Нестандартный хэппи-энд

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
TVTropes.pngTV Tropes
Для англоязычных и желающих ещё глубже ознакомиться с темой в проекте TV Tropes есть статья Esoteric Happy Ending. Вы также можете помочь нашему проекту и перенести ценную информацию оттуда в эту статью.
River Song.jpgSpoilers, sweetie!
Особенность темы этой статьи в том, что она по самой сути своей раскрывает спойлеры. Поэтому в этой статье спойлеры никак не замаскированы. Если вы уверены, что хотите их видеть — читайте!
« — Да нет. Это случилось в конце Периода Изоляции, почти столетие назад. Император Дорка Форбарра, создавая централизованное государство, боролся с самовластием вельмож, бесконтрольно правивших своими родовыми уделами. Разразилась целая гражданская война. Одним из главных достижений Дорки стала ликвидация частных армий, которые графы содержали за свой счёт. Императорским указом каждому графу было позволено иметь не больше двадцати человек вооружённой свиты. Ну а лорд Форлопулос воевал со всеми соседями, и двух десятков телохранителей ему для этого явно не хватало. А посему он и нанял две тысячи поваров, как он их назвал, и послал на поле брани. Что и говорить, лорд проявил чудеса выдумки: дал им тесаки мясников вместо мечей и тому подобное. Тогда по всему Барраяру бродили безработные ветераны, готовые на всё… — Глаза Майлза весело поблёскивали. — Естественно, император не оценил шутки вассала. Или оценил — это как посмотреть. Он выступил в поход со своей регулярной армией — к тому времени других на Барраяре уже не существовало — и арестовал Форлопулоса за измену. Наказание же за измену — и тогда, и сейчас — позорный столб и смерть от голода. Так что человек с двумя тысячами поваров был приговорён к голодной смерти на Главной Площади в Форбарр-Султане… Подумать только — все считали, что у Дорки Форбарры не было чувства юмора.

— Как мило, — пробормотал шокированный бетанец.
— Но конец у этой истории счастливый, — добавил Майлз, и Хатауэй приободрился. — Примерно в это же время на нас напали цетагандийцы, и лорда Форлопулоса отпустили.
— Кто, цетагандийцы? Действительно, повезло…
— Да нет, сам император Дорка. Чтобы лорд мог бросить своих «поваров» на битву с внешним врагом. Видите ли, его не амнистировали, просто отложили исполнение приговора. А после окончания войны лорду всё-таки пришлось бы подвергнуться наказанию. Но он пал на поле брани, так что конец, как я и обещал, счастливый.
— Вы называете смерть счастливым концом? — Хатауэй пожал плечами. — Что ж, дело вкуса…

»
— Л. М. Буджолд, «Ученик воина»

Нечто, что задумывалось автором как хэппи-энд, а для аудитории выглядит как откровенно несчастливый конец (или по крайней мере плохой хороший конец).

Как правило, связано с разными ценностями эпох: например, в прежние времена гибель главного героя за честь и высокие идеалы воспринималась как хороший плохой конец, причём с уклоном в сторону «хорошего», в то время как для среднестатистического современного читателя ключевым словом здесь будет «гибель», а не «идеалы». Другой вариант — необычная ценностная система самого автора: например, для верующего воссоединение в смерти — действительно хэппи-энд (тела-то всё равно когда-нибудь бы умерли, а души вечно будут вместе), но читателя-атеиста это вряд ли утешит.

Инверсия: произведение писалось автором как трагическое, но не воспринимается как таковое («трагедия» может заключаться в потере героем чести, девушкой — невинности или отказе от того самого высокого идеала, оказавшегося недостижимым). Ибо если все живы и здоровы, то чего печалиться?

Примеры[править]

Мифология[править]

  • Викинги признавали только один финал карьеры воина — гибель на поле брани: только в этом случае они могли попасть к Одину в Вальгаллу. Прожить долгую жизнь и мирно умереть в своей постели было недостойно и даже унизительно для мужчины.

Театр[править]

  • «Турандот» Джакомо Пуччини: финал задумывался как классический хэппи-энд, где герой женится на принцессе, но этот хэппи-энд очень сильно подпорчен теми обстоятельствами, что принцесса — нераскаявшаяся массовая убийца и садистка, которая довела до смерти самого хорошего и доброго персонажа во всей опере — девушку Лю. Предполагается, что Турандот должна раскаяться в своих злодеяниях, но в имеющемся финале это обозначено весьма невнятно. Двусмысленность финала в данном случае обусловлена тем, что композитор умер, не успев довести оперу «до ума», и финал дописывал его куда менее талантливый ученик Франко Альфано. Некоторые композиторы даже пытались написать собственный финал оперы, более логичный и драматургически выверенный.

Литература[править]

  • А. С. Пушкин, «Капитанская дочка». «Несколько разбойников вытащили на крыльцо Василису Егоровну, растрёпанную и раздетую донага», хоть она далеко не молода. Она устроила истерику, увидев повешенного мужа. «„Унять старую ведьму!“ — сказал Пугачёв. Казак ударил её саблею по голове, и она упала мёртвая», избежав надругательства.
  • Ганс Христиан Андерсен, особенно «Девочка со спичками» и «Русалочка». Этот троп — пожалуй, главное, чем Андерсен известен современному читателю.
    • Также «Мальчик у Христа на ёлке» Достоевского.
  • Джордж Эллиот, «Мельница на Флоссе»: Мэгги и Том погибли, но перед смертью успели примириться, и на их общей могиле начертано: «Не разлучились они и в смерти своей».
  • «Хроники Нарнии», «Последняя битва»: в финале выясняется, что главные герои погибли в железнодорожной катастрофе и могут остаться в Нарнии навсегда. Правда, Нарния в финале сама погибает, остается ее «истинный» аналог в стране Аслана, и там же есть «истинный» аналог Англии.
  • Харлан Эллисон утверждает, что конец его рассказа «У меня нет рта, но я должен кричать» (герой из милосердия убивает всех своих товарищей, порабощённых безумным суперкомпьютером A. M., спасая их от продолжения мучений, но самого героя A. M. превращает в инертную белковую массу без рук и ног, чтобы не мог причинить себе вред, и будет его мучить дальше) следует классифицировать как хороший — победу человеческого духа над злобным враждебным разумом.
    • А вот в игре, написанной также при участии Харлана Эллисона, самая лучшая концовка — уже несомненно оптимистическая.
  • Роальд Даль, «Ведьмы»: мальчик, которого ведьма превратила в мышь, в конце книги… так и остался мышью! Более того, оказалось, что мыши живут недолго, но мальчику долго и не надо, потому что он предпочтёт умереть вместе с любимой бабушкой — единственным оставшимся у него близким человеком. По понятным причинам в киноадаптации финал изменили, и мышь была превращена назад в мальчика.
  • «Море внутри»: хэппи-энд этой книги расстроенному читателю нужно трактовать как «герой получил то, что он хотел».
  • Орсон Скотт Кард — известный любитель этого тропа.
    • «Тысяча смертей»: злодеи, подвергшие главного героя изощрённым пыткам, не несут никакого наказания, сам герой не получает ни свободы, ни счастья — его всего лишь выкидывают на мороз, потому что больше ничего с ним поделать не могут.
      • Как и у Харлана Эллисона — это рассказ о победе человеческого духа над системой, которой не удалось его сломать. Вполне себе оптимистично.
    • «Дети разума»: Джейн смогла выжить, заняв тело Вэл, Питер получил айю Эндера, Эндер упокоился в мире, как того и хотел… а что с самой Вэл? А ничего, нет её больше. Тут даже нельзя сказать, что она счастлива в посмертии, как другие герои сабжа — потому что у Вэл собственной айю никогда не было, то есть она просто перестала существовать.

Аниме и манга[править]

  • Евангелион — собственно, Конец Евангелиона. Комплементация сама по себе, крайне неоднозначна, и одна из фишек сериала в том, что непонятно — нужно ли к ней стремиться или предотвратить, хорошо это или плохо. В конце люди ещё и получают выбор в стиле Матрицы — кто хочет, может остаться частью сверхразума, в полном счастье вместе с остальными, а те, кто достаточно сильно стремится сохранить свою индивидуальность — сможет восстановиться из ЛСЛ. Казалось бы, идеальный третий вариант. Но если задуматься, этих самых вернувшихся будут единицы, в полностью разрушенном мире. Без еды и даже кислорода (ведь судя по всему, растения тоже были уничтожены).

Видеоигры[править]

  • Hatred: протагонист-злодей благополучно взорвался вместе с атомной электростанцией, забрав с собой сотни тысяч тех, кого так ненавидел.
  • Shadowrun: Dragonfall — две из 3 концовок, где герой либо позволяет Файершвинг улететь свободной, либо заселяет в нее ИИ APEX, убивший его возлюбленную Монику и воспринявший ее образ. В первом случае власть драконов лишь укрепится, во втором же ИИ станет контролировать мировую сеть и никто не сможет чувствовать себя в безопасности. Таков и выбор в эпилоге, сотрудничать ли с Великим драконом Ловфиром или нет — с одной стороны, поговорка «never make a deal with dragon» выстрадана кровью и слезами тысяч декеров, с другой, уже очень скоро независимый Берлин раскатают под корень.

Настольные игры[править]

  • Warhammer 40000 — орочий босс Клыкан Демонобой заработал это прозвище после битвы с демоном, проникшим на его космический корабль. Эта битва настолько понравилась Клыкану, что он набрал чудил и устроил собственный ВААГХ! прямо в Око Ужаса, пройдя зелёной волной разрушения по куче хаоситских планет. Закончил свой поход на одном из миров Кхорна, Кровавого Бога — где его орду в итоге полностью вырезали демоны. Но Кхорн был так восхищён устроенной резнёй, что воскресил Клыкана сотоварищи, устроив им день сурка с вечной битвой. Человек бы давно свихнулся от такого, но для Орка это — лучшее счастье из возможных!