Меганезия

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
« — [...] Если бы вегетарианцы потребовали прекратить употребление мясной пищи в общественных местах…

— ... то я бы демонстративно жрал сосиски в центральном парке.

»
— Розов, «Депортация»

Меганезия — страна-утопия из романов Александра Розова.

Формат[править]

В серии «Конфедерация Меганезия» в настоящий момент насчитывается 8 романов разного формата:

  • «Депортация»
  • «Созвездие Эректуса»
  • «Чужая в чужом море»
  • «День Астарты»
  • «Драйв Астарты»
  • «Процесс лунного зайца»
  • «Мауи и Пеле, держащие мир»
  • «Дао кенгуру»
  • «Волонтеры атомной фиесты»
  • «Одиссея креативной королевы»

Тематически к циклу примыкает повесть «Тень мечты», «xirtaM» и «Неандертальский томагавк в астроархеологии». Отдельные идеи утопии изложены уже как позиция автора в публицистических эссе, как то [1][2].

Суть[править]

В, казалось бы, одном из самых отсталых уголков Земли — на островах Полинезии — свершилась очередная революция. Однако она сильно отличалась от обычной смены власти во всяких странах четвертого-пятого мира. Пламенные революционеры (внезапно: сектанты, кокаиновые бароны, панки, хикки-психопаты и прочие няшечки) перестреляли всех своих идеологических противников, потом расстреляли еще много кого, но остальным после революции жить стало лучше. И с тех пор прошло уже лет двадцать.

Обзор[править]

«Меганезия» — утопия. И ее внешние проявления чертовски завлекательны для современного читателя фантастики. В Меганезии нет государства. Формально это не страна, а корпорация, которая управляется регулярно меняющимся коллективом менеджеров. Прибыль корпорации поровну разделяется на всех жителей. Расходы — аналогично. Налогов, таким образом, нет вообще. При этом у Меганезии сильная армия и флот («сильная» в том плане, что способна выполнять основную задачу — защищать граждан, причём любой ценой; по меркам «цивилизованным», это — совершеннейшее барахло... вооружённое водородными бомбами). За любую пропаганду нарушения Великой Хартии — местной конституции и свода законов — в Меганезии ставят к стенке. Население передвигается на чем-то летающем или на традиционных для аборигенов катамаранах. И все очень много трахаются сексом. В стране легко сочетается первобытнообщинный строй на отдельных атоллах, постиндустриальное производство и совершенно фантастическое (и, в авторской терминологии, коммунистическое) общество потенциальных космических путешественников. В пересказе выглядит как бред графомана. Попробуем разобраться.

История[править]

(Реальные события отличались от того, что было на самом деле: в романах-приквелах история описана совсем иначе!) Вначале было все плохо. Потом одна из политических партий в борьбе за власть наняла наемников. Те подогнали к столице несколько барж с селитрой (это удобрение такое) и алюминиевой пудрой, тщательно перемешали первое со вторым и подорвали получившиеся тонны аммонала (а это такая взрывчатка). Столицу смыло набежавшей волной, а что не смыло — то взяли штурмом. После чего была объявлена «Великая Хартия». Ее полного текста в романах нет, но на нее постоянно ссылаются.

Один из тезисов Хартии — запрещено запрещать. А к тем, кто запрещает зря, будет применена ВМГС, т. е. «высшая мера гуманитарной самозащиты» — изящный и еще сталинский эвфемизм для расстрела. В Меганезии это означает расстрел или высылку из страны. Сначала расстреляли учителей-европейцев — они пропагандировали чужую идеологию. Потом выслали всех католических миссионеров, а имущество — национализировали. Потом расстреляли всех радикальных мусульман. Потихоньку разжились атомной бомбой, захватили два японских военных корабля и слегка очертили границы и экономические зоны. Официальная военная доктрина — терроризм. Средство охраны границ — дешевые носители ядерных зарядов. И — чрезвычайно активное население и уникальное по своей эффективности школьное образование. Это все — фон для, собственно, действия. Однако он явно продуман и важен автору, потому что о государственном устройстве спорят все меганезийцы, которым не лень, со всеми «европейцами», которым дико.

Сюжет[править]

  • «Депортация» — треп о политическом устройстве. Мягкое введение в меганезийские реалии.
  • «Созвездие» — в контексте Меганезии скорее сайд-стори, но еще и более развернутое введение в мир Меганезии
  • «Чужая» и обе «Астарты» — скорее огромный сборник черновиков и фоновой информации, хотя в «Драйве Астарты» видна интересная сюжетная линия.

Созвездие Эректуса[править]

« О праве человека на ветеринара »
— Розов. «Созвездие Эректуса»

Некая американская корпорация решила клонировать Homo erectus — древнего предка человека. Однако это — всего лишь прикрытие для продавливания на фармацевтический рынок принципиально новых препаратов. Они обходятся без безумно дорогих проверок, ещё более дорогих сертификаций, и хотя сверхприбылей на цене одной таблетки не планируется, но огромный навар за массовость это покроет. Эти препараты давно разработаны — для животных. Применять их на человеке нельзя. Пока. Но вот если вырастить нечто, что выглядит как человек, но им не является… «Купите гель для восстановления зубов и выбросьте визитку своего стоматолога!»

Фармакологические концерны и примкнувшие в ним ханжи в ужасе. Одна уже беременная участница проекта убита, две оставшиеся (а позже — и руководитель) бегут в Меганезию. Вокруг спасения и адаптации новоприбывших и вертится сюжет романа.

Драйв Астарты[править]

Союзники Меганезии в Африке расширяют свою территорию. Несколько стран «первого мира» сотрудничает с Меганезией в космических программах. Несмотря на кажущуюся несерьезность — планов громадье: терраформинг Венеры, колонизация Марса. В старушке-Европе тоже неспокойно — Гренландия агрессивно расширяет свою территорию, во Франции «Католическое сопротивление» воюет с мусульманами, новый папа римский — майор десанта и мафиози, государства Экваториальной Африки (бывшие протеже Меганезии) воюют в Средиземном море.

Это очень большой текст — около 9 мегабайт, в нем несколько сюжетных линий. Вышеописанное — скорее «метасюжет», фон происходящего.

Мауи и Пеле, держащие мир[править]

« Неcколько позже, чем думалось, но все-таки создалась книга об Алюминиевой революции и начале всего того, что далее по тексту называется Великой Хартией и Меганезией. Естественно, «в действительности все обстоит не так, как на самом деле». Поэтому история выглядит несколько иначе, чем она представлялась героям «Чужой в чужом море» через 20 лет. Но, по-моему, так всегда бывает в истории. »
— А. Розов

Анализ[править]

В принципе, Меганезию можно считать попыткой автора сконструировать мир, в котором ему хотелось бы жить. Как ни странно, при чтении романов жить в Меганезии — хочется[1].

Нигилизм[править]

Как говорит нам википедия,

« Нигилизм (от лат. nihil — ничто) — мировоззренческая позиция, выражающаяся в отрицании осмысленности человеческого существования, значимости общепринятых нравственных и культурных ценностей; непризнание любых авторитетов. »
википедия

Это весьма подходит под мировоззрение меганезийцев, особенно с точки зрения традиционных европейских ценностей. Однако — и тут говорящий устами героев автор прав — нужно помнить, что эти самые европейские ценности суть мешанина христианства (и прочих авраамистических религий) и в лучшем случае средневекового устройства мира с редкими вкраплениями индустриализма.

Что же касается гуманизма и прочей слезы ребенка, то даже цивилизованные европейцы очень легко обо всем этом забывают, когда им нужно. Розов говорит о «диких европейцах», что в принципе перепевка анекдота. Но. Есть еще и Карл Маркс. О нем — ниже. Что в нигилизме меганезийцев интересно, так это то, что он всеобъемлющ. Даже исходная «культура тики» — мистификация. Однако население Меганезии как-то не страдает от подобного вакуума.

Коммунизм[править]

Маркс же тут очень при чем. «Нет таких преступлений, на которые не пошел бы капитал за 300 % прибыли в год». Причем прошлые поколения меганезийцев это очень хорошо запомнили — со времен «бремени белого человека» и японских милитаристов, которые пришли туда не так уж и давно.

Так что симпатиями к Ленину и Карле-Марле тут не удивишь. Есть симпатии и к Мао, их разберем отдельно. Нас еще интересует Элаустере. По Розову — это уголок коммунизма в Меганезии. Атоллы, на которых все общее. Дикий европеец сказал бы — даже женщины, но меганезийцы почему-то упорно отказываются считать женщину собственностью. Все — одна большая семья. Меганезийцы считают это коммунизмом. Они правы в том плане, что никто коммунизма не видел, поэтому им можно назвать все, что угодно. Но Элаустере, скорее, одно большое первобытное племя. Первобытное — в плане межличностных отношений, а живут они вполне себе модерново — в основном за счёт постоянных вливаний корпораций, взамен имеющих прекрасный полигон для… для много чего, что потом отбивается многократно.

Маоизм[править]

Маоизм же спрятан в серии «Меганезия» гораздо более глубоко. Например, распределенное изготовление спирта для двигателей на каждом мелком островке — типичная маоистская «Теория большого скачка». По которой, если каждая организация будет иметь свою маленькую домну, то стали в Китае станет больше. Стали больше стало, а вот качество ее было ниже плинтуса. В индустриальном мире централизация и глобализация возникают не на пустом месте. Дело просто в том, что выплавить тысячу тонн стали легче, чем выплавить десять тысяч раз по сто килограмм. Возможно, в постиндустриальной цивилизации это не так. Но что мы знаем о Сингулярности?

Секс[править]

У Розова, особенно в «толстых» романах-сборниках зарисовок, сексом занимаются много, часто и с разными партнерами. Там нет долгих пошлых описаний, но сексуальную жизнь народ ведет, причем очень разнообразную.

Автор хотел показать полное отсутствие западной морали у меганезийцев. Ранние (по меркам европейского общества) роды — тоже лучше поздних для физиологии. А вот фиксацию на браке и супружеской верности Розов объясняет раннеевропейским инстинктом собственности. (Кстати, это очень по-коммунистически, читаем Энгельса и прочие теории о стакане воды.)

Самолеты[править]

Авиафанатам — раздолье. Тем более что быть мобильным на океанских просторах Меганезии (или на территории современной России, к слову) гораздо легче на чем-то летающем. В условиях Меганезии это — летающие лодки.

Можно даже поверить, что если самолетом как-то учили управлять японских камикадзе, то современный человек аналогичную леталку тоже осилит. Однако как быть с управлением воздушным движением? Или население Меганезии настолько разбросано по атоллам, или на всех самолетах-дирижаблях стоят всякие радары и системы предотвращения столкновений (о которых в тесте ни слова: сказано кратко — сигналы со «смартфонов», который есть у каждого), или в Меганезии существует очень эффективная диспетчерская служба. Причем люди на самолетах все равно будут биться! О чем в тексте тоже ни слова.

Но так как утопия, Меганезия — рай авиаманьяка.

Эдемский сад[править]

Нужно признать, что автор не зря несколько расплывчат (даже с учетом более поздних уточнений) в подробностях истории алюминиевой революции. В принципе, более-менее понятно:

  • Кто написал Хартию: Лукас Метфорт. Но полного текста Хартии нет. Розов на прямой вопрос «а этот текст вообще существует?» дал уклончивый ответ со смайликом.
  • Кто финансировал революцию: сначала Гремлин сотоварищи принесли золото, украденное у какого-то арабского аристократа. Потом революция более-менее вышла на самообеспечение через «игру на бирже по-меганезийски»: играть на понижение акций чего-нибудь, имея планы взорвать это «что-нибудь». Например, город и порт Сингапур.
  • Кто собрал и обучал наемников: Жерар Рулетка. Команды наркобаронов и наёмные войска (имена командиров в тексте есть).
  • Кто (в истории Меганезии) придумал весь этот общественный строй: опять же Лукас Метфорт.
  • Кто написал все эти совершенно удивительные школьные учебники: Молли Калиборо, например.

Однако при внимательном рассмотрении, видится, что фактически Меганезия создана двумя людьми — социальным философом Лукасом Метфортом (автор правки считает, что это альтер-эго Розова) и мафиози/наёмником Жераром Рулеткой. Таких людей — особенно Жерара — в нашей истории нет. В теории игр есть такой термин «эдемский сад». Это позиция, которая не противоречит правилам, но не может получиться в настоящей игре из стартовой расстановки фигур. И в этом смысле Меганезия именно утопия. Мечты об идеальном обществе. Эдемский сад.

Тропы[править]

  • Наука — это круто! В море Нези планктонные фермы дают огромную производительность, не выходя из-под контроля, ветеринарные препараты прекрасно работают на людях без побочных эффектов, а люди, съедаемые овцами роботами и автоматизацией, живут в других странах и вообще «не вполне люди».
  • Наука — хорошо, а религия — плохо, соответственно.
  • Полинезия: место действия. Поминаемые боги Мауи и Пеле, многотысячелетняя полинезийская аристократия, райские острова в количестве.
  • Олигархи, испорченные аристократы, религиозные фанатики — основные гады сеттинга.
  • Цель оправдывает средства — «меры третьей степени» и массовые расстрелы у вроде бы умных и добрых нези.
  • И вообще серобуромалиновая мораль — с точки зрения европейцев, разумеется. Шестёрка коммандос, типичные военные социопаты, присланные в Меганезию убить двух беременных женщин, получают от 5 до 20 лет с комментарием «они просто исполняли приказ». Религиозных активистов, устроивших «блокирующий пикет» у генной лаборатории, приговорили к расстрелу. На следующее утро, правда, заменили депортацией… но заменяют не всегда.

Тривия[править]

Меганезия[править]

  • Гимн: Let my people go! [3]
  • Флаг: «пропеллер»
« Тем временем, над кабачком был поднят национальный флаг Конфедерации — черно-бело-желтый трилистник на лазурном поле, в меганезийском обиходе называемый «наш пропеллер». »
— Розов. «Созвездие Эректуса»
  • Правительство: выборная команда, критерий выбора: наименьший удовлетворительный бюджет. Аналогично формируются полиция, армия, флот.
  • Конституция: Великая Хартия.
  • Судебная власть: Верховный Суд. Шесть судий, три — по выбору, три — по жребию. Что характерно: по Хартии больше трех судий не могут физически присутствовать на заседании, остальные заседают удаленно, через сеть.

Союзники[править]

  • Папуа. Меганезийцы вооружили папуасов. Тех самых, почти нарицательных. Результат: ошеломляющий.
  • Экваториальная Африка. Меганезийцы дали банту хлеба и зрелищ еду и оружие. Результат: пара прогрессивных диктатур, очень любящих присоединять соседей.
  • Гренландия. Орбитальное зеркало очень поспособствовало изменению не только климата, но и характера жителей на более воинственный. Впрочем, жители там — беглые европейцы плюс все вышеперечисленные народы.

Россия[править]

Русских и упоминаний России в первых романах практически нет. В последнем оказывается, что Россия развалилась на кучу областей, самой значимой из которых является Сайберия (sic!). Патриоты могут начинать негодовать.

Однако стоит заметить, что и по характеру, и по смекалке меганезийцы как-то подозрительно похожи на русских. А также:

  • Огромная страна, ресурс основной территории которой нужно сделать общим (нефть-газ в России и все, что водится в море, в Меганезии).
  • Относительная кучность мест, где может жить человек, и огромные расстояния между ними (острова и атоллы в Меганезии, города и веси в России).
  • Отсюда: желательность авиационного транспорта.
  • Отсюда же: относительная безбашенность при возможном применении ядерного оружия.
  • Давние конфликты с японцами и европейцами.
  • «Старое поколение», живущее по укладам предков (затерянные острова-атоллы с первобытными жителями в Меганезии — аналоги затерянных деревенек в России).
  • Мысль, что в столице хорошие люди не живут, как повод эту столицу взорвать (история алюминиевой революции).

Антураж[править]

Как можно заметить из публицистики и других произведений Розова, автор считает наличие доступной малой авиации (летать — так же нормально, как у нас — водить автомобиль) одной из основ современного и свободного общества.

Издание на бумаге[править]

Авторизованное издание меганезийского цикла выполнено Проектом «Баловство»:

«Депортация» — ISBN 978-1-62540-0017

«Чужая в чужом море» — ISBN 978-1-62540-0185

«Созвездие эректуса» — ISBN 978-1-62540-0192

«День Астарты» — ISBN 978-1-62540-0208

«Драйв Астарты» — ISBN 978-1-62540-0277

«Процесс Лунного Зайца» — ISBN 978-1-62540-0215

«Xirtam. Забыть Агренду» — ISBN 978-1-62540-0222

«Мауи и Пеле, держащие мир» — ISBN 978-1-62540-0369

Ссылки[править]

  1. Далеко не всем.