Ирония судьбы или С лёгким паром!

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
Balalaika-videoinspector.jpegБалалайка докладывает:
Один из читателей посчитал, что в этом тексте слишком много нор, и от него можно избавиться целиком

[править] Образ Ипполита в видении советских зрителей

Лукашин — врач. Ипполит — сотрудник Внешторга (гуглите и обрящете). У Ипполита официальная зарплата не намного превышала официальную зарплату Лукашина. А вот неофициальные дополнительные доходы (так называемые «нетрудовые доходы» в советской терминологии), составляющие основную часть фактического Ипполитовского дохода — превышали лукашинские заработки во много раз. При отсутствии дополнительных доходов — доход Ипполита был бы меньше, чем если бы Лукашин брал бы «подарки» с больных. Вдобавок у Ипполита много всяких связей, в том числе в верхах, много «нужных людей». У Ипполита больше «рычагов», способов влиять на свою и чужую жизнь. «Рычаги» по неформальной шкале утилитарных ценностей ставились куда выше денег. «Какого-то врача» много какой чиновник или мент мог унизить. А внешторговца поди-ка унизь; жизни не рад будешь, если он всерьёз возьмется за тебя в ответку, подключит своих заступников!

Как сказал бы один из персонажей «Москвы 2042», циничный партаппаратчик Алексей Букашев: «Лукашин — он из тех людей, которые невкусно едят, плохо одеваются и кого бьют в милиции. А Ипполит — наоборот».

Все знают, что в СССР было как на Плюке: твой реальный доход (и, что еще важнее, «внефинансовая» твоя значимость) может резко не совпадать с «цветом штанов, который показывает размер официальной оплаты твоих трудов»… В той же «Кин-дза-дзе» на воре в законе (А. Литовкин) — официально всего лишь чёрные штаны, «бедность» (ниже черных только серые)… Но судя по тому, что этот вор нелегально торгует не чем-нибудь, а ГРАВИЦАППАМИ и имеет крутой пепелац, не чета «бедному артистическому гадюшнику Уэфа и Би» — на штаны тут надо смотреть в последнюю очередь…

Судя по тому, в какой дешевенькой одежде ходит Женя и насколько дорогую и крутую носит Ипполит — Ипполит-то не брезговал порой «нетрудовыми доходами», не упускал денег (и уж подавно — связей), если они «плыли мимо рук».

По мнению тогдашних зрителей, а равно и по мнению самого Эльдара Рязанова, Ипполит при всей его уязвимости и тщательно запрятанной душевности и чувствительности — наглый и несколько тираничный (потому что недостаточно уверенный в себе) мажор из этаких «хозяев жизни». Сын видных, весомых родителей. Обладатель значимой должности. Который очень хотел Надю. И который также мечтал обрести тихую семейную пристань (а не ироничную распутную стерву из «своего круга», которыми наелся уже по горлышко, до тошноты). Но… при всём при этом Ипполит нифига не любит Надю по-настоящему.

Лукашин готов посвятить себя Наде и будет ждать, что и она посвятит себя ему. Финал на это и намекает: посмотрите, КАК они обнимаются! Ну прям Берен и Лутиэн.

А Ипполит вроде Даэрона: сильно страдает по Наде, но под сывороткой правды скажет не «Истинно люблю», а… «Мне надо именно такую, очень надо».

Ипполит совершенно исключает, что Надя поб***ушка. По крайней мере, в ЭТОМ отношении Ипполит не слеп. Но… Ипполит подсознательно чувствует, что Наде тоже «надо его, Ипполита, как объект расчета» (а подруги советуют «Не упусти!»), то есть что он в глазах Нади уж никак не Берен, уж никак не истинный «герой ее романа». То есть Ипполит чувствует, что он не любим Надей по-настоящему. Он ощущает, что Надя во время общения с ним «старается быть милой», но настоящим образом Надино сердце в его, Ипполитовом, присутствии не замирает и бабочки у Нади не порхают в животе.

Это огорчает Ипполита. А какого мужчину это не огорчало бы, даже если он не любит как следует сам?!

И потому Ипполит всё время подсознательно ждёт от Нади измены. Устраивает по этому поводу комичные сцены ревности. Он ждёт и опасается Надиного перебёга к другому. И ведь не зря ждёт, недаром опасается — по изначальному замыслу Рязанова, всё так и вышло, конец немного предсказуем, Надя «перебежала», и Лукашин обрёл Надю навсегда, а Ипполит ее навсегда потерял. (Сюжет второго, бекмамбетовского, фильма мы сейчас не берем — это типа неканон.)

Лукашин не «лучше» Ипполита. (Люди вообще не бывают «лучше один другого».) Нет! По замыслу Рязанова и по массовой тогдашней зрительской трактовке (тут совпало), Лукашин — он попросту… надёжнее и порядочнее, чем Ипполит. Мотивы Лукашина — «светлее», чем у Ипполита. Ипполит, так или иначе, хотел получить Надю — и позже очень переживал, что всё-таки не получил ее, вплоть до залезания под душ в шубе. А Лукашин, в отличие от Ипполита, не «трофей себе» хочет, а хочет, чтобы было «совсем по-настоящему», хочет, чтобы «душа к душе».

Он хочет, чтобы было не как с Галей — ведь Галя тоже рассматривает Лукашина как свой ТРОФЕЙ, и намерена им помыкать, намерена сделать из него подкаблучника. Чуткий Лукашин это ощущает, и потому откровенно побаивается Галю, ему дискомфортно в ее присутствии, он говорит «положенные слова», за которыми у него не кроется настоящее чувство, и т. п.

Короче: Ипполит страстно хотел ВЗЯТЬ НАДЮ (как Даэрон или Келегорм), а Лукашин мягко и душевно готов ОТДАТЬ СЕБЯ НАДЕ (как Берен).

Перефразируя Руставели: «Что забрал ты — то пропало. Что ты отдал — то твоё».

Рязанов сам признавался, что вкладывал именно этот смысл. И сам говорил, что ждал от зрителей именно такой трактовки… ну тогдашние зрители (в изрядной массе своей) именно так и трактовали сюжет и подтекст, не разочаровали Эльдара Александровича. Хотя они и не читали ни «Сильмариллион», ни «ПТСР» — первый тогда только готовился выйти из печати на Западе (под редакцией Кристофера Толкина), а второй даже и написан-то не был (Ольга Чигиринская, когда снимали фильм, еще даже не родилась, хоть это и предстояло ей вскорости!).

В советском союзе карьеризм ассоциировался со сволочью готовой «идти по трупам», и Ипполит как успешный человек ассоциировался с карьеристом, а следовательно вызывал ассоциации со сволочью

Ну а Лукашин, как человек не добившийся особых успехов в жизни, точно на карьериста не тянет, а потому сволочью не считается

Кроме того, то, что Ипполит работает во Внешторге, в советских реалиях с высокой вероятностью означало коррумпированность, что так же симпатий к нему не прибавляло

Да, был и этот аспект, также привносился Рязановым сознательно:

Лукашин — врач (да еще, похоже, принципиально не принимающий «подарки» от пациентов), в СССР это смешные копейки в качестве зарплаты. Благородная бедность; морально значимая профессия, которая при этом чисто социально… ниже плинтуса.

А Ипполит — из мажоров. Просто Рязанов не хотел лепить откровенного и плоского гадика, не хотел в данном случае сотворить «графа Мерзляева» (хоть роль изначально и должен был играть тот же Басилашвили), а потому углублял образ как только мог, делал его — как любил выражаться сам Рязанов — «стереоскопичнее». Поэтому Ипполит и страдает, и переживает, и комплексует… в общем, вся гамма а-ля (анти)герои Достоевского.

[править] Римейки

Личные инструменты
Пространства имён
Варианты
Действия
Навигация
Инструменты