Застенки царизма

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск
Emblem-important.pngВнимание, доступ ограничен!
Эта статья подвергалась вандализму или другим вредоносным правкам со стороны неопознанных или анонимных участников. В связи с этим право на редактирование данной статьи ограничено: анонимы и недавно зарегистрированные участники не могут править эту статью. Спасибо за понимание.
« А деспот пирует в роскошном дворце,
Тревогу вином запивая
Но грозные буквы давно на стене
Чертит уж рука роковая!
»
— Похоронное песнопение большевиков

Застенки царизма — троп, противоположный «России, которую они там потеряли». Заключается он в предельно мрачном, циничном и реалистичном изображении недостатков гниющей изнутри поздней Российской империи времен Николая II или более ранних. Недостатков и гниения там и вправду было изрядно — не меньше, чем сейчас — но слишком сильная пропаганда тропа в советские времена вызвала обратный эффект: ему на какое-то время перестали верить.

Ну и вообще — крестьяне, задавленные выкупными платежами, рабочие с ненормированным рабочим днем, живущие и умирающие у станка за мизерную плату, солдаты, гибнущие в окопах никому не нужной войны, эсеры, эсдеки и большевики, бредущие в кандалах на каторгу — и над всем этим ехидно, тролльски лыбятся разные превосходительства и святейшества.

В советской литературе

В советской литературе «Застенки царизма» представляли собой неотъемлемую часть т. н. «Революционного романа»; произведения более общего толка причислялись к классике, если в них был правильно описан этот троп. Островский и Салтыков-Щедрин, например, именно поэтому пришлись большевикам по нраву, а Бунин и Шмелев — нет. В позднем СССР истинным мастером застенков царизма считался Валентин Пикуль; в его романах с пугающей четкостью описана умирающая империя, которая еще не знает, что не избежит смерти. Однако в романах Пикуля прочерчивались пугающие параллели с брежневским СССР, поэтому его не особенно любили официальные власти.

В настоящее время

В настоящее время «Застенки царизма» находятся в довольно нейтральном положении: их не пропагандируют, как при СССР, но и не отвергают демонстративно, как в девяностые.

Личные инструменты
Пространства имён
Варианты
Действия
Навигация
Инструменты