✅ Сайт успешно переехал на новый сервер, MediaWiki обновлена до самой свежей версии, LQT тоже.
Если что-то работает не так, как должно — сообщайте.

Конец-переворот

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
Balalaika-videoinspector.jpegБалалайка докладывает:
к сведению новичков — в этой вики, для простоты и в целях обобщения, термин «видеоигра» применяют к любой (без каких-либо исключений) электронной игре, в которой есть видео плюс интерактивность. Есть ресурсы, где понимание этого термина такое же. Есть и другие сайты, где под «ВИДЕОигрой» понимают, например, только приставочную или аркадную игру — но наша вики в списке таких сайтов не числится.
« Мы-то думали — а оно-то оказалось… »
— Автор неизвестен

(link)

Короткометражка «Новая политика»

Сюжет развивается как положено, но вот финал всё переворачивает с ног на голову. Всё оказывается совсем не так, как на самом деле. В таком случае могут использоваться приёмы:

Следует помнить, что пользоваться этим приёмом надо умело — при хорошем обосновании это может сделать произведение незаурядным, но риск слить концовку тоже никуда не девается. При хорошем конце-перевороте в течение сюжета используются разной толщины намёки на него, чтобы читатель с детективными способностями мог сам об этом догадаться.

А если «переворот» происходит не в финале, а в разгар сюжета — это соседний троп: Вот это поворот!

Примеры[править]

River Song.jpgSpoilers, sweetie!
Особенность темы этой статьи в том, что она по самой сути своей раскрывает спойлеры. Поэтому в этой статье спойлеры никак не замаскированы. Если вы уверены, что хотите их видеть — читайте!

Литература[править]

Внезапное окончание «ПЛиО»
  • Таковы большинство детективов, где злодеем оказывается не тот, на кого падало подозрение.

Русскоязычная[править]

  • Старше, чем радио — «Мороз, Красный Нос» Некрасова. А Дарья стояла и стыла В своем заколдованном сне...
  • И. Ильф, Е. Петров, «Двенадцать стульев» — классика: мотались-мотались Киса и Ося за брильянтами по всей России, нашли последний стул — который, оказывается, из Москвы не уезжал… Ипполит Матвеич пришёл за стулом в новый клуб железнодорожников… открыл… АААААААААААААААА!!!
  • Братья Стругацкие, «Обитаемый остров»: Странник, которого Максим считал главным гадом — землянин, который не даёт стране превратиться в полный ад и работает над её светлым будущим.
  • В творчестве А. Бушкова таких концовок предостаточно:
    • «Капкан для Бешеной» — попытка военного переворота в Сибири[1] является операцией под фальшивым флагом. Её смысл — после неизбежного провала путча переделу местной собственности в пользу московских бонз даётся зелёный свет. Сопротивление местных магнатов можно будет подавлять под предлогом борьбы с сепаратизмом.
    • «Охота на пиранью»: Мазур и его жена Ольга вырвались из тайги, где стали целью охотников на людей, однако в одном вагоне с ними ехал один из головорезов ГлавГада. Он убивает Ольгу, а месть ГлавГаду уже ничего не меняет[2].
    • «Возвращение пираньи»: реальной целью «Операции Кайман» было спасение дочери олигарха, попавшей в рабство к наркобарону, а вовсе не поиск разведданных в упавшем самолёте. Что интересно, героев об этом предупреждают, но они не верят — пока не убеждаются сами.
    • «Пиранья. Первый бросок»: французские спецслужбы прекрасно знали, что мирный научный корабль СССР набит боевыми пловцами, которые ищут золото затонувшего фрегата. Но золото французам не нужно — зато поймать с поличным местного губернатора-пирата им очень выгодно.
    • «Звезда на волнах»: макгаффин в лице советского разведывательного спутника успешно найден. Однако его содержимое — плёнка с фотографиями китайского ядерного полигона — безнадёжно испорчена обычным крестьянином, сделавшим из неё забор на своём рисовом поле.
    • «Жизнь длиннее смерти»: просоветское правительство Эль-Бахлака свергнуто очередным военным переворотом. Бравые спецназовцы уносят ноги лишь благодаря коронной смерти одного из местных офицеров.
    • «Белая гвардия»: покушение на булунгийского Отца Нации проходит успешно, ведь гад-кукловод успешно втёрся к нему в доверие после предыдущего покушения.
    • «Чёртова мельница»: жуткая Багряная Звезда оказывается всего лишь древним космическим кораблём, а сам Сварог в её уничтожении играет весьма незначительную роль. Но истинному герою, настоящему королю Горрота, сейчас отнюдь не до славы.
  • «S.N.U.F.F.» Виктора Пелевина.
    • Его же «Empire V»: поэтический поединок Рамы и Митры заканчивается тем, что Гера выбирает Митру. Но Гера на самом деле — следующее воплощение Иштар, а Иштар выбирает не возлюбленного, а жертву.
    • Его же «Омон Ра»: космонавты, пожертвовавшие собой ради космической программы СССР, умерли зря. В совке нет денег и ресурсов не то что на ту автоматику для полёта на Луну, которую должны были заменить собой смертники, но и на то, чтобы вообще туда лететь. Макеты, на которых «летали» герои, стоят в московском Метро-2, а сам «полёт» был просто длинным и сложным ритуалом человеческого жертвоприношения. Судя по всему — той же самой Иштар.
    • Его же рассказы «Ника», «Зигмунд в кафе», «Онтология детства» и др., где последние абзацы или даже фразы проливают совершенно новый свет на всё содержание.
  • Практически любой детектив Бориса Акунина (циклы о Фандорине, сестре Пелагии и т. д.) содержит один или даже несколько концов-переворотов.
  • Большинство книг Руслана Мельникова. Наиболее ярко выражено в дилогии «Мёртвые братства»: в каждой из книг читателя ждёт в конце целая серия переворотов (и не менее двух откровений у холодильника).
    • Но самый эпичный конец-переворот у этого автора — в романе «Из глубин»: все персонажи умерли в самом начале книги. А Колдун вообще никогда не жил в убежище.

На других языках[править]

  • «Убийство Роджера Экройда» Агаты Кристи — переворот даже в жанре детектива, ведь убийцей оказался сам рассказчик.
    • Её же «Убийство в Восточном экспрессе» — ещё один переворот в жанре и нарушение канонов детектива: все, за единственным исключением, возможные подозреваемые виновны.
    • Её же «Мышеловка»: преступник выдаёт себя за детектива, расследующего преступление.
  • О. Генри был таким мастером этого тропа, что это стало фирменной фишкой его рассказов.
    • Отдельно стоит отметить рассказ «Яблоко сфинкса», который переворачивает даже ожидание конца-переворота.
    • Именно на примере творчества О. Генри ряд литературоведов, в частности Б. Эйхенбаум, иллюстрирует ярко выраженные типологические жанровые особенности новеллы (отличаемой ими от рассказа), одной из которых как раз и является неожиданный финал.
  • Стерховский расказ «Замудрел чёрный король», там троп «Самый главный гад» тесно со все этим связан, кстати.
  • «Властелин колец: Возвращение короля» — когда Фродо, уже добравшись до Роковой горы, объявил «Кольцо моё!», чуть не получился сабж. Впрочем, случайное падение Голлума в лаву вместе с вырванным из рук Фродо артефактом вполне дотягивает до того, чтобы быть предметом статьи.
  • Все части «Гарри Поттера». В первых романах серии сюрприз заключался в неожиданном месте, где скрывался Волдеморт или его приспешник(и), или в самом факте, кто именно является его приспешниками, но по ходу углубления и посерьёзнения сюжета и сюрпризы стали разнообразнее.
    • Злая шутка гласит, что всего одна фраза в конце седьмой книги вызвала бы больше страдания, чем полномасштабная война: «И после этого Гарри проснулся в своей каморке под лестницей».
      • Аналогичная шутка есть и про трилогию «Матрица»: просыпается Нео в своей комнате за компьютером и говорит: «Надо завязывать с красными таблетками».
  • «Голодные игры: И вспыхнет пламя» — для всей серии же это скорее «вот это поворот!». Несколько намёков разной степени прозрачности были, но…
    • В экранизации первый из них — часы нового распорядителя Плутарха Хевенсби с сойкой-пересмешницей — опустили, сочтя слишком уж жирным для намёка. Ограничились туманным «Я доброволец, как и вы, мисс Эвердин».
  • «Уловка-22» заканчивается именно так.
  • «Бойцовский клуб». Без комментариев.
  • «Опрокинутый мир» Кристофера Приста.
  • «Фламандская доска» Артуро Переса-Реверте.
  • «Лондостан» Гаутама Малкани: главный герой, пытающийся добиться уважения среди своей компании малолетних британских индийцев-гопников, белый англичанин.
  • Развязка «Второго основания» А. Азимова. А для всего цикла «Основание» финал — вот это поворот!
  • Джеймс Фелан, «Охотники»: поезд метро, в котором главный герой Джесс едет с друзьями, терпит крушение. Выживают только ГГ и его друзья. Когда они выбираются на поверхность, то обнаруживают лежащий в руинах Нью-Йорк и шастающих по городу зомби. Ребята решают укрыться в одном из небоскрёбов Рокфеллер-центра. Дальнейший сюжет посвящён их жизни там. В конце выясняется, что Джесс всё это время жил в небоскребе один. Остальные герои погибли ещё в самом начале, во время крушения, но Джесс убедил себя в том, что друзья живы.
  • Практически все книги Р. Л. Стайна из цикла «Ужастики».
    • «Богатая девочка» из цикла «Улица страха»: Эмма вместе со своей богатой подружкой Синди находит в мусорном контейнере мешок со стодолларовыми купюрами. Чтобы Синди не разболтала о находке, Эмма вместе со своим парнем Джейсоном (который «официально» встречается с Синди) устраивает настоящий триллер — подстраивает автомобильную аварию, заставляя Синди поверить, что Джейсон хочет её убить из-за денег; в драке «вырубает» Джейсона лопатой и на глазах у Синди «топит» в озере; устраивает для Синди ночной кошмар с воскресшим утопленником… Вроде цель достигнута, Синди в психушке, Эмма заграбастала себе весь мешок с деньгами… только вот банкноты оказались шутливой сувенирной продукцией (на банкнотах написано UNTIED вместо UNITED и изображён косоглазый Франклин в бейсболке).
  • «Северное сияние» из трилогии «Тёмные начала». Злодеи побеждены, и Главная Героиня летит на встречу со своим отцом, который внезапно оказывается таким же неэтичным учёным, как и антагонисты книги, и приносит в жертву лучшего друга своей дочери (ради которого она и отправилась в путешествие) ради научного эксперимента. В фильме «Золотой компас», впрочем, сделали классический открытый финал, обрезав повествование на моменте, когда девочка летит к месту встречи.
  • Станислав Лем, «Как Эрг Самовозбудитель бледнотика одолел»: после эпического рассказа о подвигах героя внезапно оказывается, что все эти подвиги он попросту выдумал.
  • «Убик» Филипа Киндреда Дика. Казалось бы, ну что может изменить последняя, самая крохотная глава романа? Всё.

Сетевая[править]

(link)

Юрий Нестеренко, «Держава». Ностальгирующим.
  • Юрий Нестеренко:
    • Стихотворение Юрия Нестеренко «Держава»: это надо читать или смотреть видеоролик.
    • «Резервная копия». В будущем технологии клонирования достигли такого уровня, что смертельно больным людям предлагают снять копию личности и пересадить в клона. Главный герой, узнав, что из-за опухоли мозга жить ему осталось три недели, решает утрясти свои жизненные проблемы (тем более, что по закону клон не отвечает за преступления оригинала). Например, убить старого друга, который подсидел его на работе и занял место директора, и жену, которая отсудила большие алименты. Всё проходит успешно, главный герои устранил конкурента на место директора, убил бывшую жену и её любовника, после чего решил не затягивать кончину и принял смертельную дозу наркотика. Вот только он и есть тот самый клон, которому из-за ошибки медсестры забыли это сообщить, а оригинал уже мёртв.
    • «Личная неприкосновенность» Юрия Нестеренко: загадочный «брат» Миранды, ради спасения которого она вступила в союз с Мартином, оказывается не только её мужем (что Мартин подозревал с самого начала), но и самим Мартином до того, как ему перезаписали память. Справедливо рассудив, что обратная перезапись, на которой настаивает Миранда, будет равносильна смерти его нынешней личности, Мартин убивает Миранду, с которой на протяжении всей книги они были верными партнёрами и спасали друг друга.
    • «Юбер аллес» Ю. Нестеренко и М. Харитонова: организатором заговора, который расследуют Власов и Эберлинг, оказывается не кто иной как сам Эберлинг. После того, как это выясняется, происходит ещё несколько неожиданных поворотов.
    • Кстати, Михаил Харитонов настолько любит этот приём, что в его произведениях переворотов в финале обычно бывает несколько.
  • «Меч добра» Э. Юдковски. Начинается всё как стандартная история про попаданца-избранного, которому судьбой предначертано одолеть Тёмного властелина, строящего Машину Судного Дня, только осложнённая более умными персонажами, чем в таких историях принято, а в конце оказывается, что «хорошая» империя — оплот расового угнетения и геноцида, сословного неравенства и навозно-средневековых порядков, а угрожавший ей Тёмный Властелин — няша и борец за свободу народа орков, в отличие от всех прочих жителей своего мира руководствующийся гуманной, а не средневековой моралью, и строящий вовсе не Машину Судного Дня, а Золотой Шар, чтобы принести счастье всем и даром.

Кино[править]

  • «Звёздные войны» — эпизод 5. Кто смотрел — сами знаете. Кто не смотрел (хотя вряд ли такие найдутся, кроме совсем юных падаванов) — обещаю, будете шокированы. Если только не смотрите эпизоды в порядке внутримировой хронологии, что портит всю интригу.
    • Там же — эпизод 3, тайна личности Дарта Сидиуса. По идее, должна быть шокирующей концовкой всей хронологически первой трилогии. К тому же, в оригинальных фильмах сами-знаете-кто назван только по титулу, но не по имени. Юные падаваны, уже готовые к развязке 5 эпизода, удивляются от тайны Сидиуса. Тем не менее, сами-знаете-кто приобрёл имя ещё в книгах и играх расширенной вселенной ЗВ, поэтому для истинных фанатов тоже никакого шока не было.
    • В Расширенной вселенной — роман Тимоти Зана «Негодяи». Просто читайте, не пожалеете.
  • «Лига справедливости: Парадокс источника конфликта»: в том, что мир перевернулся с ног на голову, оказался виноват Флэш, а вовсе не Профессор Зум. Впрочем, если вы читали оригинальный комикс, то для вас эта новость не будет сюрпризом.
  • «Первобытный страх»: всё хорошо, и молодой парень, которого герой Ричарда Гира пытался весь фильм спасти от неминуемого электрического стула, спасён. Вот только подсудимый на самом деле полное чудовище, обманувший не только суд, но и своего адвоката, действительно виновный в своём преступлении и полностью заслуживающий смертной казни.
    • А есть мнение что жестокость единственного отца, жизнь на улице с вынужденным попрошайничеством, а потом жизнь в служкой (в качестве ренты за проживание - секс на камеру) может немножечко изменить мнение о людях (проще говоря вызвать социопатию (не путать с психопатией) от которой он будет страдать до конца жизни) в целом и считать мальчика полным чудовищем нельзя, скорей уж жертвой обстоятельств
  • «Подозрительные лица»: загадочным великолепным мерзавцем Кайзером Созе является Болтун, которого все считали за мелкую сошку.
  • «Потрошители» — сразу после хэппи-энда.
  • Классический фильм Альфреда Хичкока «Психо». Злодейская мама Нормана Бейтса — на самом деле часть раздвоенной личности Нормана Бейтса.
  • «Вспомнить всё» — дважды: сначала герой был убеждён, что до стирания памяти работал с сопротивлением и действовал против главного злодея. А после того, как он вроде бы победил…
  • «Олимпиус инферно». Одна из немногих заслуг этой пропагандистской ленты — концовка, в которой нам показывают «режиссёра» и «сценариста», обсуждающих сюжет — и из их разговора выходит, что выживание главной героини было добавлено только ради хеппи-энда.
  • «Жизнь Пи»: вся история с животными — плод воображения Пи, что неудивительно из-за восьмимесячного (!) дрейфа в шлюпке. Зебра — матрос с корабля, орангутан — мать Пи, гиена — кок-подонок, а Тигр — сам Пи. Впрочем, автора книги куда больше устраивает именно история, рассказанная самим Пи.
  • «Спящий лагерь» (1983): учитывая, что жертвы маньяка почти все обижали тихоню Анджелу, ясное дело, что убийца — это сама Анджела. Вот только не девочка это вовсе, а очень даже мальчик! Точнее, это родной брат настоящей Анджелы, погибшей в детстве, которого ненормальная опекунша воспитывала как девочку.
  • «Сказка странствий»: Орландо, чёрт тебя возьми, есть на свете хоть что-то, что ты не можешь???
  • «Кино про Алексеева». Старика, живущего в деревне и продающего на трассе соленья, находит пожилая московская журналистка и приглашает на своё радиошоу. Оказывается, что этот старик — знаменитый бард Алексеев. Флэшбэками нам показывают жизнь Алексеева: знакомство с Тарковским, работа в НИИ над новым революционным автоматом, бардовские фестивали, женитьбу, романтические отношения с девушками и непростые отношения с КГБ. Одновременно с этим в студии Алексееву показывают видео, где прохожие на Арбате поют его песни, несколько газетных вырезок, где известные писатели и поэты положительно оценивают творчество Алексеева, в эфир дозваниваются поклонники барда и случайно заходит Макаревич, фотографируется и говорит: «Кому скажешь, что самому Алексееву руку жал — не поверят!» В конце эфира журналистка дарит Алексееву виниловую пластинку с его песнями, которую всё-таки издали в СССР, и счастливый старик уезжает домой.
    • Так в чем же переворот это истории? Никакой популярности у Алексеева нет. Газетные вырезки — фотошоп, прохожие за 1000 рублей поют по бумажке, пластинка заказана в одном экземпляре в мастерской «под старину», а Макаревича попросили изобразить сценку перед стариком. А сам Алексеев — ничтожество и моральный дезертир, всю жизнь плывущий по течению, не сумевший убедить Тарковского, женившийся не по любви, а потому что друзья сосватали, сдавшийся под давлением комиссии там, где надо было бороться за будущее автомата, над которым долгие годы работал весь его отдел, и вдобавок послушно стучавший в КГБ на своих товарищей. И всё это шоу всего лишь запоздалый подарок девушки, которая когда-то в молодости отказала Алексееву и пообещала «как-нибудь потом».
  • «Обитель проклятых» — главный герой, психиатр Эдвард Ньюгейт на самом деле пациент настоящего доктора Ньюгейта. Он влюбился в больную истерией Элизу Грэйвс, которую вместе с ним демонстрировали на лекции в Оксфорде, и, присвоив личность врача, сбежал, чтобы её разыскать.
  • На этом неплохо сыграл триллер «Дикость» и пытались играть два его одноименных сиквела-ремейка (хотя они использовали уже скорее «вот это поворот»).
  • Живое — каспула с марсианином улетела от земли, а астронавтка приводнилась успешно, как кажется на первый взгляд. Но монтаж кадров двух одинаковых спасательных капсул изнутри и снаружи - это игра в напёрстки. На самом деле всё наоборот.
  • «Ужасно большое приключение». Чёрт побери, кто же знал… Бедный О'Хара.

Телесериалы[править]

  • «Коломбо». В эпизоде «Коломбо сеет панику» убийство происходит только в самом конце. До этого Коломбо расследовал тщательно срежиссированный спектакль, устроенный с целью привлечения внимания и как следствие — роста продаж модного журнала.
    • Там же — развязка серии «Забытая леди». Нет, это надо видеть.
  • «Демоны». Ближе к концу главгерой узнаёт, что его наставник фактически позволил его отцу умереть. На самом деле тот собирался отдать своего сына на воспитание монстрам.

Аниме и манга[править]

  • «Кровь-C» («Blood-C»): в финале выясняется, что все произошедшие события были тщательно спланированным спектаклем-экспериментом, целью которого было изучение поведения главной героини, оказавшейся высшим звеном «древних». И поскольку девушка узнала правду, организатор эксперимента отдаёт приказ по-настоящему уничтожить городок-полигон вместе со всеми его «жителями»-актёрами…
  • Манга «Признание» (1999 г.) — Исикура совершенно напрасно считал себя убийцей Саюри и мучился угрызениями совести. Потому что, хотя он и пытался задушить девушку, но она всё-таки выжила. А вот по-настоящему добил бедняжку как раз персонаж, казавшийся хорошим на протяжении большей части манги — Асаи. И убил он только потому, что беременная Саюри была обузой для него, а на горизонте как нельзя кстати замаячил более выгодный брак.
  • Mobile Suit Gundam: Iron-Blooded Orphans — великолепный мерзавец Рустал Элион не только пришёл к успеху и избежал наказания за свои злодеяния, но и не просто не стал делать итак помойный мир ещё более ужасным, а ещё и на пару с одной из главных героинь сделал его намного лучше. Правда, было это альтруизмом или прагматизмом (всё-таки более приятно править ухоженным миром и избавившись от способных ударить в спину загнивающих аристократов, а главные герои в большинстве своём счастливы в новом мире и опасности не представляют) — неясно.
  • «Seikimatsu Occult Gakuin»: Притом трижды: Во-первых - Кто был главным гадом. Во-вторых - Что является ключом Нострадамуса. В-третьих - Кто является лидером сопротивления.

Видеоигры[править]

  • Оригинальный Fallout заканчивается именно так. Обоснуй дают уже во второй части.
  • Game of Thrones RPG: в смерти семьи Морса Вестфорда виноват не только ГлавГад и полное чудовище Валлар Хилл, но и другой протагонист — старый друг Морса, Алистер Сарвик.
  • Metal Gear Solid 3: Snake Eater — один из эталонов такой концовки. В шоке оказываются не только игроки, но и главный герой.
  • Iron Storm («Коммандос: В тылу врага»): в одной из концовок выясняется, что Главный Гад, барон Угенберг, намерен остановить идущую 50 лет Первую мировую войну. Однако слишком многие влиятельные люди с обоих сторон конфликта этого не хотят. Ну а протагонист — пешка в чужой игре, которую не жалко и пожертвовать вместе с Угенбергом, дабы продолжать вечную войну ради выгоды.
  • C&C: Tiberian Sun — Firestorm: в концовке за Нод (которая в принципе не противоречит концовки ГОИ) выясняется, что взбунтовавшийся ИИ Кабал делал это не без участия, если не по прямому приказу Кейна — лидера Братства Нод.
  • Oblivion: Shivering Isles. Главгад, лидер серого марша, даэдрический принц Джиггалаг — не кто иной, как другая личность главного квестодателя, Шеогората, сам себе злейший враг, что, впрочем, для принца Безумия вполне естественно.
  • Mass Effect 3: Жнецы не столько истребляют все развитые цивилизации, сколько пытаются избежать борьбы на уничтожение синтетических и органических видов жизни.
  • «Космические рейнджеры»: Махпелла, уничтожающая органическую жизнь в Галактике, делала это из лучших побуждений, считая, что борется с эпидемией: разумными существами она считала космические корабли, а их экипажи — гнездящимися на них паразитами. Ей можно объяснить её ошибку и закончить дело миром. А ещё с её помощью можно найти и уничтожить Рачехана, который и привёл Махпеллу в наш рукав.
  • Assasin’s Creed: Brotherhood: Дезмонд прожил воспоминания Эцио, узнал, где спрятано Яблоко, взял его в руки — и тут оно берёт его под контроль и заставляет зарезать Люси, которая, оказывается, работала на тамплиеров.
  • Японский инди-хоррор «The Witch’s House»: в истинной концовке из монолога Виолы выясняется, что на самом деле всё это время мы играли ведьмой в теле главной героини, а настоящая Виола, напротив, заточена в изуродованном теле самой колдуньи. Оказывается также, что в прошлом девочки были подругами и однажды Виола, сжалившись над медленно умирающей Эллен (ведьмой), поддалась на её уговоры «всего на денёк» поменяться телами… Другими словами, вторая, «хорошая» концовка, которую, как правило, получают при первом прохождении многие игроки, на самом деле просто укороченная версия настоящего финала, из которого становится ясно, что, застрелив угрожавшую «Виоле» «ведьму», охотник, фактически, убил свою родную дочь…
  • Другая RPG-игра, «Mad Father» — опять-таки реплики главной героини в истинном финале, из которых мы узнаём, что Айя, повзрослев, стала хорошим доктором и бесплатно помогает пациентам… вот только она также унаследовала и кровожадные маньячные наклонности своего отца. Впрочем, внимательный игрок может найти в процессе игры парочку намёков на некоторую ненормальность девочки, а если проходить игру во второй раз, то на пути будут попадаться дневники отца Айи, из которых следует, что идея превратить родную дочь в куклу, чтобы она «не запачкалась», была не такой-то уж и бесчеловечной…
  • «Mogeko Castle»: и без того относительно «счастливый» истинный конец оборачивается кошмаром, когда в сцене после титров выясняется, что таинственный слушатель, которому в самом начале игры рассказывают историю на ночь — это главная героиня, которая каким-то образом, но всё-таки попала в плен к могеко, помутилась рассудком и стала, фактически, сексуальной игрушкой для главаря этих существ.
  • «Demonophobia» — лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать…
  • DLC «Чужак» подарил нам такой конец для Dragon Age: Inquisition. Да что «Инквизиция», он перевернул с ног на голову всю историю Тедаса!
  • Jade Empire: не совсем конец, но последняя четверть игры здорово переворачивает всё с ног на голову… Учитель героя, похищенный императором, оказывается не меньшим злодеем, чем сам император, что продлевает игру ещё на несколько часов.
  • Мор (Утопия): на День 12 выясняется, что всё происходящее в игре было лишь фантазией двух детей на детской площадке, город был вылеплен ими в песочнице, а все персонажи на самом деле являются их тряпичными куклами. Ой ли? Если пройти за всех трёх персонажей, то становится понятно, что эти дети играют в Многограннике (Хан говорил, что Многогранник материализует фантазии детей), а значит мир закольцован. Вполне в духе Дыбовского.
  • «The Fall»: встречающиеся там и сям намеки на то, что пилот, которого героиня пытается спасти всю игру, на самом деле давно мёртв, ловко маскируют от игрока настоящий переворот: никакого пилота нет вообще и не было с самого начала.

Музыка[править]

  • Лариса Бочарова, «Колыбельная»: поначалу колыбельная как колыбельная, и только последняя строфа песни раскрывает её истинный смысл — колыбельная-то провожает в последний сон…
  • То же самое в старинной итальянской песне «Visione veneziana» — «Венецианское видение»: герой ведёт свою гондолу в мягком утреннем свете, в лодке, осыпанная цветами, спит его прекрасная возлюбленная. Только самое последнее слово песни раскрывает суть — «la mia diletta, morta». Девушка-то мертва…
  • «Ария» — «Там высоко»: «Не ведьма, не колдунья явилась в дом ко мне, а летним днём испить воды зашла случайно смерть».
  • Вокалоиды, песня «The Tailor Shop at Enbizaka»: судя по последнему куплету, мало того, что возлюбленный швеи-убийцы даже не встречался с ней ранее, так ещё и убитые из ревности «соперницы» на поверку оказались женой и дочерьми этого мужчины…

Примечания[править]

  1. Действие романа происходит в 1998 году: привязкой является 370-летие Шантарска/Красноярска. В те годы такой расклад отнюдь не выглядел полным бредом.
  2. Для автора этой правки (читавшего книгу в юном возрасте и не знавшего ещё таких умных слов) конец был катастрофически предсказуем: «Охота на пиранью» настолько пропитана культом сильного в режиме «один раз оскоромишься — можешь сразу панихиду заказывать» и фоновой мизогинностью, что он с середины книги осознавал: рано или поздно Ольгу убьют.