Одиссея капитана Блада

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
«

В борт ударились бортом,
Перебили всех потом,
И отправили притом на дно морское!
Дружнее, хо! Смелей, йо-хо!
Кто теперь на чёртов Мэйн пойдёт со мною?

»
— Корсарская песенка из ОКБ

«Одиссея капитана Блада» (Captain Blood: His Odyssey, 1922 г.) — приключенческий исторический роман Плаща и шпаги английского писателя Рафаэля Сабатини (родители — англичанка и итальянец, оперные певцы). В СССР, хотя впервые был издан в 1957 г. в серии «Библиотека приключений и научной фантастики» («золотая рамочка»), не пользовался большой популярностью; стал более известен после экранизации.

Позже были написаны также сиквелы «Хроника капитана Блада» (The Chronicles of Captain Blood a.k.a. Captain Blood Returns, 1931) и «Удачи капитана Блада» (The Fortunes of Captain Blood, 1936). По сути, это сборники рассказов, в которых описаны отдельные эпизоды деятельности Блада в роли пиратского предводителя (т. е. во время действия ОКБ).

См. также Одиссея капитана Блада/Дополнения.

Сюжет[править]

Действие романа началось в 07.1685 г. в английском городке Бриджуотер (графство Сомерсетшир). Протестанты под руководством герцога Монмута подняли восстание против католического короля-самодура Якова II. Блад не присоединился к ним, но оказал медицинскую помощь раненому мятежнику — и 19.09.1685 суд приговорил его к смертной казни за государственную измену. Но государству была нужна бесплатная рабсила, и вместо виселицы бедный доктор попал на остров Барбадос в рабство к жестокому плантатору. Блад и несколько его товарищей по несчастью, участники восстания, сбежали[1] во время нападения на английскую колонию испанского военного корабля. Не имея другого выхода, Блад стал пиратом. Однако даже будучи преступником, он пытался поступать максимально гуманно – не только потому, что был врачом и благородным человеком, но и потому, что не хотел запятнать своё имя в глазах любимой девушки Арабеллы. ХЭ: в 1689 г. Якова свергли, к власти пришли королева Мария с мужем, нидерландским правителем Вильгельмом III Оранским, и новый режим не только амнистировал Блада (как и всех мятежников), но и предложил ему стать губернатором Ямайки.

Герои[править]

Обложка книги «Одиссея капитана Блада», художник Пётр Высоцкий. Взято здесь: https://new.vk.com/rsabatini

Хорошие[править]

  • Питер Блад, протагонист. Сын уроженки Сомерсетширского графства и ирландского врача. Типичный «черный ирландец» — такой черный, что при необходимости без проблем косит под испанца. В 20 лет получил степень бакалавра медицины в дублинском Тринити-колледже, но вскоре после получения диплома отправился на поиски приключений. Успел повоевать на море под руководством голландского адмирала де Рюйтера (который ИРЛ был весьма крут и прославился как один из немногих, кто умудрился своими военными операциями устроить панику в Лондоне и сделал то, чего много позже не смог сделать Наполеон — высадил десант в Англию и спалил верфи) и побывать в плену у испанцев (великолепное знание языка очень пригодилось, когда он выдавал себя за испанца-полукровку или португальца), а потом послужить во французской армии. В 32 года по состоянию здоровья решил завязать с бурной молодостью, и в 01.1685 начал работать по специальности. Никого не трогает, починяет примус поливает герань. И вот на тебе — арестован на месте преступления (выполнял свои профессиональные обязанности)! С точки зрения современного человека обладает явными признаками Марти Стью — для 32 лет невероятно много знает и умеет: и морской бой вести, и раны врачевать, и тайные операции устраивать, и много языков знает — ну просто «универсальный человек» Хайнлайна, вернее, да Винчи. Однако, с другой стороны, в описываемое время образованный человек просто обязан был знать несколько языков (включая латынь, зная которую, остальные европейские языки учить сильно проще), медицина была не столь сложна, как сейчас (кровопускания, припарки, навыки шитья по живому, ром и порция хинина), а всё остальное — производное от природной смекалки. При этом штурманскому делу Питер Блад обучен не был и тяготел в основном к стратегии и тактике (причем судя по тому, как он их применяет, находился он далеко не в штабе прославленного голландского адмирала). Регулярно воровал корабли у испанцев, соблюдал маскарад, был галантным джентльменом, не обижал женщин (даже таких, кому очень хотелось съездить в рыло), отличался хладнокровием и повадками рыцаря, включая многолетнее вздыхание по образу Арабеллы Бишоп. Так что Марти Стью тут даже не пахнет. Касаемо испанцев — несмотря на нелюбовь к ним, Блад проявляет гуманизм, а однажды (во время последовавшей за тайной операцией по воровству галеонов с золотом, охоты на лже-«Арабеллу» и самозванца) даже защищает испанскую колонию от пиратов, при этом испанцы выставлены ребятами в принципе старательными и надёжными, но по-детски наивными и без вменяемого руководства ни на что не способными. Вот, собственно, это самое руководство, тупое и жадное, Блад раз за разом и оставляет в дураках, ибо, как гласит поговорка, «лох обязан платить».
  • Его товарищи по рабству и пиратству:
    • Джереми Питт, романтически настроенный молодой моряк. В прошлом шкипер торгового судна, затем участник восстания, потом штурман «Арабеллы». В конце ОКБ поступил на службу к королю Вильгельму. Собственно, с его слов вся история и записана. Умеет водить корабли, но не умеет драться на шпагах — во время дуэли с профессиональным бретёром ему пришлось бы плохо, если бы Блад не пускал противнику зайчики в глаза с помощью подсвечника. Да, нечестно, но учитывая, что в эту историю Питт вляпался по любви, а Блад не желал терять хорошего штурмана (сам-то Блад курс прокладывать не умел) - пришлось смухлевать. Да и противник был сволочью редкостной.
      • «История подвигов Блада дошла до нас только благодаря трудолюбию Питта. Молодой человек был не только хорошим моряком, но и обладателем бойкого пера, которое он неутомимо использовал, воодушевляемый несомненной привязанностью к Бладу. Питт вёл судовой журнал… Он состоял из 20 с лишним томов различного формата. Часть томов безвозвратно утрачена, в других не хватает многих страниц». В деконструкции упоминалось, что Питт был склонен к романтизации и преувеличениям, например, выдал абзац посвященный крутости и хладнокровию Блада, хотя на самом деле тот в процессе боя получил по голове и был больше озабочен как бы не свалиться, нежели обстановкой вокруг.
    • Нед Огл, канонир 80 lvl. В конце ОКБ поступил на службу к королю Вильгельму. Об Огле можно сказать две вещи: во-первых он был Главный Канонир, то есть самолично стрелял редко, а в основном натаскивал комендоров с их помогалами (которых по штату на орудие полагалось довольно много — до четырёх человек катать и крепить лафет, парочка — банить орудие, ещё парочка — на заряжание, собственно комендор и пороховой юнга, причем это необходимый минимум — ИРЛ на орудие приходилось до пятнадцати человек, в процессе заряжания те, кому заняться было нечем, брали мушкет и стреляли сквозь орудийный порт по вражеской команде); во-вторых он проявлял замашки снайпера, предпочитая сначала пристрелять орудие по цели, а затем уже жарить залпом. Таким образом, по меркам того времени он был реально хорошим канониром. Но в интерпретации Сабатини, который ту эпоху не застал, вышло так, что Огл фактически являлся персонифицированной командой артиллерии всего корабля.
    • Нед Волверстон, одноглазый силач. В конце ОКБ находился в Картахене из-за серьёзных повреждений своего корабля.
    • Натаниэль Хагторп, служил в королевском ВМФ. Спокойный, добродушный джентльмен из Западной Англии. В конце ОКБ погиб в бою с де Риваролем.
    • Николас Дайк, младший офицер. Служил на «Арабелле». В конце ОКБ поступил на службу к королю Вильгельму.
  • Ибервиль, молодой француз. Присоединился к Бладу из-за потери своего судна. В конце ОКБ находился в Картахене из-за серьёзных повреждений своего корабля.
  • Кристиан. Известен только тем, что командовал «Клото». Ушёл от Блада вместе с кораблем и командой после того, как шеф впал в депрессию.
  • Хэйтон, боцман на «Арабелле». Возглавлял абордажную атаку на «Викторьез» в конце ОКБ в бою с де Риваролем.
  • Альбин, француз. Участвовал в совещании (ХКБ, глава «Грозное возмездие»).
  • Маккит и Джеймс, офицеры Блада, упомянутые в ХКБ (глава «Золото Санта-Марии»). Имели вид обычных моряков,
  • Бенджамэн, слуга, негр.
  • Эндрью Бэйнс, владелец усадьбы Оглторп, в которую перенесли раненого Гилдоя. Как и Блад, отправлен на продажу в Вест-Индию и умер во время перевозки в трюме корабля «Ямайский купец».
  • Епископ Мьюсский, персонаж-призрак. Положил конец беззаконным казням.
  • Арабелла, племянница Бишопа. 25 лет (фактически - старая дева) на момент знакомства с Бладом. Отец Арабеллы и брат Бишопа Том был добрым и мягким человеком. Дочь пошла в отца и потому очень сильно отличается от дяди по характеру — великодушная, бескорыстная и откровенная до такой степени, что даже не имела поклонников (это в регионе, где белых женщин из высшего общества — раз-два, и обчёлся!). Отношения Блада с ней складывались неровно, однако всё закончилось отлично. В основном благодаря смене короля, что некоторыми считается за рояль, однако ИРЛ имело место быть, как и смягчение законодательства и амнистии (вообще при вхождении на престол амнистии были обычным делом - это какбэ позволяло завоевать народную любовь. Понятное дело что убийц и насильников из тюрем не выпускали, ограничиваясь лишь диссидентами).
  • Мэри Трэйл, подруга Арабеллы, которую Блад спас от испанского солдата-насильника (вообще тема массовых изнасилований поднималась в книге неоднократно, причем отличались и испанцы, и «свои»).
  • Джеймс, раб Бишопа. Грум, которому Блад поручил увезти девушек в безопасное место.
  • Анри д’Ожерон, сын губернатора. Попав в плен к пиратам, держался гордо и отважно, за что его чуть не убили.
  • Адмирал ван дер Кэйлен, командующий вест-индской эскадрой голландского короля Вильгельма. Привёз Уиллогби на флагмане, который потопил де Ривароль. Говорил с очень смешным акцентом.
  • Лорд Уиллогби, генерал-губернатор английских колоний Вест-Индии. Привёз Бладу предложение, от которого нельзя было отказаться: искупить грехи пиратства службой на высоком чиновничьем посту. Вот на этот момент поступало больше всего нареканий, однако учитывая что прототип Блада именно таким образом стал губернатором - это нормально.
  • Дон Родриго де Кейрос, посланец короля Филиппа, который вёз губернатору Эспаньолы, дону Хайме де Гусман, орден святого Якова Компостельского, полупортугалец (ХКБ, глава «Посланец короля»). С этим орденом вышла очень весёлая история...
  • Донна Эрнанда, двоюродная сестра дона Родриго и жена дона Хайме (ХКБ, глава «Посланец короля»).
  • Мистер Айвис, юный секретарь Коуртни (ХКБ, глава «Посланец короля»). «Видя, как разволновался губернатор, он позволил себе улыбнуться».
  • Миссис Коуртни (ХКБ, глава «Посланец короля»).
  • Молли, проститутка с Тортуги, которую защитил Блад и которая пыталась в благодарность спасти его, а в итоге заманила в ловушку (ХКБ, глава «Цена предательства»). Блад отдал ей деньги и золотую булавку с драгоценным камнем. К чести Молли, она не знала что Блада собираются продать, а когда узнала — её заперли. Вышла она из заточения только когда бандиты упокоились с миром засчёт взаимного недоверия — с помощью яда и пистолета. Блад развязался и выпустил её.
  • Кацик Гванахани, прозванный испанцами Бразо Ларго aka Длинная Рука (ХКБ, глава «Золото Санта-Марии»). (Кацик — это не имя, а титул вождя). В числе хороших — потому что кровавую бойню устраивать не хотел, не смотря на то, что его люди были очень даже не против. Очень злился на испанцев по семейным причинам:
  • Его дочь(ХКБ, глава «Золото Санта-Марии»). Вышла замуж за испанца, по любви, чем несказанно «обрадовала» отца и удивила Блада:
  • Капитан Доминго Фуэнтес, её муж (ХКБ, глава «Золото Санта-Марии»). Который занимался охраной золота в лагере, с малочисленным и плохо вооруженным отрядом. За этим золотом Бразо Ларго и подговорил отправиться Блада, однако золота они не нашли, а после того как Блад узнал истинную причину набега (что индеец вознамерился вырезать испанцев и сжечь Фуэнтеса), он разрешил испанцам уйти. Как выяснилось позже, Фуэнтес его знатно надул: спрятав золото в бочки с водой, он воспользовался шансом и вывез его. В итоге Блад отдал должное находчивости и преданности долгу Фуэнтеса. Но золото всё же забрал.
  • Негр Абрахам, слуга Антуанетты де Кулевэн (ХКБ, глава «Благодарность мосье де Кулевэна»).
  • Полковник Сансэр, военный комендант о. Мари-Галант после де Кулевэна (ХКБ, глава «Благодарность мосье де Кулевэна»).
  • Кросби Пайк, отважный и решительный капитан из эскадры Блада, которого переманил Истерлинг (ХКБ, глава «Риф Галлоуэя»). Убит Истерлингом за то, что требовал справедливого раздела добычи (его команда пострадала больше всех, а получила меньше всех, точнее, вообще ничего). За это Блад устроил Истерлингу ицых с гвоздями.
  • Кэнли, матрос из команды Пайка, старый морской волк, бывший лесоруб (ХКБ, глава «Риф Галлоуэя»).
  • Тренем, помощник Пайка, белокурый молодой упрямый корнуэлец (ХКБ, глава «Риф Галлоуэя»).
  • Дон Иларио де Сааведра, новый губернатор Эспаньолы (испанская часть Гаити, ныне Доминиканская рес-ка) (УКБ, глава «Пасть Дракона»).
  • Чеффинч, низенький штурман на «Сан-Фелипе» (УКБ, глава «Пасть Дракона»).
  • Донья Леокадия Мендес, жена дона Себастьяна, хрупкая, бледная, маленькая, изящная, застенчивая и всё ещё молодая (УКБ, глава «Самозванец»). Одна из причин того, что Блад отвлекся от своей изначальной задачи в виде воровства золотых галеонов на защиту колонии. Галеоны он, само собой, спёр, но позже, когда испанцы повесили фальшивого Блада.
  • Люзан, капитан «Беарнца» (УКБ, глава «Демонстрация»).
  • Том Хагторп, брат Натаниэля, тоже бунтовщик и раб, миловидный, юношески гибкий (УКБ, глава «Избавление»).
  • Джейк, боцман на «Арабелле» (УКБ, глава «Избавление»).
  • Снелл, боцман на «Арабелле», обладает лысой макушкой в окружении седых волос (УКБ, глава «Святотатство»).
  • Джеймс Шерартон — ловец жемчуга, убитый испанцами возле бухты Маракайбо, персонаж-призрак (УКБ, глава «Бежавшая идальга»).
  • Донья Исабела (Исабелита) де Сотомайор, собссно идальга, сбежавшая с англичанином (УКБ, глава «Бежавшая идальга»). Блад сначала помог ей в этом, а затем, увидев истинное лицо того, с кем она сбежала, приложил известные усилия для того, чтобы вернуть её обратно домой, для её же блага. Впрочем, она не была дурой и всё поняла.

Не очень хорошие[править]

  • Лорд Гилдой, из-за которого Блад и влип во всю эту историю. Почему его не судили? Наверно, откупился, как и предводитель восстания лорд Грей. Так полагает сам Питер.
  • Губернатор Барбадоса Стид. В хороших отношениях с Бишопом. Страдает от подагры, а его жена — от мигрени, так что профессиональные навыки Блада для него очень ценны.
  • Вакер и Бронсон, парочка врачей с Барбадоса, у которых Блад уводил клиентуру. Хотели организовать ему побег (или, возможно, симулировать помощь, а потом донести хозяину — в любом случае результат бы их устроил).
  • Джеймс Нэтталл, ссыльный. На деньги, полученные от врачей, купил шлюпку для побега, но попался на глаза Бишопу... В общем, для него побег сорвался.
  • Роберт Фаррел, персонаж-призрак. Человек, у которого он купил шлюпку.
  • Дон Эстебан де Эспиноса-и-Вальдес, 14-летний сын Диего. Искренне любил своего отца и отчаянно стремился отомстить Бладу за его смерть.
  • Д'Ожерон, губернатор острова Тортуга[2] — французского владения, которое служит убежищем всем пиратам Карибского моря. Сам чиновник не оставался внакладе: он получал от корсаров в качестве портовых сборов десятую часть всей их добычи, а также неплохо зарабатывал и на комиссионных поручениях, принимая наличные деньги или трофеи и выдавая взамен их векселя, подлежащие оплате во Франции. В благодарность пираты не только (почти) не обижали жителей острова, но и защищали от налётов испанцев.
  • Мадлен, его старшая дочь. Влюбилась в пирата Левасёра. Когда отец отправил её в Европу, нашла способ сообщить об этом возлюбленному. Итог — несколько трупов, включая самого Левасёра, само собой, убитого Бладом, который вернул дочурку папаше, чем и завоевал его симпатию. Является одним из нескольких примеров того, как девичья романтичная влюбчивость порой обрекает их на участь оказаться в лапах редкостных подоноков. К счастью, во всех этих случаях Блад, как истинный рыцарь, оказывается рядом, чтобы спасти незадачливую дамзел ин дистресс.
  • Дон Франсиско де Вильямарга, вице-губернатор Маракайбо. Изыскал выкуп в 50 тысяч песо и поставил Бладу сто голов скота. В переговорах с Бладом преодолел свою трусость и сослался на честь капитана.
    • Потом появился в УКБ, в главе «Бежавшая идальга». Блад чудом избежал встречи с этим человеком, который был снят с поста и стал заниматься унизительной для дворянина торговлей.
  • Лорд Джулиан Уэйд. 28 лет. Привёз из метрополии лично от министра иностранных дел лорд Сэндерленда для Блада офицерский патент, дабы пустить энергию пиратов под его командованием в легальное русло. Но Блад не смог найти общего языка с Бишопом, а Уэйд влюбился в Арабеллу и уже не желал помогать сопернику...
  • Де Кюсси, губернатор французской части Гаити. Вместе с д'Ожероном предложил Бладу пойти на службу к де Риваролю.
  • Майор Мэллэрд, комендант форта в Порт-Ройяле (бывшая столица Ямайки). Арестовал Бишопа после того, как губернатором стал Блад. Был политически инертен всё остальное время.
  • Жуанвиль, молодой француз, секретарь д'Ожерона (ХКБ, глава «Холостой выстрел»).
  • Дон Ильдефонсо де Пайва, капитан «Санта-Барбары», спасённый Бладом из рук Истерлинга (ХКБ, глава «Нежданная добыча»).
  • Фрей Алонсо (а может, и фрей Луис), доминиканский монах, соратник дона Хайме, пожилой, высокий и тощий (ХКБ, глава «Посланец короля»).
  • Люсьен, младшая дочь д'Ожерона (ХКБ, глава «Любовная история Джереми Питта»), стройная и жизнерадостная легкомысленная кокетка. В неё влюбились Питт и Тондёр. Пока они дрались на дуэли (см. выше про Питта), отец отправил её в Европу после венчания с де Меркёром (губернатор извлёк урок из истории с Мадлен, однако Блад ему устроил за это знатную выволочку, потому что из-за этих интриг он чуть не потерял своего штурмана).
  • Де Меркёр, сын одного из директоров французской Вест-Индской компании (ХКБ, глава «Любовная история Джереми Питта»), деликатный и утончённый.
  • Отец Бенуа, священник, который их обвенчал (ХКБ, глава «Любовная история Джереми Питта»).
  • Вентадур, лейтенант с «Рейн Марго» Тондёра. (ХКБ, глава «Любовная история Джереми Питта»).
  • Антуанетта де Кулевэн, жена полковника, сбежавшая с доном Жуаном. (ХКБ, глава «Искупление мадам де Кулевэн»). Вообще-то упомянутый дон на самом деле Хуан (то есть косяк переводчика); также с ней произошла весьма занимательная история — из-за неё был разграблен город. Блад, как обычно, случайно оказавшийся рядом, не разобравшись в ситуации, решил что дама в опасности, после чего отправил упомянутого дона Хуана на корм рыбам, а саму мадам де Кулевэн вернул домой. Учитывая, что муж у неё не подарок, и сбежала она с Хуаном по своей воле, получился казус. И наконец, Макартни мечтал повесить Блада до такой степени что вступил в сговор с де Кулевэном. Само собой, Блад и из этой истории выбрался, да ещё и ограбил обоих джентльменов.
  • Шкипер голландской бригантины с маленькими голубыми глазками (ХКБ, глава «Благодарность мосье де Кулевэна»).
  • Клаус, голландец, владелец торгового судна, который рассказал Бладу о самозванце в Кристианстаде на острове Сен-Круа (УКБ, глава «Самозванец»).
  • Дон Себастьян Мендес, генерал-губернатор Пуэрто-Рико (видимо, после того, как этого дебила де Вилламарга сняли)
  • Полковник Варгас, командующий фортом Пуэрто-Рико (УКБ, глава «Самозванец»).
  • Капитан Аранья, его бездарный молодой подчинённый (УКБ, глава «Самозванец»).
  • Шевалье Шарль де Сентонж, посланник де Лувуа, подающий надежды дворянин лет 30 с лишним (УКБ, глава «Демонстрация»).
  • Мадам де Вейнак, вдова Омера де Вейнака (затем — мадам де Сентонж), владелица примерно трети Мартиники (УКБ, глава «Демонстрация»).
  • Джеймс Корт, представляющий на Невисе губернатора Подветренных островов (УКБ, глава «Избавление»).
  • Джеффри Корт, его кузен и возлюбленный его жены (УКБ, глава «Избавление»).
  • Том Уокер, английский работорговец (УКБ, глава «Святотатство»).
  • Кардинал-архиепископ дон Игнасио де Ла Фуэнте, примас Новой Испании, персонаж-призрак (УКБ, глава «Святотатство»). Сначала Ибервиль выдал себя за него, а потом прибыл настоящий иерарх... «Этого низенького толстого и вспыльчивого прелата окончательно вывело из себя то, что к его визиту не было сделано соответствующих приготовлений, а алькальд едва не обвинил его в самозванстве». Следует заметить, что с Ибервилем здесь вышел небольшой ляп (автор по видимому забыл что он писал об Ибервиле в самом начале), но зато оный джентльмен оказался куда более лучшим архиепископом чем тот, под кого он косил. По крайней мере сцена того, как пред ним краснели и бледнели алчные благородные доны с лихвой искупает любые ляпы.
  • Классенс — голландец, хозяин корабля, на котором Блад отплыл с Кюрасао на Мэйн (УКБ, глава «Бежавшая идальга»).
  • Алькатрас — молодой негр-слуга Ферфакса (УКБ, глава «Бежавшая идальга»).
  • Серафино де Сотомайор, брат Исабелы, преследовал Ферфакса и ранил его (УКБ, глава «Бежавшая идальга»). Больше, в общем-то ничем не отличился, и более того, хорошо что он остался жив, иначе Исабела бы очень сильно невзлюбила Блада.

Плохие[править]

  • Гобарт, капитан драгун. Арестовал Блада, Питта, Гилдоя и Бэйнса. Готов был повесить их всех на месте и не сделал этого лишь благодаря тому, что Блад намекнул этому палачу на риск получить серьёзные неприятности, если он вздёрнет аристократа без суда. Судя по откровенному интересу к дочери Бэйнса, который услышал «пронзительный крик женщины», ещё и насильник. Собственно, тема изнасилований в романе постоянно всплывает, но старательно оставляется за кадром, это ведь романтическая история, а не суровый реализм. Тем не менее, без таких вот кадров как Гобарт история вышла бы ванильная и тошнотворно-приторная.
    • Полковник Перси Кирк, командир Гобарта. Персонаж-призрак. Блад встречался с ним в Танжере, где стоял когда-то полк драгун. По его приказу были повешены многие мятежники.
  • Лорд Джефрейс, верховный судья, историческая личность. Эталон несправедливого судьи (в реальности был еще хуже, чем его изобразил Сабатини! Точнее, был такой сволочью, что на какое-то время стал нарицательным — говорили Лорд Джефрейс, подразумевали «этот поганый судья»)
    • Заглавный герой знал, что судья, вынесший смертный приговор Бладу, Питту и Бэйнсу, тяжел болен (судя по «двум пятнам чахоточного румянца» — туберкулёзом). Присяжные боялись пикнуть слово против начальника, но Блад не испугался и в суде предсказал ему мучительную смерть. И вообще всю сцену лихо его троллил — а чего, терять-то уже нечего! Спас Блада в итоге меркантилизм английского правосудия — людей на галерах и в колониях вечно не хватало.[3]
  • Гарднер, капитан «Ямайского купца». Позволил Бладу лечить узников из боязни, что его накажут за порчу товара.
  • Уильям Бишоп, бывший владелец Блада и его товарищей (а заодно и полковник барбадосской милиции). Жестокий человек, собственноручно избивший до полусмерти Питта по одному только подозрению. Впрочем, достаточно умён, чтобы использовать раба с медицинским образованием не на плантации, а по профессии (точнее, был к этому вынужден). Назначен губернатором Ямайки — и ради мести Бладу в 03.1689 г. ушёл к Тортуге со всей ямайской эскадрой, оставив остров без защиты (хотя знал, что Англия и Франция воюют). За эти штучки снят лордом Уиллогби с поста и отдан под суд преемника (сиречь Блада ;-)). Как явление — оказался удачной моделью для клишированных злодеев, ибо был мразью тройной отгонки — жестокий, тупой, отвратительный и гнусный мерзавец. С ним достаточно долгое время сравнивали книжных злодеев из плантаторских романов (а не наоборот, как можно было подумать).
  • Крэбстон из Спейгстауна, персонаж-призрак. Тоже один плантатор, ещё хуже Бишопа, но менее чётко прописан.
  • Кент, надсмотрщик на сахарных плантация Бишопа.
  • Дон Диего де Эспиноса-и-Вальдес, капитан испанского корабля, напавшего на столицу Барбадоса Бриджтаун. Оказался в плену у Блада, совершил подлость и в итоге, привязанный к жерлу пушки, умер от страха перед мучительной смертью. Впрочем, Блад не стал печалиться и использовал его смерть в своих интересах.
  • Дон Мигель де Эспиноса-и-Вальдес, адмирал. Долго и безуспешно пытался отомстить Бладу за смерть брата. У упомянутого благородного дона Блад постоянно что-то тырил, чем злил благородного дона до невозможности. Представляет собой второй эталон для клиширования — благородный, ослеплённый злостью мстительный идиот, обладающий военной силой. Блад же, будучи благородным джентльменом, топить и вешать своих врагов не спешил: в конечном счете они своими действиями навлекали на себя разнообразные несчастья и сходили с дистанции сами, а пока они были в седле — от них, в силу тупости, было весьма легко удрать, и их было весьма легко надуть — чем Блад и пользовался.
  • Левасёр[4]. Пират, заключивший соглашение с Бладом о совместных действиях, но нарушивший его из-за страсти к Мадлен и алчности. Блад убил его на Дуэли и забрал себе пленных детей д’Ожерона, расплавившей с командой француза за неполученный выкуп жемчугом. То есть поступил по понятиям, за что завоевал респект и уважение и со стороны пиратов, и со стороны губернатора, который взял на заметку Блада.
    • Также о нём известно, что он был пьяница, азартный игрок и отъявленный бабник. Кроме того — способный ученик жестокого чудовища Л’Оллонэ, большой негодяй[5].
  • Каузак, помощник Левасёра. Бретонец. Менее жесток и более здравомыслящ, но бездарен и труслив. В ХКБ попытался сдать Блада дону Мигелю со смертельным исходом для себя.
  • Кэлверлей, заместитель Бишопа в должности губернатора — офицер, недавно прибывший из Англии.
  • Барон де Ривароль, французский адмирал, командир пришедшей из метрополии эскадры. Самоуверенный хам, бездарный полководец, бесчестный скряга. Предпочёл захват богатого города (в личных интересах грабежа) захвату испанского Гаити (в государственных интересах Франции). Блад пытался служить под его началом, но француз его нагло обманул (не только корсаров, но и добровольцев и негров, завербованных губернатором Гаити). В итоге, как это обычно бывает, поплатился.
  • Истерлинг, пират, бесчестный тип (ХКБ, главы «Холостой выстрел», «Нежданная добыча» и «Риф Галлоуэя»). В конце концов оказался на борту судна, с командой которого подло поступил - вот такое вот правосудие капитана Блада.
  • Чард, из команды Истерлинга, здоровенный детина. Несмотря на свою тупость, умел превосходно управлять кораблём и работать абордажной саблей.
  • Ганнинг, матрос из команды Истерлинга, поднявший бунт из-за алчности капитана (ХКБ, главы «Холостой выстрел» и «Нежданная добыча»).
  • Дон Хайме де Вилламарга, губернатор острова Пуэрто-Рико. «Принадлежал к числу тех государственных деятелей, которые могли бы оказать наилучшую услугу Испании, отдалившись от неё на возможно большее расстояние. ...Будучи отпетым дураком, он не догадывался, что из всех испанских владений в Вест-Индии вверенный его попечению остров Пуэрто-Рико является наиболее дурно управляемым» (ХКБ, глава «Посланец короля»). Был блестяще надут Бладом, что в свете умственных способностей данного индивида, подвигом не является, и Блад это прекрасно знал. Подвигом являлось то, ради чего он это проделал.
  • Дон Винсенте де Касанегра, капитан «Атревиды» (ХКБ, глава «Грозное возмездие»).
  • Полковник Коуртни, губернатор Подветренных островов (резиденция на Антигуа). Сначала долго не хотел принимать помощь Блада, а потом в благодарность собирался его арестовать (ХКБ, глава «Грозное возмездие»). Понятное дело, для него это ничем хорошим не кончилось.
  • Капитан Макартни, его подчинённый. В главе «Благодарность мосье де Кулевэна» уже майор. См. выше, про мосье.
  • Сэм, приятель Каузака, по виду — охотник (ХКБ, глава «Цена предательства»).Попытался сдать Блада дону Мигелю со смертельным исходом для себя.
  • Тондёр, капитан «Рейн Марго». «Он пользовался весьма дурной славой. Говорили, что он был когда-то первым фехтовальщиком в Париже и, убив кого-то на дуэли, бежал за океан, спасаясь от мести семьи погибшего». Чванливый и нахально-грубый претендент на руку и сердце Люсьен д'Ожерон (ХКБ, глава «Любовная история Джереми Питта»). Будучи бретёром, занимался тем что вызывал на дуэль всех подряд (выбирая, при этом, тех, кого можно было убить без особых проблем), в частности Питта. Когда Блад его по полной программе обложил, предпочел драться с Питтом, прекрасно зная что Блад его, по всей вероятности уложит, тем более что Питт, будучи в розовых очках от влюблённости сам орал «пошли выйдем». В итоге Тондёр тяжело ранен Питтом при посильной помощи Блада с подсвечником.
  • Граф дон Жуан де ля Фуэнте (ХКБ, глава «Искупление мадам де Кулевэн»). (На самом деле, конечно, дон Хуан).. Разграбил город ради того чтобы замаскировать похищение своей возлюбленной. Блад, не разобравшись в ситуации, убил его, после чего предоставил мадам выбор — или остаться с испанскими солдатами, или вернуться домой. Жестокое милосердие, чего уж там...
  • Дон Себастьян Верагуас, офицер на его судне.
  • Полковник Жером де Кулевэн, начальник гарнизона Бассетерре на острове Мари-Галант[6]. В главе «Искупление мадам де Кулевэн» жена характеризует его так: «Тупое, грубое, бездушное животное. Он, промотав всё своё состояние, вынужден был принять пост здесь, в этой дикой глуши. Через несколько месяцев после свадьбы я была уже в полном отчаянии, а здесь чаша моих страданий и позора переполнилась». Родина де Кулевэна — По в Гасконии. В главе «Благодарность мосье де Кулевэна» она продолжила: «низкий человек, завёз меня в эти варварские места, потому что бежал от долгов, от позора, ему уже не было места на родине. Я была доведена до отчаяния жестоким, подлым деспотом, пьяницей, бесчестным игроком, шулером!» После встречи с ним Блад понял, что супруга таки права. И оставляет её с ним, дабы они могли жить долго, и несчастливо, ибо оба хороши.
  • Роджер Галлоуэй (ХКБ, глава «Риф Галлоуэя»). Остался на этом островке на сильно повреждённом корабле.
  • Дон Клементе Педросо, бывший губернатор Эспаньолы (УКБ, глава «Пасть Дракона»).
  • Маркиз Риконете, адмирал испанского военно-морского флота в Карибском море (УКБ, глава «Пасть Дракона»), высокий тощий человек.
  • Лже-Блад (наст. имя неизвестно) (УКБ, глава «Самозванец»). Повешен испанцами при посильном содействии Блада. Известие об этом облетело весь архипелаг, что на некоторое время снизило градус неадеквата в отношении пиратов и Блада в частности, плюс доставило несказанное удовольствие испанцам. Когда же выяснилось что Блад на самом деле жив, и более того - что это именно он посодействовал поимке самозванца, и именно он командовал обороной, и именно он ради этой обороны снял оружие с "золотых" галеонов, а потом уволок безоружные корабли на угнанном флагмане... В общем, эмоций было полно, это же испанцы, весьма вспыльчивый народ.
  • Миссис Корт, жена Джеймса Корта, вдвое младше его (УКБ, глава «Избавление»).
  • Алькальд порта Гаваны дон Иеронимо, надувший Уокера (забрал рабов и не заплатил под предлогом того, что торговля с иностранцами незаконна) (УКБ, глава «Святотатство»).
  • Генерал-губернатор Кубы, гранд дон Руис Перера де Вальдоро и Пеньяскон, граф Маркос (на самом деле не гранд, а марран), сообщник алькальда (УКБ, глава «Святотатство»). Блад поглумился над обоими, восстановив справедливость. Данный эпизод тоже вызывает некоторые нарекания, в частности, что Блад отстаивает интересы работорговца. На самом деле Блад отстаивает интеерсы справедливости, ибо то же самое эта парочка могла провернуть с любым торговцем (и проворачивала, вероятнее всего), и их просто необходимо было наказать. Работорговец же был casus belli, поводом, не более. Ну и - кто откажется потроллить мерзавцев и неплохо на этом нажиться к тому же, без единого выстрела?
  • Джордж (Хорхито) Ферфакс — англичанин, с которым сбежала донья Исабела. В дальнейшем выяснилось, что его интересовала не девушка, а её драгоценности. Драгоценности потеряны? Не беда, можно продать испанцам человека, который спас тебя от шпаг испанцев и вдобавок оказал медицинскую помощь! (УКБ, глава «Бежавшая идальга»). По просьбе девушки, Блад не стал наказывать Ферфакса, предоставив ему возможность убраться к чёртовой матери раньше чем брат девушки соберёт погоню.
  • Тим — высокий, краснолицый капитан его корабля, который собрался помочь в выдаче Блада. (УКБ, глава «Бежавшая идальга»).

Тропы и штампы[править]

  • А двести двадцать не хочешь? Дебют Питера Блада в Карибском море начался именно с этого. С 20 ссыльными каторжниками захватить крупный испанский галеон, обвести вокруг пальца высокопоставленного испанского адмирала, доплыть до Тортуги и за полгода утроить размер эскадры, попутно награбив немало денег? Да, да и да. Двести двадцать быстро сменились заслуженной грозной репутацией. <-автор правки не знает что такое 220.
«

Истерлинг ничего другого и не ожидал от этого лекаришки.
— Ей-богу, доктор, вы бы уж лучше вернулись к вашим банкам и пиявкам, а корабли оставили людям, которые знают, как ими управлять.
...
— Ты не сойдёшь с этого корабля, фигляр несчастный, скоморох!
...
— А ты, жалкий лекаришка!.. Ты, учёный навозный жук! Ты бы лучше орудовал своими банками и пиявками, как я тебе советовал!
Блад схватил стоявшую перед ним бутылку канарского вина и хватил ею капитана Истерлинга по голове.
— Сожалею, что у меня не оказалось под рукой ни банок, ни пиявок, но, как видите, кровопускание можно произвести и с помощью бутылки

»
— Крутой ботан как он есть
  • Ай, молодца! — в УКБ Блад под видом посланника маркиза Риконте ослабляет оборону Пуэрто-Рико, дабы потом успешно захватить пару галеонов с золотом. Когда дело уже на мази, появляется Блад-самозванец, и приходится реально помогать испанцам отбиться от пиратов предельно ослабленными силами.
    • С фитильком в ХКБ: «Арабелла» топит корабль Истерлинга вместе с кладом Моргана на борту.
  • Аккуратные локоны. Волосы у Блада свои, но Арабелле однажды показалось издали, что это парик.
    • В главе «Посланец короля» (ХКБ) герой уже сам утверждает, что ему «пришёлся по вкусу чёрный парик»Тогда он «работал под прикрытием», выдавал себя за другого человека — а тот брюнетом не был. Впрочем, в тот момент времени сам Блад как раз в парике (чёрном, скрывающем под собой чёрные же волосы) — то же самое прикрытие обязывает.
  • Антигерой — Блад сотоварищи вполне себе подходят. Пополам с Рыцарь в ржавых доспехах. <-подходит только под ржавые доспехи.
  • Антиреклама спиртного — автор регулярно показывает: злоупотребление спиртным до добра не доводит.
  • Байронический герой — Блад. Субверсия: он не то чтобы «отрицает добродетель» — просто поддерживает имидж. <-Блад - ходячая квитэссцения байронического героя, без всяких субверсий.
  • Бесцветные рыбьи глаза — полковник Коуртни.
  • Бог из машины — как минимум дважды: <-на самом деле единственный "бог из машины" был предложением должности губернатора, всё остальное - счастливый случай.
    • В «Одиссее» налёт испанцев на Барбадос спасает рухнувший было план побега. В противном случае, надо полагать, ждала бы Блада незавидная участь Джереми Питта с весьма печальными последствиями.
    • В «Хронике» патовую ситуацию между «Синко Льягас» и «Бонавентурой»[7] нарушил внезапно появившийся испанский корабль. Блад быстренько прикинулся своим и предсказуемо переломил ситуацию в свою сторону.
  • Бретёр — Тондёр, человек весьма неважной репутации. Намеревался во время дуэли в таверне всадить шпагу в Джереми Питта, но Блад ловко помешал этому. ;-).
  • Боливийский финал — участь пирата Истерлинга. Блад просто оставляет его на суд команды бригантины «Вэлиент». Учитывая, что Истерлинг старательно гнал эту самую команду на убой (дабы не делиться моргановскими деньгами по-честному) и совсем недавно убил капитана Пайка, ничего хорошего его не ждёт. <-автор правки не знает что такое боливийский финал.
  • Вам террористы, нам партизаны. Большую часть основного романа заглавного героя считали плохим буквально все, кроме его собственной команды и д’Ожерона (и немного Арабеллы). <-на самом деле это всего лишь частный случай героя с плохой репутацией. Потому что то, что он герой - никто не отрицает, а многие даже восхищаются, но - пират есть пират.
  • Великолепный мерзавец. Как ни странно, Левасёр. Правда, с прикрученным фитильком. <-вкусовщина.
  • Враг мой — дон Иларио (УКБ, глава «Пасть Дракона»). После того, как Блад спас его после кораблекрушения, перевязал сломанное бедро и взялся доставить в столицу колонии Сан-Доминго, счёл, что спасителя надо как следует отблагодарить: «следует разрешить запастись здесь дровами, водой, свежей провизией и лодками, предоставить кораблю убежище для ремонта». «Обменялся с капитаном Бладом взаимными комплиментами и благими пожеланиями, которые, как все хорошо понимали, ни в коей мере не помешают дону Иларио ревностно исполнять свой долг после окончания перемирия».
  • Всё пошло слишком так — шторм в «Нежданной добыче». Буря позволила Истерлингу захватить галион «Санта-Барбара» с богатой добычей, который из-за повреждений не смог оказать серьёзного сопротивления. Более того, как и ожидал Истерлинг, погода позволила ему догнать ему и «Синко Льягас». Но именно сочетание этих двух обстоятельств сделало поражение Истерлинга особо унизительным.
  • Гамбит Бэтмена — в ХКБ при обороне Антигуа Блад сознательно встречает дона Мигеля огнём только из слабых пушек старого форта, который в итоге предсказуемо разрушают. Когда флагман дона Мигеля пытается ночью прорваться в бухту, он цепляет килем заблаговременно затопленный фрегат. А затем в дело вступают заботливо припрятанные тяжёлые пушки свежепостроенного пиратами форта, которые как раз и затопили фрегат с целью пристрелки...
    • В УКБ Блад позволил пиратам Блада-самозванца захватить и начать грабить город. И только потом он с остатками испанского гарнизона начал освобождение, пользуясь тем, что пираты уже напились и разрознены. Хотя справедливости ради следует заметить: это был вынужденный экспромт, на который Блад пошёл из-за излишней ретивости губернатора в вопросе защиты города (он проявил редкую тупость, отправив ополчение махаться с десантом на берегу, что не дало Бладу пальнуть из всех орудий, вынудив вместо этого прочесть лекцию о лодках).
  • Генерал Горлов — Бишоп и де Ривароль. Первый бездарно распоряжался своими войсками при атаке испанских пиратов на Барбадос, что позволило Бладу сбежать, а позже ради личной мести бросил на произвол судьбы оборону Ямайки (а это позволило Бладу успешно закончить пиратскую карьеру и легализоваться). Второй бездарно организовал штурм Картахены (автор дополнительно подсветил, что адмирал не способен учиться даже на собственных ошибках), и фактически всю работу за него выполняют пираты Блада. Затем при перестрелке с откровенно дряхлым фортом Порт-Ройяла умудрился потерять (не утопить, но полностью вывести из строя) один из своих кораблей — и это дало Бладу возможность одержать победу в абордажной схватке (пусть и дорогой ценой). Ай, молодца, злодеи!
  • Глубокие темно-синие глаза — сам Блад. «Из-под прямых чёрных бровей смотрели спокойные, но пронизывающие глаза, удивительно синие для такого смуглого лица».
  • Громадного роста — Волверстон, Истерлинг и Ганнинг.
  • Гурман-гуро (с прикрученным фитильком). Таким обедом Истерлинг угощал Блада и его офицеров. «Свинина была пережарена, овощи переварены, и деликатный желудок мистера Блада положительно отказывался принимать эту с отвращением проглоченную пищу» (ХКБ, глава «Холостой выстрел»). (Хотя он и был рабом, но можно предположить, что специалиста с медицинским образованием кормили лучше, чем низкоквалифицированную рабсилу <-на самом деле нихрена подобного, и есть мнение, что язву себе Блад заработал именно на рабском пайке, а алкоголизм её лишь усугубил).
  • Гурман-порно (с прикрученным фитильком). Герои пьют вино (канарское, испанское и французское), нантское бренди, прохладительный напиток из рома, сахара и лимонов, холодный пунш из рома, сахара, воды и мускатных орехов (оба этих напитка называются сангрией, просто по-разному приготовленной; в состав входит, кроме прочего, вино). И, разумеется, просто ром.
  • Даже у зла есть стандарты — именно такую репутацию в глазах испанцев заработал себе Блад.
  • Дуэли. Именно на дуэли Блад убил Левасёра.
    • А в «Хронике капитана Блада» — Питт ранил Тондёра.
  • Жертвенный лев — Натаниель Хагторп.
  • Жестокое милосердие. «…Король милостиво приказывает отправить бунтовщиков в свои южные колонии. Вы, конечно, не предполагаете, что это приказание диктовалось какими-то соображениями гуманности. Лорд Черчилль, один из видных сановников Якова II, был совершенно прав, заметив как-то, что сердце короля столь же чувствительно, как камень. „Гуманность“ объяснялась просто: массовые казни были безрассудной тратой ценного человеческого материала, в то время как в колониях не хватало людей для работы на плантациях, и здорового, сильного мужчину можно было продать за 10-15 фунтов стерлингов. 1000 осуждённых отдавалась 8 царедворцам, а 100 поступали в собственность королевы». Часть осуждённых умерла от антисанитарии и жутких условий на корабле. Выживших продали в рабство. Частенько демонстрирует сам Блад, например в эпизоде с одной мадам.
  • Забросить на плечо (ХКБ, глава «Искупление мадам де Кулевэн»). «Двое матросов несли на плечах … женщину, закутанную с головой в плащ. Из-под тёмных складок плаща выглядывал край шёлковых нижних юбок и брыкающиеся ноги в шёлковых чулках и изящных туфельках на высоком каблуке».
  • [[Заложник]» — заглавный герой очень любил эту фишку. То возьмёт в заложники Диего Эспиносу, то полковника Бишопа, то уважаемых граждан Картахены…
  • Изменившаяся мораль — УКБ, глава «Святотатство». Блад встречает английского работорговца, которого испанские жулики обидели-обокрали. И помогает ему отомстить испанцам и вернуть деньги — это при том, что сам Блад натерпелся бед в рабстве у англичан и еле-еле сбежал оттуда! Мысль о том, что негры как бы тоже люди и что то, что плохо по отношению к Бладу, плохо и по отношению к ним, не приходит в голову ни герою, джентльмену XVII в., ни автору, который вообще творил в веке XX-м. Что за фигня, автор? Впрочем, ещё в ОКБ говорится, что пираты считали негров-рабов законной добычей. <-на самом деле, с натяжкой. Основная цель была наказать алчных чинуш. Кроме того, нигде не написано что Блад одобрял рабство. Так что тут максимум частный случай готтентотской морали.
  • Индейцы — Блад использовал их в качестве разведчиков при операциях на континенте: Маракайбо, Картахена, похода за кладом Моргана. Также индейцы, на этот раз карибские, сообщили ему о добыче жемчуга в бухте Кариако (ХКБ, глава «Искупление мадам де Кулевэн»). Индейцы встречались и среди обитателей Тортуги.
    • В главе «Золото Санта-Марии» (ХКБ) большую роль сыграли кацик Гванахани и его подданные: «Индейцы тащили всё снаряжение: палатки, шесть небольших медных пушек, железные ящики с зажигательными ядрами, хороший запас продовольствия — лепёшки и сушёную черепашину — и ящик с медикаментами».
  • Камнепад забирает золото себе — Блад вступил в бой с Истерлингом, когда у того в трюме было огромное сокровище Моргана. В результате корабль Истерлинга затонул вместе с сокровищем. Команда Блада[8] в голос оплакивала это событие, а сам Блад отнёсся к потере философски: «Что ж, ничего не поделаешь. Теперь клад уже на дне моря. Значит, туда ему и дорога» (ХКБ, «Риф Галлоуэя»).
  • Капитуляция — гарнизона Санта-Марии во главе с доном Доминго Фуэнтесом (ХКБ, глава «Золото Санта-Марии»).
  • Кармический Гудини — надо заметить, полковник Бишоп легко отделался. Вряд ли его от встречи с новым губернатором в лице Блада хватит удар. А вместо вполне заслуженной виселицы его всего лишь отправят назад на Барбадос. Ну право же, не вешать же на воротах форта родственника милой Арабеллы?!
  • Красный Барон. Испанцы нередко характеризовали его как El Diabolo Encarnado (дьявол во плоти).
  • Крутое имечко и одновременно Устрашающее имечко. С английского «блад» переводится как «кровь»; испанцы зовут героя «Педро Сангре», французы — «Ле Сан». Начало традиции положил сам Блад, когда выдавал себя за испанца.
    • Блад наносит раны и пускает кровь не только чтобы губить, но и чтобы исцелять.
  • Крутой ботан. По специальности Блад работал и в статусе раба, и в статусе пиратского капитана.
  • Крутой курильщик — собственно Блад и его трубка.
  • Крутой поневоле. Питер Блад всего-то исполнил свой врачебный долг: лечил раненого. В итоге стал пиратом и губернатором Ямайки.
    • Зигзаг: до начала действия книги Блад успел побывать на войне и солдатом, и корабельным врачом (причем учитывая условия корабельного лазарета, на шканцах ему дышалось куда лучше)
  • Культурный крутой. Блад не только знает латынь (да и какой врач без латыни, особенно в те времена?), но и цитирует Горация: «Куда, куда стремитесь вы, безумцы?»; «Люби не то, что хочется любить, /А то, что можешь, то, чем обладаешь» и возит с собой его истрёпанную книгу «Оды» в переплёте из телячьей кожи. Если же он читает не Горация, то Светония (римский историк I века н. э.). Вообще большой любитель читать.
  • Культурный мерзавец и Милый злодей в одном флаконе — граф дон Жуан де ля Фуэнте (ХКБ). Большой ценитель искусства, считавший Блада (который тогда прикинулся сыном голландца и испанки) другом. Одновременно повеса и распутник, устроивший налёт на Мари-Галанте сугубо ради похищения мадам де Кулевэн.
  • Крутой фехтовальщик — сам Блад и бретёр Тондёр.
  • Куда заводит месть — аж 3 таких персонажа:
    • Дон Мигель Эспиноса-и-Вальдес упорно пытался отомстить капитану Бладу за смерть брата. «...Совершенно обезумел. Опала, явившаяся следствием поражений, нанесенных ему капитаном Бладом, чуть не свела с ума испанского адмирала. Рассуждая беспристрастно, нельзя не посочувствовать дону Мигелю. Ненависть стала ежедневной пищей этого несчастного, а жажда мщения глодала его, как червь. Словно одержимый, метался он по волнам Карибского моря в поисках своего врага и, не находя его, нападал на все английские и французские корабли, встречавшиеся на его пути, чтобы как-то удовлетворить эту жажду мести. Говоря попросту, прославленный флотоводец и один из наиболее знатных грандов Испании потерял голову и, гоняясь за пиратскими кораблями, сам, в свою очередь, стал пиратом».
    • Его покойный брат дон Диего ничуть не лучше: сначала устроил рейд на Барбадос в качестве мести за нападение на его галеон английских пиратов, а затем обманул Блада, приведя «Синко Льягас» прямо к кораблю своего брата. В результате был привязан к жерлу пушки, где и умер от страха.
    • Полковник Бишоп поставил свои амбиции по уничтожению Блада впереди долга и бросил Порт-Ройял на произвол судьбы в разгар войны с Францией. От заслуженной виселицы его спас сам Блад — да и то только ради Арабеллы, племянницы полковника.
  • Лечит и калечит — разумеется, Блад!
  • Ложь во благо. Волверстон сочинил компиляцию из правды и лжи о принятом Бладом офицерском патенте, Блад соврал Гванахини, что его дочь и её муж убиты.
  • Ложь — это хорошо. Блад и его товарищи регулярно лгут врагам, а иногда и товарищам (как Волверстон о принятом Бладом офицерском патенте или Блад Гванахини и гибели его дочери и зятя)... И правильно делают.
  • Микротрещины в канве:
    • В ОКБ Блад сообщает дону Диего: «Мы хотим кратчайшим путём добраться до голландской колонии Кюрасао». В ХКБ его мнение становится другим: «Блад считал, что состояние нейтралитета чревато самыми большими неожиданностями. Поэтому, держась подальше от берегов Голландии, он взял курс прямо на Тортугу».
    • В главе «Посланец короля» (ХКБ) монаха называют то фрей Луис (реже, в начале), то фрей Алонсо (чаще, в середине и конце). Нет, это разные имена. Кроме того, окончание пиратской карьеры Блада чётко определено 1689 г. — когда до Кариб долетели вести о свержении Якова II. Тем не менее эта датирована 1690 г.
    • В главе «Искупление мадам де Кулевэн» (ХКБ) Блад говорит испанцам, что он голландец по отцу и испанец по матери. Но позже в застолье он сообщает, что «он как-никак ирландец, а следовательно, принадлежит к нации великих выпивох».
      • С другой стороны, в этот момент он старательно изображал крайне напившегося человека. Вполне возможно, что это был специально изображённый пьяный бред (изображая который, он совершенно ничем не рисковал, так как «подружился» с командиром корабля).
    • В ХКБ в главе «Золото Санта-Марии» Ибервиль назван «гугенотом, осуждённым и изгнанным за свою веру». В УКБ в главе «Святотатство» сказано, что Ибервиль был посвящён в низший духовный сан католической церкви.
      • С другой стороны, ему ничего не мешало перейти в протестантизм уже после посвящения.
  • Мир тысячи островов. Именно на островах происходит бОльшая часть действия трилогии.
  • Морской волк — заглавные герой и его товарищи.
  • Не в ладах с историей (ХКБ):
    • В главе «Благодарность месье де Кулевэна» временем действия указан 1699 год, при этом идёт война между Испанией и Францией. Возможно, это опечатка и год всё же 1689-й, когда обе стороны и в правду столкнулись в Войне Аусбургской Лиги, да и сам Блад ещё не закончил карьеру пирата.
    • В главе «Риф Галлоуэя», действие которой происходит в 04.1688 г., утверждается, что знаменитый пират и губернатор Генри Морган умер задолго до этьих событий. В реальности это произошло только 25.08.1688.
  • Невысокий силач — Чард.
  • Неправый суд. Именно такой суд объявил Блада мятежником, хотя протагонист просто выполнял врачебный долг.
  • Непрямое убийство (ХКБ, глава «Риф Галлоуэя»). Блад оставил подлеца Истерлинга во власти людей, которым он сильно нагадил, а его коллегу Галлоуэя – на сильно повреждённом корабле рядом с уединённым островком.
  • Несовместимая с жизнью жадность:
    • В ОКБ ею обладал Левасёр, не захотевший делить долю от возможного выкупа за пленников, как того требовал договор.
    • И де Ривароль. Не «кинь» он пиратов после захвата Картахены, Блад бы не отправился в погоню за ним и не устроил бы недавнему союзнику разгром около Ямайки (забрав ВСЮ добычу).
    • В ХКБ (глава «Цена предательства») именно на почве денег похитители Блада, Каузак и Сэм, решили убить друг друга. Удалось обоим.
    • Там же на этом же погорел французский полковник де Кулевэн. Он ограбил казну и дал взятку британскому офицеру Макартни, дабы тот закрыл глаза на присутствие Блада на острове Мари-Галанте. Сам же де Кулевэн мог схватить Блада и передать его испанцам за значительно большие деньги — или взять с Блада ещё больший выкуп, дабы не делать этого. Не сложилось — ГГ позже хотел было вернуть должок, но полковника уже арестовали за казнокрадство.
    • Там же (глава «Риф Галлоуэя») Истерлинг и Галлоуэй не захотели делить добычу с Пайком согласно договору. Итог — см. выше Непрямое убийство.
    • В УКБ именно поэтому Бладу удалось победить собственного самозванца. Поначалу ГГ думал, что никто не ищет остатки гарнизона в силу глупости предводителя, но потом просто вспомнил о психологии обычного пирата, которому пограбить — первое дело.
  • Несовместимая с жизнью жестокость. Блад — благородный разбойник, вынужденный работать с разными моральными уродами. За некоторой гранью его умение закрывать глаза на всю эту мерзость дает сбой, и жестокость становится несовместимой с жизнью для очередного зверя в человеческом обличье.
  • Он просто идиот — целых двое в «Хронике»:
    • Губернатор Антигуа Коуртни. До него с превеликим трудом доходит, что отказываться от помощи Блада в свете испанского налёта, равно как и пытаться повесить пиратского капитана после успешной обороны — очень глупая затея. Впрочем, губернатор хотя бы немного слушает свою неглупую жену.
    • А вот испанский губернатор Пуэрто-Рико не делает даже этого. Зато развешивает уши, когда «посланник короля» привозит ему высший испанский орден, радостно передаёт захваченного в плен Вольверстона сотоварищи... и с ужасом обнаруживает, что якобы родственник жены на самом деле тот самый капитан Блад.
  • Операция под фальшивым флагом:
    • Блад регулярно прикидывался испанцем, благо язык он знает в совершенстве, а его корабль «Арабелла» был испанским:
      • После захвата «Синко Льягас» явился на корабль дона Мигеля под именем дона Педро Сангре.
      • ХКБ, глава «Посланец короля» — выдал себя за дона Педро де Кейроса, троюродного брата жены губернатора Пуэрто-Рико.
      • ХКБ, глава «Искупление мадам де Кулевэн» — за голландца по имени Питер Вандермир и присвоил себе мать-испанку, дабы сделать правдоподобным почти безупречное кастильское произношение. «Почему бы не выбрать её из самых именитых? Он заявил, что её девичья фамилия Трасмиера и она состоит в родстве с герцогом Аркосским».
      • УКБ, глава «Пасть Дракона». Блад переоделся торговцем фруктами.
      • УКБ, глава «Самозванец» — появился некий пират, выдававший себя за Блада (он где-то раздобыл очень похожий на «Арабеллу» корабль). Сам Блад с удовольствием помог испанцам отправить мерзавца на виселицу... выдав себя за дона Педро Энкарнадо, посланника адмирала Риконете!
      • УКБ, глава «Бежавшая идальга» — снова за полуиспанца-полуголландца, на этот раз — торговца крокодиловыми кожами Тормильо.
    • УКБ, глава «Святотатство». Ибервиль успешно прикидывался испанским архиепископом, а Снелл — фреем Доминго.
    • В главе «Картахена» сказано, что Блад переоделся индейцем.
    • ХКБ, глава «Нежданная добыча». Блад поднял над своим кораблём флаг Испании, чтобы мимо проходивший испанский корабль помог ему в бою с Истерлингом.
      • УКБ, глава «Демонстрация». Педаль в пол — перед французским посланником, запретившим торговлю с пиратами, устроили целое представление. Смысл его очевиден — без пиратов испанские безобразия сдерживать будет некому. Естественно, испуганный посланник отменил свой запрет.
  • Опосредованная передача ругательств. Сплошь и рядом: вот лишь пара примеров.
    • Ругается плохой человек, пират Левасёр. «Хлынул поток слов, значения которых мадемуазель д'Ожерон не знала, но всё же могла понять их грязный и гнусный смысл».
    • Ругается хороший человек, голландский адмирал ван дер Кэйлена. «Запоздавшая эскадра в составе девяти кораблей бросила якорь на рейде Порт-Ройяла, и адмирал не замедлил тут же и в соответствующих выражениях сообщить своим голландским и английским офицерам, что он действительно о них думает».
    • Ругается испанец. «Сеньор повернулся к нему, изрыгая богохульства и демонстрируя блестящее владение бранным лексиконом, — а в этом искусстве соперничать с кастильцами могли только каталонцы». (УКБ)
  • Отвратительный толстяк — Бишоп.
  • Пейзажное гуро:
    • С прикрученным фитильком — обстановка на «Бонавентуре» (глава «Холостой выстрел»). «Потолок был так низок, что рослые Блад и Хагторп едва не касались его головой. Столь же убога была и обстановка каюты: несколько ларей с брошенными на них подушками вокруг простого, некрашеного стола, изрезанного ножами, давно не мытого. Невзирая на распахнутые настежь кормовые окна, воздух в каюте был спёртым и удушливым: пахло канатами, затхлой трюмной водой».
    • ХКБ (глава «Посланец короля») — тюрьма на Пуэрто-Рико, в которой содержались пленные корсары Блада. «В полутёмной камере, освещавшейся только маленьким незастеклённым окошком с толстой решёткой под самым потолком, они лежали на голом каменном полу. В этом тесном, грязном помещении стояло такое зловоние, что дон Педро отшатнулся, словно от удара в грудь. Дон Хайме вытащил из кармана носовой платок, благоухавший вербеной, и поднёс его к носу. Корсары, закованные в тяжёлые цепи, оборванные, измученные, грязные, нечёсаные и небритые, так как все туалетные принадлежности были у них отобраны, образовали небольшую группу. На пол было брошено немного гнилой соломы, заменявшей им постель».
    • ХКБ (глава «цена предательства») — в хижине, где устроили ловушку Каузак и Сэм, были «тяжёлый, тошнотворный запах табачного перегара ...грязный земляной пол».
    • ХКБ (глава «Любовная история Джереми Питта») — таверна «У французского короля». «В плохо освещённом зале воздух был удушлив от едкого табачного дыма, винного перегара, испарений человеческих тел».
  • Пейзажное порно (в основном с прикрученным фитильком).
    • В Кайоне (столица Тортуге) шла широкая немощёная Рю дю Руа де Франс, которую заботливые горожане обсадили пальмами, стремясь придать ей более нарядный вид. Губернатор жил в большом белом доме, утопающем в ароматной зелени сада и расположенном на высоком холме в предместье города. В комнате, надёжно защищённой от солнца зелёными шторами, стоял прохладный полумрак.
    • ОКБ — «Милагроса». «Каюта была богато обставлена: на полу — роскошные восточные ковры, у стен — книжные шкафы, а резной буфет из орехового дерева ломился от серебра. Под одним из окон на длинном низком сундуке лежала гитара, украшенная лентами».
    • ХКБ, глава «Искупление мадам де Кулевэн» — «Эстремадура». «Оливково-зелёные переборки украшала позолоченная резьба, изображавшая купидонов и дельфинов, цветы и плоды, а все пиллерсы имели форму хвостатых, как русалки, кариатид. У передней переборки великолепный буфет ломился от золотой и серебряной утвари. Между дверями кают левого борта висел холст с запечатлённой на нём Афродитой. Пол был устлан дорогим восточным ковром, восточная скатерть покрывала квадратный стол, над которым свисала с потолка массивная люстра чеканного серебра. В сетке на стене лежали книги — «Искусство любви» Овидия, «Сатирикон», сочинения Боккаччо и Поджо, свидетельствуя о пристрастии их владельца к классической литературе. Стулья и кушетка были обиты цветной кордовской кожей с тиснёным золотом узором, воздух каюты был удушлив от крепкого запаха амбры и других благовоний».
    • УКБ, глава «Пасть Дракона» — «Сан-Фелипе». «Просторная каюта радовала глаз роскошной резной мебелью, зелёным бархатом драпировок и позолотой украшенных орнаментом панелей».
    • УКБ, глава «Самозванец» — «Мария Глориоса». «Салон, роскошно отделанный шёлком и бархатом, резными позолоченными панелями, сверкавший хрусталём и серебром, свидетельствовавшими о богатстве испанского адмирала».
    • УКБ, глава «Святотатство» — «Арабелла». «Резные позолоченные панели, зелёная драпировка, роскошная мебель, книги, картины и прочие атрибуты сибарита».
  • Печальная борода — после размолвки с Арабеллой и бегства из Порт-Ройяла. «на его щеках и подбородке, прежде всегда чисто выбритых, торчала чёрная щетина. Энергичное и загорелое лицо приняло нездоровый, желтоватый оттенок, а недавно ещё живые синие глаза потускнели и стали безжизненными».
  • Пнуть сукиного сына — захватив «Синко Льягас», команда Блада неожиданно для всех расстреливает лодки с испанскими пиратами, не далее чем вчера устроившими жуткий погром на Барбадосе.
    • А в ХКБ французского полковника де Кулевэна ссылают во Францию, где его, скорее всего, повесят. Потому что казнокрадство — это плохо. Равно как и попытка продать спасителя своей жены испанцам (или просто вымогать у него ещё большую сумму).
    • Там же — участь Галлоуэя, сообщника Истерлинга, и его экипажа. Их корабль «Гермес» сильно повреждён, и возможности для починки на рифе сомнительны (особенно в свете того, что помощи ждать неоткуда). Однако Галлоуэй — отморозок не лучше Истерлинга, так что неприятности он более чем заслужил.
  • Побег. Когда англичане пали духом от поражения, а испанцы напились от победы, — самое подходящее время для бегства главного героя и его товарищей с плантаций Бишопа.
  • Подставить союзника — ХКБ, глава «Риф Галлоуэя». Истерлинг отправил в авангард команду Пайка, чтобы она принимала на себя первые удары. А когда численность людей Пайка стала очень маленькой, Истерлинг заявил, что они получать меньше, чем было обещано.
  • Пока двое дерутся, третий побеждает. ХКБ, глава «Любовная история Джереми Питта»: Питт дерётся на дуэли с Тондёром из-за Люсьен, а на следующий день узнаёт, что девушка отплыла во Францию вместе с новоиспечённым супругом де Меркёром.
  • Полное чудовище. Левасёр, правда, пополам с Великолепный мерзавец.
    • ХКБ: Истерлинг — «самый отъявленный негодяй из всех, бороздивших когда-либо воды Карибского моря... Пожалуй, в ту эпоху в этих морях трудно было отыскать человека более жестокого и безжалостного, чем Истерлинг».
    • Истерлинг и Галлоуэй — «мерзавцы, каких свет не видывал».
  • Почему ты отстой. «Уезжайте домой, в Испанию, дон Мигель, и займитесь там чем-нибудь, что вы знаете лучше, нежели морское дело».
    • «Возвращайтесь к своей охоте и копчению свинины — для этого вы годитесь лучше, чем для моря». (Истерлингу в ХКБ, глава «Нежданная добыча»).
  • Пощадить ребёнка. Блад пощадил дона Эстебана. Впрочем, мстил не столько подросток, сколько брат покойного — адмирал дон Мигель де Эспиноса.
  • Правда Кассандры — в ассортименте в ХКБ:
    • Губернатор Пуэрто-Рико обвиняет свою жену в глупости, когда она не признает в прибывшем посланнике собственного родственника — хотя казалось бы, кому это виднее! (Глава «Посланец короля»).
    • Блад предупреждал Кросби Пайка — не связывайся с мерзавцем Истерлингом! Пайк не послушал, и всё закончилось плохо.
    • В свою очередь, сам Блад не верил россказням Истерлинга о кладе Генри Моргана. Как выяснилось, зря — и в результате клад Моргана оказался на дне вместе с кораблём Истерлинга.
  • Прерванная казнь — везде и всюду:
    • В самом начале книги ещё не капитан, но доктор Блад умудряется обеспечить прерванную казнь Джереми Питту. «Ах, это же виконт Питт, женатый на племяннице вашего начальника, дорогой капитан Кирк!»
    • Вся эпопея с Барбадосом и пиратством началась потому, что за день до вынесения приговора Бладу и Питту король заменил смертную казнь мятежникам на ссылку.
    • С прикрученным фитильком — формально перед нами не казнь, но фактически всё идёт к тому. Бишоп до полусмерти избил Питта и оставил его на солнцепёке. Когда Блад попытался помочь другу, Бишоп пообещал выпороть и Блада. «Но тут раздались пушечные выстрелы… Бишоп поспешно направился в город. Блад улыбнулся: — Вот это и называется своевременным вмешательством судьбы. Он поднял пальмовый лист и осторожно прикрыл им спину своего друга».
    • Блад приказал привязать к пушке адмирала Диего де Эспиносу, чтобы использовать его в качестве заложника. «На первый же выстрел с „Энкарнасиона“ ответит вот эта пушка». Аверсия: адмирал всё-таки умер. От страха. Ещё до того, как были произнесены слова про пушку и выстрел.
    • Уже будучи капитаном пиратов, дон Педро Сангре, он же Ле Сан, он же Питер Блад рискует в той или иной форме жизнью почти ежедневно… и из-под виселицы сбегать доводилось, да.
  • Просто друг .
«

— Правда ли… что я вам не безразличен?
— Ну конечно, нет. Мы добрые друзья, и я надеюсь, что мы останемся добрыми друзьями.
— Я прошу не только вашей дружбы, Арабелла!
— Я останусь вашим другом, лорд Джулиан. Только другом.

»
— Диалог
  • Путь наверх. Блад поднялся от раба-каторжника до губернатора Ямайки. Неплохо, да?
  • Роман какао с молоком — дочь кацика Гванахани и Доминго Фуэнтес (ХКБ, глава «Золото Санта-Марии»).
  • Романтика парусовс прикрученным фитильком, потому что в его жизни многое зависело от искусства управления кораблём, пушками и военных хитростей.
  • Самоубийственная самоуверенность — дон Диего. Сначала не оставил на корабле достаточно охраны (да и та напилась), что позволило Бладу его захватить. Затем ещё и обманул Блада, выведя «Синко Льягас» прямо к кораблю дона Мигеля, собственного брата. Естественно, за такое коварство дона Мигеля привязали к заряженной пушке, где он и умер от страха.
  • Самоуверенный мерзавчик. «Хроника капитана Блада» — пират Истерлинг.
  • Смищной аксэнт — голландец ван дер Кэйлен с гортанным голосом. «У него ошень правильный политишеский вскляд, а?» «Но зашем вам себя задершивать, кокда француз мошет нападать на плохо зашишонный Барбадос? Ви имейт такой шеловек. Для этоко шеловека не надо особой инструкций. «Лутше, шем мы с вами, он знайт, как зашищать Порт-Ройял». «Это ошень поэтишно. Ви помниль яблок в цвету?»
  • Сожрите друг друга. Аверсия: "Арабелла» оказалась между испанскими кораблями. Дон Мигель сообразил, что слишком долго медлил. Попытка стрелять в «Арабеллу» привела бы к тому, что «Милагроса» и «Идальго» обстреливали бы друг друга. «Арабелла», проходя между испанскими кораблями, как будто взорвалась: из всех бортовых пушек одновременно раздался залп в упор по корпусам «Милагросы» и «Идальго»."
    • ХКБ, глава «Цена предательства»: попав в плен к Каузаку и Сэму, собиравшимся за вознаграждение выдать его испанцам, Блад искусно настраивает их друг против друга, играя на жадности и подозрительности бандитов. В результате Сэм всадил в Каузака пулю, а затем выпил вино, в которое тот добавил яд (манзанилла — ядовитое яблоко, вызывает мучительную, но быструю смерть).
  • Так не доставайся же ты никому!субверсия. Вольверстон, командовавший «Арабеллой», не знал о наличии на борту «Авенджера» клада Моргана — потому и потопил флагман пирата Истерлинга решительно и безжалостно.
  • Тарахтит, как пулемёт. Дон Себастьян Верагуас «проклинал свою несчастную судьбу и со смаком расписывал развлечения, которых он лишился. Он молол языком не умолкая».
  • Толпа с вилами — участники восстания Монмута. «...У некоторых, правда, были охотничьи ружья, а кое у кого даже мечи. Многие были вооружены только дубинками; большинство же тащили огромные пики, сделанные из кос, страшные на вид, но мало пригодные в бою. Среди этих импровизированных воинов были ткачи, пивовары, плотники, кузнецы, каменотёсы, каменщики, сапожники и представители других мирных профессий».
    • УКБ, глава «Самозванец». Губернатор по глупости вооружил всех жителей Пуэрто-Рико, способных носить оружие. Они не только понесли потери в схватке с пиратами, но и помешали стрелять по головорезам лже-Блада.
  • Торгаш — это плохо. «Де Ривароль, рассевшись, как купец, проверял гроссбухи и подсчитывал цифры, чтобы убедиться, не утаили ли побеждённые хотя бы одно песо. Это занятие мало подходило для командующего королевскими сухопутными и морскими силами Франции в Америке, но де Ривароля эти торгашеские операции увлекали гораздо больше, нежели военные».
  • Управление по компасу. «— Почему мы идём в Кюрасао таким странным курсом? — Обычно я не веду астрономических наблюдений, так как всецело полагаюсь на навигационное счисление пути. Но сегодня, взяв в руки квадрант, я, к своему стыду, обнаружил, что уклонился на полградуса к югу». Аверсия: на самом деле дон Диего намеренно вёл корабль не в Кюрасао, а его слова — внутримировой обоснуй.
  • У страха глаза велики — дон Мигель, увидев высадку пиратов Блада возле форта Маракайбо, приказывает перетаскивать пушки для отражения нападения с суши. Он считает, что этот чёртов пират собирается напасть огромными силами[9] (которых у Блада на самом деле нет, а шлюпки возят одних и тех же людей, просто прячущихся на обратном пути). Лишь когда корабли Блада начинают проплывать мимо форта, дон Мигель осознаёт — его одурачили. Но так как морской проход теперь охраняют только немногочисленные слабые орудия, Блад успешно уходит — вместе с добычей и двумя (а позже тремя) кораблями из эскадры дона Мигеля.
    • ЧСХ, в основу положен реальный случай, и произошел он именно у форма Маракайбо — трюк провернул пират Генри Морган (с которого Блад списан более чем наполовину, вплоть до получения поста губернатора Ямайки).
  • Хозяин своего слова. Вице-губернатор дон Франциско, чтобы спасти город Маракайбо, попросил Блада освободить себя на три дня под честное слово, оставив заложником сына. За это время он обещал собрать выкуп. Блад согласился, и испанец сдержал слово.
    • ХКБ (глава «Цена предательства»). «Я дал слово, а я своему слову хозяин», — утверждал Сэм.
  • Честь прежде разума — как минимум дважды:
    • Пытаясь высадить Арабеллу и Уйэда поблизости от Порта-Ройяла, Блад втянул свою команду в серьёзные неприятности.
    • Блад отпустил испанский гарнизон, даже не пытаясь досмотреть их вещи. В итоге искомое золото нашли в бочонках с водой его менее щепетильные коллеги (ХКБ, глава «Золото Санта-Марии»).
  • Что за идиот! — дон Винсенте де Касанегра нахально напал на мирно проходившую мимо «Арабеллу» (ХКБ, глава «Грозное возмездие»). Мало того, что это сама по себе была плохая идея (его фрегат «Атревида» явно проигрывал в огневой мощи, и в итоге получившее серьёзные повреждения судно было захвачено Бладом), так ещё и Блад узнал о плане налёта дона Мигеля на Сент-Джон, столицу английской колонии Антигуа.
    • В УКБ маркиз Риконте отправляет на захват корабля Блада абсолютно всех своих людей, не оставив никакой охраны на собственном флагмане. После чего с ужасом обнаруживает, что Блад захватил его корабль, а собственный старательно сделал небоеспособным.
  • Что-то пошло не так — завязка «Искупления мадам де Кулевэн». Блад решил устроить налёт на испанских ловцов жемчуга при помощи флотилии пирог. Однако вместо добычи его лодки внезапно напоролись на испанский корабль береговой охраны. Последствия предсказуемы.
  • Что стало с мышонком? — судьба дона Мигеля. В собственно ОКБ Блад высаживает его вместе с командой в шлюпки, после чего топит его корабль «Милагроса». В ХКБ (глава «Грозное возмездие») дон Мигель через несколько месяцев находит новый флагман и собирает эскадру для набега на Антигуа, где в очередной раз терпит неудачу от рук Блада. А в УКБ на его месте появляется некий маркиз Риконте.
    • После эпизода в Маракайбо куда-то исчезает Эстебан, сын покойного дона Диего. Впрочем, есть элементарный обоснуй: племянник, в отличии от дяди, осознал что охота на Блада - дело безнадёжное.
  • Я этого не просил — ну не хотел Блад идти в пираты после захвата «Синько Льягас»! Однако пришлось — всё же и в морской тактике он понимал, да и команда потребовала.

Подвиги капитана Блада[править]

ОКБ[править]

  • Захват «Синко Льягас» (главы IX-XII: Ссыльные повстанцы, Дон Диего, Сыновняя почтительность, Дон Педро Сангре).

Как 20 рабов-каторжников захватили испанский корабль и хотели добраться до Кюрасао, его капитан попытался их надуть, а ирландец удачно выдал себя за испанца.

  • Начало пиратской карьеры (глава XIII, Тортуга).

Как Блад, поддавшись уговорам товарищей и д'Ожерона, стал пиратом (хотя намеревался уехать в Европу) и «решил сделать Испанию козлом отпущения за все свои муки»: в конце 1685 г. ушёл в первый поход, потопил испанский галион, напал на ловцов жемчуга у Рио-дель-Хача, золотые прииски Санта-Мария на Мэйне[10] и т. п., и в 05.1686 г. вернулся, на Тортугу, овеянный славой.

  • Сотрудничество с Левасёром (главы XIV-XV: «Подвиги» Левасёра, Выкуп).

Как Блад связался с Левасёром, убил его на дуэли и освободил детей губернатора Тортуги, выкупив их жемчужинами величиной почти с собаку с воробьиное яйцо.

  • Налёт на Маракайбо (глава XVI-XVII: Западня, Одураченные).

Как в 08.1687 эскадра Блада в пресноводное Маракайбское озеро, совершила нападение на богатый город Мэйна, получила выкуп, уничтожила или захватила все корабли дона Мигеля и, имитируя сухопутную вылазку, проскользнула мимо хорошо вооружённого форта.

  • Второй бой с доном Мигелем (главы XVIII-XX: «Милагроса», Встреча, «Вор и пират»).

Как 15.09.1688 дон Мигель потопил английский корабль с Арабеллой и Уэйдом, Блад с 1 кораблём победил 2 испанских и спас их из плена, а девушка обозвала его нехорошими словами.

  • Офицерский патент (главы XXI-XXIV: На службе у короля Якова, Ссора, Заложники, Война)

Как Блад согласился принять патент, чтобы спасти себя и товарищей от Бишопа, но в 12.1688 г. вконец разругался с ним и и свалили обратно на Тортугу, в Кайонскую[11] гавань.

  • Налёт на Картахену[12] (главы XXV-XXVIII: На службе у короля Людовика, Де Ривароль, Картахена, «Честность» господина де Ривароля).

Как Блад с горя стал пить ром и играть к кости в компании сомнительных личностей, как он в 03.1689 г. согласился принять участие в официальной войне между Францией и Испанией[13], выручил бездарного и самоуверенного де Ривароля, стал свидетелем наглого грабежа жителей и был подло обманут при дележе добычи.

  • Бой с де Риваролем (главы XXIX-XXXI: На службе у короля Вильгельма, Последний бой «Арабеллы», Его высокопревосходительство губернатор)

Как Блад в отсутствие ямайской эскадры и Бишопа спас остров от де Ривароля и был добровольно-принудительно назначен губернатором, лишился «Арабеллы» и помирился с Арабеллой. «Им многое нужно было сказать друг другу. Так много, что губернатор Блад позабыл о всех своих обязанностях. Наконец он добрался до конца своего пути. Его одиссея кончилась».

ХКБ[править]

  • «Холостой выстрел». Как в 10.1685 г. Истерлинг хотел захапать «Синко Льягас», чтобы погрузить на него зарытый на Панамском перешейке клад Моргана, но жалкий лекаришка обвёл его вокруг пальца благодаря наличию суперканонира, умению блефовать и трусости команды Истерлинга.
  • «Нежданная добыча». Как Блад удрал от Истерлинга, тот погнался, попутно захватил испанское судно с золотом и серебром, снова попытался захватить «Синко Льягас», но в итоге лишился и «Бонавентуры», и корабля с драгоценностями.
  • «Посланец короля». Как в 05.1690 с помощью ордена св. Якова Компостельского, отличного знания испанского языка и непроходимой тупости очередного дона Блад освободил своих товарищей, а также о том, что супругам следует оказывать уважение.
    • Крест святого Якова Компостельского — самый высокий и почётный из всех орденов. Находился в небольшом плоском кожаном футляре. Блад нажал пружину, крышка отскочила. На чёрном бархате футляра подобно раскалённым углям, блестели рубины.
  • «Грозное возмездие». Как Блад предложил свои услуги по защите острова Антигуа от дона Мигеля губернатору, как губернатор еле-еле согласился нанять корсаров за 160 тысяч реалов и как те показали испанскому адмиралу, где раки зимуют, а также о чёрной неблагодарности английских властей.
    • Мастер-класс от Блада:
  1. Блад заставил сотню своих людей и всё трудоспособное мужское население Сент-Джона рыть, возводить брустверы и забивать землёй туры, которые должны были плести из веток женщины. Остальных своих людей он послал резать дёрн, валить деревья и подтаскивать всё это к возводимым укреплениям. За 6 часов по воле Блада и по его указаниям возник новый форт. Земляные валы были покрыты дёрном и сливались с береговой зеленью, чему способствовали также посаженные на валах и вокруг них кокосовые пальмы, а за кустами белой акации так хорошо укрылись 18 пушек, что их нельзя было заметить даже на расстоянии полумили. Глядя со стороны моря, трудно было даже заподозрить его существование.
  2. Потом из стоящих в новом форте орудий открыли стрельбу по «Атревиде», которая стояла в середине судоходного пролива. Когда корабль ушёл на дно, глубина пролива сократилась с 6 сажен до 2 — был заблокирован вход в гавань для всех судов, кроме самых мелководных. Кроме того, канониры пристреляли орудия.
  3. Когда началось нападение испанцев, вначале им противостоял только старый форт. После пары залпов защитники острова убрали оттуда пушки. Третьим залпом старый форт был превращён в развалины. Испанцы решили, что победили, и пошли вперёд, но тогда открыли огонь орудия нового форта.
  4. Ночью испанцы тихонько вошли в залив, но «Виржен дель Пиляр» сел на рукотворную мель, начал шуметь — и по заранее выверенному прицелу в темноте по нему открыли шквальный огонь. Команде пришлось перейти на другой корабль, который тоже был повреждён.
  5. Трофеи пиратов: орудия и оружие, нередко очень дорогое, золотые и серебряные сосуды, золотой обеденный сервиз, два окованных железом сундука, в которых, по-видимому, хранилась казна эскадры — около пятидесяти тысяч испанских реалов, — а также много драгоценных камней, восточных ковров, одежды и роскошных парчовых покрывал из адмиральской каюты.
  • «Цена предательства». Как Каузак и Сэм хотели сдать Блада дону Мигелю и в итоге оба подохли, а Блад дважды помог несчастной проститутке.
  • «Золото Санта-Марии». Об индейском кацике Гванахани, его дочери, её муже-испанце и золоте, которое тот почти сберёг от корсаров Блада.
  • «Любовная история Джереми Питта». Как Блад спас от шпаги бретёра своего штурмана.
  • «Искупление мадам де Кулевэн». Как Блад неудачно попытался ограбить испанских ловцов жемчуга, благодаря иммунитету протагониста спасся на островке, оттуда поплыл на судёнышке[14], был подобран испанским кораблём и спас похищенную его капитаном француженку, которая, как оказалось, сама сбежала с похитителем.
  • «Благодарность мосье де Кулевэна». Как 10.07.1699 (наверно, таки 1689?) Блад доставил мадам домой, а её муж и английский офицер вступили в позорную сделку из-за его головы, но благодаря бдительности капитан всё же выпутался.
  • «Риф Галлоуэя». Как в 04.1688 г. Истерлинг пошёл за кладом Моргана и подло поступил с командой Пайка, но Блад ему за это жестоко отомстил.

УКБ[править]

  • Глава «Пасть Дракона». Как Блад спас губернатора испанской колонии и как испанский адмирал, нарушив данное слово, попробовал захватить корабль Блада, а в итоге лишился своего (причем Блад спёр его флагман с особым цинизмом).
  • Глава «Самозванец». Как Блад узнал о некоем гаде, который выдавал себя за него, помог испанскому губернатору расправиться с негодяем, а потом всё-таки захватил галеоны с серебром и пряностями, используя в качестве оружия незнание губернатором, что испанский флагман был только что украден.
  • Глава «Демонстрация». Как в августе какого-то года посланник военного министра Франции де Лувуа потребовал от д'Ожерона покончить с флибустьерами, а Блад на практике доказал ему, что этого не стоит делать. В ходе этой операции изрядно засвеченный в предыдущих операциях флагман был сожжен.
  • Глава «Избавление». Как в начале 1687 г. Блад забрал у вице-губернатора на Невисе раба Тома Хагторпа в обмен на обещание увезти подальше его кузена, по совместительству – возлюбленного его супруги.
  • Глава «Святотатство». Как Блад помог английскому работорговцу которого надули испанцы, благодаря тому, что в Ибервиле мир потерял великого комедианта. А ещё, вероятно, великого судью, великого кардинала и много кого ещё.
  • Глава «Бежавшая идальга». Как Блад планировал забрать у испанцев жемчуг, а по ходу дела сначала помог испаночке сбежать с англичанином, а потом — сбежать от него обратно.

Адаптации[править]

  • В 1935 г. американец Майкл Кертиц снял первую экранизацию при участии звёзд Голливуда Эррола Флинна (Блад), Оливии де Хэвалленд (Арабелла) и Бэзила Рэбоуна (Левассер).
Файл:Kapitan Blad Kino.jpg
Блад из советской-французского кино. Взято здесь: http://www.liveinternet.ru/users/1074942/post153927988
  • В СССР известна советско-французская экранизация (1991, реж. Андрей Праченко). Пару влюблённых играли французы Ив Ламбрешт и Валери Жанне. Из советских звёзд отметились Ярмольник (Левасёр), Пашутин (Бишоп) и Филозов (Бэйнс). В фильме отсутствует ряд эпизодов из книги (в частности, почти полностью исключили испанскую линию; при показе на российском телевидении использовалась версия без назначения Блада на пост губернатора). Левасёра после тяжёлого ранения от руки Блада спасает Каюзак. И ещё что-то – кто помнит, напишите, я смотрела давно.
    • Два в одном, и три в одном: образ Левасёра объединили с пиратом Истерлингом из «Хроники...»
    • Почему ты отстой. Усадив Левасёра в лужу окончательно, Блад ему говорит: «Знаете что, Левасёр? Осядьте на берегу, найдите себе какую-нибудь добрую фермершу, ведите хозяйство… Пиратство — не для вас!». (В книге подобное он говорил дону Мигелю).
    • Самоуверенный мерзавчик — тот же Левасёр. Ярмольник играет почти эталон сабжа, «по Станиславскому» усложненный всякими комплексами и напрасными претензиями. В отличие от книжного Левасёра, у которого был хоть какой-то стиль и шарм, экранный совершенно не крут.
    • Бишоп, в отличие от книги, не толстяк, а мужчина поджарый и подтянутый, поскольку сыгран А. Пашутиным.
  • Мюзикл Новосибирского театра Музыкальной комедии. Блад здесь — крутой баритон.

Фанфики[править]

Фанфиков довольно много, что является ещё одним (после нескольких переизданий и экранизаций) ярким подтверждением того факта, что Сабатини написал весьма годную вещь.

  • Олег Дивов, «Мы идём на Кюрасао». «Пётр Тизенгаузен, молодой дворянин из мелкопоместных», решил стать пиратом. Взял родительскую парусную шнягу с пушчонкой «для потешной стрельбы, из разряда тех, которые пищалью назвать уже нельзя, а орудием еще совестно» и экипажем под командой отставного матроса деда Шугая, который носил флотскую косичку, в ухе серьгу и за поясом нож. Пётр поднял чёрный флаг с черепом и костями. «Прощайте, маменька и папенька! Мы идем на Кюрасао!» … — Как ваше имя, сударь?! — Питер… — начал Тизенгаузен. И тут громадный Волобуев случайно наступил ему на ногу. — Блядь! — от души сказал капитан".
  • Татьяна Виноградова при участии Георгия Виноградова, «Дети капитана Блада». Псевдоисторический роман. У Питера начались неприятности, и 17-летняя дочь Арабеллы отплыла к отцу в Англию на испанском корабле. Там она встретила юношу, похожего на отца — «в чёрном с серебром костюме, с воротником и манжетами тонких брабантских кружев.

— Позвольте представиться, сеньорита, — дон Диего де Сааведра из Картахены, к вашим услугам.
— А я — Элизабет Блад, дочь губернатора Ямайки.
— Как?! Санта Мадонна! Раз… Все… Кр…
— Разрази вас гром. Все дьяволы преисподней. Кровь Христова, — вежливо подсказала Бесс, и, задумавшись на секунду, любезно добавила: — Вымбовку вам в глотку.
— Что? Благодарю вас, сеньорита. Ценное дополнение к моему лексикону. Как вы сказали?
— Вымбовку. Это такая толстая деревянная штуковина для вращения шпиля.
… — Моя матушка в молодости была помолвлена с доном Эстебаном, сыном дона Диего. Потом помолвка расстроилась. Дон Эстебан — помощник капитана этого галеона».
Как потом выяснилось, мать Диего — Мария-Клара-Эухения де Сааведра из Картахены, а отец… Донья Мария отдалась Бладу, чтобы «спасти священные церковные реликвии. Разумеется, вслух все восхищались самопожертвованием благочестивой доньи Марии. Разумеется также, что матушка так и не вышла замуж и жила на средства, из жалости выделяемые семьёй».
«Мы, англичане, более открытый народ. Известна же история про одного благородного дона, который отчитал за оторванную пуговицу своего дворецкого, ворвавшегося в спальню хозяина с воплем: „Сеньор, наводнение! Гвадалквивир вышел из берегов!“ Об англичанах никогда не расскажут ничего подобного». Помимио баяннных анекдотов в данном фанфике сделана попытка деконструкции оригинала, к сожалению намертво вязнущая в мэрисьюшности героев.

  • М. Белоцерковская, О. Балазанова, «Леди удачи». С попаданцами.
  • М. Попов, «Илиада Капитана Блада» («Белая рабыня»). Наглухо не дружащий с матчастью романец, многие стремительные домкраты вызваны неуклюжим воровством слов из собственно ОКБ.
    • Острова и порты пляшут, словно пьяные - Карлайлская бухта с Барбадоса перебралась на Ямайку, сама Ямайка уплыла куда-то "к востоку от Наветренного пролива", Порт-Роял забрался на какие-то горы, "поросшие мангровыми зарослями" (которые доселе на горах и вообще на сухом месте замечены не были), остров Эспаньола провалился во временную дыру и стал называться Гаити, а Санта-Каталина сделалась "Санта-Каталаной".
    • Парусные суда движутся по щучьему веленью, невзирая на ветра, течения, состав команды и наличие провианта. Захотел персонаж плыть туда - сразу поплыл. Захотел в противоположную сторону - не вопрос. И это еще в Карибском море, а через Атлантический океан суда и вовсе пролетают с помощью гиперпрыжка, так что письма в Старый Свет получают ответ дней где-то через пять-шесть.
    • В довершение картины смехотворного невежества кулеврины у автора сделались "гигантскими", а мортиры - почему-то маленькими, переносными (sic!) и "очень удобными во встречном бою", матросы высматривают землю с крюйс-марса (то есть с бизань-мачты), а на тропических островах строятся "зимние виллы" (видимо, от лютых карибских морозов).
  • Блад — один из самых популярных героев у команды «Библиотека приключений» на Фэндомной Битве. Вот пример: «— Зная повадки полковника Кирка и его „ягняток“, можно ожидать самого худшего. (На знамени Танжерского полка было изображение пасхального ягненка, поэтому его солдат называли „ягнятами“). Я был в Танжере незадолго до того, как они оставили город, и видел, что эти демоны там вытворяли. Не щадили никого: ни женщин, ни детей, ни стариков. Казнили и пытали людей без суда, даже если вина их не была доказана. Разрушили порт и сожгли несколько городских кварталов, не оставив камня на камне, лишь бы не достались врагу…» (NaToth, https://ficbook.net/readfic/3719308).

Примечания[править]

  1. Побег был запланирован раньше, и рабы приготовили для него «центнер (около 50 кг) хлеба, несколько кругов сыра, бочонок воды, десяток бутылок вина, компас, квадрант (угломерный инструмент для измерения высот небесных светил), карту, песочные часы, лаг (простейший прибор для определения пройденного судном расстояния), фонарь и свечи».
  2. Согласно Бладу, его население составляли «англичане, французы и голландцы: авантюристы, охотники с острова Гаити, лесорубы, ловцы жемчуга, прибрежные жители, собирающие то, что выбрасывается морем, моряки, плантаторы, индейцы, мулаты — торговцы фруктами, негры-рабы, женщины лёгкого поведения».
  3. В Испании дела с правосудием обстояли не намного лучше — там между смертью и галерами следовало выбирать смерть, потому что жить на галерах было можно, но недолго — уж очень больно там хлестали плетьми. Это в свою очередь, позволяло очень многим рабам на галерах перейти в Истинную Веру в обоих смыслах слова — кто не умер, с радостью принимал ислам после нападения пиратов Средиземного моря. И между смертью и тюрьмой тоже следовало выбирать смерть — жить там было можно, только если родственники, продираясь через взятки, «подогревают» едой. Блад с испанской тюрьмой был знаком не понаслышке и попадать туда второй раз категорически не хотел. С другой стороны, за достаточно солидную взятку родственники узника могли устроить ему в испанской тюрьме жизнь со всеми удобствами — отдельная комфортабельная камера, изысканная еда… в общем, всё как сейчас, разве что без телевизора и Интернета!
  4. Интересно, что пират по имени Оливье Левассёр был на самом деле, но в следующем поколении: он родился в 1688 или 1690 году. Оливье Левассёр, известный также по прозвищам Стервятник и Рот, плавал с Инглэндом и Тэйлором (причём Тэйлор и Левассёр сместили Инглэнда и высадили его на Маврикии за излишнее, с их точки зрения, милосердие к пленным). Левассёр был повешен в 1730-м году на острове Реюньон. А ещё некто Франсуа Левассёр был губернатором Тортуги в 1640—1652 годах, лет за 15 до д’Ожерона.
  5. Франсуа Олоне, на самом деле, был ещё одним прототипом Блада. Жестоким чудовищем не был, но о нём ходили такие легенды, особенно у испанцев (он вырезал экипаж испанского фрегата, который захватил, ещё в самом начале карьеры). В описываемое время время от времени таскал к д’Ожерону упёртые у испанцев корабли с какао и пряностями, командовал небольшим флотом, ограбил Маракайбо (ну вы понели, да?) и в общем, довольно неплохо отжигал. Пленных предпочитал высаживать где-нибудь на берег, а не мочить прямо на месте
  6. Согласно Вики, его столица — Гран-Бург (?) (Grand-Bourg). Город Бас-Тер (Basse-Terre) находится на более крупном острове, Гваделупе.
  7. Оба корабля маневрировали, стараясь навязать противнику невыгодные условия. Блад стремился удержать противника как можно дальше, пользуясь пушками и попутным ветром. Его противник, наоборот, пытался идти на абордаж, используя свое подавляющее превосходство в численности экипажа. И продолжались эти манёвры долго.
  8. Точнее говоря, команда Пайка, вместе с которым Истерлинг добыл клад. Но на тот момент Истерлинг уже убил Пайка, а бригантину Пайка вместе с командой взял под командование капитан Блад.
  9. Да, сделать вылазку для разведки дону Мигелю тоже страшно.
  10. Испанский Мэйн — прежнее название испанских владений на северном побережье Ю. Америки от устья Ориноко до Юкатана.
  11. От городка Кайон(а).
  12. Имеется в виду город в нынешней Колумбии.
  13. Сабатини описывает эти события так: «Мания величия Людовика XIV зажгла в Европе пожар войны. Французские легионеры опустошили рейнские провинции, а Испания присоединилась к государствам, объединившимся для своей защиты от неистовых притязаний короля Франции». Речь идёт о т. н. Войне Аугсбургской лиги (1688-97). В ходе этой войны французский флот действительно совершил Рейд на Картахену, но в 1697 г.
  14. 2 испанца бежали на парусной пинассе из английской тюрьмы в Сент-Винсенте. Их случайно прибило к берегу, они питались кокосовыми орехами, ягодами, диким бататом, мидиями, крабами и креветками. Блад оказался в их компании. Он загрузил изрядный запас батата и черепашьего мяса, собственноручно прокопчённого им на костре, наполнил бочонки пресной водой и вышел в море.