этой игры. Потом, стало известно о его смерти. В знак почтения к этому юзеру, разработчики и добавили эту локацию.
  • Scorn: один большой оммаж великому, ужасному и (увы) покойному Гигеру.
  • Cuphead — по стилистике игры прекрасно видно, насколько авторы любят мультипликацию 1930-х. А геймплейно — это оммаж платформерам 1980-х.

Визуальные романы[править]

Музыка[править]

  • Отечественный правый рэп «25/17»:
    • Название — оммаж Квентину Тарантино. В «Криминальном чтиве» Джулс перед убийством нерадивого подельника цитирует книгу Пророка Иезекииля, главу 25, стих 17. Собственно, в первые годы существования проект звался «Иезекииль 25:17».
    • Соавторам Дмитрию Ревякину («Калинов мост») и Константину Кинчеву («Алиса») в текстах песен (в совместной песне «Девятибалльно» Кинчев ещё и процитировал собственное «Солнце за нас!»).
      • И Егору Летову в сайд-проекте «Лёд-9»: цитаты из песен, вставки мелодий «Гражданской обороны».
    • Любят «Игру престолов»: в «Винтер» упоминается девиз дома Старков[1], в «Просто» — Красная свадьба.
    • «Индиго» — возможно, отсылка к «Тёмной Башне»: «ты забыл лицо своего отца» и сэмплы выстрелов после угрозы расправиться с псайкерами (собственно, в книгах Роланд со товарищи разнесли базу Алого Короля, где тот готовил детей-экстрасенсов к разрушению мира).
  • А. Городницкий, «А в уездном городе Калинове…» (песня к спектаклю театра «Современник») по пьесе А. Н. Островского «Горячее сердце» — отсылка к месту действия другой пьесы «Гроза» того же автора.

Примечания[править]

  1. Сам трек — оммаж вперемешку с На тебе! добрым двум десяткам сериалов.