Ненадёжный рассказчик

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
TVTropes.pngTV Tropes
Для англоязычных и желающих ещё глубже ознакомиться с темой в проекте TV Tropes есть статья Unreliable Narrator. Вы также можете помочь нашему проекту и перенести ценную информацию оттуда в эту статью.
« — Зачем было Петиру лгать мне?
— А зачем медведь гадит в лесу? — вопросил Тирион. — Потому что такова его природа. Для людей, подобных Петиру, лгать всё равно что дышать.
»
— «Игра престолов»
« Когда о каком деле сумневаешься, то не говори того за подлинную правду, но или весьма умолчи, или объяви за сумнительно, дабы после, когда инако окажется, тебе не причтено было в вину. »
— «Юности честное зерцало»

Ненадёжный рассказчик — старый, как сама литература, приём, когда автор сознательно вводит в повествование персонажа, описывающего события не такими, какие они есть на самом деле. Это лицо может пересказывать слухи; слегка приукрашивать свои похождения; не знать полной картины и додумывать недостающее; или просто нагло лгать в глаза своей публике. Факт обмана может быть ясен самого начала — а может и старательно маскироваться автором до последних страниц.

Разновидности ненадёжного рассказчика:

  • Хвастун — склонен преувеличивать свои заслуги и гиперболизировать собственные достижения. Характерный герой ещё античной драмы.
  • Лжец — более тяжёлый случай. Осознанно утаивает или искажает информацию, чтобы скрыть свои неблаговидные поступки (или даже преступление).
  • Инвалид — вследствие физического недуга (чаще всего близорукости) не может адекватно передать то, чему был свидетелем.
  • Сумасшедший — близок к предыдущему, но в данном случае недуг уже лежит в душевной сфере. На восприятие объективной реальности сильно накладываются собственные «тараканы» такого рассказчика. Франц Кафка любит этот троп. «Американский психопат» Патрик Бейтмен — просто уже классический пример.
  • Ребёнок — либо подросток, ещё незнакомый с некоторыми «взрослыми» реалиями. Но чаще всего просто демонстрирует наивный взгляд на мир. Гекльберри Финн, Холден Колфилд из «Над пропастью во ржи», да ещё масса героев из детской (и не только) литературы.
  • Шут — иронично относится к тому, о чём рассказывает, и играет с читателем в интеллектуальную игру.

Типологически близкий троп — скрытный POV-персонаж. Эти понятия частично пересекаются, но отнюдь не совсем совпадают. Ненадёжный рассказчик вполне может и не быть лицом, от которого ведётся основное повествование, а скрытный POV не обязательно искажает информацию: он может говорить и только правду, хотя и не всю.

Другой родственный троп — врёт, как очевидец. В этом случае, часто несколько ненадёжных рассказчиков пытаются рассказать всю правду о слоне.

Примеры[править]

Фольклор[править]

  • «Тысяча и одна ночь».

Литература[править]

Русскоязычная[править]

  • «Герой нашего времени»: ненадёжным рассказчиком выступает сам автор (в предисловии сказано, что ГГ нисколько не автобиографичен, что, как очевидно для знавших Лермонтова лично, не так), который в первых двух частях пересказывает других ненадёжных рассказчиков.
  • «Маленькая трилогия» Чехова, особенно «Человек в футляре». Впрочем, в двух других историях рассказчики тоже далеко не объективны, и по текстам разбросана масса намёков на это.
  • Также Чехов, «Драма на охоте»: основную часть повести составляет рукопись следователя Камышева — и читающий эту рукопись редактор постепенно приходит к выводу, что как рассказчик Камышев не вполне надёжен.
  • Андрей Некрасов, «Приключения капитана Врунгеля». Вся книга построена как повествование, которое ведет ненадёжный рассказчик — этот самый капитан. Его фамилия — вроде бы немецкая (потомок немцев на русской службе?), но она как бы намекает. У него и яхта, стоящая у причала и построенная из сырого дерева, «пустила корни и приросла к берегу», и белки в гигантских пароходных колесах, приделанных к яхте, «использовались в качестве ходовой машины» — а ведь ещё и пол-истории не рассказано…
    • Фамилия не просто намекает, это более чем явная отсылка на друга автора, морского офицера по фамилии Вронский, тоже большого любителя исполнить в кругу друзей пару историй с собой главной роли. Кроме того, возможна отсылка на фонвизинского Вральмана.
  • Цикл Фазиля Искандера «Сандро из Чегема» полон ненадёжных рассказчиков, причем степень ненадёжности у них разная и не всегда понятная. Если дядя Сандро, видимо, описывает реальные события, но приукрашивает их в свою пользу, то фотограф Марат, к примеру, врёт напропалую. Молодой журналист, слушающий эти истории (явный аватар самого Искандера), ни разу не высказывает своего мнения о правдивости собеседников.
  • «Левиафан» Акунина. Герметичный роман с несколькими ненадёжными рассказчиками.
  • «Порри Гаттер» — во второй книге («Личное дело Мергионы Пейджер») оказывается, что Мордевольт невиновен, а все, кто считал его злодеем, добросовестно ошибались.
    • «Порри почувствовал, что мир перевернулся. Или он перевернулся. В любом случае он ощущал себя вверх тормашками.
    •  — Но как же это… нет! Родители все мне рассказывали! Они же не врали!
    •  — Порри, когда ваша бравая троица рассказывала о победе над Мордевольтом в Зале Трансцендентальных Откровений, вы тоже не врали. Твои родители видели и слышали то, что, в соответствии с общественным мнением, должен был делать и говорить зловещий преступник. Да и сфера Фигвамера непроницаема для звуков… к сожалению…»

На других языках[править]

Иноязычная классика[править]
  • «Приключения барона Мюнхгаузена», в основе которых лежат выдумки реального Мюнхгаузена, большого любителя рассказать своим друзьям о службе в России, добавив ради красного словца развесистой клюквы и разухабистой выдумки.
  • Джим Хокинс в «Острове сокровищ»: анализ, проведённый в «Острове без сокровищ» Точинова, наглядно показывает, что Джим как минимум Лжец. Он не мог с такой лёгкостью, какую он сам описывает, кидаться телами здоровенных мужиков, и т. п.
  • Рассказ «В чаще» классика японской литературы Акутагавы Рюноскэ — педаль в пол. Здесь одна и та же история изложена несколькими людьми — и их рассказы практически ни в чём не совпадают.
  • «Лолита». Не стоит забывать, что и героиню, и события мы видим в версии извращенца и манипулятора Гумберта Гумберта, который старается оправдаться перед читателем (и который умеет быть убедительным).
Иноязычное фэнтези[править]
  • «Песнь Льда и Пламени» содержит несколько примеров:
    • Фантомный поцелуй. Санса почему-то искренне считает, что Пёс поцеловал её, прежде чем сбежать из Королевской Гавани, и регулярно потом вспоминает этот поцелуй, хотя в момент самих описываемых событий ясно, что это не так. Да и сам Пёс ни о чём подобном не говорит. Слово Божие гласит, что «Санса — ненадёжный рассказчик».
    • Всё, что известно о Лианне Старк, известно либо от таких рассказчиков, либо от скрытных POV. Роберт Баратеон уверяет, что аццки злобный принц Рейгар похитил и изнасиловал её — но Роберт, как соперник Рейгара, априори пристрастен.
      • Нед Старк (брат Лианны, cкрытный POV) ни разу — ни мысленно, ни вслух в беседе — не подтвердил робертовы устрашающие рассказы о Рейгаре-насильнике. Из мыслей Неда мы узнаём: глава дома Старков согласен лишь с тем, что принц Лианну увёз (abducted). А значит, теоретически это могло произойти и с согласия — а то даже и по просьбе — самой Лианны.
      • Да и сама Лианна в воспоминаниях предстаёт как бой-девка, которой ничего не стоит гонять по двору замка пинками и тренировочным мечом рослых оруженосцев; горячая девушка, которая может вылить на голову брату чарку с вином; и просто женщина с характером, ни в коем случае не ставшая бы терпеть надругательства над собой и рожать насильнику детей.
  • Сказочная пенталогия Ллойда Александера «Хроники Прайдена» (Chronicles of Prydain, 1964—1969), по отдалённым мотивам которой снят диснеевский полнометражный мультфильм «Чёрный котёл» (The Black Cauldron, 1985). Бард (и pen, то есть князь) Ффлевддур является «хронически ненадёжным рассказчиком»: он то и дело принимается повествовать о своих «славных подвигах»… и тут, дзынь! — на его арфе неизменно лопается одна из струн. Арфа волшебная, она так реагирует на ложь своего владельца. В финале одного из томов — аверсия: Ффлевддур после битвы против Сил Зла начинает вдохновенно рассказывать, как героически он сражался и скольких врагов уложил; все, услышав такое, дружно смотрят на арфу… а с ней ничего не происходит! Ффлевддур на сей раз говорит чистую правду!
Иноязычная SF-фантастика[править]
  • «Звездные дневники Ийона Тихого». В книге есть и противоречия, и нестыковки, но обычно в предисловии от лица проф. Тарантоги указывается обоснуй, который заключается в том, что данное издание не является академически выверенным и др. Иногда Тихий проявляет черты и скрытного POV-персонажа: что такое брындасы, пихи и матульки — он знает, но что это такое, читателю не поясняют. Особенно отличился в 14-м путешествии.
Новеллизации игр[править]
  • Серия С. Митчелла о похождениях комиссара Каина. Прямо в примечаниях инквизитор Эмберли Вейл, редактор мемуаров комиссара, открыто подсвечивает ненадёжность его рассказов — там Каин эгоцентрично не замечал происходящего вокруг себя, здесь он просто не мог знать всей правды и так далее.
    • Впрочем, здесь фитилёк — Каин в своих мемуарах предельно откровенен, его попросту не интересует, что происходит далеко от его драгоценной шкуры. Все прочие использованные Эмберли источники не опровергают его рассказы, а лишь дополняют их.
Иноязычные детективы и криминал[править]
  • Десятки и сотни детективов, особенно Агаты Кристи. Классическая завязка — в замкнутом помещении происходит преступление и детектив выслушивает несколько историй, подмечая несостыковки и вычисляя настоящего преступника.
    • И в первую очередь «Убийство Роджера Экройда», в своё время капитально порвавший шаблоны любителям жанра тем фактом, что убийцей оказался рассказчик.
  • Дуглас Престон и Линкольн Чайлд (в цикле про агента Пендергаста) часто применяют такой метод, начиная эпизод с рассказа от лица определённого человека и заканчивая его смертью. Или же рассказывают происходящее через точку зрения человека, совершенно не понимающего, что творится на самом деле.
  • Wildwood Boys — Квантрилл. Если сторонники северян наивно доложили где тут про-южные партизаны, капитану кавалерии северян Харту, то жить сторонникам северян осталось недолго. Минуту-две, пока капитан не свистнет своим. И почти все, что сам Квантрилл рассказывает про свою жизнь до войны. Уровень ненадежности его рассказов такой, что правды там два факта -у него есть брат, и самого рассказчика зовут Чарли. Уильям Чарльз Кларк Квантрилл, если полностью. И ничего. Слушают.
Иноязычные драмы[править]
  • «Бойцовский клуб» Чака Паланика. Тайлер Дёрден — и есть главный герой, который страдает диссоциативным расстройством и периодически меняет личность.

Кино[править]

  • «Исчезнувшая». Всю первую половину фильма мы знакомимся с прошлым главного героя через дневник его пропавшей жены. Картина вырисовывается безрадостная — молодой человек без определенного рода деятельности, транжира, живущей на деньги трудолюбивой жены, и домашний тиран, который ударил верную супругу в ответ на новость о беременности. Однако, дневник главной героини оказывается изобретательной выдумкой, чтобы отправить супруга на электрический стул. Таким образом она мстит муженьку за измену. Да и сама девушка далеко не ангел, а хладнокровная стерва, однажды подставившая своего бывшего под изнасилование и срок. Так что, каков герой на самом деле, мы так толком и не можем узнать.
  • «Расёмон». Дровосек рассказывает монаху и странному прохожему противоречащие друг другу версии истории об убийстве самурая и изнасиловании его жены, которые он услышал на суде от участников события. Врут все: разбойник, жена самурая и даже дух убитого самурая, вещающий через медиума. По уже упомянутому рассказу «В чаще» А в самом конце выясняется, что сам дровосек, якобы просто нашедший мёртвого мужчину, не только соврал об украденном им кинжале, но и увидел ранее, что случилось между разбойником и его жертвами на самом деле.
  • «Геракл» (2014). Иолай рассказывает о Геракле как о полубоге, перечисляя его классические подвиги. Правда в том, что он всего лишь обычный (хоть и очень сильный) человек, и рассказы — в основном способ набить цену за услуги его банды наёмников.
  • «Герой», один из самых известных фильмов жанра уся, и всё там в таком восточном духе. Есть несколько планов повествования, и у каждого свой символический цвет, все эти планы смотрятся красиво, пафосно и символично. Сначала герой втирается в доверие к императору. Но император не дурак, раскрывает обман, и излагает свою версию. После этого, раз делать нечего, герой рассказывает, как было на самом деле. И есть ещё рассказы в рассказах, с которыми тоже всё сложно.
  • «Кусочки Трэйси». Трэйси врет о своих взаимоотношениях с Билли Зеро, более того, она на самом деле в курсе, куда пропал ее брат, которого она ищет весь фильм.
  • «Клуб самоубийц, или Приключения титулованной особы» — полковник Джеральдин. Подсвечено происходящим на экране, которое нередко прямо противоречит закадровому повествованию полковника. Как шталмейстер двора, он обязан поддерживать реноме принца Флоризеля.
  • Классикой троп считается фильм «Подозрительные лица»: вроде и рассказ свидетеля ладный, и преступник вырисовывается, но допрашиваемый якобы инвалид оказывается тем самым опасным преступником, а его рассказ во многом придуман на месте, что становится понятно полицейскому слишком поздно.

Телесериалы[править]

  • Осторожно, модерн 2 — в серии, где Паша Задов рассказывает, как загремел за решетку, он говорит правду. А вот комментарии всех остальных персонажей — это чистый троп.
  • «Рухнувшие небеса» — «Великий враг» эсфени, от которого они сбежали аж в другую галактику, оказывается не разрушительной чудовищной космической цивилизацией, а последним представителем расы, под корень истребленной эсфени и переработанной в скиттеров. Который даже не решается вступить с врагом в прямую конфронтацию, скрываясь в солнечной системе инкогнито. Правда, причина боязни тоже раскрывается — сей благонамеренный экстремист ради мести создал биологическое оружие против эсфени, которое в качестве побочного эффекта уничтожит ещё и людей с волмами (и возможно, других захваченных эсфени рас в нашей галактике).

Мультфильмы[править]

  • «Моя жизнь» (2000) — в силу своего возраста и нулевого жизненного опыта поросёнок совершенно не воспринимает творящиеся вокруг него жестокие вещи как таковые.
  • «Легенда Титаника» (1999): не исключено, что всё показанное — всего лишь фантазия отставного моряка-мыша, которую он рассказывает своим внукам. Потому-то у него в финале выживают ВСЕ, даже те, кто геройски пожертвовал собой прямо в кадре! Недаром бабушка-мышь замечает: «Ваш дедушка любит рассказывать истории, но не стоит верить всем рассказам моряка».
  • «Шрек: Страшилки» — все рассказчики тут ненадёжные.

Мультсериалы[править]

  • Маша из «Маши и медведя», точнее, из спиноффа «Машины сказки», где она перевирает известные сказки, время от времени кроссоверя два-три произведения, переосмысляя и получая иной раз нечто близкое к антисказкам.
  • «Черепашки-ниндзя» (2012): рассказывая о причинах своей вражды со Шреддером/Ороку Саки, Сплинтер/Хамато Йоси немного приукрасил картину. Оказывается, Ороку Саки был влюблён в жену Хамато, и предлагал ей вместе уехать в Америку. А Хамато больше заботили дела его клана, чем семья. Также Сплинтер соврал, когда рассказывал, что видел, как Шреддер уносит его дочь Миву (на самом деле, он лежал оглушённый). Но всё же к чести Сплинтера нужно отметить: он сказал правду насчёт того, что Шреддер убил его жену непредумышленно.
  • A.T.O.M: Аксель Мэнинг объясняет свою вражду к Александру Пейну (ГлавГаду 1 сезона) так: Александр оказался двойным агентом, Себастиан (отец Акселя) раскрыл это, Пейн узнал об этом заманил Мэнинга-старшего в ловушку с бомбой. Себастиан погиб во взрыве, а Пейна крепко посекло осколками. В реальности же за взрывом стояла зловещая преступная организация «Змеиный хвост», которой Мэнинг-старший стал сильно мешать. Пейна просто подставили, а Себастиан, скорее всего, жив.

Аудиоспектакли[править]

  • "Следствие ведут Колобки" 1-я часть "Преступление века" (по сказке Э.Успенского) два рассказчика, помогающие основному (в исполнении Л.Каневского). Ради шутки эти два помощника путаются в обстоятельствах, а главный рассказчик их поправляет. Там же и потерпевший - мороженщик (почти как в оригинале)

Видеоигры[править]

  • Dragon Age II обрамлено как рассказ участника событий Варрика Тетраса искательнице Кассандре. Хотя бо́льшая часть из того, что он рассказал, была правдой, он солгал ей как минимум в одной важной вещи, а значит, мог солгать и умолчать в других.
  • Hitman: Blood Money. Александр Лиланд рассказывает газетчику о том, как он гонялся за 47-м, параллельно игрок выполняет за 47-го эти миссии. Где-то с середины появляется подозрение: а не врёт ли он? К концу Лиланд начинает нагло врать, называя чёрное белым и белое чёрным.
  • Heavy Rain. Детоубийцей оказывается один из второстепенных POV-персонажей. Как и многое другое в сценарии, задумка была хорошая, а исполнение на три с плюсом: персонаж даже в мыслях рассуждает об убийце как о ком-то незнакомом, что превращает ненадёжного рассказчика в попросту наглый обман зрителя.
    • Обоснуй: у персонажа диссоциативное расстройство в тяжёлой форме (раздвоение личности — допустим, внушенное самому себе с неосознанной, но упорной целью «отмазаться» в первую очередь в собственных глазах), и он «искренне» не осознаёт, что творил, и воображает, что это делал кто-то другой. Прецеденты в реале известны.
  • Инди-игра Fantasy Maiden’s Odd Hideout. При первом прохождении мы видим события глазами девушки Анжи: пряничный домик, феечки… и хищная курица. После прохождения можно заново пройти игру за спутника Анжи юношу-охотника Бернда — и теперь мы видим всё таким, какое оно на самом деле.
  • Вступительный ролик к игре Might and Magic VII: For Blood and Honor. В этом ролике уцелевшие гоблины из разведывательного отряда докладывают королю Арчибальду. Гоблины очень сильно привирают, но мы видим события такими, какими они были на самом деле.
  • Tales from the Borderlands — игра представляет собой одну и ту же историю, рассказанную дважды — с точки зрения двух главных героев. Оба приукрашивают в свою пользу и стебутся над соразказчиком. А всю эту комедию Грузчик затеял именно потому что знал что и Риз и Фиона оба являются сабжем, а он хотел узнать правду.
  • Call of Juarez: Gunslinger — хотя в целом история правдива, Сайлас Гривз явно сильно хвастается.
  • Call of Duty 4: Modern Warfare — различные мелкие детали в эпизоде про Припять, такие как собаки-людоеды, вид на АЭС из гостиницы или современные (для момента рассказа) вертолеты, один из которых к тому же упал на героев, и т. п., заставляют подозревать капитана Прайса в хвастовстве.
  • Мор (Утопия): некоторые вещи, происходящие в игре, невозможно понять до конца из-за того, что разные действующие лица по-разному их описывают, и непонятно, кому именно верить. Например, кто есть Шабнак-Адыр и существует ли она (он, оно) вообще. Или что же на самом деле представляет из себя Многогранник.
  • Wolfenstein: New Order. Блажкович чуть ли не двадцать лет провёл в коме, события конца войны и последующих годов прошли мимо него. Благо, есть возможность восполнить знания из газетных вырезок, которыми обклеена одна из стен в убежище повстанцев. В чём же подвох? А это нацистские газеты.

Визуальные романы[править]

  • Umineko no naku koro ni — вся об этом. Большая часть событий рассказывается от лица второстепенных персонажей или как бы со стороны, но в событии участвуют только второстепенные персонажи. Понять, где врут, где нет, а где крыша поехала, большую часть времени довольно трудно.
  • Rewrite — сцены, которые мы видим от лица Лючии Коноханы в её маршруте, несколько перевирают факты.

Настольные игры[править]

  • «Зубы дракона» (из позднесоветской самоделки «Самовар») в сказке-предисловии от М.Собе-Панек и М.Пунанс явление намеренно пародируется. «Ах, как давно это было… То ли в прошлом веке, то ли в прошлую пятницу.» и т. д. А по ходу повествования в одной сцене пару раз меняется время года и вообще датировка.

Реальная жизнь[править]

  • Проверкой исторических источников (к которым могут относиться не только документы, но и художественная литература) на надёжность занимается такая наука, как источниковедение. При определённых условиях можно применить её методы и к вымышленным вселенным, возможно, и с весьма любопытным итогом: если в результате исследования получится, что ненадёжным рассказчиком оказался сам автор произведения, причём по всем пунктам, то в дело вступает троп «Профессор был неправ».