Антисюжет

Материал из Posmotre.li
Перейти к: навигация, поиск

На первый взгляд кажется, что перед нами идиотский сюжет, автор которого забил на всякий обоснуй косяк толщиной в полено и весь его скурил, пока сочинял. Педаль в пол — не только с сюжетом, но и с персонажами, деталями, даже языком полный раскосец! Автор — идиот?

А вот и нет! Автор просто создаёт антисюжет вместо нормального сюжета. Целью, которую он при этом преследует, чаще всего есть вывих мозга аудитории.

(Что никоим образом не исключает варианта с косяком.)

Основные отличительные признаки антисюжета:

  • Целенаправленный взлом жанровых конвенций. Произведение начинается как комедия? Приготовьтесь, что вам вскорости преподнесут расчлененный труп, и это ещё не худший вариант. Социальная драма? Не удивляйтесь, если в самый неожиданный момент с неба посыплются зелёные человечки и горящие собаки. Фэнтези? Герой узнает, что он Избранный, на радостях напьётся и утонет в ближайшей луже.
  • Не менее целенаправленный взлом структуры произведения. Три акта? Чего мелочиться, давайте пять, а лучше сразу восемь. Начинать положено с экспозиции, через завязку проводить аудиторию к кульминации? Не, мы сразу всех бросим в кульминацию, потом завяжем завязку через пуп на голове, а экспозиция — черт с ней, кто она вообще такая, чтобы приглашать на нашу вечеринку.
  • Причинно-следственные связи? Уныло. Пусть ничто ни от чего не зависит и ничем не будет обусловлено.
  • Оголтелая детализация и символизация. Навтыкаем как можно больше несвязанных друг с другом символов и деталей и заставим аудиторию отчаянно, мучительно СПГСить.
  • Сеттинг нередко выглядит как «возьмем коробку швейцарских паззлов, две коробки нормальных, Лего, колоду карт и домино, нарежем туда старых газет, смешаем, встряхнем, половину выкинем не глядя, а из оставшейся половины соберем какой-никакой мир». Время и место действия, продолжительность, последовательность — все кувырком.
  • Дополнительные эффекты: дикая музыка к фильму, дикие иллюстрации к тексту, дикие подписи к картинам и так далее…

Не все антисюжеты объединяют все вышеперечисленные черты, но в большинстве из них большинство названных характерных примет имеет место быть.

Примеры[править]

Литература[править]

  • Алиса в стране чудес — пожалуй, можно считать основоположником направления. Аналогично и адаптации.
    • А вот в одноименном фильме Т.Бартона сюжет есть. Но это продолжение той истории.
    • Аналогично и в играх American McGee's Alice и Alice: Madness Returns.
    • В прочем, есть и другие альтернативные продолжения сказки (фильмы, сериалы), в которых более-менее нормальный сюжет при безумном сеттинге.
  • Владимир Сорокин вообще любит антисюжеты, но особенно выражен антисюжет в повести «Сердца четырех». Повесть качественно стилизована под конспирологический триллер с заговорами и спецслужбами, но при этом начисто лишена какого-либо вменяемого сюжета — смысл бурной деятельности персонажей совершенно непонятен, многочисленные чеховские ружья не стреляют, вроде бы важные персонажи исчезают, не оказав никакого влияния на события, и так далее. Не самое лучшее произведение Сорокина — все-таки нельзя построить объемное произведение целиком на антисюжете.
  • Хрестоматийный пример: «В лабиринте» Алена Роб-Грийе.
  • «Уловка-22» же! Каноничный пример абсурдизма.
  • Стихотворный вариант от Юрия Нестеренко на тему истории и литературы. Не имеет даже названия. Впрочем, в финале подводится итог всех «сюжетных линий».

Театр[править]

  • «Павлік Морозов» Леся Подервянского. Несмотря на то, что в подзаголовке обещана «Епічна трагедія», уже на перечислении действующих лиц становится ясно, что ждет нас абсурдистская комедия. И таки да! Она нас ждет! Генерал Власов вместе с ручным Филином выслеживает в тайге пионерский отряд, чтобы донести пионерские тайны до адмирала Канариса. Там они встречают любовницу генерала Власова Пелагею Ниловну, которая убежала в лес за ягодами, чтобы ее не избивали муж (Савва Морозов, похотливый куркуль) и сын (Павлик Морозов, эпичный герой). Пока она предается нежностям с Власовым, Савва и его приятель Щукин в пьяном угаре вызывают из болота храм Аполлона (избушку на курьих ножках), откуда появляется пророк Николай Островский и лупит куркулей и их любовниц. Пионеры при виде такоо зрелища предаются покаянию, а Павлик душит отца и генерала Власова… И дальше в том же духе, причем за перипетиями этого бредового сюжета аудитория следит с огромным интересом и напряжением, потому что персонажи выпуклы и гротескны, диалоги просто искрят, все это фантастически смешно и написано разудалым русско-украинским суржиком.
    • Таковы более-менее все пьесы Леся, «Павлiк Морозов» просто самая монументальная.
  • «В ожидании Годо» С. Бэккета. Ровно то, что написано на упаковке: все ждут Годо, а его все нет и нет. Кто такой Годо и почему его все ждут? Толстый намек на то, что это, типа, Бог и он, типа, умер.
  • Любая пьеса Эжена Ионеско.
  • Спектакль Ростовского театра кукол 1980-х "Цирк Принтинпрам". Кроссовер по стихотворениям Д.Хармса.
  • Пьеса Козьмы Пруткова «Опрометчивый турка». Театр абсурда до театра абсурда — сюжет проследить невозможно, персонажи ведут разговор, думая о чем-то своём и реагируя на случайное слово в реплике собеседника, никакой опрометчивый турка не появляется вообще, а в тот момент, когда сюжет вроде бы начался, пьеса просто обрывается.

Кино[править]

  • «Левиафан». С первых кадров прикидывается социальной драмой, которая грозит развиться в боевик. А вот фиг! Сюжет, на первый взгляд, целиком состоит из «левых» натяжек и допущений. На второй взгляд — все подчинено единому авторскому замыслу: показать, какой ППЦ и абсурд эта текущая российская реальность. Подробности здесь.
  • «Трудно быть богом» А. Германа. Здешний антисюжет даже нет смысла описывать, поскольку весь фильм — набор практически несвязанных эпизодов продолжительностью от пяти до тридцати минут. Главный герой фильма, без всякого преувеличения — фекалии. Они повсюду: растекаются по земле, сыплются с неба, плавают в воде, размазаны по лицам персонажей. Понять, что происходит в кадре совершенно невозможно: кто-то на кого-то кричит, кого-то лупит, кто-то куда-то бежит, иногда действие замирает на несколько минут на статичную картинку колодца, все издают странные, хрюкающе-визжаще-лающие звуки, в разгар сцены в кадр может влезть вообще левый мужик и начать что-то невнятно орать или бормотать. Картина шизофрении довершается абсолютной неадекватностью абсолютно всех персонажей, полным отсутствием логики и причинно-следственных связей, а также чёрно-белой картинкой.
    • Есть мнение, что режиссёр максимально гротескно передал на экране жизнь человечества. Дерьмо, в данном случае, художественная аллегория грязи, порока и насилия, а творящийся в кадре угар подозрительно похож на самую реалистичную попойку самых обычных людей.
  • Любой фильм того самого Алена Роб-Грийе.
  • «Два капитана 2» Курёхина. Вы начинаете смотреть документальный фильм о предпосылках Первой Мировой Войны. Кадры исторической хроники увлекательны. Закадровый голос рассказчика приятен. Но что это? Вам не кажется, что осмысленные по отдельности фразы рассказчика не имеют никакой связи между собой? Да что там! Он же вообще несёт полный бред. Никакого сюжета здесь нет. И это вообще не исторический и не документальный фильм. А мокьюментари, пародия, мистификация.
  • 3 сезон сериала Твин Пикс наглядный пример применения такого приёма в режиссуре.

Телесериалы[править]

  • «Вовочка». Т. к. сериал является экранизацией анекдотов, а персонажи не столько личности, сколько архетипы, то и сюжетных линий в нем практически нет.

Мультипликация[править]

  • «Жили-были» (Россия, 1994) шуточные вариации на тему известных сказок.
  • «Прогулка» (Союзмультфильм, 1986) — для знакомства детей с классической музыкой С. Прокофьева показана летняя прогулка детей.
  • Аналогично «Гномы и горный король» (Россия 1993 г.). Фантазии, стилизованные под наблюдения пастуха «из жизни» под музыку Э. Грига.
  • Независимый хоррор-мультфильм «Куда покойники уходят умирать» Джимми Кримера. Представляет собой антологию трех историй, вроде бы происходящих в одном мире. Периодически появляются одни и те же второстепенные персонажи, и даются намеки на связь историй и персонажей друг с другом, но по ходу повествования они начинают сами себе открыто противоречить. В итоге остается абсолютно непонятно, какая история хронологически следует после какой, да и как вообще в этом мире действует время. Следует добавить к этому бэд трипы, которые хоть раз ловит герой каждой из историй, хаотично разбросанные по фильму христианские и сатанистские символы (не значащие вообще ничего), монологи персонажей, абстрактно объясняющие систему работы данного мира (не очень полезные: информацию доносят либо откровенно сумасшедшие главные герои, либо манипулятор Лабби, которому доверять явно не стоит, либо другие сверхъестественные существа, не дающие к своим словам никакого пояснительного контекста) и получается во всех отношениях уникальный и незабываемый экспириенс.

Комиксы[править]

  • Homestuck — Эндрю Хасси обожает этот троп. Прервать эпичное полотно какой-нибудь шуткой юмора или наоборот, во время чего-то весёлого и яркого внезапно дать читателю просраться кирпичами? О, это ещё мелочи. Как насчёт того, чтоб одним махом убить сразу множество любимых (и в основном положительных) персонажей? Или, долго показывая злодея как значительную угрозу, в какой-то момент просто задвинуть его и вспоминать лишь по настроению? Или вставить кучу интересных и важных мелочей на задний фон, так что картинку, в лучших традициях квестов, приходится не просто смотреть, но и рассматривать? А ведь ещё можно проспойлерить сюжет в процессе повествования, и это не говоря уже о таких мелочах, как автор и читатель в качестве персонажей…

Видеоигры[править]

  • С прикрученным фитильком — в игре Who Shot Johnny Rock. Ну а чего вы хотели от помеси тира-стрелялки с квестом?.. Всё это ещё и сделано в стилистике голливудского нуара 1930-х, а также комиксов о Дике Трейси.
    • Троп используется совершенно осознанно, потому что подобные «who-done-it»-детективы тут ехидно пародируются. Заодно очень интересно обыгрывается видеоигровая (аркадная) специфика. Главный герой — частный сыщик, которого нанимает классическая роковая красотка, чтобы он выяснил, кто убил певца Джонни Рока, её жениха. Подозреваемых четверо, у всех были дела с Джонни, и у всех были мотивы для убийства. Убил, однозначно, кто-то из них. И что же нужно сделать? Допросить по очереди всех подозреваемых, предварительно В ОДИНОЧКУ разгромив их заведения и без всякой жалости постреляв толпы их приспешников и вооружённых клиентов (полиция не придерётся — самооборона!). После этого каждый из подозреваемых даст сыщику подсказку (а спрашивается, ЗАЧЕМ?), и на основании этих четырёх подсказок надо установить, каков шифр от личного сейфа Джонни. Добираться до сейфа придётся под градом пуль, сквозь особняк Рока, оккупированный чьими-то братками, причём как раз и предстоит выяснить, чьими же. А уж в сейфе обязательно будут данные о том, кому из четверых этот самый Джонни насолил крепче всего. Осталось только пойти в соответствующее заведение, перестрелять оставшуюся охрану, а главаря обезоружить не убивая. И вот он признаётся в убийстве, его уводит полиция… хэппи-энд!
    • Можно даже восстановить ход мысли того из четырёх подозреваемых (при каждом прохождении это рандом), кто действительно виноват. «Ну так и быть, я дам подсказку, которая, если этот хренов сыщик выживет, приведёт его в итоге прямиком ко мне, а мне обеспечит солидный срок на киче. Но ведь сыщика по дороге могут вальнуть, не супергерой же он — только на это вся моя надежда!».
    • Возможно также, что каждый из четверых гангстерских заправил надеялся, что в сейфе больше компромата на трёх конкурентов, чем на него самого. Но это слишком хилый обоснуй.
    • А если учесть, что протагониста-сыщика несколько раз пытались убрать ещё на стадии переговоров с невестой убитого Джонни, т. е. в прологе…

Субверсия[править]

Иногда особо ушлые авторы поступают наоборот: показывают вроде бы антисюжет, но по мере продвижения выясняется, что это нормальный сюжет, да еще и круто сделанный.

Примеры субверсии[править]

  • Уже практически классика: «Криминальное чтиво» Квентина Тарантино. В прологе парочка бандитов грабит кафе… и автор тут же о них забывает, переключившись на двух других бандитов, идущих на какие-то разборки. Разборки занимают две минуты, а перед этим бандиты долго рассуждают про европейские «Макдональдсы», массаж ног и семейную жизнь своего шефа, потом они приходят к этому шефу почему-то уже в трусах, а не в костюмах, потом один из них ведет жену шефа в ресторан… Мама, кто с кем и где чьи ноги?! Но уже к середине фильма четко выстраивается фабула, а финальный эпизод служит прекрасным завершающим арочным камнем.
  • Supernatural, шестой сезон — до последних трёх серий сезон воспринимается, как странное нечто без единой фабулы (невольно кажется, что сериал исчерпал себя). Но финал меняет всё: выглядевшие совершенно несвязными обрывки повествования на глазах выстраиваются в необычайно интересный сюжет с непередаваемым духом нуара. Возможно, это лучший сезон за всю историю сериала.