МТА

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
« …Молодая шпана[1], которую я так ждал, вовсе не рвалась переделать мир и переписать фантастику заново. Она прилежно тиражировала все те находки, которые привнесли „девяностики“. Правда, делала она это торопливо и неумело, поэтому получался просто Лукьяненко-лайт, Фрай второго сорта, эрзац-Перумов или, если МТА претендовал ещё и на начитанность, суррогат Олди. Зато в лености новое племя упрекнуть было нельзя — писали они быстро, трудились усидчиво и выдавали роман за романом.

Они не кричали: „Нам нужен мир! Желательно — весь“. Они обсуждали особенности целевых групп и объясняли друг другу, что хоррор в России не идёт, а вот городская фэнтези — самое то, разлетается как пирожки.

»
отсюда
« Миня чествовали как гирой. Я спас глоактику и прикратил вайну. Миня нагадили ещё читырьма ардинами и я типерьб десятирижды гирой голактики. Вайна кончилась и я стал новым призидентом взамен старых. Я аьтмминил все старые законы и стал праивть долга, грамаьтна и мудра! »
Экстремальный пример (впрочем, есть вероятность, что это стебался очередной бородатый админ)

(link)

Жестокая Голактика

(link)

Русское фэнтези и его симптомы

(link)

Женское юмористическое фэнтези

МТА расшифровывается как «молодой талантливый автор» и употребляется сугубо в ироническом смысле. Этимология выражения утрачена, хотя есть версия, что некий представитель сего племени написал одному из братьев Стругацких «Здравствуйте! Я — молодой, талантливый автор…» С тех пор и пошло.

Наиболее полно феномен МТА охарактеризован Олегом Дивовым в статье «Окончательный диагноз, или соболезнования патологоанатома»:

Под МТА подразумевается крайне плодовитый и столь же вульгарный графоман со смутным представлением о писательском мастерстве. Явление, по сути, вневременное и вневозрастное. Таких всегда вылуплялось как головастиков. И в каждом поколении единичные особи дорастали до уровня Царевен-Лягушек. Им не мешала даже малограмотность. В дневниках Корнея Чуковского упоминается авторша ста пятидесяти (!) популярных романов, всегда ставившая запятую перед «что»: «несмотря ни на, что».

Почему их читают, не загадка. И скрытые месседжи, и методы построения текста, благодаря которым отдельные графоманы неплохо продаются, давно исследованы. Правда, рассказывать о том, какова технология создания графоманских бестселлеров, мало кто берётся. Это невыносимо скучно и как-то, простите, некрасиво. Будто прилюдно раскладываешь по полочкам чужую душевную болезнь. У Вадима Нестерова не хватило духу на такую мини-лекцию, и я его понимаю. Но не оправдываю. Если замалчивать ноу-хау, которые позволяют МТА держаться на плаву и даже наращивать тиражи, останется неясным, чем, собственно, МТА отличаются от прочих молодых талантливых авторов поколения «нулевиков». Так что пройдусь-ка я буквально по самым верхам.

(…) Фантастика как товар массового спроса — это набор специфических жанров и поджанров. Для каждого наработан базовый шаблон и набор устойчивых сюжетных штампов. Есть жёсткие каноны фантбоевика, спейсоперы, вампирского романа и так далее. Некоторым канонам уже лет по сто, а то и больше. Модные жанровые методы «гаррипоттер», «ночнойдозор» и «террипратчетт», вовсю эксплуатируемые МТА, отнюдь не римейки, а третьи-четвёртые перепевы давно отработанных схем: ни Роулинг, ни Лукьяненко, ни Пратчетт не создавали новых сущностей. Чего далеко ходить: любимая забава вашего покорного слуги — отыскать самый ржавый фантастический шаблон и согнуть его об колено.

(…) Второй козырь МТА — язык. Важнейший элемент системы распознавания «свой-чужой». МТА так и шпарят канцеляритом. И потенциальный читатель, открыв книгу в магазине, сразу видит нечто родное. Канцелярит — тот язык, который читатель слышит отовсюду, в который он сам облекает мысли на словах и на письме. Он канцеляритом объясняется в любви. Он живёт в стране победившего канцелярита, где на каждом строительном заборе написано: «Приносим вам свои извинения за временно доставленные неудобства». Чтобы вернее сцапать добычу, МТА разбавляет канцелярит просторечиями и жаргонизмами. По чуть-чуть, а то спугнёшь.

Третий козырь МТА — глубинная, выстраданная народность. Поэтому наша альтернативная история сплошь история того, как русские вломили тем, до кого не дотянулись в реале. А наша утопия — про то, как Америка напала на Россию и сильно пожалела (ибо вломили, естественно). Или про то, как откуда ни возьмись пришёл на Русь Президент с замашками фольклорного царя-батюшки (олигархов под корень, неруси в хрюсло, дитям мороженое, бабе цветы). Предлагаю от себя беспроигрышную фабулу: Путин расстрелял Абрамовича и национализировал футбольный клуб «Челси».

Четвёртый козырь — абсолютная комфортность текстов. МТА никогда не уходят от шаблона дальше чем на шаг и этим весьма потрафляют читателю. Читатель хочет предугадывать развитие сюжета. Хочет знать, что сделает персонаж в следующий миг. МТА чует это (именно чует, а не понимает, МТА вообще творит неосознанно) — и раскладывает по тексту штампы, схемы, архетипы в ассортименте. И все довольны. Ведь самое большое счастье массового читателя — когда писатель задаёт вопрос, на который читатель знает ответ. Искусство подсовывания вопросов под готовые ответы — пятый козырь МТА.

А если в общем и целом — типичная проза МТА одновременно манерна, вульгарна, агрессивна и сентиментальна. Да, это набор качеств уличной девки. Вы удивлены?

Литераторы[править]

  • Илья Гутман, творящий главным образом фэнтези. Публикации в основном электронные, но кое-что появилось и на бумаге[2] Он — один из ветеранов ресурса Posmotre.li, и просто хороший человек, в доску свой, поэтому мы его литературные труды рекламируем отражаем в статьях. Он учился на книгах Ника Перумова, а пуще того — на культовых видеоиграх прошлых лет (в особенности — на пенталогии Quest for Glory), и это чувствуется. Но литтворчество, конечно, получилось… на любителя. Сценарист (storymaker, а не script writer!) из Гутмана вышел бы знатный. Потому что фабулы его книг — роскошные, захватывающие, у читателя от них в зобу дыханье спирает. Умение работать с источниками тоже не может не вызвать уважения. ОДНАКО ИСПОЛНЕНИЕ! Искусство — это прежде всего не «что», а «как», а с этим-то у Ильи Ефимовича как раз трудности.
    • Кондовая, наивно-неуклюжая авторская речь. Неумение правильно строить живую речь героев, нетвёрдое знание того, что такое «речевая самохарактеристика» персонажа.
    • Безобразно-схематичная работа с образами. Мэрисьюизм некоторых героев, забвение чувства меры, слабое знакомство с понятием «баланс».
    • Максимум деклараций — и минимум подтекста.
    • В результате: читать подобные эпопеи — пытка почти физическая. И вряд ли тут поможет редактура. Тут больше сгодился бы полный рерайт — силами кого-нибудь, кто не только берётся, но и умеет. Вдобавок создаётся впечатление, что автор не знает и вроде бы даже «не хочет знать», как пишутся настоящие, глубокие книги.
      • Автор заявлял о своём «глубоком омерзении»(с) к русской литературе XIX века — и о своём принципиальном нежелании учиться у классиков. Их в бытность его школьником навязывали ему силой, а он никак не мог понять, что же в них такого хорошего и почему с ними так носятся.
      • «Для меня важнее всего — по-настоящему интересная, захватывающая фабула, а язык и прочее — дело десятое!»(с)Гутман. Ну что ж, автор неоднократно делом доказал наличие у него именно такой позиции…
  • Далеко не худший представитель — Джордж Локхард, он же Драко Локхард, он же Георгий Эгриселашвили. Обладатель множества премий на различных конкурсах. Талант очевиден, но… плодовитость просто зашкаливает, и не все тексты «доводятся до ума» c первой попытки — позже появляются новые версии. И — полная помешанность на драконах, попытка объявить их «неприкосновенными существами»; публичные нападки на западных авторов фэнтези, в сюжетах которых кто-то посмел бить дракона («Негодяй! Расист! Идеолог браконьеров! Вдохновитель убийц!» и т. п.). Заявляет (на полном серьёзе!), будто и сам является драконом. Собрал вокруг себя некоторое количество фанатов, которые благодаря ему «почувствовали свою драконность» (с).
  • Милослав Князев. Так плохо, что уже ужасно.
  • Марика Ми (псевдоним), умудрившаяся-таки выпустить свой опус на бумаге (городское фэнтези в межавторском цикле «Московские сторожевые»), отчего её ЧСВ взлетело до самых небес. Лучше всех об этой книге сказал некий анонимный рецензент:
« Очень девочковая книжка, вот просто очень-очень. Людям старше 25 лет рекомендуется читать только в приступе желания получить ударную дозу воздушно-розового наивняка. <…> Отдельно выбешивали диалоги. <…> Из плюсов могу отметить довольно светлую идею и общую небессмысленность содержания; у истории есть мораль… »
— Автор неизвестен
  • Сергей Тармашев. Стал популярным писателем, несмотря на откровенную бесталанность. Собственно, всё сказанное в вышеприведённой статье Дивова относится к нему в полной мере. Кроме того, благодаря потугам на шовинизм, апелляциям к антинаучным теориям и пиару Максима Тесака книги Тармашева пришлись по вкусу русским националистам.
  • Павел Пашков. Викинграйтер, т. е. автор увлекательных приключенческих романов о суровых бородатых мужиках, которые плавают в жестокие набеги на драккарах, энергично насилуют прекрасных пленниц, мутят коварные интриги и решительно режут друг друга верными боевыми топорами. Язык изобилует модернизмами, жаргонизмами и канцеляритом, предложения пересыпаны избыточными определениями и дополнениями; сюжет неубедителен, герои неживые. Автор имеет смутное представление о быте и нравах раннесредневековых норманнов (кстати, не все норманны — викинги, и не все викинги — норманны!), об их верованиях, социальной структуре и тактике боя. В середине девяностых такие книги пошли бы на ура: в ту пору публика уже была подготовлена переводными конан-варварами и жаждала своего героического фэнтези, а знание матчасти было ещё вполне советское. Но в 2017 году, когда у каждого в кармане портативный компьютер с выходом в интернет, позволяющий заглянуть в саги, в научные труды или в добротный научпоп, допускать такие фэйлы рискованно: засмеют.
  • Анатолий Фоменко и Глеб Носовский — МТА мира науки. Нет, в математике они разбираются хорошо, но их «Новая хронология» — это тихий ужас для всех, кто хоть немного разбирается в истории. Но больше всего пугают масштабы бедствия — 90 монографий и сотни статей. Это при том, что в научном мире даже за одну нормальную монографию может быть присуждена степень доктора наук.
  • Олег Рыбаченко. Педаль в магоядерную гиперплазму. Это надо видеть. Или лучше не надо.
  • В фанфикшене существует свой термин «йунный аффтар» или «йашка» (от аббревиатуры ЙА), молодое по стажу и в большинстве случаев по возрасту (до 16 лет) дарование, строчащее свой первый фичок по только что прочитанной книжке. Аналог МТА, только более молодой. Над йашками в фандоме насмехаются, в основном из-за из грамматических ошибок. Не путать ЙА с юными авторами (ЮА): первые не приемлют никакой критики в свой адрес, вторые к ней прислушиваются и работают над собой, что и позволяет им спустя время начать писать нечто годное.

Образ МТА в искусстве[править]

(link)

Изгородь вокруг Земли

Литература[править]

  • И. Ильф и Е. Петров, «Двенадцать стульев» — Никифор Ляпис-Трубецкой.
  • Н. Носов — Незнайка побывал и в этой роли.
  • Про такого МТА-фантаста написан рассказ Е. и Л. Лукиных «Во избежание».
    • И его фанатская экранизация (см. видео). Кстати, коллапсары там показаны слишком правильно для МТА[3].
  • Марк Твен, «Как я редактировал сельскохозяйственную газету». Феерическая россыпь стремительных домкратов, разбросанная и. о. редактора по листам газеты, имеет железобетонный обоснуй в конце: «Я четырнадцать лет работаю редактором и первый раз слышу, что человек должен что-то знать для того, чтобы редактировать газету. Кто пишет театральные рецензии в захудалых газетках? Бывшие сапожники и недоучившиеся аптекари. Кто пишет отзывы о книгах? Люди, которые сами не написали ни одной книги. Кто стряпает тяжеловесные передовицы по финансовым вопросам? Люди, у которых никогда не было гроша в кармане. Кто пишет о битвах с индейцами? Господа, не способные отличить вигвам от вампума, которым никогда в жизни не приходилось бежать опрометью, спасаясь от томагавка, или выдергивать стрелы из своих родичей, чтобы развести на привале костер. Кто пишет проникновенные воззвания насчет трезвости и громче всех вопит о вреде пьянства? Люди, которые протрезвятся только в гробу».
  • Братья Стругацкие, «Хромая судьба» — Константин Кудинов.
  • «Чонкин». Стихотворец, писавший «Стелился туман вдоль оврага, был воздух прозрачен и чист…».

Телесериалы[править]

  • «Сатисфакция» — поэт Чистяков. Пишет ужасно, на критику реагирует крайне болезненно, иногда — табуретом по голове.
  • «Лесник» — участковый (а затем — пенсионер) Борис Иванович Тулов. Непонятно, почему Зубов подзуживает его не бросать подобное творчество? Видимо, считает, что вреда никому никакого, а польза, мол, может быть: психологическая, мол, разрядка, особенно после смерти матери (типа, лишь бы самому автору нравилось).
    • Но сценарий новогоднего представления у Тулова вышел, внезапно, довольно годный.

Мультфильмы[править]

  • Робот-поэт из мультфильма «Ключ» (СССР, 1961 г.) является пародией на графомана 60-х, да и вообще на всех МТА. Создан, кстати, чтобы изучить явление типичных МТА (если верить старику-учёному).

Примечания[править]

  1. Ироническая отсылка к знаменитой песне Бориса Гребенщикова, где есть такие строчки: «Где та молодая шпана, / Что сотрёт нас с лица земли? / Её нет, нет, нет…» Речь в песне шла вовсе не о «шпане ака гопниках», а о Юной Смене, что должна бы прийти и превзойти «старых мастеров», от лица которых скромно выступает поэт.
  2. Строго говоря — нет. Произведение выложено в режиме «книжка по требованию» и, судя по статистике, было напечатано раз этак десять самим Гутманом.
  3. МТА из рассказа просто упомянул непонятное слово, значения которого не знал, в качестве названия каких-то враждебных чудовищ. В реальности «коллапсар» — это то же самое, что и «чёрная дыра». В короткометражке изображены именно эти астрономические объекты. Так что, скорее, не МТА изобразил их правильно, а редактор представил их как они есть на самом деле.